Соло #8

– Выходи, – приказал я. – Добытчики, все на выход! Сейчас!

Дважды приглашать испуганных людей не потребовалось. Они ринулись прочь, словно за ними гнались самые страшные исчадья разломов. Что, на мой взгляд, было не так далеко от истины.

– Киринэ позвать? – Вирена окончательно утратила всю «весёлость». Она даже перестала спорить о том, что хочет остаться.

– Нет, это не её бой, – ответил я и ощущение опасности буквально взвыло от того, что нас сейчас будут убивать. – Уходи.

Не договаривая, я просто швырнул Вирену в мерцающую пелену прохода наружу, а сам телепортацией отправился шагов на сто в сторону. Вовремя! Там, где я стоял, появилась булькающая лужа чего-то чёрного и крайне неприятного.

– Тебя тяжело застать врасплох, маг хаоса, – послышался чужой голос, пробирающий до мурашек. Пространство поплыло и из невидимости вышло сразу четыре творения разломов. Но не обычные твари, а те, которые обладали разумом. Те, из-за кого я стал самым быстрым человеком нашего мира. Те, которые ходят красными порталами. Дети Пожирателя миров. Дети Уга.

Разговаривать с порождениями разлома смысла не было. Как правильно сказала Розалин – они лгут, даже когда их слова похожи на правду. Задача у них такая – запудрить мозги, а потом прикончить. Шайнборны тому пример. Пока люди были полезны – с ними работали. Как только перестали приносить пользу, их пустили в расход. Этим тварям без разницы, кого убивать.

В руках появился Лунарис, и я усмехнулся. Наша прошлая встреча даровала мне небывалую скорость, к которой я очень долго привыкал. Пришлось даже через ритуал укрепления тела проходить, так как я сам себя убивал. Но сейчас именно скорость станет моим главным оружием, потому что чистой магией подобных тварей не взять. Нет, может, ученицы и смогли бы что-то сделать, но точно не я со своим хаосом.

Но мне сейчас хаос и не требовался. Зачем, когда в моих руках оружие куда мощнее?

Четверо порождений вытянули руки в мою сторону, выпуская чудовищные по своей силе заклинания. Красного портала, который я создал разломными кристаллами, здесь не было, но его и не требовалось, чтобы меня убить. Хватило бы одного попадания любого из заклинаний. Ни одна защита подобного не выдержит.

Но кто сказал, что нужно героически принимать грудью удары противника? Телепортацией пользоваться я не собирался. Если я могу её предсказывать, значит, мои противники способны на подобного тоже. Так что только ловкость, скорость и полное отсутствие здравого смысла! Вместо того, чтобы убегать или принимать атаки на Лунарис, я бросился на противников, лавируя между их атаками.

Оковы скорости были сброшены и окружающий мир превратился во что-то тягучее. Действия порождений разлома и их заклинания выглядели настолько медленными, что не составляло труда миновать атаки. Да, это было тяжело, приходилось бороться не только с сопротивлением воздуха, но и с ограничениями тела, но я лишь ухмылялся, радуясь работе на пределе возможностей. Давно у меня не появлялось шанса показать самому себе, на что я годен.

Первое порождение разлома стояло всего в пятидесяти шагах от меня, так что очутился я рядом с ним за доли мгновения. Взмах Лунариса и голова твари отлетела в сторону. Дожидаться, когда на месте противника появится тёмная туча «бурминской ночи» я не стал. Тело жаждало скорости, поэтому я продолжил движение, борясь с воздухом. С заклинаниями, которые швыряли в меня твари, бороться было уже легко. Порождения единого разума разломов оказались слишком медленными.

– Ты стал опаснее, маг хаоса, – произнёс единственный оставшийся противник. Он отпрыгнул далеко в сторону, но преследовать его я не мог. За моей спиной начали разрастаться три облака всепожирающего заклинания. Вытянув в их сторону Лунарис, я поглотил их, готовясь к финальной битве.

Вирена права – ученицы сильней меня. Как и Киринэ. Но конкретно против этих порождений единого разума разлома они были бесполезны. Тьма «бурминской ночи» впиталась в Лунарис без проблем. Накопитель на моём клинке давно утратил понятие «обычный», умудряясь забирать в себя любую силу, какую ему не дай. Может, когда-нибудь это аукнется, но только не сейчас.

– Расскажешь, как вы узнали о том, что мы идём? – я утихомирил скорость и пошёл в сторону порождения разлома. – Вы же целенаправленно устроили ловушку.

