Влюблена в мучителя

— О, да… да… да… — вздыхала я

Вскоре мои стоны превратились в крики, я изгибалась от мощных волн наслаждения. И тут он схватил меня за плечи, впился губами в мою шею и уже хотел было войти в меня, но, почувствов его горячий член между своих ног, я пнула его в грудь и заорала, как ненормальная:

— Отойди от меня, урод! Я сделаю это сама! Ты ничтожество, подлец, я тебя ненавижу!

Попятившись от него, я села на пол, не чувствуя больше холода от текущей воды. Широко раздвинув ноги, я снова принялась ласкать всей ладонью свой клитор, трахать себя пальцем, крича от удовольствия и пристально глядя на насильника диким взглядом. Ощущения были непередаваемыми! Мне нравилось, что он так смотрит на меня.

Я видела, как он кончает — брызги его спермы разлетелись в разные стороны, а сам он согнулся, схватившись рукой за стену, чтоб не упасть. Следом за ним кончила и я, истошно закричав. Надо мной как будто бы вспыхнули тысячи звезд — они разошлись во все стороны по потолку. Клитор жгло, соски болели. Я легла на мокрый пол, ощущая, как все мое тело наполнилось легкостью. Мне было плевать, как я выгляжу со стороны. Мне было плевать, что я лежу в каком-то жутком заброшенном помещении. Мне было плевать, что, возможно, теперь насильник убьет меня. Я тяжело дышала, глядя в потолок. Мой мир был прекрасен, я была прекрасна. Все вокруг было прекрасным! Это было истинное блаженство. Оказывается хороший секс, как наркотик. К нему быстро привыкаешь, и вскоре становится мало, хочется еще. Я поднялась на ноги, подошла к мужчине и наклонившись к его лицу, хрипло проговорила:

— А теперь трахни меня по-хорошему, чертов ублюдок. Я хочу еще…

Глава 10

Он взглянул на меня снизу вверх и улыбнулся. В его глазах мелькнуло удивление.

— Тебе хочется еще, Лера? Неужели?

Я уверенно кивнула. Теперь, когда передо мной открылся этот удивительный, просто восхитительный мир оргазма, я не хотела останавливаться. Я хотела этого ощущения еще и еще. Раз уж он все равно меня убьет, то я хотя бы получу максимум плотского удовольствия, я хотя бы умру удовлетворенной…

Дикие, нездоровые мысли, не так ли? Но и сама ситуация была дикой и нездоровой. Мне кажется, люди сходят с ума не сами по себе, а под влиянием подобных обстоятельств, ломающих сознание.

Мой мучитель смотрел на меня своими маленькими, внимательными глазками и не шевелился.

Раньше я бы никогда не подумала, что во мне таится столько похоти. Я ничего не знала о ней, считала себя холодной и бесчувственной. Конечно, я возбуждалась, как и все молодые девушки. Иногда возбуждалась просто так, от одного взгляда незнакомого красавчика! Но это возбуждение было таким призрачным и мимолетным, что я не успевала раскрыть его. Рядом не было того человека, который мог разбудить мою истинную похоть.

Но она была во мне, таилась где-то глубоко-глубоко, и внезапно раскрылась при таких вот жутких обстоятельствах.

Может, я, как и он, ненормальная? Может, меня надо лечить? Возможно, но теперь мне все равно никто не может помочь. Я один на один с этим насильником. Я держусь, как могу. Я пытаюсь сохранить в себе то, что еще осталось от меня прежней.

Но в эту самую минуту я хочу его. Я хочу его. Хочу его руки, губы, член… Мне глубоко безразлично, что он не красавец, он трахается лучше всяких смазливых мальчишек.

Я скользила жадным взглядом по его крепкому мускулистому телу, облизывая губы, и желала его всей своей плотью.

— Ах ты, дрянная сука, — зло проговорил он, — Я-то думал, ты аленький цветок, девочка-недотрога, милая скромница…

Почему-то меня не обидели и не разозлили его слова. Я горько усмехнулась.

— А я и была такой до того момента, пока в моей жизни не появился ты и не изнасиловал меня! Я и была аленьким цветком, недотрогой и скромницей! А потом ты отымел меня своим огромным членом! Помнишь, как мне было больно? Я готова была умереть от стыда и ужаса! Но не умерла! Аленький цветок умер, а я не умерла! Недотрога сдалась, но я не сдамся!

Мой хриплый голос превратился в крик.

— Это же ты изменил меня. Ты сам! И твой огромный член! Как видишь, я изменилась в худшую сторону! — так же холодно и зло ответила я.

Мужчина удивленно поднял брови и рассмеялся. Его лицо, покрытое шрамами, некрасиво скривилось, толстые губы растянулись в злорадной улыбке, обнажив желтые зубы.

