Сколь ценна человеческая жизнь?

— Да, но не рассчитывайте, что я смогу обо всём вас проинформировать.

— Ответьте мне: где и в каком состоянии моя семья?

— Насколько я информирован, сейчас они живут, как и раньше. Готов вас заверить, что с ними всё будет в порядке, ну насколько это возможно. Ведь они не знают, а значит, вы для них всё ещё непогрешимый идеал.

В комнату вносят поднос с напитками.

— Прошу вас быстрее утолить жажду и продолжить пересказ событий, — добавил офицер.

Ленс впервые за столь долгое время услышал хоть что-то хорошее, тяжело выдохнул. Он закрыл только один самый важный вопрос из множества других. Капля счастья в море тьмы.

Крестовый Поход

Корабль подходит к звёздной системе и начинает пробуждение экипажа от долгого сна. Для лейтенанта Парра прошли считанные минуты полного восстановления после сна. Парр вместе с другими сослуживцами направился на свои служебные посты, работая как идеально выверенный часовой механизм.

Парр был оператором У.М.К., и в его обязанности на корабле входили только тренировки личного состава. Опыта в традиционном понимании у него самого и у других из третьего поколения не было. Только загруженные напрямую в мозг необходимые знания — ничего лишнего.

Тренировки были специальными, исключительно подходящими для третьего поколения. Комплекс физических упражнений, в которых традиционный человек или человек из предыдущего поколения мог бы погибнуть, для Парра были стандартом. Их умственные тренинги состояли из бесконечного черпания знаний из баз данных, напрямую загружаемых в мозг, а затем практического применения их в решении самых сложных и разнообразных научных задач, какие только можно найти.

Их совершенство было неоспоримо. Полководцы древности назвали бы их армией полубогов, а С.С.Б. называло их числами.

Парр после стандартных упражнений повёл своих подчинённых в ангар для бронировки на У.М.К. Это не было необходимостью, но он знал, что если он продемонстрирует себя как можно ярче, то сможет получить признание командования.

Парр, залезая в костюм, предложил своим подчинённым спарринг. Условия были просты: кто сможет его одолеть, тот получит рекомендацию на повышение, а кто проиграет — три наряда вне очереди.

— Товарищ лейтенант, разрешите быть первым? — спросил один из солдат.

— Разрешаю. Покажи мне всё, чему я вас обучил, — ответил Парр.

Оба противника вышли на подготовленный круглый ринг. Костюмы хоть и были пять метров в высоту и шириной как два автомобиля, но ангары «Паладина» были столь велики, что можно было устраивать марафоны.

Как только прозвучал гонг, две У.М.К. устремились друг к другу. Они были лишь размытыми силуэтами в глазах неподготовленного традиционного человека. Их движения напоминали схватку двух животных с древней Земли — бенгальских тигров.

Парр стоял в обороне, давая фору противнику, лишь изредка нанося контрудар, когда тот открывался. Он знал, что для победы солдат должен добиться полной синхронизации с костюмом. Даже для третьего поколения прямое подключение нервов к сенсорам и другим приборам вызывало адскую боль, которую они тренировались терпеть. Терпеть дешевле, чем решать проблему.

Солдат боксировал по непробиваемой защите Парра, он не понимал, почему лейтенант не перехватывает инициативу. После неудачного джеба, за который его самого чуть не опрокинули, солдат решил пойти на риск. С разгона, уклоняясь от правого хука и проскользнув под ним, он вцепился в корпус и уже собирался бросить лейтенанта на прогиб, как сам уже лежал на спине.

— Как? Я был уверен, что У.М.К. не может так сгибать конечности, — удивился солдат.

— Не может. Но может проворачивать корпус на 360 градусов и иметь анатомию, отличную от человеческого тела. Присмотрись к ногам моего У.М.К. Они менее устойчивы, но позволяют резко разворачиваться и делать рывки на большие расстояния. Каждый из вас должен управлять своим У.М.К. как собственным телом, но также вы вольны его менять, как вам будет удобней. Ну, кто следующий? — сказал Парр.

