Защити меня, майор

Морда хмурая.

Оно и понятно. От Бортникова в хорошем настроении мало кто выходит.

А желание Лёвы попасть на стажировку в проект, всегда раздражало Ивана Матвеевича. Впрочем, сейчас и я в немилости. Кто б мог подумать.

– Лер… давай ты не будешь меня караулить повсюду?

Ошалело таращусь на Леву. Спятил, что ли…

– Лёвка, ты хоть иногда сверяйся с реальностью.

– Не понял.

– На занятия иди, – бурчу ему.

И смешно, и нелепо одновременно. Решить, что я его подкарауливаю – вот реально у парня самомнение. Впрочем, при связях и финансах его отца, это неудивительно.

Набираюсь храбрости и стучу в кабинет Бортникова. Не дожидаясь ответа, открываю дверь.

– Лера, проходи, – кивает Иван Матвеевич, – садись.

Аккуратно присаживаюсь на краешек кожаного диванчика.

На сердце очень тяжело. Поставить точку в проекте, которым бредила почти три года. И поставить крест на своей мечте, к которой шла еще со школы.

– Ты сейчас неверно оцениваешь ситуацию, – начинает Бортников и делает паузу.

Для себя решаю не спорить с ним.

Бесполезно.

Ведь он уже принял решение. Поэтому, вместо ответа, я молча киваю и бесцветно улыбаюсь.

– Ты думаешь, мне легко было вычеркнуть тебя из проекта? Лера, ты не просто перспективная студентка, в тебе есть талант, ты мыслишь нестандартно и у тебя все задатки к исследовательской работе.

Но.

Всегда в таких случаях следует то самое «но».

И я жду его. Со спокойствием обреченного.

– Я понимаю, что кроме исследовательского интереса, работа в проекте для тебя важна из-за денег. Я в курсе твоей ситуации. Повышенной стипендии не хватит даже на элементарные запросы. Лер, я не какой-то изверг. И тебя ждут на кафедре социальной медицины. Там есть неплохой проект, спонсируется даже более щедро, чем этот. Тебе стоит только согласиться. Я уже договорился насчет тебя.

Поднимаю глаза на Бортникова и пытаюсь осознать услышанное.

– Иван Матвеевич, спасибо, но мне не все равно, какими исследованиями заниматься. А деньги… Так и официантам в кафе тоже платят. Не беспокойтесь, работу я найду. Мне нужен был именно этот проект.

Бортников заваривает листовой чай в огромной стеклянной кружке, обрамленной в латунный подстаканник. Бросает в нее несколько кусков сахара и рассеянно помешивает ложкой.

– Лера. Нет.

– Понятно, – без эмоций киваю и пожимаю плечами.

– Сдай, пожалуйста электронный ключ и пропуск. И не делай слишком поспешных выводов. Мне всегда нравилось твое рвение в этом проекте. Но он не для тебя.

Вытаскиваю из сумочки пластиковую карту-пропуск и электронный ключ от лаборатории. Кладу на стол, рядом с чайной кружкой.

– Так… в общем, твое решение ждут на кафедре социальной медицины. Советую соглашаться. Успешных стажеров могут оставить в продолжении программы. И предложить контракт по окончании обучения.

– Спасибо, – сухо киваю Бортникову и встаю с диванчика.

Но неожиданно мой взгляд падает на фото в пластиковой рамке. Сознание прошибает, словно от удара молнии.

Волк, Сармат, Шаман и еще один парень.

Опускаюсь на диванчик и пытаюсь вдохнуть воздух, ставший разреженным и сухим.

– Лера, тебе нехорошо?

Бортников мгновенно подскакивает к кулеру и наливает воды в пластиковый стаканчик.

– Выпей.

– Нет, спасибо, – выдыхаю и продолжаю смотреть на фото, – просто голова закружилась. Это от волнения, наверное. Я позавтракать забыла.

