Играй до конца

Интенсивно вытирая эту проклятую сгущёнку у него между ног, я напрочь отказывалась осознавать реальность и то, что мои действия заставили его напрячься.

– Николь, хватит. Я схожу в уборную! Спасибо, ты достаточно сделала, – схватил он за запястье, убирая мою руку с того самого места.

И только спустя мгновенье до меня дошло, что я там натирала.

Какой позор.

– Точно! Ну я хотела помочь.

Брат хохотал, мама в ужасе спасала вафли, за которые забыла, а подруга с огромными глазами – сидела в восторге.

– Вот теперь я узнаю свою неуклюжую сестру-Николь.

– Заткнись, Джимми, или эта банка прольётся на тебя.

– Нет, спасибо, дорогая, – развёл он руки по сторонам, словно давал понять «сдаюсь». Но всё ещё продолжал улыбаться и сдерживать смешок.

Спустя минут пятнадцать, Нэйт всё же вернулся, однако уже в другом одеянии. Видимо, избавиться от такого количества сладкого месива – не удалось.

– Прости, я испортила вещи и теперь они не оттираются?

– Всё в порядке. Я кинул их в стирку, так как отодрать сгущёнку куда сложнее, чем кажется.

Я опустила глаза в тарелку и продолжила свою трапезу.

Утро задалось, так задалось. Впечатлить я умею, как оказалось.

Позавтракавши, мы с Мелиссой ступили наверх, в мою комнату. А парни отправились помочь отчему в гараже.

– Девочка, ну ты выдала! Ты, что там «Джина» вызывала?

– Господи, какой позор, – упала я на кровать, закрывая лицо руками от стыда.

– Первое! Твоя мечта сбылась – ты всё же соприкоснулась с ним. Второе – он тебя определённо заметил.

– Ага, вот только я не планировала вот так привлечь его внимание.

– Ну да. У тебя вышло гораздо лучше. Браво! – аплодировала она мне и смеялась до слёз.

– Прекрати, мне и так стыдно, – я подхватила её смех, задыхаясь от абсурдности ситуации.

– Останься сегодня у меня. Пожалуйста. Я не выдержу ещё ужин с ними.

– Ладно, только давай вечером без твоих сопливых мелодрам.

– Хорошо. Ты лучшая, – кинулась я с объятиями к подруге.

[1] Потос, или Пофос (др. –греч. Πόθος, «желание, похоть, любострастье, любовь, влечение»; лат. Pothos), — один из Эротов, древнегреческих богов любви; покровитель (персонификация) любовных чувств к отсутствующему или умершему объекту влюблённости, покровитель любовной тоски, страстной неразделённой любви.

Глава 2. Зеленоглазые искры.

Несколько часов, утонувших в бесконечных видосиках, переписке с Брэтом о предстоящем походе в клуб и ленивом выборе наряда для завтрашней тусовки, пролетели так быстро, что я и не заметила, как за окном начал сгущаться вечер.

– Мелисса, как думаешь, эти джинсы с таким топом будут смотреться? – я почти ткнула ей телефоном в лицо, показывая найденный образ.

Она скользнула взглядом по экрану и одобрительно приподняла брови.

– Ого. Кружевной топ и джинсы? А мне нравится.

– Правда?

– Да. Смотрится круто. Даже слишком круто для тебя, – с усмешкой добавила она. – Хотя именно поэтому и цепляет. Это совсем не в твоём стиле.

Я недоверчиво прищурилась.

– Думаешь, я не буду выглядеть глупо?

– Нисколько, – уверенно ответила Мелисса. – Наоборот. Это смело, немного дерзко и очень по-взрослому.

Я ещё раз посмотрела на экран, будто пыталась представить себя в этом образе – чуть более уверенной, чем обычно, чуть более раскованной.

– Тогда это точно нужно примерить.

– Когда поедем?

– Давай я забронирую примерку на пять вечера.

– Хорошо. Только по дороге давай зайдём за малиновым смузи.

– Договорились.

Через некоторое время мы всё-таки выбрались из дома и отправились на поиски вещей, в которых завтра я, по задумке, должна была выглядеть сногсшибательно.