Парр продолжил тренировку, зная, что из рубки под самым потолком ангара может наблюдать капитан. Он периодически пытался просканировать рубку в поисках командования, но никак не мог обнаружить капитана по системе распознавания улучшенных людей. Сканирование смогло лишь один раз засечь странный сигнал человека, принадлежащего к третьему поколению, — он был ему неизвестным. Такой сигнал сильно отличался от известных ему.

В это время в рубке над ангаром стоял капитан корабля Ленс: он хотел оценить навыки первой механизированной роты. Он внимательно наблюдал за каждым из ста человек, оценивал их движения и решения в поединках.

Простояв около двадцати минут, Ленс почувствовал, что в рубке помимо него одного появился ещё один человек.

— Снова вы, полковник Кабра... — произнёс Ленс.

— В этот раз я хотела вас удивить. Я даже не произвела ни одного признака моего присутствия. А вы всё также меня без труда засекаете. Ну что же, в следующий раз, может, получится, — ответила Ассана.

— Вы следите за мной с погружения на борт. И даже пытаетесь узнать про мои письма, которые я отправил перед тем, как мы вошли во врата. Может, вас не учили простым людским традициям, так что скажу: в чужие дела нос не суют.

— Да? А вот бы поспорила с этим, — с усмешкой облизнув губы, сказала она.

— Что вы хотите мне сказать? Вы, надеюсь, не пришли ко мне просто чтобы поболтать.

— Почти. Я хочу узнать ваше мнение о третьем поколении и, в частности, о лейтенанте Парре.

— Третье поколение на половину состоит из имплантов, что даёт им рекордные физические показатели. Ментально они — как куклы. Выполняют всё идеально, а если нет, то мгновенно делают выводы из своих ошибок и становятся лучше. Одним словом — полубоги, — ответил Ленс.

— Их эффективность удовлетворяет. Они — идеальное решение всех потребностей. Скорее всего, их поколение будет на вершине человечества ещё около двухсот лет. Отличные цифры...

— Их создали как новый этап развития человечества. Дали тело, но не душу... Что будет, когда выйдет пятое, шестое, седьмое поколения? То же, что и с предыдущими двумя, — их выкинут в неидеальный мир, где они встанут в один ряд с остальными неидеальными людьми. Ответьте мне, полковник: как вы видите своё будущее? — спросил Ленс.

— В будущем у меня будет ещё больше работы и ещё больше выгодных активов. Я верю только в числа. Лучше вы мне ответьте: какое будущее ждёт вас?

— Меня ждёт смерть.

Прибытие

«Паладин» входит на край звёздной системы и останавливается на орбите газового гиганта — четвёртой из пяти планет системы.

Газовый гигант нужен для дозаправки: ведь как бы ни старалось человечество экономить энергию, оно всё равно использует невозобновляемые ресурсы, чтобы искать новые.

Корабль занимает оптимальное положение для сближения с гигантом. Газовый исполин предстаёт перед кораблём, затмевая его и погружая во мрак. Невообразимое космическое тело, на фоне которого «Паладин», сам длиной четыре километра и считающийся самым большим в своём классе, казался на его фоне муравьём.

Датчики фиксировали множество бурь на поверхности планеты, вихри которых могли продолжаться тысячи лет. Они словно множество гигантских глаз следили за кораблём и экипажем — ведь давно не видели живых существ в этой системе.

«Паладин» активирует гравитационный колодец и начинает захватывать и фильтровать изотопы, наполняя свои хранилища. Процедура не быстрая и сложная: одна ошибка — и корабль накренится и начнёт падать в гиганта, а тот в свою очередь с радостью поглотит его, дабы утолить свой голод.

Лагуна способна самостоятельно выполнять дозаправку, но Ленс всё равно проверяет её работу. Ленс привык контролировать всё, что происходит на корабле, и тот факт, что ему не удаётся постоянно отслеживать Ассану Кабра, заставляет подозревать ИИ в секретной помощи ей.

С.С.Б. могли запросто зашифровать протоколы так, чтобы Ленс не смог их найти. Ленс не исключал того факта, что если он совершит дерзкий поступок, то его сразу отстранит Ассана, и командование возьмёт ИИ, который по своей природе видит людей как набор единиц и нулей.

