Космонавтом мне не быть

Космонавтом мне не быть

Андрей Рукавишников

© Андрей Рукавишников, 2026

ISBN 978-5-0070-3025-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1. Работа мечты

Сегодня был самый обычный рабочий день, такой же, как и вчера. Это бы самый обычный офис, попадя в который даже впервые, вы бы легко ориентировались. Все было хорошо знакомо и на своих местах. И подтекающий кулер, и светло-серые стены, и темный кафель, и даже перегородки, разделяющие рабочие места сотрудников.

Никита сидел на офисном стуле в кабинете с цветком у окна, в кабинете, который ему скоро перешёл бы за его успехи, и смотрел на сидящего в кресле хмурого мужчину в пиджаке, который держал в руке лист А4 — причину этой встречи.

Было неясно, что у Никиты именно закончилось — силы или терпение. Прям как сегодня утром, когда чайник, который Никита поставил, благодаря коллегам, оказался пустым, когда он подошел к нему с кружкой.

Как же мы с ним похожи, — подумал Никита, — ведь мы оба работаем почти без отдыха, но не для себя. Да и отдых у нас только тогда, когда в нас нет необходимости. Но так продолжаться не может. Такими темпами чайник скоро вообще без отдыха будет работать, пока однажды в него забудут налить воды и он сгорит окончательно. Ждать этого Никита не стал.

— «Уж от кого, но от Вас я не ожидал такого. Вы один из лучших сотрудников, перспективный. Вам через полгода уже свой кабинет дадут, под вашу-то должность…», — сказал хмурый мужчина, руководитель департамента Денис Сергеевич положив заявление на стол.

— «Никит, ну зачем так сразу увольняться?» — Денис Сергеевич словно вел монолог.

— «Потерпите месяц другой, там можно будет в отпуск сходить, отдохнуть, так сказать. Сейчас пока не получится, у нас просто работать некому. И так уже двое в отпуске, один болеет, и декретная эта… Я уже не помню, как она выглядит», — Денис Сергеевич улыбнулся своей искрометной шутке, но увидев, что Никита не оценил вернулся к теме.

— «Скажите честно, вам предложили больше денег? Скажите сколько вам предложили — я поговорю с высшим руководством. Попробую выбить для вас премию какую…», — продолжил Денис Сергеевич, глядя на лежащее перед ним заявление.

Никита знал, что этот разговор будет, но в этот раз он не готовился. В этот раз он даже не знал, что дальше. Он увольнялся просто в никуда.

— «Денис Сергеевич, я уже решил и не передумаю», — ответил Никита.

Он прекрасно понимал, что Денис Сергеевич, не то, чтобы не хотел терять ценные кадры, его даже не смущало то, что нужно искать замену. Он не хотел включать это в свой еженедельный отчёт.

Отчёт должен быть идеальным.

Вообще Денис Сергеевич был из тех, для кого отчёты важнее всего. В своих отчетах он усердно трудился и безупречно работал. И не важно, насколько достигнуты цели и решены задачи.

Департамент работы с клиентами завален жалобами. Когда-то департамент реально решал проблемы клиентов, но теперь всё сводилось к тому, чтобы умолять клиентов не подавать в суд на контору, предлагая несущественные отступные.

Контора.

Именно тогда, когда Никита назвал так свою работу и пришла мысль об увольнении.

И вот он уже сидит в кабинете, который его всегда раздражал. Раздражал своими подвесными потолками, потемневшими толи от времени, толи от этой нездоровой энергии, которая витала здесь последние годы, старыми шкафами с папками, содержание которых мало кому известно, а кому известно — мало понятно.

Но сегодня это не бесило. Сегодня всё это потеряло свою силу, потому что всё это в последний раз.

«Пусть остаются сами, со своими потолками и шкафами», — подумал Никита и это его веселило.

Теперь уже бывшие коллеги смотрели на Никиту сегодня как-то иначе, как-то неодобрительно. Будто через столько корпоративов, дней рождений и пары-тройки свадеб, они были семьёй. То есть не для красивой речи начальства в качестве поздравления, где доброе слово важнее банальных денег, а прям новый вид отношений. Рабочая жена, рабочие друзья, братья, сёстры, ну и конечно, либо большая мама, либо большой папа, в зависимости от того, кто начальник.