– Тебе повезло, что ты распределил силы, – ответила тварь. – Если бы вы все явились в один разлом, познали бы истинную силу Уга!

– Ничего, мы это ещё узнаем, – ответил я, продолжая двигаться вперёд. Тварь использовала телепортацию, переместившись ещё на две сотни шагов назад. И, что забавно, на разговор это никак не влияло. Мы общались так, словно стояли рядом. – Ты не ответил. Кто слил тебе информацию о нашем походе?

– Информация, – протянула тварь. – Люди всегда жаждут информации. До прибытия Уга осталось совсем ничего, поэтому я порадую тебя напоследок, человек. Нужно внимательней следить за своими союзниками, человек! Тот, с кем мы работаем, зовут Корион Люменар.

Корион Люменар? Отец Патрика? Это было серьёзное обвинение, но у меня в душе даже ничего не дёрнулось, чтобы его опровергнуть. Люменары неожиданно для всех разработали амулет связи, работающий даже в разломах. Да, у них были зародыши ультагара, но полноценное исследование должно было длиться несколько лет. Здесь же всё было решено достаточно быстро. Причём не просто найдено решение, но ещё и запущено в промышленное производство.

Я понимал логику разломной твари. Сдав свой источник, она ожидает, что я тут же ринусь прочь из разлома зачищать негодяев и причинять справедливость. Потрачу драгоценное время на бесполезные вещи, которые можно решить после похода. К тому же, зачем мне самому это всё решать?

– Ты лжёшь, – произнёс я, активировав один из своих амулетов связи. Причём начал говорить я только после того, как амулет стал активным. – Корион Люменар не мог передавать тебе информацию. Он не работает с разломными тварями.

– Лгут слабые, маг хаоса, – ответила тварь. – Корион Люменар в обмен на знания о технологиях рабочих амулетов связи передавал информацию о том, что ты и твои войска собираются делать. Откуда вы выступите. Какими силами. Мы знаем о тебе всё, маг хаоса. Потому что люди готовы на всё, лишь бы получить желаемое! Даже предать своих сородичей. Особенно предать своих сородичей. Вы в этом плане уникальные существа. Великий Уг насладиться вашей агонией.

– Обычное желание рассорить людей, – усмехнулся я, отметив, что из амулета не раздалось ни единого слова. – Каким образом разломная тварь могла связаться с Люменарами?

– Ты глуп, маг хаоса, – в голосе порождения единого разума разломов даже насмешка появилась. – Мы давно сотрудничаем с Люменарами. Или ты думаешь, что все великие изобретения артефакторов – дело рук людей? Вы бесполезны и годитесь только для того, чтобы вас поглотил великий Уг. Что Шайнборны, что Люменары – все они являются нашими руками в вашем мире. В обмен на знания они поставляли нам информацию, еду, выполняли поручения. Люди слабы и глупы, маг хаоса. Вами так легко манипулировать. Покажи вкусную морковку, вы побежите за ней, не видя ничего вокруг.

– Ты работал только с Корионом? – спросил я, прекрасно зная ответ. – Или ещё и с Патриком?

– Видящий нам недоступен, маг хаоса, – лицо твари исказилось. – Ты собрал слишком необычную армию. Но это ничто не изменит. Отголосок Уга вас всех остановит. Вы ничто по сравнению с ним!

С этими словами тварь использовала телепортацию, отправляясь к кристаллу. Оттуда она прыгнет к своему хозяину и расскажет о том, что ещё трое разумных слуг были уничтожены. Преследовать его я не мог – я ещё даже первый этаж не покорил.

Но что я мог, так это поднять активированный амулет.

– Ты всё слышал, Сирион, – произнёс я. – У меня нет повода не верить этой твари. Люменары снабжали порождений разлома информацией в обмен на знания.

– Я всё слышал, Соло, – ответил старик. – Тебя ждать в гости?

– Нет, – ответил я. – Мы идём в радужный разом. Скажу одно – когда мы вернёмся, мне потребуются ответы. И если к нашему возвращению их у тебя не будет, пеняй на себя. Если случится что-то с моей семьёй, клянусь хаосом – от Люменаров не останется даже памяти. Я уничтожу твой род под корень.

– Что-то ещё? – сухо спросил Сирион Люменар.

– Этого достаточно, – ответил я. – Отбой связи.

