Принцесса по требованию

Принцесса по требованию

Глава 1

Зимний день короток. Я сидела под грибком детской песочницы и не замечала ни мороза, ни того, что слишком легко одета, ни того, что уже начинало смеркаться. Соседки-пенсионерки потянулись со скамеечек домой, к просмотру вечерних сериалов, чтобы было завтра, что обсудить с товарками. Им на смену во двор из подъездов торопливо выскакивали собачники, пришедшие только с работы, и теперь спешно вели на прогулку своих счастливых питомцев. Ко мне никто не подходил, ничего не спрашивал, даже псы ни разу не облаяли. А ведь я прожила в этом доме три с лишним года.

Я пыталась понять и осознать, как же так все вышло? Что и когда я сделала неправильно? По привычке я искала вину в себе, ведь Руслан не может быть виноват... Я торопливо заканчивала уборку в квартире, чтобы полностью погрузиться в приготовление торжественного ужина. Ведь у нас сегодня такое знаменательное событие! Руслан сегодня защищает диплом! Железнодорожный университет - это вам не чихнуть! Три месяца Руслан готовился к защите - целыми днями то сидел у компа, то гору конспектов, расчетов, чертежей раскладывал по всем горизонтальным поверхностям. И тогда уже лучше было его не нервировать. Однажды лишь я робко заткнулась, что мне необходимо найти нужную инфу и скинуть на флешку, но получила в ответ такой бешеный взгляд, что предпочла убежать к однокурснице Дашке и поработать на ее ноутбуке.

Когда вернулась домой, Руслан благодушно мне объяснил, что его защита диплома гораздо важнее, чем мой диплом преподавателя технологий, то есть, домоводства, нашей местной педухи, педколледжа, то бишь. Я, конечно, была с этим согласна, что там сравнивать, да и училась я так, ни шатко - ни валко, стипуху платили и ладно, больших знаний не требовалось. А у меня их и не было, знаний-то. Учебу я запустила ещё в одиннадцатом классе, по своей же дурости. Да и в колледж пошла только по настоянию матери и под угрозами отца. Но, наверное, надо все с начала вспомнить.

С Русланом я познакомилась, когда начался учебный год в одиннадцатом классе. В нашей компании городских раздолбаев он выгодно отличался от других парней - не курил, не пил литрами пиво, джинсы сидели по фигуре, а не болтались складками у колен. Был вежлив и воспитан, не матерился и не сплевывал сквозь зубы. И, о чудо! Он обратил свое внимание на меня! Девчонки жутко завидовали, я же была на седьмом небе от счастья! Постепенно я отошла от нашей компании, или Руслан смог меня отвести от нее, но теперь весь мир стал заключаться для меня в нем одном.

Он тогда оканчивал железнодорожный техникум и два года назад оказался круглым сиротой. Его родители погибли во время авиакатастрофы при приземлении самолёта из Москвы. Самолёт вместо торможения почему-то набрал скорость и въехал в кирпичные гаражи за границей аэродрома. Кто-то сумел спастись, кто-то нет. От родителей Руслану досталась трёхкомнатная квартира, "хрущоба", но своя, и почти новенькая Рено-Логан. Жил он на пенсию по утере кормильца, да железная дорога ему немного доплачивала, родители там работали, и он учился по профилю. Руслану хватало.

После Нового года я объявила родителям, что переезжаю жить к Руслану. Мать плакала, отец грозился выдрать ремнем. Но я была непоколебима. Да и теперь они для меня не авторитеты стали. Ну, кто они такие? Горожане в первом поколении, мать - дворник в ЖЭКе, отец там же, сантехник. Однокомнатная квартира. А мне хотелось свободы, красивой жизни, неземной любви. Школу, под слёзные уговоры матери, я закончила и даже сдала ЕГЭ. Руслан окончил техникум и поступил на третий курс железнодорожного университета в областном центре. Правда, от нас ехать всего двадцать пять минут до областного города.

