Мисс Вайс

Я села и открыла дневник. Мои пальцы нежно погладили кожаную обложку, прежде чем я взяла ручку.

«День 1. Остров Врейкруд. Объект "Школа"».

Я начала писать, быстро и мелко. Мой почерк был острым, как скальпель.

«Социальная структура школы примитивна. Стандартная иерархия элитного стада: Полезные и бесполезные.Но есть аномалии. Объект №14 парень из столовой и Объект №6 Эрик требуют калибровки. Алекс — единственный стабильный элемент в этой нестабильной среде. Он — продолжение моей руки».

Я замерла, глядя в окно. Снаружи была лишь бесконечная черная вода. Мать думала, что отправляет меня в школу, чтобы меня «исправили». Она не поняла главного: она просто дала мне новое поле для экспериментов. И здесь, в отличие от дома, мне не нужно притворяться «нормальной». Здесь я могу быть режиссером.

Я отложила дневник и встала, чтобы приготовиться ко сну. Мои движения были механическими, выверенными. Я аккуратно сняла одежду, сложив её стопкой — край к краю.

Подойдя к зеркалу, я медленно размотала бинты на запястьях. Порезы были свежими, ярко-розовыми на фоне молочно-белой кожи. Они не болели. Для меня это были не раны, а линии на карте, напоминание о том дне, когда я окончательно перестала быть «дочерью Елены Вайс».

Я выключила свет и легла в ледяную постель. Одеяло пахло крахмалом и пустотой. Закрыв глаза, я представила школу как огромный часовой механизм. Завтра я вставлю в него первую песчинку, чтобы посмотреть, как он начнет давать сбои.

— Спи спокойно, папа, — прошептала я в темноту. — Кажется, мне здесь понравится.

Глава 4

«Архитектура власти»

Утро пахло новой формой и мелом. Серая жилетка стягивала грудь, словно корсет, а плиссированная юбка едва касалась колен. В зеркале я выглядела как образцовая ученица элитного заведения, если бы не глаза. Живые люди так не смотрят.

Мы с Алексом стояли перед дверью кабинета истории. Он выглядел в этой форме нелепо — как лесной хищник, которого заставили надеть поводок. Пиджак явно жал ему в плечах, и я видела, как он то и дело оттягивает воротничок рубашки, который мешал ему дышать.

— Просто заходим, — тихо сказала я. — Это просто еще один загон для скота.

Учитель, мистер Грейсон, замолчал, как только мы переступили порог. Весь класс — те самые лица из столовой — синхронно повернули головы.

— А вот и наши новые студенты, — Грейсон фальшиво улыбнулся. — Класс, познакомьтесь. Алекс Нортфест и Алиса Вайс. Друзья, расскажите немного о себе?

Откуда вы, чем увлекаетесь?

Алекс сделал шаг вперед. Он стоял расслабленно, но в этой позе чувствовалась скрытая угроза.

— Я из города. Увлекаюсь тишиной, — коротко бросил он. Его голос прозвучал как рык в библиотеке. — Надеюсь, здесь с этим проблем не будет.

Он прошел к свободной парте в самом конце, не дожидаясь разрешения, и сел так, что занял собой всё пространство.

Очередь дошла до меня. Я чувствовала на себе десятки взглядов: любопытных, насмешливых, опасливых. Мистер Грейсон выжидающе поднял брови. Я не шелохнулась. Я не собиралась тратить слова на тех, кто завтра станет лишь статистикой в моем дневнике.

— Я всё равно не собираюсь ни с кем общаться, — произнесла я ледяным тоном, который мгновенно сбил спесь с тех, кто собирался подмигнуть или сострить. — Так что мои увлечения вас не касаются.

В классе повисла такая тишина, что было слышно, как бьется муха о стекло. Я прошла мимо первого ряда, задев краем юбки парту Тео — того самого блондина с парома. Он вжался в стул, когда я мазнула по нему взглядом.

Я села рядом с Алексом. Достала тетрадь, но вместо конспекта лекции по истории школы открыла последнюю страницу.