Лагуна не могла навредить человечеству, ведь она была ИИ для спасения людей, но в первую очередь она была машиной. Ленс боялся, что как только С.С.Б. решит, что ситуация имеет критический характер, она без задержки отдаст дистанционный сигнал для запуска К.М. Никто не будет думать о людских жизнях, если их можно пожертвовать для сохранения большей выгоды.

Это беспокоило Ленса, но он не мог пока ничего сделать с этим, кроме как выполнять свою работу так, чтобы ни Ассана, ни другой любой агент С.С.Б. не смог его отстранить.

«Паладин», закончив заправку, включил двигатели на полный ход и устремился к планете Ёх.

Радары и сенсоры фиксировали всё, что происходило в системе, щиты отводили все космические тела, лежащие на пути. «Паладин» был одним из самых заметных объектов в системе, но никто не пытался выйти на связь.

Космос хранил молчание. Корабль постоянно посылал запросы о состоянии планеты, но абсолютная тишина оставляла только самые мрачные мысли. Ленс надеялся, что хоть кто-то им ответит, но слышал только статический шум на всех известных частотах.

Ёх была второй планетой из пяти. Её поверхность была полностью идентична описанию из дополнительных материалов. Многочисленные и высокие горные хребты покрывали половину всего единственного мегаконтинента. Рельеф планеты был почти не тронут деятельностью человека.

Снимки показывали массивные заросшие растениями и засыпанные песком жилые массивы заброшенных городов, затопленные порты и почти исчезнувшие кратеры от упавших спутников.

Природа брала под свой контроль бывший дом человека. Ленс запросил подробный анализ у ИИ. Лагуна дала краткий вывод: планета заброшена, но не разрушена явным катаклизмом или войной. Города будто замерли в безмолвном и неправильном сне.

Для полной картины не хватало данных. Лагуна пыталась задействовать для анализа все имеющиеся приборы, но половина из них начинала сбоить. Что-то явно мешало корректной работе систем, точнее, давало нереалистичные данные.

Ленс отдал приказ о выпуске разведывательных спутников по всей орбите. Корабль, подобно улью, начал выпускать рой спутников из двух ангаров. Спутники быстро распространялись по орбите, образуя сеть для постоянного наблюдения.

Первая фаза спасения и разведки началась.

Допрос 2.

Офицер, нажав на кнопку с краю стола, выдвинул из середины потолка голографический проектор. Яркий голубоватый свет на секунду ослепил Ленса, но затем плавно потускнел. С тихим шумом проектор начал формировать интерактивное изображение всей звёздной системы и злополучной планеты Ёх.

— Данная проекция симулирует старое изображение системы и планеты. У нас, разумеется, нет той версии, которую вы видели в последний раз. Странно, что самописцы корабля не сохранили просканированную систему и планету, в частности, не правда ли? — с подозрительной и осуждающей интонацией пробормотал офицер, смотря в глаза Ленсу.

— Я могу не свидетельствовать против себя. Да и сам я знаю не больше вас. Жаль, но я могу описать её только на словах, — ответил Ленс, пользуясь любой лазейкой, но явно нервничал — ведь не знал, на сколько хватит терпения офицера.

— Это небольшие издержки. Рано или поздно мы восстановим всю хронологию событий. И, разумеется, мы дадим общественности правильную правду. Пока эта уважаемая общественность не напридумывала себе ложной информации.

— Как благородно с вашей стороны. Скажите же мне тогда: почему эта правда так сильно вас коснулась, что вы, как простой и непредвзятый человек, так напряглись?

— Капитан Ленс, вы думаете, мы монстры? Я видел, как «правда» приводит к ужасным последствиям. Вспомните, как сто тридцать лет назад в системе «α» были раскрыты незаконные улучшения обычных людей. Это ещё до первого поколения. Это было безусловно ужасно. Мы принимаем свою вину, что допустили подобное, но представьте, что было бы, если бы мы не засекретили этот инцидент и не стёрли его из инфопространства? Люди бы от такого просто не дали нам дальше разрабатывать улучшения. Если бы мы не пренебрегали такими методами, удалось бы нам избавиться от ранее неизлечимых болезней? Сколько бы мы не спасли на «Тагавар-2» при его пожарах? Если бы мы не совершали все эти «аморальные» действия, человечество никогда бы не начало решать те вопросы, о которых не говорят в широких кругах.