Но магия исчезла. После того, как в офисе стало известно об увольнении одного из ведущих членов «семьи» — она превратилась в сборище абсолютно чужих людей. Их объединяло только то, что им нужны деньги, и, по воле случая, им сказали, что они приняты.

Это была точка. Ему было плевать на всё: на будущую должность, на другую зарплату, на отдельный кабинет со сраным цветком у окна, короче говоря, на всё, о чём ещё недавно мечтал, к чему столько лет стремился.

Никита, в свои полные тридцать три года, представлял себе жизнь как-то иначе, что-то вроде: делай правильно — будет хорошо. А оказывается, что не факт. Может быть иначе. Например, с девушками у него этот принцип совсем не работал. Бывшая ушла, потому что он был «слишком хороший», «чересчур правильный». Но и прикидываясь плохишом на свиданиях не добился ничего серьёзного.

Продолжать делать всё, как раньше он не хотел. Он осознал, что он переставал взрослеть и начинал понемногу стареть. Тут то терпение и кончилось.

«Хватит!» — сказал он себе, и решил отказаться от всего скучного и унылого. Раньше, главная цель была, чтобы как у всех, ну не хуже точно. А теперь он был уверен, что хочет не как у всех, но как именно пока не знает, т.к. не готовился к такому.

Никита вышел из офисного здания на улицу. Никакой двухнедельной отработки, он оставил недополученные деньги конторе. Она людей переваривала, справится и с деньгами. Настроение было неоднозначным. Как будто только-только отменили крепостное право, и ты рад, но совсем не знаешь, что теперь с этим делать.

На улице было хорошо, именно так, как ему нравилось — тепло, но не жарко.

Лето подходил к концу. Начиналась новая жизнь.

Для человека, который большую часть жизни работал на пятидневке и часто брал компенсации за отпуск, всё было в новинку. Будний летний день, рабочее время — а ему никуда не надо. Недолго думая, Никита достал телефон и написал в чат. «Алко-самураи» — это чат максимально близких друзей, с кем так много воспоминаний, но уже не так много встреч.

«Друзья, я уволился. Предлагаю встретиться. Угощаю», — написал он в чат. Место он выбирал все утро, пока ждал заветной аудиенции.

«BAR-BARism», 16:00» — написал он следом. «Новая жизнь — новый бар» — решил он и убрал телефон в карман. Ему понравилось, что название было связано с варварством. Увольняться в четверг — самое, что ни на есть варварство.

Глава 2. Новая жизнь

— «Какое интересное название для бара, и весьма оригинально», — сказал Женя, один из тех самых друзей детства. Все звали его именно Женя, Евгений как-то не подходило. Он источал такую добрую энергию, что мог легко поднять настроение любому, с кем начинал взаимодействовать. Его речь была приятной, спокойной и всегда грамотной.

В общем Женя — эталонное воплощение доброты и спокойствия, но Никита знал, что для тех, кто слов не понимает и любит покричать, Женя может доходчиво объяснить и по-другому. И убедительности придавали взгляд в глаза, низкий голос и травматический пистолет в кобуре.

— «А что тебя не устраивает?» — ответил Никита, — «Мне понравилось название, мы тут еще не были. Всё понятно. В названии указано, что это бар, звучит мощно…

— «Я так понял это связано с варварством больше, чем с заимствованием слов», — подметил Женя, — «А исходя из обстановки и местной публики, я не вижу иного названия для них», — подытожил он.

— «Думаю мы легко сойдем здесь за своих», — шутил Никита.

— «Всегда мечтал почувствовать себя варваром», — ответил Женя, — «Это снимает с тебя ответственность за желание похулиганить», — добавил он.

— «Ладно, оставим в покое название», — предложил Никита, — «Могу же выбрать бар, если угощаю?» — уточнил он.

— «Все, молчу», — говорил Женя с приподнятыми вверх руками, — «У меня же так, профессиональная деформация, не могу не обратить внимание на такие детали. Я бы конечно не согласовал такое название», — подчеркнул Женя.

— «И это говорит директор торгово-развлекательного центра «Европа»? — иронично спросил Никита.

— «Во-первых, не директор, а владелец», — Женя подчеркнул, что Никита оскорбительно ошибся, — «А во-вторых, так решили мои маркетологи, а они лучше знают», — добавил Женя.