«Объект "Класс". Реакция на прямое дистанцирование: замешательство, переход в скрытую агрессию. Статус: доминирование установлено без единого удара».

— Ты сегодня в ударе, Вайс, — шепнул Алекс, не поворачивая головы. Его костяшки пальцев, белые от напряжения, наконец начали расслабляться.

— Я просто обозначила границы, Алекс, — ответила я, глядя, как мистер Грейсон трясущимися руками берет мел. — Теперь они знают, что мы не часть их стада. Мы — те, кто за ним присматривает.

Мистер Грейсон монотонно бубнил о заслугах Джея Врейкруда перед страной, но я его не слышала. Мой взгляд, словно лазер, сфокусировался на затылке парня, сидевшего через два ряда от нас.

Он сидел идеально прямо. В отличие от остальных, он не листал телефон под партой и не рисовал на полях. Он просто слушал, и в этой его неподвижности было что-то глубоко неестественное.

Когда он на мгновение отложил ручку, я увидела край его тетради. Крупным, уверенным почерком там было выведено: «Тайлер Блэквуд».

Фамилия ударила по моему сознанию, как электрический разряд. Элеонора Блэквуд — директриса. «Железная леди» этого острова, о которой мать говорила с придыханием и ужасом. Значит, перед нами наследник престола.

Я медленно открыла свой дневник, спрятав его за учебником истории.

«Объект №15-Тайлер Блэквуд. Класс: Полезные. Примечание: Максимальный приоритет. Является прямым каналом связи с администрацией.Объект "Директриса". Типаж: Наблюдатель. Не склонен к стадному поведению».

Я видела, как другие ученики бросают на него осторожные взгляды. Тайлера не просто уважали, его обходили стороной, как глубокий овраг, в который страшно заглядывать.

— Вайс, ты на него пялишься уже пять минут, — едва слышно прошептал Алекс. Я почувствовала, как в его голосе проснулось глухое рычание. Он всегда остро реагировал, когда мой интерес переключался на кого-то другого. — Мне его сломать?

— Нет, Алекс, — ответила я, не отрывая взгляда от Тайлера. — Его нельзя ломать. Его нужно препарировать. Он — ключ от всех дверей в этом замке. Если мы получим его, мы получим школу.

В этот момент Тайлер, словно почувствовав мой взгляд, медленно обернулся. Его лицо было спокойным, почти без эмоциональным, но в глубине темных глаз блеснул холодный интерес. Он не отвел взгляд первым. Он смотрел на меня так, будто тоже вел свой дневник и только что нашел в нем очень любопытную запись.

Я не улыбнулась. Я просто закрыла дневник и прижала его к груди.

«Коррекция: Объект №15 заметил наблюдение. Статус: Взаимный интерес. Начало шахматной партии».

Звонок разрезал тишину кабинета, как скальпель. Класс пришел в движение, послышался скрежет стульев, но мы с Алексом остались сидеть. Я ждала.

Тайлер Блэквуд не спеша закрыл тетрадь. Его движения были скупыми и точными. Вместо того чтобы выйти вместе со всеми, он развернулся и направился к нашей парте.

Я почувствовала, как Алекс рядом со мной мгновенно напрягся. Его костяшки побелели, а плечи приподнялись — он считывал угрозу на физическом уровне. Но стоило мне едва заметно, почти невесомо, коснуться его локтя, как он выдохнул. Алекс знал этот жест. Это означало: «Не вмешивайся. Это мой план». Он остался сидеть, превратившись в каменное изваяние, но я видела, что его взгляд прикован к горлу Тайлера.

Тайлер остановился в шаге от нас. Вблизи он казался еще более холодным.

— Алиса Вайс, — произнес он. Его голос был ровным, без единой лишней интонации. — Моя мать упоминала о твоем прибытии. Сказала, что ты добавишь этому месту... своеобразного колорита.

Он посмотрел на мой дневник, который я всё еще прижимала к себе, а затем перевел взгляд на мои забинтованные запястья. В его глазах не было ни жалости, ни отвращения. Только сухая фиксация фактов.

