Дракон и Пышка. Игра в прятки

Татьяна Абалова

Дракон и Пышка. Игра в прятки

Глава 1. Неприятное открытие

Даниэлла, восемнадцатилетняя дочь герцога Милрон, подобрав подол пышного бального платья, как могла вжалась в стену, спрятавшись за декоративный рыцарский доспех, украшавший коридор дворца. Скольких же трудов ей стоило добраться до крыла, где располагались помещения правящей семьи! И вот новая напасть – у двери покоев двое охранников.

Дани в замешательстве кусала губы, думая, чем отвлечь дворцовых гвардейцев, как дверь внезапно отворилась, и в коридор вышел высокий синеглазый блондин. Даже будучи одетым в простые, облегающие стройные ноги, брюки и расстегнутую рубаху, он казался величественным и благородным, неся на себе ауру наследного принца королевства. Дочь герцога зажала рот ладошкой, чтобы не запищать от восторга. Сердечко, переполненное любовью, буквально выпрыгивало из груди при виде красивого мужчины.

Через месяц после Нового года состоится их свадьба. Наконец–то они будут рядом, проводя вместе все дни: гулять, держась за руки, посещать светские мероприятия, читать друг другу особенно интересные моменты в книгах, целоваться… Стоило Дани подумать о последнем, и ее нежные щечки вспыхнули. Залилась румянцем даже высоко вздымающаяся от волнения грудь.

Тем временем, пока юная барышня фантазировала о своем скором супружеском будущем, принц Эрик обратился к охранникам:

– Сегодня празднование в честь моей победы, так что идите и отдохните.

– Но…

– Караул здесь не нужен. Я и сам планирую в скором времени спуститься вниз. Так что ступайте.

Гвардейцы отдали наследному принцу честь и ушли, тихо переговариваясь и не обращая внимания на спрятавшуюся девушку, благо лестница вниз находилась с другой стороны коридора.

Даниэлла же в этот момент млела, влюбленным взглядом провожая скрывшуюся за дверью широкую спину жениха. Оказывается, Эрик не только благородный, но еще и необычайно добрый. Вон как заботится о слугах. Со временем из него получится прекрасный король, и она, как его верная супруга, будет стараться поддерживать мужа во всем.

Когда стражники ушли, и в коридоре воцарилась тишина, Даниэлла, подобрав юбки, на цыпочках подкралась к двери принца Эрика из правящего дома Драконов. От мысли, что она может застать жениха переодевающимся к предстоящему торжеству, юная леди покраснела еще больше. Дани до сих пор ни разу не видела обнаженного мужчину. Закусив губу, девушка осторожно нажала на дверную ручку и на цыпочках прошла к спальне. Сюрприз–сюрприз!

– А–а–а, мой принц, да, еще…, – томный, чуть хрипловатый голос донесся из глубин опочивальни. – Твои поцелуи сводят меня с ума.

Вслед за возгласом последовали неприличные телесные звуки и стоны.

Услышав это, Даниэлла замерла, словно примерзла к полу.

– Миранда, чаровница моя…

Девушка почувствовала, как кровь отхлынула от лица и по телу прокатился озноб. Мысли беспорядочно метались. Дани и на миг не могла представить, что подобные слова доносятся из комнаты ее жениха. Нет…

Это неправда… Она ошиблась дверью… Это не может быть Эрик…

Словно в страшном сне, Дани сделала крохотный шаг в сторону, чуть шире приоткрыла дверь и заглянула в комнату. В образовавшуюся щель ее взору представилась сцена, в которой Эрик, сидя на широкой кровати, страстно прижимал к себе брюнетку и целовал ее. Одежда на любовниках была в беспорядке. Расстегнутая и смятая, она не оставляла сомнений в их близости.

Внезапно женщина оттолкнула принца и закрыла лицо руками. Из–под ладоней донесся ее глухой голос:

– Нет, мы должны остановиться…

– Что? Почему? – заволновался принц. Любовница так некстати прервала ласки.

– Твоя невеста… Скоро ваша свадьба, и чем дольше я остаюсь рядом с тобой, тем сильнее будет разбито мое сердце. Нам неминуемо придется расстаться.

– Что за глупости? – мужчина отвел ладони от лица любовницы и нежно поцеловал скорбно прикрытые глаза. – Это политический брак. Если бы не поддержка герцога Милрон, я бы даже не взглянул в сторону его дочери. Уверяю тебя, после нашей свадьбы ничего не изменится. Ты по–прежнему будешь единственной в моем сердце.

