Влюблена в мучителя

Я ненавидела себя, но не могла ничего поделать со своим телом, которое откликалось на каждое прикосновение этого ненормального, жестокого, полного злобы, урода.

Я пребывала в плену маньяка, но еще и в плену собственной похоти.

Он ударил меня по бедру, а потом изо всех сил ударил по лицу, не переставая яростно двигаться внутри меня, снова схватил за волосы и ударил головой об стену.

Я не почувствовала боли, это лишь усилило ощущения, приблизило очередной оргазм. Его удары добавили нашему бешеному сексу яркости, накатывающие волны были невероятно мощными, сердце отчаянно сиучало в груди.

— Еще! — прохрипела я, — Молю, еще! Еще!

— Сука! Вонючая грязная сука!

Он рычал от возбуждения и трахал меня так неистово, так сумасшедше, что мне казалось, я умру от этого бешеного соития.

Голова металась, груди подпрыгивали вверх и вниз, точно круглые мячи. Я кричала. Нет. Я вопила, как ненормальная!

Я нигде такого не видела. Ни в одном порно-видео. И мне казалось, что теперь я точно круче всех этих грудастых порно-звезд, у которых даже оргазм не настоящий.

Перед глазами все плыло и мерцало, будто звезды сошли с небес прямо к нам.

А потом я с криком кончила — струей, обмочила матрас. Сквирт, без вариантов. Другого оргазма здесь просто не могло быть.

Он кончил сразу после меня, обмяк, повалился на мою грудь. Какое-то время мы оба лежали неподвижно, приходя в себя.

Мы были мокрые и липкие от общей интимной влаги. Она смешалась и объединяла нас, будто мы стали парой, двумя возлюбленными, которые никогда не расстанутся, всегда будут вместе.

А потом он резко вскочил на ноги, дернул меня за руку и потащил за собой из грязной, вонючей каморки.

— Куда? — спросила я, дрожа от страха.

Он же говорил, что трахнет меня в последний раз. Говорил! Но я не придала значения этим словам.

Что же будет сейчас? Убьет?

— Нет, нет, пожалуйста, не надо… — заплакала я.

Но насильник ничего не ответил, он молча вел меня куда-то по узким, тёмным коридорам, крепко держа за руку. Мы оба были голыми, и это выглядело довольно странным.

По моим ногам текла его сперма, она капала крупными мутными каплями на пол.

Мне вдруг стало по-настоящему страшно.

Очень и очень страшно.

Глава 7

Я предчувствовала нечто плохое. На меня навалилась такая тяжесть, что стало трудно дышать, тело одеревенело, ноги не шли вперед.

— Куда ты ведешь меня? — то и дело спрашивала я, но ответа не получала.

Насильник крепко сжимал мое запястье и тащил меня за собой по темному, обшарпанному коридору. В голове вертелись разные мысли, в основном, жуткие.

Вдруг он решил убить меня? Вдруг эта смерть будет страшной? Вдруг мне будет очень больно?

Перед глазами проносились разные безумные картинки. Я не знала, что от него можно ждать. Судя по тому, как резко меняется его настроение, он точно страдает от психического расстройства.

В какой-то момент я увидела, что в конце очередного длинного коридора горит свет.

Свет? Неужели?!

Я замедлила шаг, но мужчина тут же сильно дернул меня за руку. Мы дошли до двери, за которой было светло. О боги, это реально был электрический свет, от которого я уже успела отвыкнуть, сидя в своей темной каморке.

Он толкнул скрипучую дверь, и я зажмурилась от яркого света. В нос ударил запах сырости и плесени. Мой мучитель затащил меня внутрь, я зажмурилась от света и непроизвольно задрожала — здесь было влажно и холодно. Было слышно, как где-то рядом капает вода. Сразу захотелось пить, я не пила со вчерашнего дня, вода в бутылке кончилась, а новую он не принес.

Открыв глаза, я вздрогнула. Передо мной было его лицо. Он стоял близко, я могла протянуть руку и коснуться его щеки.

Наконец-то я увидела его. У моего мучителя было бледное, худое лицо с квадратными скулами, прямым, мясистым носом и квадратным подбородком. Я не могла оторвать взгляд от холодных черных, нечеловеческих глаз. Лишь потом я заметила, что у него такие же темные волосы, брови и ресницы. Лицо его сложно было назвать приятным — глаза были слишком маленькими, а нос и губы — слишком большими. А еще по всему лицу шли жуткие шрамы от ожогов. Мне стало неприятно смотреть на него. Честно говоря, занимаясь с ним сексом, я представляла его лицо другим — мужественным, красивым. Поэтому теперь меня настигло разочарование.