— Надеюсь, ты здесь не для того, чтобы портить мебель, — он едва заметно кивнул на мои руки. — У нас в школе ценят тех, кто понимает правила игры. И тех, кто знает, когда стоит закрыть свой дневник, чтобы не вызвать лишнего интереса у

администрации.

Это было предупреждение. Изящное, брошенное в лицо с вежливой полуулыбкой. Тайлер был одновременно и Полезным, и Недосягаемым. Ключ, который может открыть любую дверь, но который может и захлопнуть твою камеру навсегда

.

Я подняла голову. Мой взгляд — тот самый, от которого люди обычно отворачивались — встретился с его «мертвым» спокойствием.

— Я всегда закрываю дневник, когда в нем заканчивается место для бесполезных людей, Тайлер, — ответила я, и мой голос прозвучал как шелест сухой листвы. — Но для тебя я, пожалуй, выделю отдельную страницу. В разделе «Архитектура власти».

Тайлер слегка склонил голову набок. На мгновение мне показалось, что в его темных глазах мелькнуло что-то похожее на искру признания.

— Тогда не забудь указать, что в этой школе стены имеют не только уши, но и память. Увидимся на ланче, Вайс.

Он развернулся и вышел из класса, не удостоив Алекса даже взглядом. Но я чувствовала, как воздух вокруг Алекса вибрирует от сдерживаемой ярости.

— Он слишком много о себе думает, — процедил Алекс, когда дверь закрылась. — Ты уверена, что он тебе нужен?

— Он — самый важный объект на этом острове, Алекс, — я открыла дневник и вписала под именем Тайлера всего два слова: «Главный риск».

Я смотрела на закрытую дверь кабинета еще несколько секунд после того, как Тайлер ушел. Алекс шумно выдохнул, и этот звук вернул меня в реальность.

— Идем отсюда, Вайс, — бросил он, хватая свою сумку. — У меня от этого места зуд под кожей. Слишком много вежливых уродов на квадратный метр.

Я медленно поднялась, чувствуя, как внутри меня медленно проворачиваются шестерёнки нового плана. В моей картотеке Тайлер Блэквуд занял пустую полку, помеченную знаком вопроса. Он был первым, кто не отвел взгляд. Первым, кто заговорил со мной на языке метафор, а не страха.

Мы вышли в коридор, где эхом отдавались звонки и голоса учеников. Вдоль стен висели портреты выдающихся выпускников, и их стеклянные глаза, казалось, следили за каждым моим шагом.

— Алекс, — тихо позвала я, когда мы свернули к лестнице, ведущей в столовую.

— Что?

— Мать была права в одном. Эта школа действительно меняет людей.

Я открыла дневник на ходу и быстро зачеркнула старую запись в разделе «Стратегия».

— Только она не поняла, в какую сторону. Она думала, что меня здесь сломают. Но на самом деле мне просто дали достойную доску для игры. И Тайлер Блэквуд — это ферзь, которого я либо заберу себе, либо уничтожу первым.

Я спрятала дневник в сумку и поправила воротник серого пиджака. Мы входили в зону ланча — новое поле боя, где запахи дорогой еды смешивались с ароматом назревающего конфликта.

Я больше не чувствовала себя «куклой в клетке». Я чувствовала себя архитектором, который только что нашел первый изъян в фундаменте этого замка. И этот изъян носил имя Тайлер.

Глава 5

«Фальшивая улыбка»

Школьный туалет в Восточном крыле сверкал стерильной белизной. Здесь пахло лимоном и едким хлором, который должен был подавлять любые другие запахи, но под ним я всё равно чувствовала знакомый аромат страха.

Я стояла у раковины, медленно поправляя манжеты серого пиджака. Алекс остался в коридоре — он был моей тенью, но здесь, в этом кафельном склепе, мне нужно было действовать одной.

Из кабинки в самом конце донесся тихий всхлип, а затем звук рвущейся бумаги. Я не торопилась. Я знала, что за дверью кто-то прячется, и это не было простым любопытством. Это была охота.

Дверь медленно скрипнула, и оттуда вышла девушка. Растрепанные темные волосы, покрасневшие глаза и форма, которая висела на ней, как на скелете. Она замерла, увидев меня, и инстинктивно прижала к груди измятый блокнот.