– Посиди немного, выпей воды.

Сомнений нет, на фото Захар и его друзья.

– Иван Матвеевич, можно вопрос?

– Да, конечно.

Чувствую, что ему очень неловко дается этот разговор. Но сейчас у меня вопрос куда важнее моей стажировки, только что накрывшейся медным тазом.

– Кто эти люди? Рядом с вами, на фото. Это же Африка, да?

Бортников берет фотографию и долго смотрит на нее, прежде чем начать говорить. А я с интересом изучаю то, как на его лице одна за другой мелькают эмоции. Вот только правильно «прочитать» их не могу.

– Центральная Африканская Республика. Два года назад. Бригада врачей работала в составе гуманитарной миссии. Нас захватили повстанцы и увезли в один из своих лагерей. Мы не должны были выезжать за пределы Банги, столицы ЦАР. Но так уж получилось…

Бортников погружается в воспоминания и качает головой, словно и сам не рад картинкам из прошлого.

– На вас напали?

Ответа нет. Да я и не жду его. Все и так ясно.

– Лера, я прекрасно понимаю, что может чувствовать тот, кто пережил плен. И так просто это не проходит. Именно поэтому, я принял такое решение. Надеюсь, со временем ты изменишь свое мнение.

Молчу. Обдумываю вопрос.

Нет времени для заходов издалека.

– Эти люди на фото – те, кто вас освобождал? Это типа спецназа, да?

– Спецподразделение «Кордон». Если тебе это о чем-то говорит, – усмехается Бортников и ставит фотографию на прежнее место, – специальный отряд, входит в структуру внешней разведки.

Во все глаза таращусь на фото.

И да, сомнений нет – это именно Захар Волков и его друзья, которые были с ним в клубе.

Сармат и Шаман.

И еще один, незнакомый мне, но очень похожий на Захара.

– Так, Лер… – нервно кряхтит Бортников, – тебе пора на занятия. И не затягивай с ответом по стажировке.

Невнятно буркнув «всего доброго», пулей вылетаю из кабинета Ивана Матвеевича.

На парах сижу так, словно в попу сразу всадили десяток иголок.

Мысль то и дело возвращается к разговору в кабинете Бортникова. Достаю телефон и начинаю гуглить все, что может быть известно про этот самый «Кордон». Но понимаю, что информации скорее всего не будет.

Впрочем, найденного вполне достаточно, чтоб понять главное. Одно из элитных подразделений спецназа по линии внешней разведки, действующее за рубежом. Высший уровень профессионализма.

Голова кругом от этой информации. И от фотографий, явно сделанных на Ближнем Востоке и в Африке.

Периодически заглядываю в мессенджер, но Захар за это время так и не появлялся в онлайне.

Волшебство вчерашней ночи мигом рассеивается.

Я отчетливо понимаю, что наши пути с Захаром больше не пересекутся.

Наверняка, он уже пожалел о том, что наобещал мне вчера.

Или просто забыл. Что ж, навязываться не стану.

Случайный поцелуй в его жизни. И первый настоящий для меня.

В одном он не подвел. Этой ночью, обнадеженная его обещаниями, я и в самом деле спала спокойно.

Как же мне не хватает Полинки рядом.

Она бы точно нашла для меня нужные слова. Но пусть хотя бы ей повезет. С тем же Сарматом, в которого она явно влюбилась по уши.

Выхожу из здания учебно-лабораторного корпуса и замираю на ступеньках, мокрых от недавнего дождя. Едва не поскальзываюсь на высоченной шпильке. Мое внимание привлекает стайка однокурсниц, суетливо крутящихся вокруг черного внедорожника.

Захар Волков небрежно облокотился на капот джипа.

Залипаю на его шикарной, накачанной фигуре. Отмечаю, что ему очень идет черная кожанка. Но почему-то я уверена, что под ней скрыт подвес с кобурой.

На капоте джипа лежит роскошный, огромный букет розовых роз.