Так мы и жили. Руслан учился, я вела домашнее хозяйство и училась, как могла, благо педуха была от нас в двух трамвайных остановках. Его стипендия, моя стипендия. Когда не хватало денег к концу месяца, то Руслан подрабатывал развозом пиццы, шашлыков и прочего фастфуда. Таксовать он не рисковал, это и впрямь не самое безопасное занятие. Все овощи нам давали родители со своей дачи, да и мама нет-нет, да совала тайком от отца пару тысяч. Пособие свое Руслан старался не тратить, если только в самом крайнем случае. Он мечтал сменить автомобиль на более престижный к окончанию учебы.

Но, в целом и общем, мы жили нормально. Я старалась применять все те знания, что мне давали на лекциях в колледже, у себя в домашнем хозяйстве. Я хотела было немного заработать маникюром и дизайном ногтей (одна из преподавателей на факультативе обучила желающих этому занятию), но Руслан запретил мне, сказав, что ещё не хватало, чтобы в квартире воняло лаком и шастали туда-сюда чужие тетки. А зря. Одна из моих сокурсниц, Дашка, занялась этим делом, хоть и брала очень дёшево, зато теперь не просила у родителей на карманные расходы и собиралась съездить во Вьетнам после диплома. Мы и сами к ней бегали "на ногти", потом отдавали со стипендии.

Когда Руслан стал меняться? Пожалуй, последний учебный год. Я замечала, но старалась не видеть, не понимать этого. Мне было хорошо и уютно в моем мелком курином мирке. И выходить из него мне и не хотелось, да и страшно было. Вначале он перестал ходить со мной на все вечеринки, устраиваемые в моем колледже (на свои университетские он и так меня никогда не приглашал, говорил, что мне там будет неуютно), потом перестал приглашать меня в кино. Даже больше не звал меня вместе с ним пиццу развозить. Хотя первые годы в обязательном порядке я должна была с ним ездить, чтобы и скучно ему не было, и чтобы не уснул за рулём.

Последний месяц он раздражался вообще на все - мой внешний вид его не устраивал, перестала нравиться моя готовка, вообще - все! Я списывала это на усталость и нервное напряжение перед защитой диплома, от нее зависела и его будущая карьера. Я рассчитывала, что вот защитится Руслан - и все вернётся на свои места.

Поэтому сегодня и металась, прогуляв свои консультации перед защитой, вначале по рынку в поисках нужного мне куска мяса и корневого сельдерея, деревенской сметаны, сыра маскарпоне для тарталеток. Затем приводила в порядок квартиру, суетилась на кухне. Вначале я предложила Руслану поход в ресторан или приличное кафе, но он сказал, что ничего такого не надо. И вот я, получив внепланово дополнительную стипендию перед защитой, бахнула ее на домашнее торжество. Отличный стол, романтичная атмосфера. Я даже платье, которое сшила сама для выпускного и никому ещё не показывала, решила надеть.

И вот я, вся такая нарядная, с накрытым столом в зале, горят свечи, играет тихая музыка, с кухни доносятся умопомрачительные запахи запекавшегося мяса и сельдерея в сметане, встречаю своего дипломанта. Стукнула дверь в прихожей, упали со звоном ключи на полочку. Я выбежала навстречу Руслану. Выглядел он усталым и озабоченным. Недовольным голосом пробурчал:

-Я же говорил, что ничего не надо! Ладно, раз уж ты приготовила, то идём, я голоден.

Доев мясо и отодвинув от себя тарелку (купленное мною вино, хорошее, между прочем, Руслан пить не стал, сказав, что сегодня ещё сядет за руль), он сказал, глядя куда-то поверх моей головы:

-Людмила, я должен тебе сказать, что мы расстаёмся. Наверное, надо было раньше это сказать, да я все не решался. Ты ведь и сама понимаешь, что никак не вписываешься в мой круг друзей, знакомых, да и мне с тобой стало трудно общаться. Неудобно. Защита прошла отлично, и мне предлагают работу в управлении нашей дороги. Это очень хороший старт, там и до РЖД недалеко. Там очень непростые люди работают. И вот я привожу тебя с собой на корпоратив, да даже на выпускной и говорю всем:

-Знакомьтесь, это моя девушка Мила, у нее родители дворники! И сама она в педучилище учится!