— «Лучшее названия для ТРЦ в столице региона, городе миллионнике и не придумать», — добавил Никита.

— «Ой, и не говори… Надеюсь тут пиво нормальное», — спокойным голосом сказал Женя.

— «Варварское», — язвил Никита.

Женя не был таким целеустремленным, как Никита, однако, это не помешало обойти Никиту по всем фронтам: большой, по местным меркам, бизнес, жена, трое детей, просторная квартира в монолитном доме была куплена на всякий случай, в основном жизнь проходила в своем доме, построенном в премиальном клубном поселке, да еще и на солидном английском внедорожнике. Женя же всегда скромно говорил, что это не совсем его заслуга, просто так сложились обстоятельства.

В глазах Жени, Никита был решительным карьеристом. Хороший бэкграунд, в котором он хоть и отставал от Жени, но тоже неплохо жил. Женя был уверен, что у Никиты нет никаких проблем, и его все устраивало. Многие бы даже позавидовали Никите.

Заняв ровно половину столика на четверых, они сразу заказали два пива и гренки с чесноком, чтобы не скучать, пока подтянутся остальные.

— «Никитос, и всё-таки, ты чего психанул то?» — начал расспрос Женя, — «Ты же там долго работаешь, сколько, лет десять?» — Женя посмотрел в потолок, вспоминая то, что не особо запоминал.

— «Да ну конечно, какие десять — шесть, и хватит», — ответил Никита, — «За десять лет я бы точно поехал кукухой и оказался бы в дурке, или хуже того, продолжил работать, как некоторый коллеги», — сказал он с улыбкой на лице, и добавил — «Корабль начал тонуть…».

— «Ну ты же не последний человек был там», — сказал Женя, — «Надо было крикнуть Капитан, айсберг!» — Женя разошелся в мыслях, — «А там глядишь ваша посудина и увернётся. Поплывёте в полный парус наводить шорох на конкурентов», — закончил он мысль.

— «В том то и дело, Жень», — грустно выдохнул Никита, — «Есть ощущение, что на айсберг мы уже налетели. На маленький такой айсберг, который оставляет маленькие такие пробоины. И мы просто не замечаем, как вода медленно заполняет трюмы. И вроде плывем, но медленнее, потому что старому двигателю тяжело толкать тяжелеющий корабль, но никто не понимает почему. Капитан рад тому факту, что мы не стоим на месте. А то, что нас обгоняют более мелкие и шустрые катерки — его не волнует. Главное же не победа… Идиоты», — добавил Никита и его прервал официант.

Официант уже принес заказ, и улыбнувшись начал выставлять на стол сначала бокалы с пивом, а затем тарелку с гренками.

— «Смотри, Никитос», — взяв гренку начал мысль Женя, — «Вот как они это делают? Это просто пиво и гренки. Такие же, как можно сделать дома, но в баре они выглядят по-другому. Бокалы запотевшие, дома просто не получится так сделать. А тут можно позалипать на бегущие вниз капельки…. А гренки, мало, что они выглядят желанно, пахнут умопомрачительно, дак они их ещё избушкой сложили, не побросали в тарелку, а прям старательно уложили. Я еще ничего не попробовал, но уже в восторге…», -Женя смотрел на гренок и молча покрутил его в руке.

— «Это называется подача», — взяв гренку сказал Никита. — «С виду та же гренка, но в другой руке, более изящной, чем твоя» — добавил он.

— «Всегда восхищался тем, что люди смогли возвести утоление голода в ранг искусства», — вернулся к мысля Женя.

— «Ну не скажи, мы же не всегда едим, чтобы голод утолить», — попробовав гренку сказал Никита, — «Вот сейчас, например цель провести хорошо время, а не поесть, поесть и дома можно», — рассуждал Никита.

— «Я понял тебя, это вроде того, что иногда ты трахаешься не ради рождения ребёнка, а просто для души и здоровья» — подхватил мысль Женя.

— «Ну вообще люди, наоборот, чаще трахаются не для рождения детей, но из уст отца троих звучит весьма убедительно» — подметил Никита

— «Ах, ты, язва!» — Сказал Женя и подняв бокал, добавил, — «Давай, за то, чтоб люди меньше язвили и больше трахались!»