– Но тебе нужен наследник… – она подняла на него глаза, в которых застыли слезы.

– Да, но как только она родит, и ее старики отправятся на тот свет, ничто не помешает мне сослать ее в монастырь. Я потом даже мог бы жениться на тебе.

– Эрик… Я вдова… Закон не на моей стороне…

– Когда я стану королем, мое слово будет законом.

Брюнетка ловко соскользнула на пол и, встав на колени перед принцем, томно посмотрела на него снизу вверх.

– Мой король, – руки женщины скользнули по внутренней стороне мужских бедер. Она развела колени любовника, чтобы встать между ними. – Позвольте мне выразить вам свою верность…

Эрик достал с прикроватного столика бокал с шипучим вином и сделал глоток. Он наблюдал за своей любовницей из–под полуприкрытых век. Лицо мужчины было расслабленным. Ему доставляло удовольствие видеть тонкие женские пальцы, расстегивающие пуговицы на его штанах.

Чтобы не закричать при виде столь шокирующей сцены, Даниэлла зажала ладонью рот. Ее тело сотрясали рыдания. Она сделала несколько шагов назад, после чего развернулась и, не глядя, бросилась бежать. Перед глазами стояли постыдные образы жениха и его любовницы, а в ушах продолжал звучать низкий вкрадчивый голос Эрика, где каждое слово заставляло сердце кровоточить.

«Это политический брак… Я бы даже не взглянул в сторону его дочери… Ты по–прежнему будешь единственной… Ничто не помешает сослать ее в монастырь…»

Нет, она не позволит так поступить с ней! Нужно срочно разорвать помолвку и отменить брак!

Задыхаясь от душевной боли, Дани выскочила на широкую открытую площадку. Холодный зимний воздух ударил в лицо, заставляя дрожать, но ветер помог охладить голову. Жгучая обида продолжала душить, но врожденное воспитание взяло верх и заставило думать трезво.

Кому какая разница, что жених неверен невесте и не уважает ее? Политические браки не строятся на любви, там главенствуют иные принципы. Это она, наивная, верила, что у нее все будет иначе. И отцу не сказать. Родители ее любят и обязательно займут сторону дочери, но противостояние правящему роду драконов лишь уничтожит ее собственную семью.

Девушка затравленно огляделась, словно ища решение в окружающей обстановке. Как оказалось, она выбежала на взлетную площадку, откуда драконы брали разбег, чтобы взмыть в небо. Обхватив себя руками, желая хоть как–то сдержать озноб, Даниэлла подошла к краю крутого обрыва. Она завороженно уставилась в бездну, где пропадали кружащиеся в воздухе снежинки.

А что, если она просто исчезнет? Несчастный случай… Поскользнулась на льду и упала? Тогда ее родителям не будет грозить гнев короля.

Мысли лихорадочно скакали в голове. Наклонившись, Даниэлла схватилась за край юбки и рванула его. После чего бросила приличный кусок подола в пропасть, чтобы яростный порыв ветра подхватил его и унес.

Дани обернулась. А что, если кусок бального платья отсюда не увидят? Для убедительности нужно подбросить что–то более заметное. Она торопливо сняла с себя изумрудную тиару и, разжав дрожащие пальцы, уронила ее на холодные камни взлетной площадки, припорошенные снегом.

Оглядевшись, Даниэлла бросилась к ближайшему помещению. Сейчас она в основательно испорченном платье выглядела слишком приметно. Если при попытке покинуть дворец на нее обратят внимание, то вся задумка с ложным несчастным случаем провалится.

«Надо переодеться. Кажется, я убежала достаточно далеко от покоев Эрика. Было бы идеально найти форму прислуги».

В той комнате, куда попала Дани, на ее счастье, горело несколько свечей и камин. Они словно ждали хозяев. А значит, времени осмотреться было совсем немного. Подбежав к шкафу, Даниэлла распахнула дверцы и разочарованно застонала. На плечиках висела мужская одежда: кафтаны, камзолы, рубашки, штаны.

Но делать было нечего. Пусть штаны и рубашка, лишь бы выбраться из замка. Даниэлле повезло, что сегодня на ней оказалось платье, которое она может снять сама. Трясущимися пальцами девушка ухватилась за ленты, распуская корсет. Несколько тревожных минут и пышное облако шелка и каркасной юбки упали к ее ногам, оставляя Даниэллу в нижней сорочке и кружевных панталонах до колен.