Может, в глаза ничего не скажут, но за спиной… и уже приглашать в приличное общество не будут.

Помертвевшими губами, глядя на блюдо с остывающим сельдереем, я спросила:

-Почему "девушка"? Разве эти три года я не была тебе женой?

Руслан хмыкнул:

-Эти свои старомодные деревенские понятия оставь для родителей. Уже давно такое совместное проживание не считается браком. Даже гражданским. Просто девушка. У нас никаких обязательств друг перед другом. И вообще, я говорю тебе, что завтра мы с друзьями улетаем на десять дней в Таиланд, погреться на солнышке, отдохнуть. К выпускному вернёмся. Ты понимаешь, что тебе в этой квартире больше делать нечего, я сдам ее на охрану. Думаю, родители тебя не выгонят. А там защитишься, пойдешь в школу работать или куда там ты хотела.

Я, сдерживая рыдания, выбежала в прихожую, торопливо натянула на себя какую-то одежонку, сбросила с ног туфли, влезла сразу в старенькие угги, в которых я ходила только мусор выносить, и выскочила из квартиры.

Теперь вот сижу под этим грибком. Плотнее запахнув на себе кожаную косуху (как она оказалась на вешалке среди зимних вещей?), я поежилась. И в косухе не жарко, и угги, надетые на тонкие колготки, грели мало. На голову я вообще ничего не надела. Так же, как и перчатки. Думаю - куда мне пойти на ночь глядя?

Мать, хоть и расстроится из-за меня, но примет назад, конечно. Но следует подумать об отце, три месяца назад перенесшем инфаркт миокарда и только как неделю выписанном из стационара. К Дашке? А дома ли она? Могла и улететь на какое-нибудь увеселительное мероприятие. Позвонить я ей не могу, мой телефон остался в квартире. Попроситься к соседям? Да кто меня пустит? Это и в самом деле не деревня, здесь после пяти все сидят за железными дверями и даже с соседями разговаривают, не открывая дверь.

Вроде и не так холодно стало. Мороз, что ли, ослабел? И мысли какие-то медленные, тягучие стали. Краем сознания уловила знакомый писк сигналки, повернув голову, увидела, что Руслан садится в машину. Ну вот, отсутствие всяких переживаний и бед, что я поддалась ему, пошла навстречу. А потом... потом уже не было ничего.

Пробуждение было странным. Почему-то мне казалось, что времени уже много и мне давно пора быть на ногах, а с другой стороны - спать хотелось неимоверно и чувствовалось, что я жутко не выспалась. Но спать мешал какой-то нудный, зудящий звук, то приближавшийся, то отдалявшийся, но не прекращался совсем. Хотелось спрятать голову под подушкой, чтобы не слышать его, но я заставила себя сосредоточиться на нем, потому что чувствовала во всем этом какую-то неправильность.

Звук оказался голосом, высоким и зудящим слух. Голос причитал:

-Ваше Высочество, вставайте уже, ну! Время уж за полдень, а вы не вставали ещё! Их Величества, ваши папенька с маменькой, давно вас ждут в кабинете! Велели, ежели вы не встанете, вылить на вас холодную воду!

Я привычным жестом пошарила рукой в поисках небольшой думки, чтобы отработанным годами движением швырнуть ее в служанку. Стоп, какая думка, какая служанка? Отродясь не было ни того, ни другого! И от понимания этого я одновременно открыла глаза и села в постели, как Ванька-встанька. Кровать была явно не моей, никогда не спала на перине, Руслан предпочитает только матрасы Аскона. Я обвела глазами вокруг себя. Да и комната явно не наша. Какой-то домик Барби, честное слово! И везде этот жуткий поросячий, то есть розовый цвет. Кровать, какой-то балдахин сверху, стены с тряпочными обоями, ковер на полу, шторы на окнах. Туалетный столик у стены выделяется на фоне обоев только благодаря зеркалу да разноцветным флакончикам.