По пути мы заскочили за малиновым смузи для Мелиссы и банкой холодной газировки для меня. Все эти модные увлечения вроде кофе на альтернативном молоке, смузи, фрешей и прочих «взрослых» напитков так и не смогли меня покорить. Мне всегда хватало самого простого: воды или содовой. Без лишнего шума, без сложных вкусов, без попытки казаться изысканнее, чем я есть.

Подойдя ближе к магазину одежды, на другом конце улицы я увидела Нэйта.

Его персона стояла в обнимку с какой-то дамочкой. Он вежливо прихватил её за талию и направил в сторону ресторана.

– Эй, Мелисса, взгляни туда.

– Вот проклятье, это Нэйт? Разве он не с твоим отчимом в гараже?!

– Видимо, уже нет.

– Крепко же он эту белобрысую обжимает.

– Какой был бабник, такой и остался. И сюда он наверняка приехал навестить своих пассий.

– Хватит так пристально пялиться.

– Ну ты только посмотри, как обхватил.

– Идём скорее, пока он нас не увидел.

Подруга настойчиво втолкнула меня в магазин, словно пытаясь заслонить от той любовной сцены, чтобы я, как обычно, не позволила себе лишнего и не разбила сердце в очередной раз.

«А на что ты вообще надеялась, девочка?» – горько мелькнуло у меня в голове.

Не мог же он приехать сюда только ради меня.

Конечно нет.

Скорее всего, у него здесь свои дела. Важные. Совсем не связанные со мной.

– Ну всё, забыли увиденное и пошли примерять твой наряд.

– Знаешь, я так подумала, что хотела бы платье.

– Ты совсем голову потеряла?

– А что? Почему бы мне не выглядеть не просто «круто», а «сногсшибательно»?

– Это всё из-за той блондинки?

– Не знаю, о чём ты.

– Николь, ты прекрасна, и тебе не нужно доказывать свою красоту какому-то бабнику.

– Спасибо, – лёгкой улыбкой одарила я подругу.

– Тем более он старше. Вряд ли он относится к тебе, как к девушке

– Наверное, ты права.

– Конечно, я права. Здесь всё очевидно.

– Что-то я совсем голову потеряла с его приездом.

– Определённо – да.

– Тем более у меня есть Брэт, он милый и моего возраста.

– Чуть туповат, но в целом неплохой вариант.

– А тебе нравится мой выбор парней, я смотрю, – с сарказмом взглянула я на неё.

– Брэт – хорошая партия. А Нэйт лишь фантазия.

– Ты права. К тому же завтра я собираюсь переспать со своим парнем, и начать взрослую жизнь.

– Вот это я понимаю – моя девочка!

– Тогда пошли и примеряем пару топовых нарядов.

Вещи летели со стороны в сторону, джинсы, юбки, майки, а тот прикид, что я отложила – не подошёл.

В ход пошли шорты, платья, каблуки.

В куче этих вещей я откопала прикольные рваные шорты, с высокой талией и настолько короткие, что «булочки» выглядывали поздороваться. К ним я примерила блестящий топ-кольчуга, со стразами.

– Эй, псс. Мелисса.

– Что? Уже нашла, что-то?

– Зацени, – я отодвинула штору примерочной и вышла позировать свой наряд подруге.

– Отпад! Это просто бомба. Подожди, я знаю, чего сюда не хватает.

Из ниоткуда, она притащила летние мюли-сабо на тонком каблуке в чёрном цвете, как раз под шорты. И ярко-блестящую сумочку, под топ.

– Ну вот. Это улёт. А на голове мы сделаем тебе накладной высокий хвост, и тогда все просто попадают.

Мой внешний вид был куда круче, чем я могла бы себе представить.

Я выглядела словно модель.

Красивые ровные ноги, стройное тело, одежда подчёркивающая мою фигуру и каблуки, придающие уверенности, и сексуальности.

Еле сдерживая свои эмоции, я набросилась на подругу, и заобнимала её до еле дышащего состояния.

– Спасибо, ты лучшая.

– Конечно.

– А ты что-то выбрала?

– Да. Я присмотрела себе неплохой наряд, – уверено произнесла она.

– Покажешь?!

Мелисса достала из пакета чёрно-блестящее платье, выше колен, с закрытым горлом, очень по-взрослому и смело, что подчёркивало её стиль и утончённый вкус.