Полные губы мужчины приоткрылись, и я брезгливо отвернулась. А ведь недавно он доставил мне этими самыми губами неземное блаженство!

— Не узнаешь меня? — презрительным тоном спросил он.

Я вновь посмотрела на него, снова обвела вгзглядом его лицо и крепкую, подтянутую фигуру. Нет, я не была знакома с этим человеком, никогда раньше не видела его — в этом я была уверена.

— Нет. Я вижу тебя впервые, — тихо ответила я.

Его взгляд скользнул по моему лицу, спустился ниже. Он смотрел на мое тело с презрением, даже с отвращением. Толстые губы скривились в неприятной усмешке.

Я инстинктивно прикрыла грудь рукой. Мне тоже был неприятен его взгляд. Еще пять минут назад мы были близки, занимались жёстким сексом, он был так глубоко во мне, я была его частью, его рабыней, готовой на все ради мгновений этих плотских утех, ради неземного оргазма. Мы были с этим человеком одним целым, но сейчас все по-другому: мы чужие друг другу люди. Мы друг другу ничуть не нравимся. Он маньяк, а я — его жертва. У меня защемило в груди, захотелось убежать из этого холодного склепа, прийти домой, в свое уютное гнездышко в панельной многоэтажке и выплакать все свои сумбурные чувства. Жизнь была бы невыносимой, если бы люди не умели плакать… Но шанса на побег у меня не было.

— Прошу отпусти меня. Я не знаю тебя. Я о тебе никому не расскажу, клянусь, — прошептала я дрожащими губами.

Он усмехнулся и ответил:

— Нет, даже не надейся.

— Что ты собираешься сделать? Ты убьешь меня? — дрожащим голосом спросила я.

Он помолчал, а потом произнес с задумчивым видом:

— Когда ты мне надоешь, скорее всего да, убью.

— Ты сказал мне, что это у нас в последний раз… Ты убьешь меня не сейчас?

— Сейчас или не сейчас — это тебя не должно волновать!

Я опустила голову, проглотила комок, подступивший к горлу. Как же он меня бесит! Как же хочется вцепиться в его толстую шею и прогрызть ее насквозь зубами! Пусть его дурная кровь зальет тут все! Урод!

Вот дура! Во время секса этот ублюдок реально казался мне привлекательным. Как же женщины любят романтизировать всех, у кого есть член. Какими же мы бываем дурами, когда нас хорошо трахают… Мне стало противно от себя самой, от собственной слабости. Хуже нет чувства, когда бесишь саму себя. А со мной это происходит все чаще и чаще. А еще я сильно замерзла, меня бил озноб. В этом помещении было еще холоднее, чем в моем склепе. Интересно, какая погода сейчас стоит на улице? Я так давно не видела солнечного света. Наверное, уже совсем тепло, и Лизка сейчас щеголяет на свидания в коротких платьях с голыми ногами. Как всегда, без трусиков. Как-то я спросила у нее — почему она всегда без белья. Она удивленно уставилась на меня и ответила:

— А как же спонтанный секс с первым встречным?

И тут уже я выпучила на нее глаза. Таких, как Лиза, не крадут маньяки… Странно, они бы хорошо поладили с этим мрачным, непредсказуемым верзилой!

Мужчина подошел к стене, снял с нее шланг и включил воду. Меня окатило ледяными брызгами, и я закричала. Он как будто нарочно, направил струю на меня и принялся обливать меня с ног до головы.

— Тебя давно пора помыть! Ты жутко воняешь! — прокричал он.

— Прекрати! Перестань! Мне очень холодно! — визжала я, пытаясь увернуться от потоков ледяной воды.

Терпеть это было практически невозможно. Я металась от одной стены к другой в поисках укрытия, но везде меня настигала вода. А потом он бросил шланг, ледяные потоки потекли по бетонному полу. Я обхватила себя руками, дрожа и всхлипывая. Сырые волосы облепили мое лицо. Он какое-то время смотрел на меня со снисхождением, а потом спустил штаны и обхватил рукой свой большой, набухший от возбуждения член. Слегка сжимая свою плоть, он принялся водить рукой вверх и вниз, не сводя с меня пристального взгляда. Я плакала, дрожа от боли, страха и холода, а он, ничего не стесняясь, дрочил, глядя на меня. Это было бесстыдно, пошло, мерзко. Это было чудовищно!