— Я презираю только ваши ненасытные амбиции и то, что вы перестали служить людям, как когда-то. Ответьте мне: есть ли предел в вашем прагматизме? Есть ли смысл в том, чтобы ломать сущность и жизнь человека, которого вы клялись защищать? Каков предел? И есть он вообще? — спросил Ленс.

— Я хочу вам ответить в грубой форме, почему вы ошибаетесь, — офицер сделал глубокий вздох, — но протокол не позволяет...

Ленс начинал уставать от такого долгого разговора, но ему надо было держаться. Ещё слишком рано.

Контакт

Под гул громкоговорителей, раздающих команды экипажу и предупреждения по технике безопасности, три роты улучшенных людей под командованием лейтенанта Парра начинают подготовку к высадке на Ёх.

Ровными рядами, как отточенный механизм, солдаты готовят снаряжение. Каждый солдат, подобно роботу, с равнодушием на лице готовится к грядущей миссии.

Ленс, наблюдая за прогрессом подготовки десантных челноков и за той пугающей холодностью нового поколения, хотел надеяться, что это всё скоро закончится и он сможет вернуться домой на заслуженный отдых.

Чей-то пронзительный взгляд упал на Ленса. Будто хищник, найдя себе новую жертву, подбирался для внезапной атаки.

— Вы не будете на планете для личного мониторинга прогресса операции? — спросил Ленс, не оборачиваясь.

— Вижу, вы перестали удивляться моему появлению. Всё также говорите со мной, повернувшись спиной... Да, я остаюсь на корабле. Мои задачи легче всего будет делать отсюда. Я смогу напрямую управлять авиационными группами дистанционно, главное, чтобы не было помех и хватило ретрансляторов. А координирование других отрядов — вещь не слишком сложная. Считайте, что я вам помогаю руководить операцией. Что вы скажете на счёт этих бравых солдат? По-моему, они смогут показать нам максимальную эффективность! Я жду не дождусь, когда они покажут свои навыки и дадут нам уверенность в светлое будущее, — ответила Ассана, выдержав минутную паузу для раздумья перед ответом.

— Их природа — быть лучшими из лучших. Будет не удивительно, если с их помощью мы завершим миссию максимально быстро. Но стоит помнить, что без нашего контроля эти люди будут мало отличаться от простых людей. Создавали их для построения идеальной экономики, а не для идеального будущего. Не стоит путать эти вещи, — ответил Ленс.

— А разве одно не предшествует другому? — парировала Ассана.

Под оглушительный запуск движков идут последние минуты перед началом высадки. Шесть челноков с внушительными габаритами (около двенадцати метров в длину, шести метров в ширину и семи в высоту) — эти шестидвигательные железные «киты», способные перевозить семьдесят человек и пятьдесят тонн груза, готовятся ко взлёту.

И когда остаются последние секунды, «киты», включив на полную мощность двигатели, по очереди, разгоняясь при помощи электромагнитной катапульты, устремляются к поверхности планеты.

Их гибридные движки больше стабилизируют полёт, чем дают ускорение, их габариты — преимущество, а не изъян, их броня подобна твёрдой шкуре древних животных Земли, а их экипаж подобен пламени в сердце.

На высших слоях атмосферы челноки включают гравитационные щиты, чтобы не расплавиться об воздух. Затем, включая атмосферный режим двигателей, начинают снижать скорость. И когда приближаются к нижним слоям атмосферы, отключают щиты и, полагаясь теперь только на свои толстые шкуры, «киты» приветствуют поверхность планеты.

Плавно приземлившись в трёх разных точках на планете, они начинают вторую фазу спасения и разведки.

Парр, ступив на поверхность планеты первым, предвкушал своё восхождение по карьерной лестнице С.С.Б. Краткая искренняя улыбка проступила на его лице.

Шаги по кладбищу

Точки высадки были рассчитаны на самообеспечение десанта при помощи частичного восстановления инфраструктуры планеты. Были сформированы три группы: «Запад», «Восток», «Центр».