Забирая покупки, мы радостно направились домой, где нас уже поджидал вкусный ужин, и всё семейство в сборе.

***

– Девочки, мы вас заждались, долго же вы.

– Прости мам, мы ходили за покупками, для завтрашней вечеринки.

– Удалось, что-нибудь купить?

– О да. Вы обалдеете, когда завтра увидите Николь.

– Всем привет. Отчего обалдеем? – Джимми появился словно из ниоткуда и закидал всех вопросами.

– От моего наряда.

– И что же ты там себе выбрала?

– Всё завтра.

– Приятного аппетита, что завтра? Я что-то пропустил? – голос Нэйта, заставил вздрогнуть от неожиданности, а тело покрылось мурашками, от бархатного тембра.

– Николь, завтра будет самой красивой в этом клубе. То, что мы подобрали – нереально круто.

– Я уже начинаю переживать о выборе стиля на завтрашний вечер, – встревоженно вторгся Дрэйк.

– С нетерпением жду завтра, чтобы посмотреть на твой наряд, – так нежно произнёс Нэйтан и взглянул мне в глаза.

Настолько нежно, что я поперхнулась от неожиданности его «нетерпения».

– Так, знаете, давайте не будем обсуждать мой наряд. И, кстати, спасибо за ужин. Мы доедим это в комнате, и Мелисса останется у меня, — заявила я, поспешно хватая тарелку и подругу, чтобы поскорее сбежать от этого дурдома.

– Ладно, только посуду потом будете мыть сами.

– Окей, мам. Люблю, – крикнула я со спины с набитым ртом, поднимаясь по лестнице.

Оставшийся вечер мы с Мэл не показывались, и даже не выходили из комнаты.

Фильмы, ужастики и обсуждение мальчиков казались куда интереснее, чем спускаться вниз.

Но когда подруга всё-таки уснула, а сон ко мне так и не пришёл, я решила спуститься на первый этаж и вымыть оставшуюся после нас посуду.

На часах было уже за полночь, и в доме стояла гробовая тишина. Чтобы никого не разбудить, я тихонько приоткрыла дверь и на цыпочках спустилась вниз по лестнице.

Добравшись до кухни, посуду я уместила в мойку, включила маленькую струйка воды и приступила к мытью.

Прошла минута, затем другая, и вдруг мне послышались шаги и скрип открывающегося окна. От страха перехватило дыхание, в голове крутилась куча мыслей. «А что, если это вор?»

В следующее мгновение, почувствовав чьё-то дыхание у себя за спиной, я словно превратилась в охотницу, в совершенстве владеющую боевыми искусствами: схватив первое, что попалось под руку, — сковородку, — я со всей силы ударила кого-то по морде.

Бедолага скрутился и прикрыл лицо рукой.

Когда я замахнулась для следующего удара, рука незнакомца остановила меня и послышался знакомый баритон.

– Боже, Николь. Стой!

– Нэйт? – я в ужасе осознала происходящее и поспешила включить свет на кухне. От увиденной картины я расхохоталась. – Нэйт, господи, это ты, – продолжала я смеяться взахлёб, пока его нос истекал кровью. – Прости, я решила, что ты маньяк.

– Спасибо, поэтому ты решила применить на мне а что это было вообще?

– Сковородка, – указала я на правую руку и оружие в ней.

– Ловко же ты обращаешься с этой вещицей.

– Правда, мне так жаль. Пойдём в ванную, у тебя кровь ручьём. Если ты зальёшь мамин швейцарский ковёр – она тебе не простит.

Он взглянул на меня и тоже улыбнулся.

Ситуация оказалась слишком забавной и до нелепости неловкой.

Зайдя в ванную комнату, Нэйт облокотился о туалетный столик, а я встала, рядом обмакивая его разбитый нос, мокрым полотенцем.

– Ау.

– Прости. А вообще-то, не ной, как девчонка.

– От девчонки слышу, — лёгкими прикосновениями он принялся щекотать меня, и мы рассмеялись, словно дети.

– Перестань. Если ты продолжишь, моя рука может дрогнуть, и пострадает другая часть лица, – пока я четно вытирала и обрабатывала его побои, Нэйт пристально смотрел на меня.

Наши глаза встретились, и мир остановился. Дыхание стало прерывистым, и я вовсе забыла, что здесь делаю.