— Какой же ты урод! — сквозь зубы процедила я.

Его взгляд изменился, потемнел, толстые губы скривились. Я испугалась, решив, что разозлила его. Меньше всего мне хотелось сейчас быть избитой этим ненормальным маньяком.

Член его, казалось все увеличивался в размерах. Он был огромен! Маньяк водил по нему рукой вверх и вниз, не останавливаясь. Дыхание его стало частым и тяжелым, глаза еще больше почернели.

— Продолжай, сука… — выдохнул он. — Выскажи мне все, что ты обо мне думаешь.

Я открыла рот, но тут же закрыла его. Мне было противно и страшно.

— Давай же, не бойся. Тебе самой станет приятно, когда ты выскажешь мне все.

— Ты урод! Моральный урод! Чудовище в облике человека! — с ненавистью прошептала я.

Из головки его члена стекала прозрачная жидкость. Я отвернулась, чтобы не видеть этого, но от его стонов мне деваться было некуда. Я слышала движение его руки, шумное дыхание, кажется, мне был слышен даже частый стук его сердца.

— А теперь трахай себя, — произнес он.

Я округлила глаза и помотала головой.

— Что за чушь ты несешь? Какой же ты ненормальный! Псих!

Я вдруг так разозлилась, что в глазах потемнело, а в голове застучало.

— Трахай себя! — закричал он.

Я вздрогнула, отшатнулась и уперлась спиной в бетонную стену. Нет, этого не может быть. Передо мной стоял мужчина, дрочащий свой огромный член и заставляющий меня заниматься самоудовлетворением у него на глазах. Такого не увидишь даже в порнофильмах! Или увидишь?

— Трахай себя, дура, или я снова оболью тебя водой!

Я поднесла руку к своим пухлым половым губам, которые за то время, пока я здесь нахожусь, покрылись жесткой щетиной, раздвинула их и коснулась пальцем клитора…

Глава 8

Он смотрел на меня, приоткрыв рот.

— Ну же, давай. Ты же знаешь, как это делается!

Я знала.

Я встречалась с парнем, чей маленький, вялый член ни разу не довел меня до оргазма.

Я его любила и поначалу паниковала, считала себя фригидной, нездоровой, не такой, как все. Думала, что у меня что-то не в порядке с внутренними органами, что вместо матки у меня внутри — кусок камня, ледышка… Я даже ходила к врачу, чтобы успокоить себя. Но врач сказал мне, что с женскими органами у меня все в порядке. А об оргазме я спросить постеснялась.

На самом деле, проблема-то была не во мне! У меня-то все было хорошо, а вот у парня в голове явно жили какие-то тараканы…

Может, в детстве его била мать или сильно обидела какая-то девчонка. Он мне ничего не рассказывал.

Я почти ничего о нем не знала, и винила во всем себя.

Мы занимались сексом однообразно — я ложилась на спину, а он, слегка помяв мои груди, забирался на меня и, повозившись у меня между ног, входил в меня. Часто я совсем не возбуждалась, вагина была сухой, и его движения доставляли мне лишь боль. Он никогда не ласкал мой клитор, даже не касался его, как будто боялся дотронуться.

Интересно, он вообще знал, что у женщины там находится источник высшей степени наслаждения? Он знал, что, правильно массируя клитор влажными пальцами или языком, он мог довести меня до оргазма, даже не засовывая в меня свой маленький, никчемный член? Наверное, нет.

А я, дура, терпела этот ужасный секс, продолжала любить его и наивно убеждала себя, что у нас более высокие отношения, не основанные на физической похоти.

Но когда моя подруга Лиза с упоением рассказывала мне об очередном сексе с новым смазливым дружком, она в красках описывала мне свой оргазм. И я страшно завидовала ей. Она еще все время спрашивала, было ли у меня такое. Не со зла, Лиза и вправду была уверена, что все женщины способны быть страстными, ненасытными кошками в постели.

— Я кончила с ним три раза! Было ли у тебя такое? Я думала, что умру от оргазма! Было ли у тебя такое? Я хочу трахаться с ним круглосуточно, постоянно! Было ли у тебя такое?

Признаю, это бесило меня. Мне казалось, что она хочет доказать мне, что она вся такая опытная женщина, а я — наивная, ничего толком не умеющая простушка. Но у Лизы, конечно, и в мыслях такого не было.

