Идеальная ошибка

Кэт Лорен

Идеальная ошибка

От автора:

Посвящается всем девушкам, которые когда-либо в отношениях чувствовали себя незначимой.

Глава 1

Татьяна

— Тань, ну скажи честно, есть хоть какие-то новости?

Елена из бухгалтерии заглянула в приемную, но, не дожидаясь приглашения, сразу вошла внутрь и аккуратно прикрыла за собой дверь.

Я подняла глаза от документов.

Этот вопрос звучал уже четвертый день подряд. Менялась только интонация: от тревожной к усталой, от усталой к раздраженной.

— Если бы были, я бы не молчала, — спокойно ответила я, откладывая ручку. — Все без изменений.

Лена тяжело вздохнула и опустилась на стул напротив моего, будто разговор обещал быть долгим.

— Это ненормально, — сказала она, понизив голос. — Четвертый день, Тань. Четвертый! И тишина.

Я не стала спорить.

Тишина действительно была пугающе затягивающая.

О том, что Александр Владимирович в больнице, я узнала еще в тот же вечер, когда позвонила его жена. Она была в панике. Женщина сообщила о сердечном приступе моего начальника, назвала клинику и врача. Я сделала все, что от меня зависело. Теперь весь офис находился в подвешенном состоянии.

Сначала обсуждали состояние, потом сроки восстановления. А теперь остался только один вопрос, который никто не произносил прямо, но все держали в голове: кто?

— Они же должны что-то решить, — Елена наклонилась ближе. — Ну не может все вот так повиснуть.

— Может, — ответила я. — Пока никто не хочет брать ответственность.

Она внимательно посмотрела на меня.

— Или он, — Она дернула головой вверх, — пока не приехал.

Я кивнула в знак согласия.

Это было ближе к правде. Артур или Артем. Старший или младший. Весь офис последние дни жил этим выбором. Это чувствовалось во всем: в разговорах у кофемашины, в затянувшихся перекурах, в том, как руководители отделов стали чаще появляться на нашем этаже без видимой причины. Все с нетерпением ждали.

— Как думаешь, кто все-таки будет? — спросила Лена. — Артур вернется? Или все, уже решено и будет Артем?

Я на секунду задумалась, хотя ответ у меня был уже давно.

— Не знаю, — сказала я и пожала плечами.

И это была почти правда. Я знала Артема Александровича все пять лет, что здесь работаю. Он бывал в офисе, здоровался, мог остановиться поговорить, умел расположить к себе. С ним было понятно, как работать. Понятно, чего ждать. Артура Александровича я не видела ни разу. Только слышала. И этого было достаточно, чтобы не делать выводов.

— Я бы на Артема поставила, — продолжила Елена. — Он же здесь все знает, как и что...

— Это не всегда решающий фактор, — спокойно перебила я.

Она прищурилась.

— Ты не ответила.

Я чуть улыбнулась.

— Потому что мне все равно, с кем работать. И потому что в этой ситуации личное знакомство ничего не гарантирует.

Елена помолчала, потом тихо сказала:

— А ведь что-то же было, да?

Я подняла на нее взгляд.

— Ты о чем?

— Ну... Про Артура, — она понизила голос еще сильнее. — Его же не просто так отправили на север. Все говорят, что там был какой-то скандал с отцом.

Я не ответила сразу. Потому что за эти пять лет я слышала слишком много версий. Чересчур разных, чтобы хоть одна из них могла быть правдой полностью. Факт оставался один: после некого случая Артур Александрович исчез из офиса и появился только в отчетах как руководитель сибирского филиала, куда обычно отправляли не расти, а... С глаз долой.

— Слухи — это не информация, — сказала я, наконец.

Елена усмехнулась.

— Но дыма без огня не бывает.

Я не стала спорить. Иногда бывает. Просто огонь находится не там, где его ищут.

В приемной на секунду повисла тишина. Из коридора доносились приглушенные голоса, звук шагов, звонки телефонов. Обычная жизнь офиса, которая сейчас казалась какой-то неестественной, будто все играли в привычный им порядок.

— Все равно странно, — сказала Елена, поднимаясь. — Четвертый день, а никто из них так и не появился.

Я проводила ее взглядом. Эта сплетница начинала меня подбешивать.

— Значит, появится.