Пришлось звонить Патрику и объяснять сложившуюся ситуацию. Доверять Сириону и его решениям я не собирался. У меня была семья, которую следовало защищать.

– Когда-нибудь я тебя прибью, Соло, – пробурчал Патрик, услышав моё предупреждение. – Это же мой отец!

– Посмотри нити, – предложил я. – Ты прекрасно знаешь, что я не ошибаюсь. У меня дети, Патрик. Они остались без надлежащей защиты. Поэтому вся надежда только на тебя. Справишься?

– Зараза ты всё же, Соло Греймод! – со вздохом отметил Патрик. – Куда я денусь! Кортиса задействую, пусть работает. Альбина и Ромарио, как я понял, всё, ушли от нас к Верданту?

– Они учатся, – подтвердил я. – Да и защита им не требуется. Единственные, кем меня могут шантажировать – Марк и девочки. Они должны быть в безопасности, пока мы вернёмся. Безопасность на тебе. Следи за нитями хоть каждую секунду, но не вздумай подпустить к ним твоего отца или нанятых им людей. То, что Сирион его остановит, лично я сильно сомневаюсь. Скорее всего твой дед прекрасно знал, чем занимается его сын, но делал вид, что его это не касается. Когда мы вернёмся, придётся объяснить, что подобные вопросы касаются всех.

– Соло – это моя родня, – напомнил Патрик.

– Которая сливает информацию о Греймодах, в том числе и о тебе, разломным тварям, наивно полагая, что мы ничего не узнаем, – добавил я. – Так-то я прекрасно понимаю их логику – зачем лишний раз дёргаться? Мы явимся в радужных разлом, всех уничтожим, некому будет рассказывать о предательстве. Всё чисто и гладко. Нет, Патрик, так дела не делают. Кому-то придётся ответить.

– Тогда пусть они ответят, как Ксавьер Флеймворд, – предложил Патрик.

– Посмотрим, – заявил я, прекрасно зная, что разговор между мной и Патриком контролируется Люменарами. Уверен, либо сам Сирион нас слушает, либо стенограмму нашего разговора ему положат на стол уже через несколько минут.

– Соло, мне нужны гарантии, – настаивал Патрик. – Это моя родня. Дай слово, что они останутся живы.

– Если они виновны, будут наказаны как Ксавьер Флеймворд, – после паузы согласился я. – Но проверять их будет Розалин. Причём по всей строгости.

– Принял, – со вздохом ответил Патрик. – Не пропадайте в этом проклятом разломе долго. Возвращайтесь.

Патрик отключился, оставив меня один на один с собственными мыслями. Не самыми приятными мыслями, на самом деле. Люменары всегда виделись мне как надёжные союзники, ушедшие как можно дальше от политики. Вот только реальность оказалась куда неприятней. Нет, политикой здесь не пахнет. Всего-то каким-то уничтожением человечества.

Какое-то время я сидел, уставившись в одну точку. Желания выходить из разлома не было. Как не было желания завершать прохождение разлома. Прямо сейчас мне вообще ничего не хотелось. Всё же умудрились твари меня деморализовать. Собственно, на этом фоне появление красного портала прямо в разломе не заставило меня вскакивать и действовать. О возможностях тёмных магов я уже был весьма высокого мнения. Ещё одна проблема на мою голову.

Из портала вышли трое. Судя по тому, что я видел – последние обладатели древнего артефакта, дарующего возможность оперировать шестью стихиями сразу. Главы культа не было – рисковать своей головой он не собирался. Это на словах я весь из себя такой озабоченный проблемой сохранения человечества, а по факту могу и прибить ненароком. Оно ему надо?

– Господин отправил нас на помощь, – произнёс один из прислужников главы культа. – Я Первый, это Второй и Третий. До уничтожения радужного разлома мы принадлежим тебе, временный господин.

– Мне нужно понимать, на что вы способны, – ответил я, поднимаясь на ноги. Пусть называют меня так, как им вздумается. – Мы в разломе десятого ранга. Пройдите его на максимальной скорости, на какую только способны.

– Как будет угодно временному господину, – поклонились маги тьмы, после чего исчезли, использовав какую-то интересную способность, похожую на телепортацию. Но не её – волосы на руках не шевелились.

Тройка появилась у выхода с этажа и тут же отправилась дальше, исчезнув с моих глаз. Я достал амулет связи, вызывая жену. Вирена ответила мгновенно:

– Дорогой, пояснишь, наконец, что происходит? – спросила она.