В этот момент дверь с легким скрипом открылась.

– Неожиданно, – холодные глаза мужчины оценивающе пробежались по почти неприкрытому телу молодой женщины. – Не успел вернуться с границы, а меня уже так волнительно встречают. Что ж, поможешь принять ванну, а дальше посмотрим. Возможно, я и оставлю такой симпатичный подарок на ночь.

Скинув камзол с широких плеч, темноволосый незнакомец удалился в соседнее помещение. Вскоре оттуда послышался плеск воды.

– Ч–ч–что? – Даниэлла прижала ладони к вмиг вспыхнувшим щекам.

Глава 2. Бастард

Мадей лежал в ванне с закрытыми глазами. Над водой стелился пар, а настой трав, который он выплеснул из горшочка, благотворно расслаблял тело. Запах полевых цветов пьянил и напоминал о беззаботном детстве, где он гонял по просторам молодым жеребенком. Нынешние его поля зачастую были обагрены кровью.

Недавняя битва при Кундалехе закончилась славной победой. Враг надолго забудет о территориальных притязаниях. В результате умелого руководства операцией по изгнанию ларийцев, генералу удалось вернуть на родину несколько деревень. Теперь река Буяр станет естественной границей между двумя землями. Проще строить фортификации, проще обороняться. Именно этим и следовало сейчас заниматься Мадею – обустраивать и укреплять новую границу, но король решил отпраздновать победу. А впереди ждал Новый год, когда присутствие старшего принца в столице тоже обязательно.

«Застрял и надолго», – с досадой подумал Мадей.

Путь в столицу занял несколько дней, и лишь часть пути королевский бастард проделал драконом. Догнав отряд боевых соратников, вышедших из заставы заранее, он тоже пересел на коня. Основная часть его воинов состояла из людей, обделенных крыльями, и лошади являлись их единственным средством передвижения. Не всем повезло нести в себе драгоценную кровь драконов. В нем, Мадее, эта кровь была, поэтому он легко менял ипостась.

Отряд двигался в сторону столицы Даргона – Эберли, где устраивался праздник в честь защитников южных рубежей. Отличившихся в бою ждали награды. Их торжественно вручит сам король.

Мадей фыркнул. Его всегда веселило, когда отец, проходя перед строем бравых воинов, с теплотой и гордостью смотрел на младшего сына – главного участника любых сражений, даже если тот не участвовал в них. Король с трепетом навешивал на мундир Эрика очередную бриллиантовую звезду. И лишь потом переходил к нему, Мадею, чтобы вручить орден степенью пониже.

Генерал видел, что отец гордится им, но для спокойствия народа и уверенности, что однажды власть перейдет в надежные руки, он выделял младшего сына. Наследник есть наследник. И Мадей мирился с этим положением дел. Ему хватало знания, что граница крепко заперта, и король может быть спокоен.

Только парочка людей из генералитета знали, что почти все операции разрабатывались Мадеем. В интересах государства участие Эрика в составлении военных планов подтверждалось его размашистой подписью. Сам наследник воспринимал проводимую старшим братом работу снисходительно. Для Эрика он был одним из тех, кто обязан ему служить. Да, он выезжал на поля сражений, но лишь для того, чтобы вдохновить армию пламенной речью и покрасоваться мундиром с золотыми позументами.

Надо отдать должное младшему брату, на горделивом коне он смотрелся великолепно. Красивый, с копной золотых волос, похожий на отца крупным носом и волевым профилем. Его подбородок никогда не задевал жесткого ворота мундира, так как постоянно был задран. Даже с ним, с братом, Эрик вел себя высокомерно, но Мадей, любя отца, и это прощал.

Незаконнорожденный сын был совсем другим. Тоже высоким, но гораздо шире в плечах – сказывались постоянные тренировки с оружием. Черные волосы и зеленые глаза ему достались от матери. Эрик же, как и отец, был синеглаз и белокож. Мадей уже забыл, был ли он от природы смугл, или ветер и солнце помогли задубеть коже. Большие битвы и мелкие стычки, жизнь на границе и походные условия, где приходилось обходиться малым, закалили как тело Мадея, так и характер. Иногда ему казалось, что он старше Эрика не на год, а на все десять лет – столько ему выпало повидать и почувствовать.

Генерал зажал пальцами нос и погрузился в горячую воду с головой. Вынырнув, убрал с лица волосы.