– У тебя красивые глаза! – подметил он и убрал выбившуюся прядь рыжих волос за ухо. – Я раньше не обращал внимания, что они у тебя зелёные.

– Раньше ты и не дышал со мной одним воздухом, – промямлила я про себя, а потом очнулась и раскраснелась.

– Что?

– Ничего. Знаешь, тебе пора. Кровь остановлена, думаю, тебе нужно идти, куда ты там шёл. А я пойду спать.

– Стой, Николь.

– Спокойной ночи, – резко отрезала я и выбежала из ванны, словно ошпаренная.

До рассвета я не могла прийти в себя. Сон был стёрт с лица, а вот мысли все были о нём и его словах.

Лишь под утро, когда следовало бы уже проснуться, сон накрыл волной.

Глава 3. Заветное желание.

Субботнее утро – последнее, которое я встречаю здесь. Уже в ближайшие дни я получу аттестат, заберу Мелиссу, и мы вместе отправимся в долгое путешествие под названием «взрослая жизнь».

Нам предстоит стажировка перед университетом, с которой мы так ещё и не определились, а затем заветная, и, возможно, лучшая часть – это жизнь вдвоём в общаге. Где мы прочувствуем все прелести студенческой жизни.

Стояла я совершенно не выспавшаяся, на кухне в одной пижаме, и пыталась заварить кофе, чтобы как-то выжить это утро.

– О, чёрт, – выругалась я, столкнувшись о широкую грудь Нэйта, который возник из ниоткуда.

– Пижама-попкорн значит. Мило.

– Не пялься.

– Я не успел тебя поздравить, – указал он на маленькую коробочку в своих руках. – С прошедшим тебя, Ники, – вручил он мне подарок и, не сводя глаз, подошёл ближе. В ту же секунду я забыла, как нужно дышать. Сердце забилось быстрее, а глаза перестали моргать. Следом Нэйт нагнулся и шепнуть мне на ухо. – Не могу забыть твои глаза, попкоринка.

Мне это послышалось?

Это всё в моей голове или взаправду?

Он сказал: «Попкоринка»?

Провались я в ад или ниже, да так, чтобы меня не нашли.

Он правда это сказал.

– Доброе утро, – прервал голос Мелиссы, его «поздравление».

Взглянув на подругу, в глазах которой всё было написано, я тут же отпрянула от него, схватила кружки с кофе и направилась в сторону Мэл, которая в ту же секунду хотела что-то ляпнуть.

– Нет! Мелисса, заткнись, – велела я ей, угрожающе кивнув наверх, оставляя Нэйта и это странное утро позади.

Войдя в комнату и усевшись на кровать, я поняла, что ненужные вопросы не заставили себя долго ждать.

– Он, что-то сказал про твои глаза? Попкоринка?!

– Значит, ты всё слышала.

– Конечно, слышала. И хорошо, что я, а не твой брат или родители. Что это было?

– Ночью, – не успела я начать, как она умостилась на кровать и застонала.

– Аа, ночью?!

– Мне продолжать или ты сама нафантазируешь?

– Молчу.

– Ночью мне не спалось, и я пошла отнести посуду, как вдруг, он взялся из ниоткуда, и я втащила ему сковородкой по лицу.

Секунда – и она залилась яростным смехом взахлёб. Так что даже дышать было невозможно.

– Подожди, подожди. А зачем ты его ударила?

– Я услышала шаги и решила, что это вор. Это была самозащита.

– Так, хорошо. И когда же во время этого удара, он успел рассмотреть твои глаза?

– Когда я в ванной обрабатывала его окровавленный нос.

– Так значит, пока все спали, вы наедине, сидели рука об руку в ванной?!

– Когда ты так это описываешь – мне как-то не по себе.

– Но и это выглядит очень интимно.

– Ничего не было. Я обработала рану, потом он сказал, какие у меня красивые глаза, и я сбежала в комнату.

– Ну ты и дура.

– С чего это? А кто мне сказал, что он «бабник», а у меня есть Брэт.

– Да, но это было до того, как он шепнул тебе на ухо. И до того, как ты оказывала ему первую помощь, мисс медсестра Прайс.

– Я ненавижу тебя.

– А что в коробке?

– Подарок, – взглянула я на милую коробочку в руках.