«Запад» отвечал за восстановление работоспособности планетарного космодрома, построенного на гигантской равнине вблизи экватора.

«Восток» занимался восстановлением крупнейшего реактора М.Г.Т.Р. (магнитно-гравитационный термоядерный реактор), который располагался у горного озера, самого большого на планете, — упрощённой модификации, но схожей с реактором «Паладина». Это так, для понимания...

«Центр» должен был провести разведку самого крупного поселения, которое могло стать ключом к раскрытию судьбы людей и всей планеты в целом. Город расположился на стыке горного массива и окраины равнины, в непосредственной близости к одной из самых длинных и широких рек.

Парр лично командовал группой «Центр». Он поддерживал связь с другими группами, вёл подробные отчёты и записи всего, что находили его подчинённые.

В первые часы после посадки группы разбили временные полевые штабы. Были разгружены челноки и обустроены наблюдательные точки с узлами связи. «Паладин» не мог постоянно находиться на связи для координации и поддержки наземных сил из-за странных помех, которые были ритмичны и напоминали нечто невообразимо далёкое и древнее, но в то же время до ужаса знакомое.

Парр каждый вечер вёл краткий отчёт о проделанной работе, а затем, собирая отчёты от других групп, переносил их на физический носитель для дальнейшей отправки на орбиту.

Пока это было невозможно: группа «Запад» только высадилась и ещё не приступила к работе.

День 1:

На построение временных полевых лагерей ушли сутки (26 часов по меркам планеты). Датчики слежения постоянно анализировали округу в поисках людей, но постоянно срабатывали на ложные объекты. При проверке это оказывались либо носимые ветром листья, либо обвалы камней с гор неподалёку. Животных замечено не было, видимо, мы распугали их при посадке. В дальнейшем мы отрегулируем датчики и камеры, дабы отсеять ложные цели. Важно отметить, что селекция целей была проведена ещё на борту корабля, но по неизвестным причинам протоколы были сброшены до более старых версий, что выяснилось только сейчас. Из всех настроек корректно работает только выборка по роботизированным или же механическим объектам. На планете сохранилось достаточно вспомогательной инфраструктуры в рабочем состоянии. Работа их автономна, и такие задачи, как ремонт зданий или уборка территории, выполняются, но локально и с ситуативным успехом. Такие системы не дадут нам никаких данных по катастрофе, и поэтому мы исключим работу с ними в качестве проведения расследовательских работ.

Первичные анализы статуса планеты:

Радиационный фон — 0,10 мкЗв/час.

Состав атмосферы — Азон — 79%, Кислород — 20%, Аргон — 0,9% (далее требуется более точные пробы).

Биосреда — богатый и разнообразный бактериальный фонд, вирусы не найдены (требуется повторная проверка). В атмосфере обнаружены следы растений, грибов и животных, однако нет человека даже вблизи города.

Сигналы — полное отсутствие всех сигналов, всех видов связи на всех частотах. Мы постоянно отправляем в эфир запросы. Возможно, нам препятствуют те помехи неизвестного происхождения, что засекал «Паладин».

Мы готовимся к подробной разведке города согласно плану.

Отчёт окончен. 11.04. 3542

День 2:

Мы развернули станции для наших малых разведывательных дронов — «Мошек». Три контейнера, каждый несёт по пятнадцати таких дронов. Они были подключены к общей системе поиска и управлялись голосовыми командами оператора. Ведут себя как рой: у каждого есть своё место, и каждая знает о других, избегая столкновений. Новинка в сфере разведки.

Мы провели разведку города от каждого края и ничего не нашли. Город имеет квартальное строение и имеет площадь в 50 000 квадратных километров. «Мошки» обследовали все окраины, а отряд из ста человек, включая операторов У.М.К., прошёл по центру. Людей обнаружено не было, как и следов их пребывания здесь, кроме личных вещей.

Данные по всем кварталам с подробной 3D-отрисовкой будут присланы позже вместе с другими файлами, вместе с повторными анализами и пробами. Также будут приложены снимки местности, требуется их рассмотрение с вашей стороны.