Она остановилась у двери.

— Думаешь, скоро?

Я посмотрела на закрытую дверь кабинета Александра Владимировича.

— Думаю, когда это произойдет, мы сразу это поймем.

Елена кивнула и вышла, а я осталась в приемной.

Телефон резко зазвонил. Не внутренний, а с поста охраны. Обычно просто так они не звонят.

— Да? — ответила я, уже заранее зная, что услышу.

— Татьяна, — голос дежурного был непривычно оживленным, даже чуть напряженным, — к вам направляется Артур Александрович Завьялов.

На секунду я замолчала, хотя пауза длилась не больше мгновения.

Вот и все. Ожидание закончилось.

— Поняла, спасибо, — сказала я ровно и аккуратно положила трубку на место, стараясь не выдать ни голосом, ни движением, как резко ускорилось сердцебиение.

И в ту же секунду офис словно переключился в другое состояние. Сначала это проявилось почти незаметно: в мелочах, которые обычно ускользают от внимания.

Кто-то прошел по коридору чуть быстрее, чем нужно. Кто-то слишком резко закрыл дверь. Где-то одновременно зазвонили сразу несколько телефонов. Потом появились шепоты. Короткие, обрывистые фразы:

— Он приехал...

— Уже в здании...

— Поднимается...

И дальше как цепная реакция, которую уже невозможно было остановить. Люди начинали двигаться быстрее, говорить тише, но чаще, появляться в коридорах без видимой причины, заходить в кабинеты, из которых только что вышли. Кто-то срочно «уточнял документы». Кто-то «искал подпись».Кто-то просто хотел быть рядом в тот момент, когда все решится.

Потому что теперь стало окончательно ясно: сейчас из лифта выйдет тот, кто будет руководить компанией, в которой я проработала последние пять лет.

Я медленно встала из-за стола, делая глубокий, почти незаметный вдох, словно пытаясь вернуть себе привычное спокойствие, которое в последние дни давалось все сложнее.

Взгляд автоматически скользнул по рабочему месту. Ручка лежала строго параллельно краю стола. Стопка документов была выровнена до миллиметра. Айпад выключен, но под рукой. Я взяла планшет в руки и сжала чуть сильнее, чем было нужно, ощущая, как холодный корпус помогает хотя бы частично удержать себя в рамках. Поправила блузку, провела ладонью по юбке, словно разглаживая несуществующие складки, затем машинально коснулась волос. Глупо, бессмысленно, но остановиться было невозможно. Я не нервничала так даже в первый день работы. А сейчас... Теперь все зависело от человека, которого я никогда не видела.

Дверь в приемную открылась, и появился незнакомец. Он вошел так, будто возвращался туда, где всегда все принадлежало ему. Без какой-либо спешки, без лишней суеты, без малейшего сомнения в том, что имеет на это полное право. Высокий, статный, с уверенной осанкой и той самой внутренней собранностью, которая ощущается еще до того, как человек произнес хоть слово. Широкие плечи, четкие движения, спокойная, почти холодная уверенность. Костюм сидел на нем безупречно. Не просто хорошо, а именно так, как должен сидеть на человеке, который не подстраивается под вещи, а подчиняет их себе.

Мой новый начальник не оглядывался по сторонам, но при этом невозможно было не заметить, как все пространство вокруг него будто начало меняться. Я буквально почувствовала, как за его спиной в коридоре замерли взгляды: женские, заинтересованные, оценивающие, и не только.

Артур Александрович прошел через приемную, как хозяин этого места, не задавая ни одного вопроса и не ожидая ни разрешения, ни сопровождения. Только на секунду его взгляд остановился на мне. Коротко и внимательно, словно фиксируя. И сразу прошел дальше к кабинету.

Я двинулась за ним почти сразу, не давая себе времени на раздумья.

— Артур Александрович... — голос прозвучал чуть тише, чем я рассчитывала, и мне пришлось мысленно одернуть себя.

Я на ходу поправила блузку, крепче перехватила планшет и вошла вслед за ним в кабинет. Он уже был внутри, стоял у стола и осматривался, будто размышлял над тем, что здесь изменить. Медленно, без спешки, скользя взглядом по каждой детали: по креслу, полкам, документам и окнам.