– Тебе неинтересно, что там? – заинтриговано смотрела она на меня.

Я закатила глаза, а сама с нетерпением уже хотела открыть его подарок.

– Ладно, ладно. Открываю.

Приоткрыв коробочку, в ней, показалась милейшая подвеска из белого золота с изумрудным камнем.

– Какая прелесть. Он явно подбирал под цвет твоих глаз.

– Перестань.

– Не отрицай.

– И когда он только успел его купить, – заколдованная, я смотрела на этот подарок.

– Ага, значит так. У нас есть несколько часов до начала праздника, чтобы сделать из тебя красотку и свести с ума этого парня твоим новым прикидом.

Прервала подруга мои мысли.

Мелисса была настроена очень серьёзно. Целая сумка косметики и всякой девчачьей лабуды упала мне на кровать. Кисти и тени летели в разные стороны. Блёстки, помады, всё это она наносила мне на лицо, словно я звезда перед важным выходом в свет.

Спустя пару часов усилий и пыхтения надо мной – Мелисса всё же закончила это превращение, из золушки в принцессу.

– Ну всё, теперь ты можешь смотреться в зеркало.

Взглянув на своё отражение, я не узнала себя в нём. Там была девушка, прекрасная барышня, которая резко повзрослела. Мои глаза светились, как лучики солнца в окне. А желание расцеловать подругу, вышло за рамки приличия, и я набросилась на неё с объятиями.

– Спасибо! Это лучший подарок и шикарное преображение.

– Осталось маленькая деталь.

Уверенно указала Мэл на подаренный кулон от Нэйта.

***

Шагая вниз по ступенькам, на кухню, где собрались все родные. Мама, отчим, бабуля с дедушкой, брат и его слащавый друг. Даже родня с Коннектикута соизволила приехать, тётя Лорен и дядя Фрэнк.

Вот только главного гостя, так и не было.

Мой родной папа – Майкл. Каждый год я жду это торжество только чтобы увидеться с ним.

Хоть они и развелись, когда я была совсем малышкой, я почти не помню детства с ним. Раньше он приезжал на мой день рождения и никогда не забывал: звонил и обязательно поздравлял. Мне всегда хотелось быть ближе к нему, чем мы были.

Но последние три года он словно исчез с радаров и канул в небытие – в своей Канаде.

Год назад от него пришло сухое СМС с поздравлением – ну хоть что-то.

А в этом году ничего.

Когда в мой день рождения не пришло ни СМС, ни звонка – я надеялась, что в итоге он приедет сегодня и удивит меня.

Но он лишь снова разочаровал меня и забыл вовсе.

Какой год подряд я надеюсь, что он явиться и объясниться, почему исчез, перестал звонить и совсем забыл обо мне. Эта боль, сжимающая внутри меня грудную клетку – не сравниться ни с чем.

– Милая, ты прекрасна. Иди, я тебя обниму, – крепкие и любящие объятия мамы вырвали меня из омута грустных мыслей и заставили снова улыбнуться.

Бабушка с широкой улыбкой нежно подошла и крепко сжала мои ладони в своих сухих, тёплых руках и с какой-то странной грустью улыбнулась.

– Ты даже не представляешь, как я счастлива видеть тебя такой взрослой, – сказала она тихо. – После той аварии мы ведь едва тебя не потеряли.

Я нахмурилась.

– Какой аварии? – бабушка будто опомнилась и переглянулась с мамой.

– Ох, да это давно было, милая, – поспешно вмешалась Бетани. – Ты совсем маленькая была, ничего страшного.

– Ты никогда мне об этом не рассказывала, – удивилась я.

– Потому что нечего рассказывать, – слишком резко отрезала мама, а потом сразу смягчилась. – Главное, что всё хорошо закончилось. Не будем вспоминать былое. Я рада видеть тебя счастливой и такой взрослой милая, – целомудренно, но со всей нежностью поцеловала мама меня в лоб.

Ловя взгляды родных и выслушивая прекрасные слова пожеланий, я расслабилась и отпустила мысли об отце.

Все эти люди собрались сегодня ради меня, и только сейчас я осознала, насколько важным может быть это время, проведённое рядом. Даже слова отчима заставили мои глаза прослезиться, а вредная тётя Лорен – стала душкой и всем сердцем радовалась моему совершеннолетию.