– В разломах, которые будут встречаться на нашем пути, будут ловушки, – ответил я. – Может не во всех, но в десятках – точно. Там караулят говорящие твари разлома. Мне удалось убить троих, один сбежал.

Через амулет послышалось фырканье Хелен. Девушка была категорически не согласна с тем, что я вытащил её с подругами с разлома. Каких-то детей Уга они на завтрак пачками едят.

– Никакого геройства, – предупредил я, прекрасно понимая, что ученицы могут сорваться обратно в свой разлом, чтобы его закрыть. Это болезненное соревнование с Киринэ до добра не доведёт. – Порождения разлома слишком опасны, чтобы к ним так небрежно относиться. Разбивайте лагерь и ждите, пока я разберусь с этим разломом.

– Почему тебе можно развлекаться, а нам нельзя? – в разговор вмешалась Жасмин. – Учитель – это нечестно!

– Потому что развлекаюсь не я, а трое прислужников главы культа, – ответил я. – Смотрю, на что способны наши новые союзники.

– Они там откуда? – удивилась уже Вирена. – Их же с нами не было!

– Они способны открывать свои порталы прямо в разломы, – пояснил я, заставив умолкнуть свою группу. Если последователи древнего мага тьмы способны на подобное, сражаться с ними будет сложнее, чем с разломными тварями. А если ещё и Дорн выберется из своей темницы, наш мир будет разрушен. Но всё это проблемы будущих нас. Ибо никакого мира уже не будет, если мы не остановим радужный разлом.

– Ждите, – повторил я, обрывая связь. Пришло время оценить силу магов тьмы.

Посмотрев на край первого этажа, я использовал телепортацию, прыгая к явившейся тройке магов. Вот только их уже не было на втором этаже. Кругом находились дымящиеся останки тварей, а сами маги уже скрылись на третьем уровне, не отвлекаясь на мелочь. Она их не интересовала.

Телепортация к проходу на третий этаж. Зачем четвёртый. Пятый. Только на седьмом я сумел догнать наших временных союзников. Они неслись вперёд на огромной скорости, заливая пространство смертоносной магией. Причём такого ранга, что у меня возник резонный вопрос о том, почему их источник не перегревается? Стандартный маг десятого ранга не способен работать с такой мощностью так долго. Но трёх магов шести стихий это не смущало – они атаковали тварей, не переставая бежать ко входу на восьмой этаж. Была поставлена задача уничтожить разлом на максимальной скорости, что они и делали.

– Это уничтожать не нужно, – произнёс я, появившись рядом с кристаллом разлома в момент, когда его хотели разрушать.

Маги тьмы отступили, позволив мне перетащить источник магической энергии в пространственное хранилище, после чего пространство замерцало и там, где ещё недавно находился кристалл с меня ростом, появилась магическая книга.

Хотя, какая это книга? Серенькая невзрачная брошюрка, чуть толще стандартной тетради. Судя по цвету – заклинание, которое в ней указывалось, относилось к общей магии, которой способны обладать любые маги. Но больше всего мне понравилось название. Она было таким красочным, что маги тьмы не смогли сдержаться и ринулись к брошюрке, натолкнувшись на выставленный мной защитный купол. Наверно, нужно сказать Жасмин спасибо за это заклинание. Хаос может не только уничтожать, но и защищать.

В моих руках появился Лунарис, который я навёл на тройку магов тьмы, предлагая их охладить свой боевой настрой и отступить. Судя по ощущениям между лопаток, они на полном серьёзе начали задумываться о том, чтобы меня атаковать и не дать изучить эту магическую книгу, на обложке которой была написана красивая фраза: «Портал в изнанку».

Видимо, сам мир решил встать на свою защиту, выдав мне пропуск в тюрьму Дорна. И магам шести стихий это категорически не нравилось. Что могу сказать – так бывает! Отказываться от такого подарка судьбы я не собирался.

Глава 4

– Есть какие-то вопросы? – спросил я, не опуская Лунарис.

Трое магов шести стихий переглянулись. Ощущение опасности ещё раз вспыхнуло и исчезло. Меня решили прямо сейчас не убивать.

– Это ни на что не повлияет, временный господин, – произнёс Первый. – Изнанка огромна и найти нужное направление там непросто. К тому моменту, как мы вернёмся из похода, господин освободит нашего повелителя.