Я назло ей кивала головой, улыбалась загадочно, как будто я тоже знаю, что такое оргазм, что у меня бывает первоклассный секс, и что все вышеперечисленное у меня тоже было. Конечно, я врала! Я всегда завидовала Лизе, ее неприкрытой, откровенной, сводящей с ума всех парней в радиусе двадцати метров, сексуальности. Я завидовала ее раскрепощенности, ее чувственности, ее умению получать удовольствие от любого мужского члена — маленького или большого.

Моя подруга была не разборчива в своих половых связях. Но именно Лиза была для меня примером истинной женщины. Она сводила с ума мужчин и умела получать удовольствие с помощью их членов. Я хотела быть такой же чувственной и легкодоступной, но характер не позволял. Я всегда была очень серьезным, ответственным и верным человеком. А еще в голове были с детства вбиты установки о том, что мы созданы для одного-единственного человека, как Ева для Адама…

Может, я и сейчас все еще такая…

Хотя вряд ли. Слишком меня изменил, переломал насильник.

Так вот о самоудовлетворении. Я узнала об этом не в подростковом возрасте, как многие, а значительно позже, уже будучи в отношениях с моим первым и единственным парнем.

Он тогда уехал к друзьям, и мы с Лизой сидели у меня, пили вино и болтали о всякой чепухе. Ближе к полуночи, когда музыка в колонке зазвучала слишком громко, мы стали танцевать, прыгая по комнате, как ненормальные. Пустые бутылки от вина катались по полу, а мы визжали, как дикарки и кружились по комнате до тех пор, пока соседи не застучали нам по батареям. Тогда, выключив музыку и забравшись под одеяло, я попросила Лизу научить меня оргазму.

— Ты что же, Лерка, никогда не кончала со своим принцем? — удивленно спросила она.

Я покраснела и порадовалась тому, что мы лежим в темноте, и Лиза не видит моего смущения.

— Да кончаю я с ним, — не очень правдоподобно ответила я, — просто не так, как ты. Не так… мощно.

Лиза как-то странно, жалостливо, взглянула на меня. Как будто все поняла. И тогда я добавила, пытаясь скрыть свое смущение:

— Если, конечно, ты не преувеличиваешь эти радужные ощущения.

Она засмеялась и натянула одеяло до самого подбородка.

— Никакого особенного секрета нет, Лер, — засмеялась подруга, — Просто если мужик не очень умело трахается, я довожу себя до оргазма сама. Как говорится, сама о себе не позаботишься, никто не позаботится. Они ведь думают только о себе, о своих алмазных жезлах и золоченых бубенцах. Ну а нам, в свою очередь, надо любить и нежить свои сладкие пирожочки.

Я захохотала, запрокинув голову. Лиза забавная, во всем может найти нотку юмора. Даже в половых органах! Сладкий пирожочек — надо запомнить!

— То есть, ты… — несмело спросила я.

— Да-да, ты все правильно поняла, — зевнув, проговорила Лиза, — частенько я все делаю сама. Мне надо поставить памятник за то, что я умело компенсирую мужскую лень и недальновидность.

— А как ты это делаешь? — глупо улыбнувшись, спросила я.

— Как-как! — воскликнула Лиза, — Ну ты и дурында, Лера! Тебе столько лет, а ты не знаешь элементарных вещей!

Лиза вскочила, подложила себе между ног подушку и через беленькие трусики с алыми сердечками коснулась рукой своего лобка.

— Смотри. Он внутри, усиленно трахает тебя, пыхтит, долбит тебя членом в твою влажную дырочку…

Лиза начала прыгать на подушке, изображая половой акт с партнером. При этом она томно стонала. Я засмеялась, это было реально смешно! А потом она стала массировать пальцами у себя между ног и наигранно ахать, как будто ей очень приятно.

— Видишь, что я делаю? Запоминай. Когда они трахает тебя, в это же самое время усиленно ты натираешь маслом или чем-то другим свой румяный пирожочек и трахаешь себя сама. Да-да, детка, именно так. Думай о себе, люби себя больше мужчин, тогда и оргазм будет обалденным, каждый раз будешь кончать, как секс-бомба! Поняла? И еще, запомни совет от бывалой секс-бомбы. Главное, чтобы пальчики были влажные. Сухими неприятно. Масло, смазка или, на крайняк, слюна! Томно оближи пальцы, и уже тогда трогай пирожок, тогда точно все получится.

