Тень за спиной

— При том, что ты на нее смотрел!

— Я на костер смотрел, — поправил Егор. — На твою девушку мне смотреть неинтересно.

— Врешь!

— Не вру.

Дима замахнулся — сам не понял, зачем. Кулак пошел в сторону Егора, но тот перехватил его на полпути. Легко, будто муху поймал. Сжал запястье — не больно, но крепко, так, что не вырваться.

— Слушай, — тихо сказал Егор, глядя Диме в глаза. — Я проводник. Моя работа — довести вас до пещеры и вернуть обратно. Мне плевать на твои разборки с твоей девушкой. Мне плевать, кто на кого смотрит. Ты понял?

— Пусти, — прохрипел Дима.

Егор разжал пальцы. Дима отшатнулся, потирая запястье.

— Кристина тебя дразнит, — продолжил Егор все так же спокойно. — Она видит, что ты ревнуешь, и дразнит. Потому что ей нравится, как ты потом сходишь с ума. Ты сам это знаешь.

Дима молчал. Знал. Знал, но слышать это от постороннего было вдвойне противно.

— И еще, — добавил Егор. — Ты думаешь, я не знаю, кто она такая?

— В смысле?

— Родители у нее богатые, да? Папа бизнесмен, мама тоже при деньгах. Они эту экспедицию спонсируют.

Дима уставился на него.

— Откуда ты…

— Тимофей рассказал, — перебил Егор. — Сказал, что без них денег бы не было. Что Кристину взяли, потому что папа попросил. Она здесь просто так, для галочки.

Дима молчал.

— Мне она не нужна, — Егор пожал плечами. — Мне деньги нужны за работу. А деньги будут, если экспедиция состоится. Если все вернутся целыми. Поэтому, — он посмотрел Диме прямо в глаза, — делай что хочешь, ревнуй сколько влезет, но чтобы без проблем. Понял?

Дима сглотнул.

— Понял.

— Иди спать, — Егор развернулся и пошел в сторону своего домика. — Завтра рано вставать.

Потом, когда он оказался, наконец, в кровати, то долго еще не мог уснуть — смотрел в потолок и вспоминал вкус губ. Арины Речная вода и что-то еще, далекое, городское, чужое.

Чужое. Она чужая. Из другого мира.

Но почему тогда сердце колотится так, будто он пробежал десяток километров?

— Дурак, — сказал Егор в темноту.

И закрыл глаза.

Дима остался стоять. Смотрел, как удаляется Егор, как его фигура растворяется в темноте. Потом перевел взгляд на окно Арины. Занавеска по-прежнему была неплотно задернута, но он заставил себя отвернуться.

— Черт, — прошептал он. — Черт, черт, черт.

Он пошел к своему домику. Там, внутри, ждала Кристина. Голая, под одеялом, ждала его.

Дима открыл дверь, вошел.

В комнате было темно, только лунный свет пробивался сквозь щель в занавеске. Кристина спала — отвернулась к стене, укрывшись одеялом до подбородка. Он видел только край плеча и светлые волосы на подушке.

Дима разделся, лег рядом. Придвинулся, обнял ее со спины. Она вздохнула во сне, пошевелилась, прижалась поплотнее.

— Димка, — пробормотала сонно. — Ты где был?

— Ходил, свежим воздухом дышал, — ответил он шепотом. — Спи.

— Мм…

Она затихла. Дима лежал, смотрел в потолок и думал о том, что сказал Егор. Про деньги, про спонсоров, про то, что она его дразнит.

Знал. Он все это знал.

Но легче не становилось.

Где-то вдалеке шумела река. Ночь тянулась медленно, и Дима все не мог уснуть — смотрел в темноту и слушал дыхание Кристины.

А на опушке леса, там, где он заметил темный силуэт, ветер качнул ветки. Или не ветер. Или кто-то все еще стоял там, глядя на домики немигающими глазами.

Но Дима этого уже не видел.

Глава 6. Путешествие начинается

Когда я проснулась, было еще темно. Я открыла глаза и первую секунду не понимала, где нахожусь. Деревянный потолок, запах сухой травы, за открытым окном орет птица — идиотским, заливистым голосом, будто над ухом включили будильник.

Потом все навалилось разом.