Господин, повелитель… В среде культа древнего явно находятся любители высокопарных словечек и особого отношения к своей персоне. Если кто-то и имеет право дышать в их сторону, то с придыханием и через раз.

Однако, несмотря на слова Первого, Третий открыл красный портал и исчез. Явно побежал жаловаться господину. Прошло всего несколько мгновений, как пространство вновь замерцало красным, возвращая Третьего. Но вернулся он не один – вместе с главой культа. Рассказывать, что в это время происходило у меня на спине, наверно не стоит. Меня едва не скрутило, как двухсотлетнюю старуху.

– Киринэ – ты нужна, – прошептал я одними губами. То, что черепашка меня услышит даже из разлома, я не сомневался. Осталось дело за малым – каким-то образом продержаться до её прихода. Интересно, ученицы ринутся с ней? Или Вирена сумеет их образумить?

– Значит, сам мир стоит на твоей стороне, маг хаоса, – произнёс глава культа древнего, остановившись шагах в пяти от меня.

– Никому не нужны напрасные жертвы, – ответил я, не двигаясь с места. То, что мои временные союзники начали брать меня в кольцо, меня не волновало. Единственный противник, на которого стоит обращать внимание, стоит передо мной.

– Дело не в жертвах, хаосит, – спокойно произнёс глава культа. – Дело в доминировании. Время других стихий ушло. Причём не сейчас – ещё в далёком прошлом. Стихии ограничены и зашли в тупик своего развития.

– В том числе и тьма, – заметил я.

– В том числе и тьма, – легко согласился глава культа древнего. – Полагаю, ты сам видишь, что происходит с нашим миром. Заклинания, сто лет назад казавшиеся обыденностью и нормой, сейчас воспринимаются едва ли не как проявление гения отдельного мага.

– И кто в этом виноват? – хмыкнул я. – Разве не некий «господин», который заставил Орден Круга буквально выжечь всю нормальную магию из обихода? Тебе хватило шестидесяти лет, чтобы превратить магов в бесполезные куски мяса.

– Не всех магов, прошу заметить, – на лице главы культа появилась ухмылка. – Только бесполезных стихий, от которых я собрался избавляться. Маги тьмы как были сильными, так ими и остались. Но даже они ограничены своей стихией. Они забыли наставление древних. Нельзя замыкаться в рамках только своей магии. Нужно постоянно развиваться. Хотя, кому я это говорю? Ты, маг хаоса, понимаешь это едва ли не лучше меня самого. Полёты, телепортация, пространственные хранилища. Всё это магия вне стихий. То, что действительно делает тебя сильным. То, что делает тебя равным. У меня для тебя предложение, маг хаоса. Присоединяйся к нам. Уверен – Дорн примет тебя. Ему интересны личности, выходящие за границы дозволенного. Даже если они являются магами хаоса.

– Неужели тебя так напугала брошюрка с заклинанием, что ты решил явиться ко мне лично? – удивился я, даже не думая отвечать на предложение мага тьмы. – Первый заявил, что даже появись я в изнанке, мне всё равно не добраться до нужного места.

– Ты был у алтаря, – спокойно ответил глава культа. – Ты знаешь, где он находится и знаешь, как туда попасть. Раньше я не переживал по этому поводу, но сейчас ты можешь испортить мне все планы. Это недопустимо. Либо ты присоединяешься к нам, хаосит, либо умрёшь.

– И тебя не смутит, что через пару недель в этот мир нагрянет Пожиратель? – удивился я.

– Я буду скучать по этому миру, – ответил маг тьмы. – Но я верю в повелителя. Когда он обретёт свободу, то сумеет пробиться в другой мир. Новый, где нет ни хаоса, ни света, ни других стихий. Где только тьма. Пожиратель миров не явится в изнанку. Он её уже уничтожил. Второй раз ему в том мире делать нечего. Мне нужен ответ, хаосит! Ты с нами? Или ты решил умереть?

– Ты же помогал нам, – я продолжал тянуть время. – Предоставил кольца, браслеты, амулеты. Трёх приспешников, в конце концов. Это говорит о том, что этот мир тебе нужен. Те, кто готов слить планету, так не поступают.

– Естественно я готов сделать всё, чтобы не дать Пожирателю сюда явиться, – заявил глава культа. Ощущение опасности между лопаток было уже таким огромным, что хотелось почесаться. – Поэтому я усилил твоих учениц. Готов усилить тебя. Готов сделать многое, чтобы не допустить его появления. Но это не должно мешать главной цели. Повелитель должен обрести свободу. Если ради этого нужно уничтожить наш мир – так тому и быть. И ты, хаосит, нам не помешаешь.