Лиза схватила меня за плечи и встряхнула.

— Не будь бревном, подруга! Возьми и сама растормоши уже свой унылый пирог, Лера! Заставь его стать горячим, огненным, мокрым, и тогда все получится. Увидишь звезды даже на потолке общественного туалета!

Лиза улыбнулась и снова зевнула. Я не выдержала и расхохоталась, да так громко, что по батарее опять застучали соседи.

— Панельки — зло, ни повеселиться, ни потрахаться, наверное! Как вы тут вообще спите со своим принцем? Наверное, тихо и скучно, — недовольно проговорила Лиза.

Потом она рухнула на кровать, да так и уснула с моей подушкой между ног. Я же, слушая ровное дыхание спящей подруги, так впечатлилась и вдохновилась, что стянула под одеялом свои трусики с котиками, раздвинула ноги и осторожно коснулась влажных половых губ. Было как-то не по себе, даже стыдно.

— Не лезь в трусы руками! — так всегда говорила мне в детстве мама.

Я знала, что то, что находится в трусах — трогать нельзя, иначе там все заболит и отпадет. Так меня пугали.

— Не будь бревном! — прошептала я.

И смело провела по половым губам кончиком пальца, залезла внутрь, нащупав там влажную, теплую слизь. Я размазала ее по клитору и начала водить по его головке, гладить и массировать.

Сначала мне было просто приятно. Я была пьяна, ничего не стеснялась, можно сказать, я была наедине с собой, ведь Лиза уже крепко спала.

Откинув одеяло в сторону, я привстала на локтях и посмотрела на свои движения. Это было даже красиво — тонкие пальцы ласкали влажный, набухший бугорок, торчащий между половыми губами. Он запульсировал, увеличился в размерах.

— Вау! — прошептала я, — вот так размерчик!

Это зрелище сильно возбудило меня, смазка потекла из вагины, и я инстинктивно сунула внутрь указательный палец. Внутри было тесно, тепло и влажно. Мои руки все испачкались в смазке. По телу прошла горячая волна.

— Боже, это, действительно, приятно! — удивленно прошептала я.

Я откинулась на подушку, провела руками по своему телу, изучая ощущения. Коснулась бёдер, живота, груди. Дотронувшись до сосков, я почувствовала острый импульс внизу живота. Я погладила их, а потом осторожно сжала пальцами. Возбуждение, казалось, достигло такого пика, после которого уже нет пути назад. Тогда я убрала руки и решила немного отдышаться. Когда волнение слегка утихло, я снова сжала груди, нежно массируя пальцами соски. Потом скользнула руками вниз, гладя свою горячую кожу.

Одной рукой я раздвинула половые губы, а пальцами другой коснулась клитора. Сначала я массировала его по кругу, и это было так приятно, что я застонала — тихо, чтоб не разбудить Лизу.

А потом я коснулась пальцем острой вершины припухшего холмика, и начала нажимать на нее — сначала легко, потом сильнее.

— О боги… Это сладко… Как это сладко… — шептала я, время от времени переключаясь на грудь.

Соски-клитор-соски-клитор…

— Еще… Еще… — шептала я, словно занималась сексом с кем-то, а не сама с собой.

А потом, истекая смазкой, я сунула палец в вагину. Изогнувшись, как кошка, я застонала. А потом принялась яростно двигать пальцем туда и сюда, другой рукой массируя клитор. Я представляла, что это делает кто-то другой, не я, и это возбуждало еще сильнее.

Я тихонько застонала от удовольствия, дыхание мое стало частым и прерывистым. Я представила, что занимаюсь сексом с брутальным красавцем-мужчиной, таким, каких снимают в порно, и стала двигать бедрами навстречу движением. Это мнимое, выдуманное ощущение было так волшебно, так сексуально, что первый в жизни фееричный оргазм накатил на меня волной. Я даже испугалась того, насколько мне стало хорошо — тело несколько секунд тряслось в судороге экстаза. Я потом долго лежала, не в силах пошевелиться, изумленно уставившись в потолок.

Когда я пришла в себя, то из любопытства понюхала свои пальцы и даже попробовала их на вкус. Мой запах и вкус показались мне приятными.