— Артур Александрович, здравствуйте, — сказала я, останавливаясь перед столом и стараясь держать голос ровным. — Меня зовут Татьяна, я секретарь-референт вашего отца.

Я едва заметно запнулась на последнем слове и тут же внутренне выругалась на себя.

Он не ответил сразу. Сначала закончил свой медленный осмотр кабинета и только потом посмотрел на меня. И этот взгляд уже был другим. Если раньше он был скользящий и холодный, то теперь — более внимательный, цепкий, даже в какой-то степени заинтересованный.

Мужчина сел в кресло, уверенно откинувшись на спинку так, будто всегда там находился. И затем, не скрывая этого, оглядел меня с головы до ног. Медленно, оценивающе. От этого взгляда стало не по себе. Мужчина смотрел слишком пристально на меня и чрезмерно открыто.

Я крепче сжала планшет, чувствуя, как пальцы начинают выдавать напряжение.

— У нас сейчас несколько срочных вопросов, — начала я, чуть быстрее, чем следовало бы, стараясь вернуть разговор в рабочее русло. — По двум проектам горят сроки, банк ожидает подтверждение по кредитной линии. Кроме того, на сегодня было запланировано совещание с подрядчиками, его можно либо перенести, либо провести в сокращенном формате...

Я говорила почти без пауз, цепляясь за слова, факты, структуру. За все, что было привычным и понятным. Пытаясь удержать контроль. Он не перебивал. Мой новый босс просто смотрел и внимательно слушал. И это сбивало сильнее, чем любые слова.

— ... и еще есть пакет документов на подпись, но без вашего решения мы не можем их провести, — закончила я, наконец, и замолчала, ощущая, как в кабинете повисает плотная, ощутимая тишина.

Он чуть наклонил голову, продолжая смотреть на меня так, будто обдумывал не только сказанное, но и меня саму. А потом, совершенно спокойно, без лишних эмоций, произнес:

— Забронируйте столик на вечер.

Я на секунду растерялась. Смысл его слов дошел не сразу, но я тут же кивнула, опустила взгляд в планшет и быстро открыла нужное приложение.

— Да, к-конечно... На сколько человек?

Пальцы двигались автоматически.

— На двоих.

Я замерла на долю секунды, прежде чем продолжить печатать, надеясь, что эта пауза осталась незамеченной.

— Хорошо, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Тогда... Кому назначить встречу? Я могу связаться, уточнить удобное время, предпочтения...

Он чуть подался вперед и посмотрел прямо мне в глаза.

— Ничего уточнять не нужно.

Короткая пауза, и затем:

— Это мы с вами идем в ресторан.

Я медленно подняла на него глаза. Мужчина чуть прищурился, словно считывая мою реакцию, и сразу, без раздражения, но с той спокойной уверенностью, которая не оставляла пространства для возражений, продолжил:

— Насколько мне известно, вы уже пять лет работаете с моим отцом, — произнес он ровно, чуть наклонив голову. — Значит, вы лучше многих понимаете текущее состояние дел в компании.

Я кивнула, не перебивая.

— Мне необходимо быстро войти в курс, — продолжил он, чуть медленнее, будто расставляя акценты. — А сделать это в офисе, среди постоянных отвлекающих факторов, — он едва заметно повел взглядом по кабинету, — не самый эффективный вариант.

Короткая пауза.

Его взгляд снова вернулся ко мне.

— В более приватной обстановке это будет гораздо комфортнее, — добавил он.

Я почувствовала, как снова начинаю нервничать сильнее, чем хотелось бы. И, судя по его выражению лица, он это тоже заметил.

— Я вижу, что вы нервничаете, — сказал он уже чуть мягче, но все так же спокойно. — Это нормально.

И тут же выпалил, словно закрывая тему:

— Сейчас я пройдусь по отделам. Посмотрю, как обстоят дела. А вечером мы с вами спокойно обсудим все основное.

Я на секунду задержала дыхание, быстро прокрутив в голове все возможные варианты реакции. И поняла, что их, по сути, и нет. Я слишком дорожила этой работой, чтобы позволить себе спорить с человеком, который, судя по всему, уже принял управление на себя.

— Хорошо, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Я все организую.

Он кивнул.

— Есть ли предпочтения по кухне? — уточнила я, уже возвращаясь в привычную рабочую роль.