Сердце подпрыгивает, стоит мне встретиться с его взглядом. В котором безошибочно улавливаю откровенный, чисто мужской интерес.

И этот интерес связан со мной.

Глава 7. Личная защита

ЛЕРА

Спускаюсь по гранитным ступенькам, скользким от недавнего дождя. Не отрываясь, смотрю на Захара. Только один его взгляд дарит мне непривычно-сладкие ощущения.

Он делает несколько шагов ко мне и тоже не разрывает взгляда. Даже не могу осознать толком, что я чувствую.

Мне просто тепло и невероятно хорошо.

– Привет, – едва слышно здороваюсь.

Позволяю Захару накрыть мои губы поцелуем и заласкать их своим горячим языком. Глубокий и откровенный поцелуй, на который я отвечаю.

В моих руках оказывается огромный букет роз, источающих невероятный аромат. Так непривычно. Ведь мне никто не дарил розы… только в школе на восьмое марта тюльпаны.

А Лёва вообще не считал нужным дарить мне цветы.

Такой роскошный букет цветов я вообще получаю в первый раз в жизни.

– Я скучал по тебе, – откровенно признается Захар и обжигает меня горячим взглядом.

– Я тоже, но так и не смогла найти повод написать тебе или позвонить.

Не знаю отчего, но я открыто признаюсь ему в том, что действительно искала повод продолжить общение.

– Просто звони или пиши. Не надо повода.

В бархатистом голосе – теплая хрипотца.

Чувствую, как нас расстреливают сотни пар любопытных глаз. И мои однокурсники, и даже незнакомые мне студенты. Ну еще бы, ведь джип Захара въехал прямо на территорию студенческого городка.

Интересно, как его пропустили?

У нас вход только по пропускам и так просто на территорию университетского кампуса не въехать.

– Похоже, на нас все глазеют…

– Да, – пожимает плечами Волков и продолжает вовсю съедать меня заинтересованным взглядом.

И кажется, его совершенно не смущает такое внимание.

Довольная и счастливая, иду вместе с ним к джипу, держа обеими руками огромный букет розовых роз. Наверное, я выгляжу совершенно обалдевшей, но я и в самом деле ошеломлена.

Вокруг его джипа творится нездоровое оживление.

Однокурсницы, словно с цепи посрывались. Показательно громко хихикают, вертятся и стреляют взглядами в сторону Волкова.

Захар подходит к джипу и вытаскивает листок бумаги, вложенный между дворниками и лобовым стеклом. Разворачивает записку и я заглядываю вместе с ним.

На листке нацарапан телефонный номер, имя Катя и отпечаток губной помады.

– Сучка, – злым шепотом вырывается у меня.

Мгновенно осекаюсь и смущенно отвожу взгляд.

Но тут же решаю завтра найти эту Катю и популярно объяснить изложить все, что о ней думаю. Да и искать долго не надо, мы с ней в одной группе учимся.

Захар усмехается и выбрасывает записку в урну.

Мельком бросаю взгляд на Катю и упиваюсь тем, как мгновенно мрачнеет ее кокетливая физиономия.

– Лер, есть разговор, – неожиданно серьезно начинает Захар.

Мы стоим на достаточном отдалении от моих однокурсников, так что нас точно никто не услышит.

– Что-то случилось?

– Да. И это касается тебя.

Сердце мгновенно уходит в пятки.

Инстинктивно оглядываюсь по сторонам…

– Ты мне когда собиралась сказать про Султановых? Про Джафара и Ибрагима.

Вздрагиваю и облизываю пересохшие от волнения губы.

Накатывает паника.

От одних только фамилий моих похитителей мне снова становится страшно. Глубоко дышу, стараясь вспоминать советы Полинки, чтоб снова не провалиться в темную бездну панической атаки.