Они ударились бокалами и начали, почти залпом пить, как обычно это бывает. Первые глотки почти залпом, а потом, как бы утолив пивную жажду начинаешь тянуть неторопливо.

В этот момент Никита увидел двух фигур, приближающихся в их сторону.

— «Да где вы всё ходите, уже не столь молодые люди?» — сказал Никита двум приближающимся мужчинам. Это были Саша, (33 года) и Ваня, (34 года).

— «Ну а кто в четыре собирается в баре? С учетом того, что пятница только завтра», — ответил Ваня и начался обряд перекрестного рукопожатия.

«Милый друг как же вы опрометчивы, Потому я совет свой вам дам, Безрассудно, друг в жизни изменчивой, Увольняться… по четвергам»,

— зачитал Саша, пожимая руку Никите. Ребята дружно рассмеялись в ответ на неаккуратный, но колкий стишок.

— «Вам дам», — смеялся Женя

— «Вот поэтому мы и зовём тебя Хайям,» — сказал Никита сквозь улыбку.

- «Жизнь без стИха — как любовь без перепИха…» — продолжил Саша.

— «Ладно, поэт, астроном, математик и философ», — Сказал Женя, — «Сегодня Никитос звезда вечера, так что все лавры и микрофон — ему».

Никита начал рассказывать о причинах увольнения. Упомянул и чайник, и айсберг, и Дениса Сергеевича. Друзья внимательно слушали то, что говорил Никита, периодически ловя близкие мысли, те, что порой и самим в голову приходили, но так и не были высказаны.

— «И в один момент — мне стало ясно», — продолжал Никита, — «Я ведь так и не знаю, кем я хочу стать, когда вырасту», — сказал он и сделал паузу, чтобы глотнуть пива.

— «Отец полностью посвятил себя нам с мамой. Время ещё было весёлое. Молодая семья в начале девяностых — не самый удобный старт. Работа была не у всех, а у кого была — не всегда платили за неё. Отцу тогда повезло, армейский друг затянул его на спецавтобазу, бензовозы, поливалки там всякие. У него точно не было возможности для самореализации. Он и мне говорил, что, когда вырасту — должен заботиться о семье во что бы то ни стало. Может это и подорвало здоровье. Он ведь не остановился в нулевых. Продолжал делать всё, чтобы мы жили хорошо. Видимо у меня это рвение от него», — сказал Никита и остановился чтобы выпить пива.

— «Батя у тебя был классный мужик, умный», — сказал Женя. — «Помнишь, как спалил, что мы курили? И ведь не ругал. Объяснил, что не стоит. По полочкам всё разложил. Даже нам, тогдашней шпане, было понятно. Никитос так больше и не курит…».

— «Потому что это вредно для здоровья», — сказал Никита

— «Вот видишь, до сих пор работает», — сказал Ваня и ребята рассмеялись.

— «Мама у тебя вроде не работала же? — Спросил Саша.

— «Мама не работала, да», — ответил Никита, — «У меня бабушек и дедушек не было. Они не дожили. Так что мама занималась бытом. Тогда же, помните, наличие денег еще не успех. Надо было успевать покупать все эти продукты», — Никита ушел в воспоминания о былых днях, — «Блин, а ведь я помню, как в очередях стояли огромных. И всё, только ради того, чтобы купить еды в дом», — подытожил он.

— «Кстати, мама когда-то сказала, что я буду писателем, точнее сказочником. Я такие истории рассказывал про потерянные деньги, когда покупал всякую ерунду вместо хлеба», — словно выдал тайну Никита.

В беседу включился Женя.

— «Никит, это всё здорово, конечно. Про смысл жизни свободу выбора и мечты это хорошо. Но не забывай, что всему своё время. В том смысле, что решать куда идти и кем быть надо заранее. Понятно, что на старте неясно куда тебя это приведет, но ты уже быстро едешь, и уже можешь вписаться далеко не в каждый поворот. Ну сделай чуть шаг в сторону и продолжай. Надоел твой „Титаник“ — прыгай, как ты говоришь в маленький катерок и плыви с ними. Тебе уже за тридцать, и ты давно уже вышел в мир через собственную дверь», — сказал Женя, глотнул пиво и принялся грызть гренку.