С тех пор я часто, почти каждый день, занималась самоудовлетворением. Это доставляло мне радость, удовольствие и добавляло уверенности в себе. Наедине с собой я была порно-звездой, богиней, секс-бомбой. Я казалась себе чертовски сексуальной. Каждый раз я представляла, что меня трахает один из мужчин, по которым я сходила с ума: популярный певец, или турецкий актер. Так ощущения становились ярче.

Но со своим парнем технику Лизы я так и не применила. Как-то пыталась положить его руку на свой клитор, но он отдернул ее. Мне стало обидно до слез. Он вел себя так, как будто я была грязная. Самой мне тоже было неловко гладить себя, я думала, это еще сильнее оттолкнет его…

Теперь я понимаю, что заниматься сексом нужно лишь с тем, с кем ты сможешь сделать все, что взбредет тебе в голову, и кто будет ласкать тебя везде, облизывать от макушки до пяток — чистую или грязную, ароматную или вонючую.

Поэтому теперь, глядя на того, кто приказывал мне «трахать себя», я коснулась пальцами клитора. Сначала движениями мои были неумелыми и неуверенными, но потом я отбросила свои комплексы и страхи. И начала это делать это так, как умею.

А умела я это очень хорошо.

Глава 9

Мой мучитель смотрел на меня, опустив голову и приоткрыв большой рот. Взгляд из-под густых нависших бровей казался голодным и бешеным. Но я не боялась его.

Я принялась медленно гладить пальцем у себя между ног — медленно, по кругу. Другой рукой я провела по своему животу, скользнула выше и обхватила грудь. Закусив губу и закрыв глаза, я томно застонала. Мне хотелось, чтобы он возбудился от моих движений, чтобы дрожал и стонал от похоти, поэтому я старалась трогать себя максимально сексуально — так, как делают это стриптизерши, шлюхи и порно-актрисы.

Как-то Лиза сказала мне, что мужики, как зеркала, и если считать саму себя сексуальной и привлекательной, то и они будут видеть тебя именно такой. А если не нравиться себе, то и они будут считать тебя серой мышью. Вроде бы все просто, но иногда так сложно принять и полюбить себя! Тем не менее, я это сделала.

Смотря насильнику прямо в глаза, я мысленно говорила себе, что я секс-богиня, что я прекрасна и сексуальна. Я массировала то одну грудь, то другую, постанывая и облизывая губы. Мои пальцы обхватывали упругую мякоть, сжимали ее, потом я брала пальцами пухлый сосок, сжимала его, массировала, крутила в пальцах, одновременно массируя и свой клитор. Я так увлеклась, что не на шутку возбудилась сама. Смазка текла из вагины, моя рука стала липкой и влажной. Это возбуждало еще сильнее.

Голова моя запрокинулась, рот приоткрылся, я прижалась спиной к стене, согнув одну ногу в колене. Ноги мои были широко разведены в стороны, я хотела, чтобы он видел все, каждый сантиметр моего разгоряченного тела. Я знала, что выгляжу сейчас очень пошло и возбуждающе, но еще я знала, что он дико хочет меня. Он рычал от возбуждения, двигая рукой по своему огромному члену. Он не мог отвести от меня глаз, пожирал меня взглядом. Наверное, ему очень хотелось вонзить в меня свой член, но он сдерживал себя. Видимо, хотел увидеть финал моих сексуальных утех. Но в его глазах при этом горел огонь. Это было похоже на нечто большее, чем просто секс. Это было похоже на… любовь…

— Я хочу тебя! — хрипло выговорил он.

И в этот момент я вдруг почувствовала свою власть над ним.

— Подойди ближе! — властно приказала я.

И о чудо! Он послушался. Маньяк подчинился своей жертве! Он подошел ко мне вплотную, и я почувствовала, как головка его члена уперлась мне в бедро, а сам он склонил голову и тяжело дышал. Я подняла ногу выше и с громким стоном стала двигаться пальцем внутри себя, продолжая массировать соски. На самом деле, я тоже была готова к настоящему сексу. Я хотела ощутить его член внутри себя, хотела, чтобы грудь подскакивала кверху от его мощных толчков. Но мне нравилось его желание отыметь меня, и я решила помучить его подольше. Он терся об меня своим членом, но не касался меня руками, а мне так хотелось, чтобы он вошел в меня прямо сейчас! Выгнув спину, я задыхалась от возбуждения. Я положила на клитор всю ладонь и принялась неистово тереть его и полвые органы, держась второй рукой за стену. Попеременно с этим я погружала два пальца в свою истекающую влагой дырочку, и принималась удовлетворять себя, тяжело дыша.