В моей голове мгновенно открылась новая страница.

«Объект №16 Мия Коллинз. Класс: Бесполезные. Примечание: Изгой. Состояние: Острая стадия социальной дезадаптации. Уровень доверия к окружающим — 0%. Полезность: Мишень/Инструмент для сбора секретов».

— Ты в порядке? — я произнесла это своим «человеческим» голосом. Тем самым, который мать называла фальшивым, но который так легко открывал чужие двери.

Мия вздрогнула. Она посмотрела на мои забинтованные запястья, затем на мое спокойное лицо. В её глазах промелькнуло недоверие, смешанное с отчаянной надеждой найти кого-то столь же

«сломанного», как она сама.

— Я... да, — прошептала она, пытаясь спрятать блокнот в сумку. — Просто... Эрик и его друзья. Они думают, что если мои родители банкроты, то я — никто.

Я сделала шаг ближе, сокращая дистанцию до критической.

— Эрик — всего лишь шум, Мия. Здесь многие думают, что их фамилии делают их особенными. Но мы с тобой знаем, что это не так.

Я слегка улыбнулась — той самой кроткой улыбкой, которую репетировала перед зеркалом часами.

— Меня зовут Алиса. Я тоже здесь новенькая. И мне кажется, нам обеим не очень нравятся правила этого места.

Мия посмотрела на меня, и я увидела, как её плечи медленно опускаются. Защитный барьер дал трещину. Она не видела скальпеля, который я уже занесла над её психикой. Она видела союзника.

— Они следят за каждым моим шагом, Алиса, — Мия подошла к соседней раковине, её голос дрожал от желания выговориться. — Они не знают, что я видела... в ту ночь, у старого маяка.

Я замерла. В моей картотеке под именем Мии появилась новая пометка: «Обладает информацией о внешнем периметре».

— Ты можешь доверять мне, Мия, — я накрыла её ладонь своей. Мои пальцы были холодными, но она приняла это за холод от волнения. — Расскажи мне всё. Я знаю, как сделать так, чтобы они больше тебя не трогали.

В этот момент я уже знала, как именно использую её. Если Тайлер был ферзем, то Мия Коллинз была моей первой пешкой, которую я без колебаний подставлю под удар, когда придет время проверить «память стен», о которой он предупреждал.

— Это было у маяка, — Мия говорила быстро, глотая слова, словно боялась, что тишина туалета вот-вот прервется шагами Эрика. — В прошлый четверг. Я... я пошла туда, чтобы просто побыть одной. А там были они. Эрик, Тео и еще двое из футбольной команды.

Мия замолчала, её пальцы судорожно теребили край серой жилетки. Я стояла неподвижно, позволяя ей выливать эту грязь в пространство между нами.

— Они привели туда девочку с младшего курса. Кажется, её зовут Лили. Она из тех, кто учится на гранте, понимаешь? У её семьи нет денег, чтобы замять скандал. Они... они не просто смеялись над ней, Алиса. Эрик заставил её встать на колени в ледяную воду и извиняться за то, что она «дышит тем же воздухом», что и они. А потом Тео снимал это на телефон. Они сказали, что если она хоть кому-то пикнет, это видео окажется в сети, и её жизнь будет закончена еще до выпуска.

Я смотрела на Мию, и в моем сознании уже выстраивалась идеальная схема. Объект №6 (Эрик) и его «свита» только что предоставили мне рычаг, о котором я даже не смела мечтать.

— Они думают, что это их остров, — прошептала Мия, и по её щеке скатилась слеза. — Что им всё сойдет с рук, потому что их родители спонсируют школу. Алиса, я боюсь. Я боюсь, что они узнают, что я видела.

Я сократила расстояние между нами и мягко, почти нежно, положила руки ей на плечи.

— Тише, Мия. Посмотри на меня.

Она подняла глаза, и я дала ей ровно столько «сочувствия», сколько было нужно, чтобы она окончательно попалась на крючок.