— «Нифига ты вспомнил», — сказал Саша Жене, — «Я даже мотив помню… Каждый выходил в мир та-ра-та-та-та-ра-ра…»

— «А ведь он прав», — Сказал Ваня, — «Никитос, мечты — это здорово, и мы тебя поддержим в любой херне, чтобы ты не задумал, но уже поздновато выбирать кем стать. Так можно разрушить жизнь в поисках того, не знаю чего. Посмотри на нас, посмотри и спроси: кто из нас доволен жизнью полностью? Ответ: никто, у всех есть то, над чем работать, есть еще к чему стремиться, но вектор уже понятен. И несчастными мы тоже не являемся, потому что любим и ценим то, что есть уже», — добавил Ваня и принялся в след за Женей грызть гренки.

— «А я не устану напоминать», — включился Саша, — «Надо тебе жениться — тогда у тебя не будет времени на поиски себя, потому что заказы с забрать с пункта выдачи, авокадо купить для салата, полочку новую закрепить и всё такое».

— «Я пока не готов к такому», — сказал Никита. — «Постоянная женщина — постоянные расходы. Я лучше арендовать буду».

Женя улыбнулся, — «Арендные женщины — тоже постоянный расход, поэтому тут как с ипотекой — если уж платить, то лучше за свою, собственную».

Друзья снова засмеялись.

Вечер начал походить к концу. Внеплановая вечеринка начинала переходить из стадии веселой в стадию утомления. Никита, как и обещал оплатил всё, что ребята на заказывали и кампания двинулась на выход.

— «О, наша приехала. Ванесс, погнали», — сказал Саша, обращаясь к Ване.

— «Ладно, было круто, спасибо за внезапную вечеринку», — сказал Ваня и обряд перекрёстного рукопожатия повторился.

— «Да, Никит, всё было круто, спасибо», — сказал Саша, пожимая руку Никите. — «Мечты — это мечты, а жизнь — это жизнь», — добавил он на прощание.

— «Такой постулат, да еще и от лучшего философа современности, я точно запомню», — сказал Никита пока Саша с Ваней садились в такси.

Такси уехало, и Никита остался в компании Жени. Женя молча писал что-то в телефоне, и Никита погрузился в размышления. Он не сомневался в том, что ребята говорили логичные и правильные вещи, но ему жутко не нравилось отсутствие выбора. Жизнь без вариантов его пугала. Почему нельзя переиграть, если текущая ситуация тебя перестала устраивать? «Кто, кроме меня, может жить мою жизнь?» — звучало в его голове.

— «Жень, честно, я понимаю про что вы говорите», — начал Никита, — «Я понимаю, что не прожить всю жизнь, там, играя в видеоигры, поедая чипсики. Но мне так надоело быть взрослым. Почему я должен делать скучные дела, да ещё и в компании идиотов, которые сводят к нулю все твои старания?»

— «Тебе же не за результат платят? За время?», — не отрываясь от телефона ответил Женя.

— «Да я же не только за зарплату, приятно же, когда видишь успех в плодах своих творений, да и не этим я хотел заниматься», — сказал Никита и вдруг ему очень захотелось выкурить сигарету.

— «Жень, дай сигарету», — уверенно сказал Никита.

— «Оу, да у нас всё, кажется, серьёзно», — сказал Женя, убирая телефон и доставая пачку и добавил, — «Ну, давай, покурим».

Женя достал две сигареты из пачки и оба закурили.

— «Ты не думай, что мы погрязли во взрослых делах», — начал после паузы Женя. — «Мне самому, порой, не верится, что мне уже не пятнадцать, что уже жена, дети. Интересы уже тоже не те. Раньше хотелось понять, насколько интерактивный мир. Мы не жили богато, и мне всегда было интересно, а каково это, новая машина, хорошая еда, острова там всякие… А теперь я могу уверенно сказать — в этом нет счастья, но это не значит, что я готов отказаться от этого. Теперь, когда я всё это попробовал, у меня хотелок не осталось. Но у меня есть жена и три замечательные дочки, у которых хотелок немерено, и я буду им потакать. Пусть говорят, что балую, но я буду баловать, потому что могу. Мне нравится делать всё для них. В этом я нашёл своё счастье».