– Черт, как отросли. Словно девка могу плести косу.

Стоило подумать о девке, как вспомнилась та, что ждала его в комнате. Наверное, уже сняла кружевные панталоны и легла в постель. Подарок от брата нравился. Все–таки у Эрика есть вкус. Если, конечно, это он прислал сладкую булочку. Рыжих у него еще не было. Наверное, и характер такой – огонь!

Мадею вспомнились голубые испуганные глаза (умеют же чертовки изображать из себя трепетных девственниц), руки, прикрывающие спелую грудь – ему всегда нравились женщины с формами. Цвета красных осенних листьев волосы, которые он накрутит на кулак, чтобы их хозяйка выгнулась и подставила шею и грудь для поцелуев. Но сначала он испробует вкус ее губ – алых, пухлых.

Мадей посмотрел вниз и тихо рассмеялся. Тело немедленно отреагировало на мысли. А что, если позвать девицу сюда? Пусть бы разделась и забралась к нему в воду. Ох, с каким удовольствием он насадил бы ее на себя! Картинка соития была такой яркой, что Мадею привиделось, что он чувствует под руками мягкость белого тела незнакомки.

– Эй, милая! Поди–ка сюда! – крикнул он, желая воплотить план в жизнь. – Потри мне спинку.

– Вот еще! – донеслось дерзкое из комнаты.

– Не вынуждай меня выбраться из ванны. Хуже будет, – хоть Мадей и грозился, не мог скрыть с лица улыбку.

Знал бы он, что все это время «девица» лихорадочно рылась в его одежде. Вещи были такими огромными! Дани легко могла бы застегнуть мужские штаны у себя на шее. А камзол? Она будет мести его подолом пол.

Надо же было уродиться этому мужику таким великаном! О том, что самой Даниэлле следовало в детстве лучше есть кашу, чтобы стать выше ростом, она не думала.

Топнув ногой, Дани швырнула на пол неподходящую одежду. Но бежать из дворца в панталонах и нижней рубашке не самый лучший вариант. Особенно зимой. Можно влипнуть в историю и похуже: замок полнился гостями, а попасть к ним на язык – опозорить отца. Лучше уж в драном платье.

Беглянка метнулась к брошенным вещам, подцепила корсет, но увидев, как в горячке повыдергивала из него ленты, отказалась от идеи надеть его на себя. А время так быстро утекало!

Остальное тоже не радовало своим видом. Каркасная юбка оказалась смята. Дани не думала, что та еще пригодится, поэтому основательно потопталась на ней в момент лихорадочного раздевания. А те тряпки, что остались от платья, и вовсе вызывали лишь досадливое шипение. Без корсета с плотной шнуровкой и каркаса они не держались на теле. Даже с помощью рук! Пришлось снова скинуть с себя испорченные вещи.

– Как же быть? – Даниэлла до крови прокусила палец, чтобы паника сменилась разумными мыслями.

И именно в этот момент из ванны донеслось:

– Эй, милая! Поди–ка сюда! Потри мне спинку.

– Вот еще! – прошипела Дани и вновь метнулась к гардеробу. Хоть бы что, лишь бы одеться.

– Не вынуждай меня выбраться из ванны. Хуже будет.

Эта угроза заставила глубже закопаться в шкаф. Черный шелковый халат подошел бы, но она не успела до него дотянуться. Дверь из ванной комнаты открылась, и на пороге появился хозяин покоев. Его бедра прикрывало полотенце. Но и оно не в силах было скрыть, как сильно возбужден мужчина.

Дани захлопнула рот рукой и попятилась, пока не уперлась спиной в стену. Нет, она присутствовала и не раз, когда на их скотном дворе случали быков и коров. Правда, бегала туда втайне от родителей. Они бы не одобрили подобного любопытства дочери.

А однажды на прогулке она наткнулась взглядом на пасущегося в поле коня. Его детородный орган болтался чуть ли не до земли. Мама тогда закрыла ладонью ей глаза, считая, что девочкам нельзя смотреть на подобные вещи. Но напряженный мужской орган, пусть и прикрытый тканью, она видела впервые. И самым страшным для нее было то, что незнакомец собирался скинуть с себя полотенце.

– Пожалуйста, не надо! – прошептала Дани.

– Ого! Поиграем в недотрогу? – лицо мужчины расплылось в улыбке.