— Ты больше не одна. Они считают себя охотниками, потому что еще не встречали того, кто умеет ставить капканы. Эрик — просто мелкий садист, который прячется за папиным чеком.

В моей голове дневник уже пополнился новой записью:

«Объект №6. Статус: Смертник. Компромат: Видео фиксация издевательств Объект №17 — Лили. План: Использовать Мию для поиска телефона Тео. Эрик должен быть уничтожен не физически, а социально. Публичное унижение — единственный способ заставить систему Врейкруда содрогнуться».

— Ты поможешь мне? — Мия вцепилась в мои рукава, и я почувствовала, как её надежда становится осязаемой.

— Я сделаю больше, Мия. Я сделаю так, что они сами будут умолять тебя о молчании.

Я вышла из туалета, чувствуя, как внутри меня разгорается холодное, расчетливое пламя. Алекс, стоявший у стены, сразу считал мой взгляд. Он не спрашивал, что произошло. Он просто выпрямился, готовый к действию.

— У нас есть цель, Алекс, — тихо произнесла я, проходя мимо него. — Эрик совершил ошибку. Он оставил свидетеля. А я не люблю, когда такие ценные ресурсы остаются без дела.

Я мысленно уже видела лицо Эрика в тот момент, когда его «идеальный фасад» начнет осыпаться под весом его собственного грязного секрета. Он думал, что Алиса Вайс — просто сумасшедшая девчонка. Что ж, скоро он узнает, что безумие, умноженное на холодный расчет — это самая опасная сила на этом острове.

Вечер опустился на остров тяжелым синим бархатом. В замке стало тише, только отдаленные звуки прибоя бились о гранитные скалы под окнами.

Алекс сидел на ковре посреди моей комнаты, прислонившись спиной к кровати. Его огромная фигура в тусклом свете настольной лампы казалась еще масштабнее. Он молчал, позволяя мне делать то, что помогало мне справляться с хаосом в голове после долгого дня.

Я сидела рядом, окруженная пачками разноцветных стикеров. Мои пальцы двигались уверенно и мягко. Один за другим я наклеивала маленькие бумажки на его плечи, на предплечья, на тыльную сторону ладоней.

Зеленый стикер на левое плечо. Желтый — на костяшки пальцев, которыми он готов был разбить лицо Эрику. Розовый — на шею, прямо над пульсирующей жилкой.

Алекс не двигался. Он даже дышал через раз, чтобы не спугнуть этот момент. Только он знал, что такие странные ритуалы — это мой способ «заземлиться», упорядочить мир, который сегодня слишком сильно пах кровью, грязью и чужими секретами.

— Ты похож на странную мозаику, — тихо произнесла я, наклеивая синий стикер ему на лоб.

Алекс слегка приоткрыл свои серые глаза. В них не было и следа той агрессии, которую видел класс. Там была только бесконечная, ломаная преданность.

— Если тебе так спокойнее, Вайс, ты можешь обклеить меня хоть целиком.

Я замерла, глядя на его руку, превращенную в калейдоскоп из бумаги. В этот момент в моей голове не было «Объектов», «Классов» или «Целей». Был только ритм его сердца и тишина, которую мы делили на двоих. Здесь, за закрытой дверью, мне не нужно было быть хирургом или кукловодом.

Я положила голову ему на плечо, прямо поверх бумажных стикеров.

— Эрик ответит за то, что он сделал с той девочкой, — прошептала я, закрывая глаза. — Но не сегодня. Сегодня я хочу просто тишины.

Алекс осторожно, боясь смять бумажки на своих руках, накрыл мою ладонь своей.

— Спи, Вайс. Я буду здесь. Ни одна пылинка не упадет, пока я рядом.

В окне замерцали огни далекого маяка, о котором говорила Мия. Но в этой комнате, среди цветных бумажек и мягкого света, Алиса Вайс впервые за долгое время чувствовала себя не хищником, а просто человеком, у которого есть кто-то, кто понимает её безумие без слов.

Глава 6

Щит и Скальпель

Утро в столовой школы имени Джея Врейкруда началось так же, как и всегда: со звона серебра и негромкого гула голосов элиты. Но сегодня в воздухе висело нечто иное. Тяжелое.

