Мисс Вайс

Мои пальцы быстро заскользили по экрану. Галерея. Папка «Скрытое».

Я нашла его почти сразу. Видео длилось три минуты. На нем Лили стояла на коленях в холодной воде, её лицо было серым от ужаса, а на заднем плане слышался гогот Эрика.

«Объект №18 Телефон Тео. Статус: Улика получена. Информационный заряд: Критический. Способ детонации: Публичный доступ».

— Нашла? — одними губами спросил Алекс, склонив голову над учебником.

Я не ответила. Я просто заблокировала экран и вернула телефон в руку Алекса. Теперь нам нужно было вернуть его на место так же незаметно. Но в моей голове план уже оброс деталями.

Я посмотрела на Тео, который с гордым видом возвращался к своей парте. Он еще не понимал, что через несколько часов его «Золотой билет» в элиту превратится в пепел. А вместе с ним сгорит и Эрик.

Я снова открыла дневник.

«Эрик думал, что страх Лили — это его сила. Он ошибся. Страх — это нестабильная валюта. И сегодня я собираюсь обрушить его рынок».

— Верни, — коротко бросила я, едва шевельнув губами.

Алекс кивнул. Когда прозвенел звонок на перемену, началась обычная толкотня. Тео, смеясь, потянулся за сумкой, и в этот момент Алекс, якобы случайно задетый кем-то из толпы, навалился на его парту. Телефон скользнул из широкого рукава Алекса точно в открытый рюкзак Тео.

Тот даже не почувствовал веса. Он лишь посмотрел в рюкзак, проверяя гаджет, и вылетел из класса, подмигивая кому-то в коридоре.

— Сделано, — буркнул Алекс, закидывая рюкзак на одно плечо. — Что теперь? Просто сольешь это в сеть?

Я медленно закрыла тетрадь, пряча дневник в сумку.

— Нет. Просто слить — это значит дать администрации шанс всё замять. Мне нужно, чтобы это видео увидел тот, кто не сможет промолчать. И тот, кто поймет, что я теперь владею правдой.

Мы вышли в коридор, и я сразу почувствовала на себе чей-то взгляд. Не Эрика. Не Мии.

У окна, прислонившись к холодному камню стены, стоял Тайлер. Он не смотрел на Тео. Он смотрел прямо на Алекса, и в его руках был такой же золотой ключ-карта, каким открывались двери в кабинеты администрации. Он слегка приподнял его, словно приветствуя нас, и я поняла: он видел каждое наше движение в классе.

Вечер в комнате Алисы был тихим. Единственным источником света была настольная лампа, которая отбрасывала длинные, ломаные тени на дубовые панели стен. На столе стояли две кружки остывающего чая, от которых всё еще пахло мятой — Алиса любила этот запах, он помогал ей «выключать» режим анализа.

Алекс сидел на полу у её ног. Он снял этот тесный, ненавистный пиджак, и в одной футболке казался не опасным бойцом, а просто усталым парнем. Алиса сидела в кресле прямо над ним, и её пальцы медленно, почти неосознанно, перебирали его жесткие темные волосы.

— Ты слишком напряжен, — тихо сказала Алиса, не убирая руки от его волос. — Твой пульс... я чувствую его даже так.

Алекс закрыл глаза, подставляясь под её ладонь, как раненый зверь.

— Этот Блэквуд. Он не просто смотрит, Вайс. Он препарирует. Сегодня в коридоре, когда он прошел мимо... он ведь даже не на тебя смотрел. Он смотрел на меня. Так, словно я — лишняя деталь в механизме, которую он собирается выкинуть.

Алиса на мгновение замерла. Её пальцы запутались в его прядях.

— В его мире всё — механика, Алекс. Он — сын своей матери. Для него школа — это не здание, это алгоритм. И мы в этот алгоритм не вписываемся.

— Он опаснее Эрика, — Алекс резко открыл глаза, и в них блеснула тревога. — Эрик — предсказуемый идиот. Его можно ударить. А как ударить Тайлера? Он как туман. Ты замахиваешься, а рука проходит насквозь. Вайс, он постоянно ошивается рядом. На ланче, в библиотеке... Я видел, как он наблюдал за тобой, когда ты открывала дневник. Он не просто знает, что ты пишешь. Он знает, почему ты это делаешь.

Алиса почувствовала, как по спине пробежал холодный сквозняк, хотя окно было плотно закрыто.

— Он ищет доступ к моей «картотеке». Он хочет понять, как я классифицирую мир, чтобы начать классифицировать меня.

— И меня, — добавил Алекс, и его голос сорвался. — Он изучает мои реакции. Сегодня он специально задел меня плечом у лестницы и даже не извинился. Он ждал, что я сорвусь. Ждал, что я ударю его при камерах, чтобы у него был повод убрать меня от тебя.

Алиса наклонилась ниже, так что их лица оказались в сантиметрах друг от друга.

— Поэтому ты не должен поддаваться. Слышишь? Это его игра. Он хочет лишить меня «Щита», чтобы я осталась одна. Без тебя я стану для него легкой добычей.

Алекс горько усмехнулся, и эта улыбка была полна боли, которую он обычно скрывал.

— А если я и так для тебя обуза? Если он прав, и я — просто «шум», который мешает тебе играть в твои шахматы? Вайс, он предложил тебе доступ к архивам. Он может дать тебе то, чего не могу я. Власть. Информацию. Свободу.

— Мне не нужна свобода без тебя, — отрезала Алиса. Это была самая иррациональная фраза, которую она когда-либо произносила, и она знала это.

Но сейчас её аналитический центр молчал. — Тайлер Блэквуд может владеть всем островом, но он никогда не поймет, что такое... вот это.

Она обвела рукой их маленькое убежище в свете лампы. Алекс тяжело вздохнул и уткнулся лбом в её колено.

— Он уничтожит нас, если сможет, — прошептал он. — Я чувствую это кожей. Он не успокоится, пока не разберет нас по частям, чтобы посмотреть, что там внутри.

— Пусть попробует, — Алиса снова начала методично перебирать его волосы, но её взгляд был прикован к двери. — Мы — не его объекты. Мы — те, кто сломает его алгоритм.

Глава 7

Неклассифицируемый

Суббота. На острове выходной, но для меня это просто еще один день, когда нужно контролировать ритм дыхания. Я сидела на полу в своей комнате, прислонившись спиной к холодному дереву шкафа. Алекс ушел в спортзал — я сама его попросила. Мне нужно было пространство, свободное от его тепла, чтобы наконец вскрыть этот архив.

Мне сегодня семнадцать.

Десять лет с того дня, как мой мир перестал быть цветным.

Я закрыла глаза, и картинка всплыла сама — четкая, лишенная эмоций, как кадр из документального кино.

Шесть лет. Пышное платье в горошек, которое кололо шею. Запах ванильного торта на заднем сиденье. Папа улыбался мне в зеркало заднего вида, обещая, что на горках мы будем летать быстрее ветра.