Отчёт окончен. 12.04. 3542

Как только звезда планеты осветила небосвод, окрасив его в тёплые тона, переливаясь красным и жёлтым цветом, отряды, будучи полностью готовыми, двинулись к своим целям. Парр вёл своих людей в неизведанное, но сомнения отсутствовали в его жизни, как и в жизнях всех людей из третьего поколения.

Парр разослал поисковых дронов на разведку окраин города, а сам повёл своих людей в условный центр города, где могли найтись следы исчезнувших колонистов.

Выстроившись цепью, чередуя пять пеших солдат через одного оператора костюма, отряд медленным маршем двигался среди кварталов города, обследуя каждый закуток в поисках какой-либо зацепки, куда исчезли люди.

Стояла абсолютная тишина, только эхо от марширующих сапог и тяжёлого шага У.М.К. раздавалось метрономом в головах солдат. Ни одного случайного звука помимо отдалённого жужжания роя «мошек» и остаточных роботов ЖКХ, периодически пролетающих в паре километров от центра. Резкие порывы северного ветра, гоняющего пыль и листья, могли составить компанию маршу. Даже не было звуков птиц, несмотря на то что планета медленно зарастала густой растительностью.

Улицы вызывали чувство какой-то тревоги. В каждом дворе стояли как по лазерному уровню блестящие на солнце от полировки автомобили. Изрядно заросшие клумбы были на удивление ухоженными и чистыми, а на деревьях, которые давным-давно перестали давать фрукты, раскинулись гроздья сочных плодов. В окнах невысотных домов виднелись идеально сложенные и упорядоченные личные вещи некогда живших здесь людей.

Даже на дорогах, на которых были брошены все автомобили, прослеживалась пугающая идеальная симметрия машин.

Город выглядел неживым. Он словно декорации для сцены, на которой актёры постоянно играют чувства эпических героев, но никогда — свои.

Парр подмечал каждую пугающую в своём естестве деталь. Он пытался составить хоть сколько-нибудь логичную картину происходящего.

Его обострённые нечеловеческие чувства, подкреплённые приборами слежения и наблюдения его костюма, кричали ему об испытываемом чувстве, которого он раньше не знал...

Вдруг датчик движения уловил некий объект прямо напротив Парра, на другом конце улицы. Чей-то силуэт...

Парр мгновенно отреагировал, подав импульс из своего мозга напрямую костюму. Привода с бешеным визгом за секунду подняли руки и выдвинули тридцатимиллиметровую короткоствольную винтовку в сторону силуэта. Все комплексы наблюдения устремили и приковали свой взор на другую сторону улицы.

Все рефлексы, полученные путём долгих трудов, сработали слишком медленно, чтобы успеть...

Всё произошло меньше чем за секунду. Даже идущие невдалеке солдаты, которые были идентичны по природе Парру, не успели ничего понять.

Это был ветер. Он прокатил вдоль улицы кучку сухих листьев, вырисовывая ими пируэты, как маленькими птичками.

Парр, стоя в стойке и только сейчас поняв, что это было за движение, с удивлением для себя отметил, как он отреагировал. Зачем он выбрал именно винтовку, ведь здесь некого стрелять? Его инстинкты выбрали её.

Под конец дня, когда небесное светило начинало уходить за горизонт, Парр направился вместе со своими людьми обратно в лагерь для отправки отчётов, проб и снимков города.

Отдав приказ на подготовку к следующему дню, он также приказал «мошкам» вернуться в лагерь. Солдаты начали ремонтировать мелкие поломки, перезаряжать оборудование и технику, приступили к стандартному распорядку дня.

На связь вышел лейтенант, командующий группой «Запад». Он переслал письмо с просьбой:

«Лейтенант №0.0, прошу вас оказать содействие в изучении подземных этажей космопорта. Нам не хватает узкоспециализированной техники, такой как У.М.К. Мы не можем тратить топливо челноков для такой задачи, рациональней будет, если вы выделите небольшой отряд самых лучших операторов — при обследовании нижних этажей есть высокий риск погибнуть. Выберите около пяти. Должен объяснить: мы не можем воспользоваться полным функционалом космодрома без энергии, а у отряда «Восток» большие трудности по включению М.Г.Т.Р. Энергии не будет ещё около трёх дней. С уважением, лейтенант второй роты №0.1»