— Нет, — ответил он без раздумий. — Главное, чтобы заведение было... — он сделал короткую паузу, подбирая слово, — соответствующего уровня.

Я кивнула, делая пометку. «По статусу», — мысленно добавила я, и невольно отметила про себя, что в его манере говорить было что-то демонстративное. Я бы даже сказала напыщенное.

Вышла из кабинета чуть быстрее, чем собиралась, и, оказавшись за своим столом, позволила себе короткий выдох. Руки все еще слегка подрагивали. Я положила планшет, открыла контакты и почти автоматически нашла нужный номер. Гудки тянулись чуть дольше обычного.

— Да? — ответил он, наконец.

— Ванюш, привет, — сказала я, стараясь говорить спокойно и как можно мягче. — Слушай, я сегодня, скорее всего, задержусь на работе

— Опять? — перебил он сразу, и в его голосе уже прозвучало знакомое недовольство.

Я на секунду закрыла глаза.

— У нас сейчас ситуация сложная, — начала я осторожно. — Ты же знаешь, что у Александра Владимировича был приступ, и...

— Знаю, — коротко ответил он. — Ты уже миллион раз об этом говорила.

— Да, но сегодня приехал его сын, — продолжила я, стараясь не ускоряться. — И, скорее всего, он будет руководить компанией, поэтому...

— Поэтому ты снова будешь сидеть там до ночи? — в его голосе появилась жесткость.

Я сжала телефон чуть сильнее.

— Вань, это важно, — тихо сказала я. — Это мое руководство, я не могу просто уйти...

— Ты постоянно задерживаешься, Тань, — перебил он, уже откровенно раздраженно. — Каждый раз одно и то же. Работа, работа, работа. Мне это начинает не нравиться.

Я почувствовала, как внутри поднимается знакомое чувство: смесь вины и усталости.

— Я не специально, — сказала, почти оправдываясь. — Просто сейчас такой период. Нужно немного потерпеть

— Мы уже это «немного»сколько терпим? — его голос стал холоднее. — Месяц? Два?

Я замолчала, потому что ответа не было. Последние месяцы действительно дались моему начальнику нелегко. Наверное, поэтому его здоровье пошатнулось.

— Ладно, — выдохнул он через секунду. — Делай как хочешь.

И в этих словах было гораздо больше обиды, чем в любых претензиях.

— Я постараюсь не задерживаться сильно, — тихо сказала я, понимая, как это звучит.

— Угу, — коротко ответил он.

Связь оборвалась. Я медленно опустила телефон на стол и на секунду закрыла глаза, чувствуя, как внутри остается неприятный осадок.

Я уже собиралась вернуться к работе, когда почувствовала на себе взгляд и резко обернулась. Артур Александрович стоял в коридоре, в нескольких шагах от приемной. Он ничего не сказал, но по выражению его лица было очевидно — он слышал. Думаю, не весь разговор, но достаточно.

Я на мгновение замерла, чувствуя, как к щекам приливает тепло. Как же неловко получилось. А потом мысленно одернула себя. Ведь это не мне должно быть стыдно, а ему. Даже если мужчина подслушал случайно.

Мой новый босс ничего не прокомментировал, даже не изменил выражения лица. Просто задержал на мне взгляд на секунду дольше обычного. Уже не оценивающий, как пару минут назад в кабинете, а какой-то более внимательный что ли...

Мужчина развернулся и спокойно пошел дальше по коридору, будто ничего не произошло. Я проводила его взглядом и только после этого позволила себе выдохнуть.

Глава 2

Татьяна

К концу рабочего дня офис заметно опустел, но ощущение напряжения никуда не исчезло. Оно словно впиталось в стены, осталось в воздухе, в коридорах, в случайных взглядах сотрудников, которые провожали нас, когда мы с Артуром Александровичем направились к лифту.

Никто ничего не говорил, но все наблюдали. Я чувствовала это буквально кожей.

Мы вошли в лифт почти одновременно, и в тот момент, когда тяжелые двери с тихим металлическим звуком закрылись, отсекая нас от внешнего мира, от шума офиса и от чужих глаз, я вдруг особенно остро ощутила, насколько тесным может быть пространство, если в нем оказываются всего два человека. Слишком близко.