Вчерашний вечер. Костер. Старик Баир с его прозрачными глазами и словами про тень. А потом — река, темнота, и Егор, который…

Я зажмурилась и натянула одеяло до подбородка.

Губы все еще помнили. Глупость, конечно. Не могли помнить — прошло несколько часов, я их сто раз облизала, смочила водой, искусала от нервов. Но ощущение осталось. Сухие, обветренные, настойчивые. Его губы.

— Дура, — сказала я вслух.

Птица за окном заорала еще громче, будто соглашаясь.

Я села на кровати. Голова была тяжелой, словно я не спала, а мешки таскала. Посмотрела на часы — вот-вот будет пять. Тимофей сказал — отправляемся в шесть. Значит, надо вставать.

Я заставила себя подняться и умыться, натянула джинсы, футболку, сверху толстовку. Волосы собрала в хвост, глянула в зеркало. Мда… Бледная, под глазами — темные круги. Встречу черного шамана, он сам от меня убежит, решив, что я какой-нибудь дух из нижнего мира.

— Красавица, — сказала я своему отражению. — Прямо мисс Вселенная.

В дверь постучали.

— Арина! — голос Тимофея, бодрого как утренний диктор на радио. — Вставай! Завтракай, потом грузимся!

— Иду! — крикнула я.

Сунула ноги в кроссовки, положила в карман Катькин оберег — он теперь всегда будет со мной, я решила — и вышла.

Солнце поднималось над горами, и они стояли розовые, золотые, нереальные. Воздух был такой плотный и вкусный, что его хотелось жевать. Река шумела где-то внизу, и птицы орали уже хором, целым оркестром.

Я пошла к столовой. И на полпути увидела Егора.

Он стоял у крыльца и, нагнувшись, что-то проверял в рюкзаке. Спина широкая, волосы темные, чуть влажные после умывания. Футболка обтягивает плечи, и я снова поймала себя на том, что я не могу не смотреть на него.

Он обернулся.

Наши взгляды встретились ровно на секунду. Меньше чем на секунду.

Он отвел глаза первым. Отвернулся, будто меня не существует, и продолжил копаться в рюкзаке.

У меня внутри все перевернулось. Сначала — обида. Потом злость. Потом — непонятно что.

Отлично. Значит, вот так. Делаем вид, что ничего не было. Ну и пожалуйста. Я вообще не об этом думала. У меня Виктор, у меня проблемы, у меня жизнь в Москве. А это так, случайность. Глупая, дурацкая случайность.

Я прошла мимо него, не сказав ни слова.

В столовой уже накрывали завтрак. Тимофей сидел с блокнотом и что-то помечал на карте, Кристина красила губы перед маленьким зеркальцем, Дима хмуро пил чай. Я отметила, что блондинка из Новосибирска действительно сменила одежду на ту, что лучше подходит для экспедиции — серые брюки, светлая футболка без рисунка, легкая куртка.

— Арина, доброе утро! — Тимофей поднял голову и просиял. — Выспалась? Готова к приключениям?

— Ага, — буркнула я, садясь за стол.

— Сегодня великий день! — продолжил он, не замечая моего настроения. — Начинается настоящая экспедиция! Мы загружаемся в «буханку», едем сколько сможем, а потом пешком. В горы! По следам экспедиции семьдесят третьего года!

— Угу, — сказала я. Хотя, возможно, он рассчитывал, что я тут же запишу его историческую речь — на диктофон или карандашом в дневник.

Кристина захлопнула зеркальце и посмотрела на дверь, за которой только что скрылся Егор.

— А наш проводник сегодня какой-то неразговорчивый, — протянула она. — Прямо с утра загруженный. Не выспался, бедняжка?

Я промолчала. Дима дернулся, но тоже ничего не сказал.

— Егор — профессионал, — отрезал Тимофей. — Он знает, что делает. Давайте лучше поешьте, у нас плотный график.

Завтрак пролетел быстро. Каша, чай, бутерброды — я запихивала в себя еду и старалась ни о чем не думать. Получалось плохо.

— Арина, — Тимофей оторвался от своей тарелки и посмотрел на меня поверх очков. — Ты сегодня начнешь записи? Первый день экспедиции, всё-таки. Надо фиксировать.

Я кивнула. Вспомнил, все-таки. Я же здесь не просто так. Я — летописец. Человек, который должен задокументировать все это безумие.