– Старый Хаос ещё жив? – я резко сменил тему разговора. – Когда я вернулся в твою пещеру, его не нашёл.

Судя по тому, как дёрнулась щека главы культа древнего мага тьмы, вопрос застал его врасплох. Да и реакция была крайне показательной.

– Ты что, серьёзно утащил старого безумного старика с собой? – удивился я. – Зачем? Неужели до сих пор видишь в нём врага?

– Потому что враги должны страдать, – с нескрываемой злостью ответил лысый маг. – Старый Хаос сделал мне слишком много зла, прежде чем я его поймал. Причём ещё до того, как он стал Хаосом. Тогда, когда он был Греймодом! Он заслужил страдать вечно! Как и все Греймоды!

Мне оставалось только усмехнуться. Вот никогда бы не подумал, что моё импульсивное желание взять фамилию якобы погибшего Хаоса аукнется в будущем. Глава культа основательно так проговорился, раскрыв свои истинные мотивы. Сейчас, возможно, мы бы вместе и поработали. Даже какое-то время были бы партнёрами, уничтожая наш мир. Вот только как только вернётся Дорн, повелитель этой сволочи, всё изменится. Греймоды вновь станут неудобными, ненужными и за ними начнётся охота. Всё, как всегда.

– Мои жёны? – спросил я, продолжая тянуть время. – Дети? Семья? Они тоже погибнут?

– Вивьен, её дочь и Шир останутся, – заявил лысый маг. – Остальные не нужны этому миру. Заразу надо удалять, как бы больно это ни было. Ты сам поймёшь это, хаосит, когда посмотришь на это без лишних эмоций. К тому же ты должен мне за прорицательницу. Её не стоило убивать!

– Что по поводу Киринэ? – продолжил я расспросы. – Её тоже убьёшь?

– Киринэ? – задумался глава культа древнего мага. – Знаешь, а это хороший вопрос. Я наблюдал за твоим питомцем и могу отметить её полезность. Вообще твой ход с тем, чтобы притащить монстров с другого материка я оценил по достоинству. За какие-то несколько месяцев ты стал весьма серьёзной фигурой в империи, с которой придётся считаться другим. Потому что монстры на твоей стороне.

– Ты говоришь так, словно уже смирился, что Дорн не вернётся, – усмехнулся я.

– Сломать защиту, которую строили маги древности, не самая простая задача, – спокойно ответил глава культа. – На это уйдёт какое-то время. Может день. Два. Неделя. Месяц или даже год. И люди в это время продолжат жить так, как привыкли. Так что какое-то время наслаждаться своим достижением у тебя точно будет. Если ты, конечно, присоединишься ко мне. В противном случае тебе придётся умереть. Я не позволю тебе спокойно существовать, имея доступ в изнанку.

– Знаешь, а я ведь до сих пор не знаю твоего имени, – произнёс я. – Тебя как зовут-то?

– Ты можешь называть меня господином, – ответил глава культа. – Остальные имена остались в прошлом.

– Нет, так называть кого-то я не намерен, – я не смог подавить ухмылку, краем глаза заметив движение на фоне. – У меня нет и никогда не будет «господина». Партнёр – да. Коллега, знакомый, кто угодно. Но точно не господин.

– Это твой окончательный выбор? – ощущения опасности ещё больше усилились, хотя, казалось, больше-то и некуда.

– Знаешь, мне будет очень недоставать тебя и твоих прислужников, – ответил я. – Люди с такой силой точно могли бы пригодиться нам в радужном разломе. Даже жаль, что ты сделал именно такой выбор. Киринэ – убей всех.

– Что?! – глава культа древнего дёрнулся, начав озираться и тут позади него выросла гигантская фигура черепахи.

Повелитель десятого уровня прибыл.

То, что произошло дальше, уложилось в несколько ударов сердца. Глава культа выкинул в сторону Киринэ руки, с них сорвалось что-то тёмное и наверняка смертоносное, но навредить моей черепашке это «что-то» не смогло. Тёмная субстанция скользнула по панцирю Киринэ и ушла в сторону, сформировав на земле тёмное пятно. Оно тут же начало разрастаться, поглощая окружающий мир. Видимо, какая-то вариация «бурминской ночи», только не в виде тумана, а в виде некрасивой кляксы.