– Я не та, за которую вы меня принимаете, – Даниэлла топнула ногой. Ее лицо загорелось от стыда, ведь она предстала перед незнакомцем полураздетой.

– О, конечно! – мужчина развел в стороны мускулистые руки и дурашливо раскланялся, что заставило Дани поволноваться. Полотенце едва держалось на бедрах, а этот... этот... совсем не заботился о приличных манерах. – Простите, миледи, но не хотели бы вы пройти прямиком в постель? Я жажду вами обладать.

– Немедленно прекратите паясничать!

– Не нравится? Хорошо! Давай так, – нахал подвигал смоляными бровями и сделал шаг в сторону Даниэллы, – ты барышня из знатных, а я пастух, заставший тебя за купанием в реке.

– Не смейте приближаться ко мне! – взвизгнула Дани совсем так, как взвизгнула бы барышня в реке, доведись ей увидеть голого пастуха. – И держите свое полотенце, иначе оно сейчас свалится с вас.

– Но в реке обычно купаются без него. О чем же тогда волноваться? Давай я помогу снять с тебя панталоны. Иначе намочишь.

– Что вы несете? Какая река? Какой пастух? – паника мешала думать. Единственное, что сейчас хотелось Даниэлле, так это быть как можно дальше от похотливого незнакомца. Дверь! Вот куда ей нужно пробиваться.

– Не нравится река? Давай представим, что мы на лугу. Мягкая трава, цветы, птички в небе. Теперь ты пастушка, а я могущественный герцог. Беру тебя силой. Мы оба уже голые. Ты начинаешь визжать и прикрывать руками грудь, а я... – Мадей сделал несколько шагов в сторону «пастушки». Та, послушно завизжав, прижала руки к груди… и кинулась прочь.

Даниэлла мигом долетела до двери, но та оказалась заперта.

– Ну чего ты в самом деле? – расстроился «могущественный герцог», видя, как бьется в дверь девица. – Какие двери в поле? Или ты собираешься играть в пленницу и палача?

– Отпустите меня! – взмолилась «пленница».

– Слушай, я устал. Давай без всяких игр.

– Вы не понимаете! – отчаяние душило Даниэллу. «Палач» был слишком близко. Она даже чувствовала приятный запах трав, словно он только что валялся в поле, где цвели цветы и пели птички. – Я виновата лишь в том, что пробралась в вашу комнату. Но я никакая не продажная девка. И не воровка.

– Ладно–ладно, – сдаваясь, он поднял руки. – Не хочешь играть, представимся друг другу настоящими именами и в постельку. Я – Его Высочество принц Мадей, бастард Его Величества, генерал, воин и прекрасный во всех отношениях мужчина, а ты… ты мой неожиданный подарок. Спасибо тому, кто позаботился об уставшем солдате!

– Держите полотенце! – взвизгнула Дани, видя, что еще мгновение, и оно упадет с бедер генерала...

«Подождите–подождите, что он сказал? Мадей?! О, боже! Я, что, попала в покои старшего брата своего жениха?»

Ее замешательство позволило бастарду воспользоваться ситуацией и приблизить долгожданные минуты счастья.

– К черту все игры, – произнес он, рывком притягивая к себе симпатичный подарочек.

Глава 3. Бегство

Не успела Даниэлла опомниться, как рот ей запечатали горячие губы мужчины, не позволяя даже вздохнуть. Девушка хотела возмутиться, но стоило приоткрыть рот, как настойчивый, жадный язык проник в него, исследуя и лаская. Она попыталась своим язычком вытолкнуть вторженца, но это лишь сильнее распалило мужчину, заставляя его углубить поцелуй.

Дани и представить не могла, что поцелуй может быть таким. В ее скромных фантазиях он был прикосновением губ, похожим на то, как папа целовал ее в лоб в детстве. Сейчас же неистовый огонь и напор, которому трудно противиться, заставляли мысли девушки путаться, а кровь быстрее бежать по венам, рождая странное, тягостное чувство внизу живота.

Как раз тогда, когда ее затуманенное сознание готово было сдаться, Даниэлла почувствовала крепкую, сильную ладонь на своих ягодицах и это новое, непривычное ощущение вмиг вернуло ей трезвость мыслей. Уперевшись руками в грудь мужчины, она с силой оттолкнула его от себя.

Генерал, увлеченный мягким, податливым телом партнерши, решил, что они уже прошли момент с притворством, а потому не ожидал внезапного сопротивления, заставившего его отступить на шаг.