Я встала чуть в стороне, стараясь сохранить между нами хотя бы формальное расстояние, хотя прекрасно понимала, что это скорее иллюзия, чем реальная граница.

Мой новый босс молчал, и я тоже прикусила язык. Любые слова сейчас казались лишними и почти неуместными. Боюсь, что начну заикаться, если скажу хоть слово. Мужчина пугал меня. Сама не знаю почему. Возможно потому, что моя карьера висела на волоске. Его отец ценил меня как хорошего сотрудника, но Артуру Александровичу я была незнакома. Мой новый начальник мог уволить меня в любую секунду и нанять себе нового секретаря.

Лифт плавно начал движение вниз, и вместе с этим внутри меня стало каким-то неустойчивым. Будто я теряла привычную опору. Я ненавидела лифты. С детства боялась замкнутых пространств. Каждый раз идя на работу, я закрывала глаза и медленно считала, пока не раздавался сигнал прибытия на этаж.

Но сейчас я не могла провернуть тот же фокус. Мне не хотелось, чтобы босс знал о моем секрете. Он итак, кажется, видит меня насквозь. Чувствовала его взгляд. Я не выдержала и на мгновение подняла глаза.

Он действительно смотрел на меня. Выражение его глаз было далеко не случайным, а именно направленным — спокойное, внимательное, изучающее, будто мужчина не просто смотрел, а пытался что-то понять.

Я тут же отвела взгляд и машинально поправила блузку, затем провела ладонью по юбке, проверяя, все ли в порядке, хотя прекрасно знала, что никаких проблем нет. Это было не про внешний вид. Скорее попытка занять руки и спрятать волнение.

"Соберись!"— говорю себе мысленно.

Я должна была думать о работе. О проектах, сроках, документах, о том, как правильно выстроить разговор за ужином. Но вместо этого мои мысли упрямо возвращались к одному и тому же. К мужчине, стоящему рядом. К его взгляду, и к тому, что я совершенно не понимала, почему он смотрит на меня именно так.

Лифт мягко остановился, и двери открылись, выпуская нас в прохладное пространство подземного паркинга, где приглушенный свет ламп отражался от металлических поверхностей машин.

Артур Александрович пропустил меня вперед, а затем вышел следом за мной. Его шаги были уверенными, спокойными, без малейших колебаний, словно он прекрасно ориентировался здесь, даже если не появлялся в этом месте долгое время. Через несколько секунд он остановился у автомобиля и коротким, почти небрежным жестом указал на него. Я на секунду замешкалась, переводя взгляд с одной машины на другую, потому что рядом стояли несколько дорогих автомобилей, и ни один из них не выглядел случайным.

— Какую? — уточнила я, чувствуя себя немного неловко.

Он ничего не ответил. Просто обошел темный Mercedes-Benz S-Class и, не говоря ни слова, открыл передо мной дверь. Я замерла на долю секунды. И в эту короткую, почти незаметную паузу в голове вдруг всплыла мысль, от которой стало странно и немного неловко одновременно. За семь лет отношений Ваня ни разу не открывал передо мной дверь машины. Ни разу. И сейчас этот простой, почти будничный жест, сделанный без лишнего внимания и без какого-либо намека на демонстративность, вдруг показался мне чем-то непривычным.

Я быстро села в салон, стараясь не зацикливаться на этом ощущении и не придавать ему слишком большого значения. Внутри было тихо, мягко и кричаще дорого. Салон встретил теплым, едва уловимым ароматом — свежим, чистым, с легкими древесными нотами, как будто машина только что выехала из автосалона или за ней ухаживали с особым вниманием.

Я аккуратно пристегнулась, стараясь не делать лишних движений. Мужчина обошел машину, сел за руль, спокойно закрыл дверь и почти сразу завел двигатель.

— Адрес, — коротко сказал он, уже доставая телефон.

Я назвала ресторан, который выбрала, стараясь учитывать все — уровень, расположение, атмосферу, как было приказано.

Артур Александрович быстро вбил его в навигатор, мельком взглянул на маршрут и плавно тронулся с места.

Первые минуты мы ехали в молчании, которое на этот раз ощущалось еще более неловким, чем в лифте, потому что теперь нас отделяло от внешнего мира не просто пространство, а закрытый салон автомобиля, в котором каждый звук, любое движение и даже дыхание становились заметнее.