Я сидела за нашим привычным угловым столом. Перед собой я поставила тарелку с запеченной рыбой. На идеальном белом фарфоре лежала мертвая плоть, подернутая золотистой корочкой. Я не чувствовала голода. Я чувствовала потребность в порядке.

Я взяла нож и вилку. Медленно, с хирургической точностью, я начала отделять кусок за куском. Один ровный кубик. Второй. Третий.

Вся столовая замерла. Гул голосов начал стихать, пока не превратился в тонкий, едва различимый шепот. Ученики за соседними столами перестали есть, наблюдая за тем, как мои руки в серых манжетах формы двигаются ритмично, словно детали швейцарского механизма.

Я не ела. Я просто выстраивала эти кусочки рыбы в идеально ровную линию по краю тарелки.

«Объект №6 Эрик. Текущее состояние: Публичный триумф перед падением. Уровень самоуверенности: 95%».

Я чувствовала на себе взгляд Тайлера Блэквуда. Он сидел в центре зала и не сводил с меня своих бесцветных глаз. Он видел не «странную девочку», он видел процесс.

Алекс сидел рядом, отодвинув свою пустую тарелку. Он не смотрел на меня. Его взгляд был прикован к Эрику, который в другом конце зала громко смеялся, рассказывая какую-то историю своим дружкам. Но Алекс видел мои руки. Он знал этот ритм. Он помнил эту сцену в нашем доме, перед тем как мать вызвала психолога.

— Сегодня, — прохрипел Алекс, не поворачивая головы. — Сегодня кому-то конец, да, Вайс?

Я не ответила. Я отложила приборы. Перед моими глазами была идеально расчлененная рыба — символ того, что я собиралась сделать с иерархией этой школы.

— Эрик считает, что он на вершине пищевой цепочки, — тихо произнесла я, глядя на ровный ряд кусочков на тарелке.

— Он забыл, что на острове всегда есть кто-то, кто не ест ради насыщения. Кто-то, кто режет ради удовольствия видеть структуру распада.

Я подняла голову и встретилась взглядом с Эриком. Его смех мгновенно оборвался. Он увидел в моих глазах не безумие, а приговор, который уже был приведен в исполнение в моей голове.

Алекс медленно сжал кулаки, и я услышала, как хрустнули его костяшки. Сегодня «Щит и Скальпель» вышли на охоту. И первым в списке «Объектов на уничтожение» стоял префект, который слишком долго считал себя неприкосновенным.

Первым уроком была математика. Тео, блондин с вечно сияющей улыбкой, сидел на втором ряду, вальяжно откинувшись на стуле. Он еще не знал, что его главная ценность — та самая цифровая улика в кармане пиджака — скоро станет его смертным приговором.

— Теодор Мартин, к доске, — монотонно произнес учитель.

Тео картинно вздохнул, встал и, поигрывая мелом, направился к доске. Это был идеальный момент.

Алекс поднялся почти одновременно с ним, якобы чтобы пойти к шкафу за учебником. Его движения были тяжелыми, размашистыми. Когда он проходил мимо парты Тео, он «неловко» качнул плечом, снося сумку блондина на пол.

— Оу, сорян, — пробасил Алекс. Его голос был полон притворной лени, но тело перекрыло обзор учителю и половине класса.

Пока Алекс демонстративно медленно поднимал сумку, его огромная ладонь на мгновение скрыла от посторонних глаз смартфон, выпавший из кармана пиджака Тео на сиденье стула. Доля секунды — и телефон исчез в кулаке Алекса, а затем плавно перекочевал под мою тетрадь, когда он возвращался на место.

Тео даже не обернулся. Он был слишком занят тем, что рисовал на доске график, пытаясь впечатлить девушек с первого ряда.

Я опустила взгляд. Смартфон был последней модели, в дорогом чехле. Как я и предполагала, в этой школе «избранных» мало кто пользовался сложными паролями или биометрией — они чувствовали себя в полной безопасности среди своих. Достаточно было простого свайпа вверх.