– Какого дьявола ты творишь? – Мадей смотрел на соблазнительницу, нахмурив брови. – А, я понял. Хочешь оговорить цену? Сколько золота тебе надо, чтобы ты наконец прекратила упрямиться и выполнила то, для чего пришла?

– Сказала же, я не такая! – в ярости воскликнула Даниэлла, и ее маленькая стройная ножка в изящной туфельке совершила стремительный удар в пах мужчины, что так удобно стоял перед ней, расставив ноги.

Генерал, с пятнадцати лет пропадавший на границах королевства, прошедший тяготы обучения в военной академии, закаленный в боях с врагами, к таким подлым выпадам не привык. Даже его хваленые рефлексы, не раз спасавшие ему жизнь, не помогли среагировать на удар. Опасные твари, которых он уничтожал направо и налево, по бубенцам противника не били! Скорее он рисковал, что ему откусят голову или располосуют на ленточки острыми когтями, чем посягнут на самое святое. Мадей никак не ожидал, что девица, которая сама явилась к нему в покои, выкинет подобный финт!

Запоздало прикрыв ладонями причинное место, мужчина сложился пополам и с громким стоном упал на колени.

Даниэлла, благовоспитанная дочь герцога Милрон, в ужасе смотрела на содеянное. Она… она ударила королевского бастарда, получившего титул принца, благодаря выдающимся военным заслугам! Кровавого огненного дракона! Безжалостного генерала Мадея! Причем туда… туда… ну в общем – туда.

Да он же ее теперь убьет! Скормит тварям на границе!

«Бежать! Надо срочно бежать!»

– Ах ты, мелкая… – сквозь стиснутые зубы прорычал мужчина, делая попытку подняться.

Руки Дани действовали быстрее мыслей. Страх расстаться с жизнью перекрыл все остальные чувства. Прежде чем она успела задуматься, что делает, она дотянулась до канделябра и со всей силы опустила его на голову генерала.

Глухой стук падающего тела, и Мадей распростерся у ее ног. Даниэлла круглыми от ужаса глазами смотрела на бездыханного мужчину.

– Я… я… я убила его…

Ужас от содеянного породил слабость, ноги подкосились, и Дани упала на колени рядом Мадеем. Юной леди Милрон потребовалось несколько минут, чтобы набраться смелости и коснуться безвольно лежавшей мужской руки, чтобы прощупать пульс.

– Слава богам… – выдохнула Дани через пару минут, почувствовав под своими дрожащими пальцами слабое сердцебиение.

Но теперь ей точно нужно бежать. Забавно, но перед страхом за собственную жизнь мысли об изменнике–женихе и почти поруганной добродетели отошли на задний план. Сейчас главным было покинуть дворец и добраться до дома, где ей всегда окажут помощь и защиту.

Подскочив, Дани бросилась переодеваться в мужскую одежду. Проклятье, какой же та была большой! И угораздило же ее попасть в покои к великану.

Даниэлла бросила сердитый взгляд в сторону лежащего на полу мужчины. Увидев обнаженную спину и широченные плечи, длинные мускулистые ноги и крепкие ягодицы, приоткрытые распахнувшимся полотенцем, Дани густо покраснела и тут же отвернулась.

– Ничего, ремни помогут удержать штаны на месте, – она звякнула пряжкой и сноровисто подвернула пояс. – Главное, пробраться в крыло для прислуги.

Даниэлла надеялась, что там она сможет найти более подходящую одежду, чтобы покинуть наконец проклятый дворец.

Засучив рукава и заправив рубашку в штаны, Дани вернулась к своей одежде. Оставлять ее валяющейся здесь было нельзя. Ладно, платье с украшениями она скрутила в небольшой сверток и скрепила лентами от корсета, но приметный каркас с собой не унесешь. Придется оставить его, уж больно громоздким он оказался. Недолго думая, Даниэлла затолкала его под кровать.

– Ну, вроде все, – вздохнула Дани и, бросив последний взгляд на все еще не пришедшего в сознание генерала, выскользнула из комнаты.

Несмотря на опасения, провидение, по–видимому, было на ее стороне. Прислуге дворца, занятой гостями, было не до праздного шатания по коридорам. Прячась за колоннами, Даниэлла без происшествий спустилась на первый этаж. Добравшись до прачечной, она сумела раздобыть нужную ей одежду, после чего выскользнула из дворца в форме горничной, завернувшись в простой плащ. Платье с драгоценностями она унесла с собой.