За окном медленно менялся город. Бетонные стены паркинга остались позади, уступив место вечерним улицам, свету фонарей, редким потокам машин и отражениям в витринах.

Я смотрела вперед, стараясь сосредоточиться на дороге, на огнях, на чем угодно, лишь бы не возвращаться мыслями к тому напряжению, которое по-прежнему никуда не исчезало.

Мой новый начальник вел машину спокойно и уверенно, без резких движений и лишней суеты, а я украдкой подглядывала за ним.

Когда автомобиль плавно остановился у входа в ресторан, я на секунду замерла, не сразу решившись потянуться к ручке двери. Мысль была глупой и в то же время совершенно серьезной. Открывать самой или ждать? Он ведь открыл дверь, когда я садилась. И теперь я, сама не до конца понимая почему, выбрала второй вариант — осталась сидеть, делая вид, что просто проверяю что-то в планшете, хотя экран уже давно погас.

Секунда. Две. И вот его дверь открылась, он вышел, обошел машину, и уже через мгновение распахнул мою дверь так же спокойно, как делал это раньше. Без лишнего пафоса. Будто так и должно быть.

— Прошу, — коротко сказал он.

Он протянул руку. Я на секунду замешкалась, но все же вложила в нее свою ладонь.

Его пальцы были теплыми. И этот простой, формальный жест почему-то снова выбил меня из равновесия. Слишком непривычно для меня.

Я вышла, стараясь двигаться уверенно, но внутри все равно ощущая странную неловкость.

У входа в ресторан он открыл передо мной дверь, пропуская вперед, и я снова на долю секунды задержалась, будто каждый такой жест требовал от меня отдельного внутреннего решения — принять его или отстраниться. Я приняла, но легче от этого не становилось.

Хостес с безупречной улыбкой встретила нас и повела вглубь зала. Когда мы подошли к столику, мужчина снова опередил меня. Отодвинул стул легким, отработанным движением. Я села, ощущая, как внутри нарастает странное, непривычное чувство — смесь смущения, растерянности и какого-то необъяснимого напряжения. Я никогда не была женщиной, за которой так ухаживают. Не в таком виде. И это не давало мне покоя. Потому что все время, пока я устраивалась за столом, брала меню, пыталась выглядеть спокойно, в голове всплывала одна и та же мысль. За все годы с Иваном, с моих восемнадцати лет, ничего подобного не было. Никогда. И это сравнение возникало само собой, без моего желания.

Я открыла меню и замерла. Чуть нахмурилась, перелистнула страницу, затем еще одну, и только после этого подняла взгляд.

— Простите, — обратилась я к официанту, — а здесь нет цен?

Он на секунду замялся и автоматически перевел взгляд на моего спутника. Тот тихо хмыкнул.

— В таких местах девушкам обычно дают меню без цен, — спокойно пояснил босс, чуть откинувшись на спинку стула. — Чтобы они не отвлекались на лишние детали.

Я почувствовала, как щеки чуть потеплели.

— Понятно, — тихо сказала я, хотя на самом деле не было понятно ничего.

Я редко бывала в подобных местах. Даже несмотря на то, что Иван зарабатывал хорошо, — он играл полузащитником в футбольном клубе, — рестораны такого уровня не были для меня привычной средой.

Я снова опустила взгляд в меню, но слова расплывались, не складываясь в смысл. Пальцы сами по себе потянулись к блузке — поправить, разгладить, убедиться, что все в порядке. Потом к юбке. Затем я машинально достала планшет, будто это могло вернуть меня в рабочее состояние, в привычную, понятную структуру. Артур Александрович сразу это заметил. Его взгляд скользнул по планшету, затем вернулся ко мне.

— Давайте сначала поужинаем, — сказал он спокойно, но с той самой интонацией, которая не терпела возражения. — А дела обсудим после.

Я замерла на секунду, затем медленно кивнула и убрала планшет обратно.

— Да конечно.

Ужин прошел до ужаса спокойно. Настолько, что это даже настораживало. Еда появлялась вовремя, исчезала незаметно, официант практически не вмешивался, а разговор между нами долгое время вообще не начинался. Были только редкие уточнения, короткие вежливые, но пустые фразы. Меня не покидало чувство, что я прохожу некую проверку, о которой не была в курсе. И дело не касалось работы.