«Только родные и близкие по-настоящему будут рады за тебя. Будут проживать важные дни с тобой, а тяжёлые моменты скрашивать своей любовью».

Время летело с космической скоростью. Что я даже не заметила, как пришёл час отправляться на вечеринку с друзьями.

– Николь, твой наряд заставляет побеспокоиться за тебя. Но я уверен, ты умная девочка, – заключил в объятиях меня брат, провожая на выход, и прошептал на ухо: – Если выпьешь лишнего – напиши, я тебя заберу.

Я отпрянула от него и взглянула в его серые глаза, полных любви. Улыбнулась ему, поправила его густые, каштановые волосы и одобряюще кивнула головой.

Далее выслушала на дорожку напутствие от мамы и остальных, и, взявшись под руку с Мелиссой, отправились на улицу, где нас уже поджидал Брэт и его компания.

Сделав шаг навстречу новой жизни, голос Нэйта меня остановил.

– Ники! Отлично выглядишь.

Остановившись и взглянув в его сторону, я мотнула подруге головой, давая понять, что мне нужно несколько минут.

– Спасибо.

– Подвеска тебе к лицу, – заметил он.

Опустив взгляд и накрыв ладонью его подарок, я улыбнулась и снова взглянула на него.

– Что ты здесь делаешь?

– Это по работе, – отрезал он, указывая на телефон в руке. – Завтра я уезжаю в Нью-Йорк.

Моё тело приблизилось ближе и вторглось в его пространство. Внезапная решительность окутала меня и направила прямо на него.

– Так скоро?

Он хмыкнул и расплылся в улыбке. Его руки прошлись по русым, растрёпанным волосам, а взгляд оценивающе поднимался по мне – с ног до головы.

Когда Нэйт закончил анализировать меня и мой наряд, мы, наконец, встретились глазами.

В ту же секунду он сделал шаг навстречу мне и остановился в считанных сантиметрах. Мы обменялись взглядами: он смотрел сверху вниз. Нэйтан стоял так близко, что я могла учуять лёгкий аромат цитруса и свежесть его духов. Напряжение между нами было видно невооружённым глазом.

Сигнал машины и крик Брэта вернули меня в реальность – я отпрянула от него, как ошпаренная.

Парни в машине зажигали не на шутку. Громкая музыка, вопли и выпившее состояние ребят, полностью показывало их весёлое настроение.

– Друг?

– Нет, парень.

Минутное молчание и неловкий взгляд, заставил отвести меня взгляд в сторону.

– Ответ на твой вопрос: Да! Так скоро. Я рад был повидать тебя и твою семью. Хорошего тебе вечера, – холодно произнёс он и отстранился.

– Мгу, – собралась я уже уйти, как внезапно его рука схватила меня под локоть и остановила.

– Николь, – вдруг его голос притих. – Надеюсь, ты не наделаешь глупостей этой ночью.

Наглость его слов вывела меня из себя. Что заставило его на мгновение помрачнеть и вдруг заинтересоваться моим вечером?

– Это слова прощания?! – задиристо высказалась я.

– Ники, – всё ещё крепко сжимал он мою руку и не выпускал из своей хватки.

– Думаю, единственной глупостью будет – это стоять здесь и выслушивать непонятный лепет.

– Попкоринка, этот идиот орущий... Что это? Собачий лай? Боже, – выдохнул он, всматриваясь в сторону ребят, которые вели себя максимально странно. – Он тебя недостоин.

– Тебе то откуда знать, – наглость и настойчивость его слов, сводит с ума.

Но с чего вдруг этот парень решил, что имеет право распоряжаться моей жизнью и моими планами на вечер. Кто он такой, чтобы так говорить?

Вдруг крошка-Николь почувствовала власть. Выдернув руку и шагнув в сторону к друзьям, я осознала, что этот мужчина – другой. Все эти сказки в моей голове и представления о нём, обрушились в один момент. Он не так прост, как мне казалось раньше.

Власть и собственничество в его глазах, напугала меня до чёртиков. Внутри меня всё вздрогнуло. Мысль о том, чтобы совершить глупость, стала только привлекательнее после его слов «не делай» – захотелось согрешить ещё сильнее.