— «Это круто, безусловно», — сказал Никита, выдыхая дым и едва не закашляв от тог, что давно уже не курил продолжил говорить, — «А личное пространство есть у тебя?»

— «Когда у тебя такая семья, то у тебя не может быть личного пространства. Потому, что я за них отвечаю. У них оно есть, и то, пока я либо работаю, либо гоняю на мотаке или квадрике. Хотя видимо это и есть мое пространство», — задумчиво сказал Женя и к ним подъехал английский внедорожник.

— «Вот ты говоришь свобода», — сказал Женя, потушив окурок об край урны, — «А ты сейчас такси будешь вызывать, а за мной супруга приехала. Привезла сюда, а теперь забирает. Можем тебя закинуть», — Женя посмотрел на Никиту, приподняв слегка одну бровь.

— «Я на такси, спасибо!», — ответил Никита.

— «Смотри сам», — сказал Женя, — «Давай, отдохни, выдохни и звони — помогу с работой»

— «Хорошо, спасибо», — сказал Никита.

Они пожали руки, и Женя сел в машину.

— «Никита, привет! Поздравляю с увольнением», — сказала Оксана, жена Жени, через открытое окно автомобиля.

— «Спасибо, большое!», — ответил Никита.

Машина поехала и Никита начал ждать такси. Такси кружились рядом, но никто не брал заказ. Возможно, вечером не хотели ехать на край города, где жил Никита. А может у них какая-то своя причина, известная только самим таксистам.

«Машина назначена». Желанное сообщение высветилось на экране и, если верить программе, между водителем и пассажиром было семь минут.

Такси приехало через восемь. Никита сел, и они поехали.

Всю дорогу до дома Никита думал о прошедшем вечере. О погрязших в суете серых дней друзьях, которые, как он считал, свели свои мечты до бытового уровня. Никаких идеалов, никаких вершин, что нужно покорить. Просто жизнь.

Никите стало грустно. Он верил, в то, что друзья бросятся с ним в борьбу с рутиной, что он откроет им замыленные глаза и они помчат на встречу мечте. Каждый своей, конечно, но все вместе. А тут такое разочарование. Никиту так же не устраивало то, что они на свои мечты забили и ещё и его пытаются отговорить. Где эта команда отважных мальцов, что по малолетней глупости кидали камни в бомжей на заброшке? Авантюризм в них пропал безнадёжно.

— «Вам какой подъезд?», — уточнил таксист.

— «Да здесь тормозите, я дойду», — ответил Никита.

Он вышел из машины и направился к своему подъезду продолжая крутить неприятные ему мысли.

Оказавшись в квартире, Никита включил телек в гостиной и лег на диван. Что-то должно отвлечь его от грустного вечера. Никита по привычке включил свежую подборку ДТП и через пару минут уснул под колыбельную песню автомобильных аварий.

Глава 3. Новая жизнь 2.0

Никита открыл глаза. Наступало утро, но солнце не особо светило в окно. Никита в очередной раз пожалел, что в окружении высоток купил квартиру на третьем этаже. Прямые солнечные лучи редкий гость на этой высоте из-за тени его же дома и окон, направленных во двор.

Поднявшись с дивана, Никита посмотрел на телевизор. Телевизор повествовал о том, почему так долго не могли найти точное место гибели «Титаника». Ничего себе перескочили от аварий до кораблекрушений — подумал Никита и выключил телевизор.

Он вышел в коридор. Это было единственное место, до которого пока не добрался новомодный ремонт. В целом квартира Никиты была сделана в его любимом стиле: меньше деталей и выпендрежа — больше практичности. Знакомый дизайнер помогла добиться такого эффекта от ремонта, что он выглядел на порядок дороже, чем реально на него было потрачено.

Никита зашёл на кухню и включил светящийся синим прозрачный чайник. Чайник загорелся красным. Никита посмотрел в окно и его осенило. Не прошло и минуты, как Никита выключил чайник. Он каждое утро включает чайник, когда заходит на кухню. Так было всегда и это привело его к тому, что перестало его устраивать. Сегодня и всегда теперь будет иначе, по-новому.

И начать Никита решил с возврата к утренним пробежкам, от которых он отказался, когда стал сильнее уставать на работе. Дисциплина — вот, что выпало из его жизни, превратив ее в рутину.