Волков мягко притягивает меня к себе. Не сопротивляюсь его силе. От его прикосновений мне становится спокойней. Словно он сейчас – центр моей безопасности.

– Захар, как я должна была тебе рассказать? Мы почти не знакомы. И что рассказывать? Раз ты в курсе моей ситуации, то знаешь, что их больше нет. А все мои заморочки – реакция на посттравматический стресс.

Волков хмуро усмехается и зло сощуривает глаза.

– Султановы живы.

Внезапно налетевший порыв промозглого ветра срывает сухие листья с каштановых деревьев и пригоршней бросает их в нашу сторону.

Прямо на капот джипа, на мой роскошный букет роз.

– Лер, думаю тебе надо поехать со мной. Так будет лучше.

– Нет. Мне надо просто уехать. Куда – пока не знаю. Возможно, сменить университет. Вернуться в свой город или перевестись в другой институт. Здесь оставаться опасно…

Размышляю вслух, совершенно отчаявшись хоть где-нибудь найти свой личный островок безопасности.

Снова бежать, снова прятаться и скрываться…

– Тебе не сбежать от меня. И не обойтись без моей помощи, Лера.

Вздрагиваю от того, как Захар произносит мое имя.

– Я справлюсь сама.

Уголки губ дергаются в едва заметной усмешке. Темный взгляд серьезен.

– Сама... – хрипло повторяет он и притягивает меня так, что наши тела соприкасаются вплотную.

– Отпусти меня.

– Нет. Считай, что отбегалась. Теперь ты – под моей личной защитой.

– Ты не знаешь, кто эти люди. И насколько они опасны. Когда ты обещал мне открыть охоту, ты не представлял, на кого надо охотиться. Султановы слишком опасны.

Вместо ответа, Волков фыркает со смеху и расстреливает меня темным, насмешливым взглядом.

– Серьезно? Не знаю? Кстати, капкан, я так полагаю, предназначался кому-то из них?

– Захар, я не хочу впутывать тебя в эту историю…

Договорить мне не дают. Мои губы снова накрывает требовательный, влажный и откровенно-порочный поцелуй.

Но кое-что прояснить надо прямо сейчас…

Высвобождаюсь из объятий Волкова.

– Как ты узнал, где я учусь. Мое расписание и то, что я выйду сейчас из этого корпуса. И как узнал, что Султановы живы?

– Лер, я тебя предупреждал сразу. Найти нужную информацию по тебе – дело недолгое. Полчаса. Примерно столько по времени и заняла твоя проверка.

– Проверка? – вздрагиваю я от того, как Захар на автомате называет свои действия.

– Лер, это было очень несложно.

– Понятно, – задумчиво выдаю я и поднимаю взгляд на Захара, – сказывается служба в «Кордоне», да?

Стоит признать, выдержка у Волкова – профессиональная. Ни тени удивления на лице.

– Интересно, откуда сведения? – задумывается и удивленно вскидывает бровь, – Бортников?

Дуэль.

Информация обо мне в обмен на информацию о нем. Но стоит признать, что пока Волков побеждает.

– Да. Фото на столе, в его кабинете. Я только что от него. Он рассказал про захват группы медиков в Банги и про свое освобождение.

Мгновенно грустнею, вспоминая свой разговор с Иваном Матвеевичем.

– Что такое? Проблемы?

– Нет. Просто… долгая история. Не хочу грузить. И да, проблемы с Бортниковым. Слышать о нем не хочу. Испортил мне всю карьеру.

Захар достает сигарету и щелкает зажигалкой.

Делает глубокую затяжку и задумчиво глядит на меня.

– Вообще-то, он нормальный мужик… Лер.

Осекаюсь.

Пытаюсь осознать его ответ.

– Захар. Я не хочу говорить о нем. Просто… отвези меня домой. И ты прав. Раз Султановы не вышли на меня, значит и не ищут. Зачем им это? Мне и в самом деле надо просто оставить прошлое и начать жить дальше.