— Ты ведь привёз меня сюда, чтобы насиловать? Так давай, насилуй еще! Хочешь, свяжи меня, надень снова наручники! Трахай меня, чертов извращенец! Бери, трахай меня, урод! Я могу кричать и звать на помощь, если тебе так больше нравится. Могу плакать! Если тебя лишь это возбуждает…

В моем голосе звучал вызов. Я стояла перед ним — голая, доступная. Он мог развернуть меня и отыметь так, как ему хотелось. Но он не делал этого, член его безвольно повис между ног, он не был возбужден так же, как и я. Наверное, я помешалась на сексе больше него самого, потому что у меня между ног уже все было мокрым от выделившейся смазки, клитор снова увеличился, ожидая ласки. Я чувствовала это возбуждение, и меня это раззадоривало!

Он стоял молча, рассматривая мое тело. Я была уверена, что нравлюсь ему, поэтому стояла, выпрямив спину. Груди мои были красивыми, высокими и упругими.

Моя грудь мне нравилась, и к тому же, она была объектом зависти даже для Лизы, чьи огромные буфера свисали вниз под собственной тяжестью. Она часто клала ладонь на мою грудь, сжимала ее и говорила обиженным голосом:

— Я хочу поменяться с тобой титюшками! Отдай мне их! Зачем тебе такие классные? Ты все равно ими не пользуешься особо! Походишь с моими буферами!

Я смеялась, отталкивая ее руку, а она произносила мечтательно, закатив глаза:

— Я уже представляю, как бы я скакала на моем новом парне с твоими титюшками. Они бы не болтались во все стороны, а мягко подпрыгивали бы вместе со мной! Он бы сразу кончил, как только увидел это…

Так вот, сейчас я нарочно выставила свою грудь вперед, соски возбужденно стояли, живот был плоским, а бедра округлыми и широкими. Я была идеальна! Грязь смылась водой. Волосы уже почти высохли и распушились у лица неровными завитками.

Он несколько раз скользнул по моему телу оценивающим взглядом и отвернулся.

— Не хочу. Ты меня больше не привлекаешь! — небрежно бросил он.

Меня будто обожгло огнем. Что он сказал? Это как вообще?

Я задохнулась от ярости и открыла рот от возмущения.

— Ты ублюдок! Вот так, значит? — закричала я, выпучив глаза, — То есть голые, доступные бабы тебя не возбуждают, да? Прости, я забыла, что ты конченый маньяк, и твой член стоит только на тех, кто тебя боится до смерти. Тебе не интересны женщины. Тебе интересны жертвы! Те, которые не хотят тебя. Ты маньяк, тебе не нужна взаимность. Ты хочешь брать силой, насиловать, упиваться страхом!

Мне стало тошно, противно! Иллюзорный любовный морок рассеялся, возбуждение в миг иссякло. И хорошо!

Я почувствовала озноб и страшную усталость. А еще мне очень хотелось попасть домой! Я ненавидела всем сердцем этого злобного озабоченного выродка. После того, как возбуждение уходит, реальный мир кажется ужасным. Я окинула взглядом обшарпанные стены и взглянула на урода, стоящего передо мной.

— Как же ты противен! — прошептала я, скривив побелевшие от холода губы, — Ты не человек. Ты выродок, дерьмо собачье.

Мне хотелось задеть его так же сильно, как он задел меня. О чем я думала в тот момент? Где были мои мозги?

Видимо, эта фраза стала для него последней каплей.

— Все! — заорал он, — Поиграла немного в хозяйку, и хватит. А теперь заткни свой поганый рот, пока я тебя не прихлопнул!

— И не подумаю! Заткнись сам! — выкрикнула я в ответ.

Это было лишнее! Но я не смогла сдержать своей ярости.

Он подскочил ко мне и с силой ударил по лицу. Из разбитой губы брызнула кровь, челюсть заныла. Не успела я отойти от первого удара, как он нанес второй — под дых, да такой мощный и безжалостной, что я задохнулась, хватая воздух ртом.

Он толкнул меня, и я упала на сырой пол навзничь, окунувшись лицом в грязную воду. Я хотела подняться, но он пнул меня ногой в бедро, и я снова повалилась на пол.

— Противная, наглая сука! — процедил он сквозь зубы, — Я твой хозяин, а ты здесь никто. Поняла?

Я лежала, пытаясь не закричать от боли. Меня никогд не били. Никогда! А теперь я лежу на полу, как побитая собака!

— Ты поняла меня? — завопил он и еще раз больно пнул меня в бок.

— Поняла, — прошептала я, а потом сжала зубы до хруста.

Насильник схватил меня за волосы и поволок за собой. Вот теперь я не выдержала и закричала, но он лишь сильнее дернул меня, наматывая мокрые светлые пряди на свой мощный кулак.