Я что, у соседей? А почему? Да меня же Руслан бросил! И я, кажется, убежала из дома. Где моя одежда? Надо одеться и бежать, пока Русик не улетел в свой Пхукет, хоть вещи соберу. Я решительно спустила ноги с кровати, отметив странную ночнушку, что дала мне соседка. И тут вновь раздался голос:

-Ваше Высочество, ванну принимать некогда, Их Величества уже сердятся на вас! Давайте, я помогу вам быстро умыться и одеться!

Я повернулась в сторону голоса и замерла, открыв рот. С этой стороны стояла девушка, лет двадцать на вид. Обычная. Необычным был ее наряд. Я такое видела в каких-то исторических фильмах. И, судя по всему, наряд соответствовал костюму служанки, об этом говорил и белый фартучек, и кружевная наколка в волосах. А где это самое Высочество, к которому все время обращается служанка? Тоже интересно посмотреть, раз уж выпала такая возможность!

Глава 2

Кошмар - перина, балдахин… Я активно закрутила головой, но больше никого в этом розовом сумасшествии не обнаружила. Девчонка, меж тем, шустро подскочила ко мне и, больно уцепив за локоть, привычно потащила меня в сторону двери в дальней стене. Я только успевала перебирать ногами. Не сопротивлялась, потому что и больно было, да и пыталась хоть что-то понять во всем этом. Насквозь материальный разум выдавал только один вариант - я сошла с ума, если не сплю. А как я могла спать, если я прекрасно помню грибок с детской песочницей. Что очень может быть на фоне вчерашнего стресса.

За дверью скрывалась самая обычная туалетная комната - ванна, раковина для умывания, за невысокой перегородкой - унитаз. Сантехника немного необычной формы, но сейчас какой только не бывает, на любой каприз. Завидев унитаз, я поняла, что ещё пара секунд - и я опозорюсь лужей на полу, поэтому рванула к нему на второй космической, вырвав свой локоть у служанки из цепких лапок и махнув ей рукой, чтобы вышла. Впрочем, мне уже было не до стыдливости.

И все равно, мозг все это время лихорадочно выискивал различные варианты выхода. В собственное сумасшествие верить не хотелось до ужаса. Сон? Ущипнула себя до синяка на предплечье. Больно! И ничего не изменилось. Не сон. Нажала пальцем на глазное яблоко - ничего не задвоилось, не галлюцинации. О, ещё вариант! Я попала на съёмки какого-то шоу, типа: "Вас снимает скрытая камера", "За стеклом", или прочая белиберда. Однако… ну какие в нашем затрапезном уездном городишке телестудии, шоу и все такое? Как не жаль, но это тоже не подходит.

Оставался один, самый последний вариант, в который верить мое сознание решительно отказывалось и только стебалось надо мной. Попадание. Нет, книжки про попаданок я с удовольствием читала, какие там попаданки все смелые - умелые, решительные, как они лихо борются с ворогами и спасают мир. А ещё в них влюбляются принцы, короли, герцоги и князья. Тут мое сознание снова ехидно хихикнуло: «Милка, зачем тебе принцы? Судя по всему, ты сама принцесса»!

Все это успело, промелькнуло в моей голове, пока я восседала на унитазе. Но обдумать все всласть мне не дали. Послышался недовольный голос служанки:

-Ваше Высочество! Его Величество гневается! Приходил посыльный, вас ожидают!

Ну, раз ожидают какое-то Высочество, то я за него! Пойду, умоюсь, а то почему-то ощущаю стянутость кожи на лице. Подошла к умывальной раковине и застыла. Нет, кран вполне понятен, а вот куча флакончиков? Вот этот диспенсер, с прозрачным розовым гелем, например? Чуть выдавила на палец, растерла, понюхала. Пахнет розой, мылится. Гель для умывания? А вот этот диспенсер с прозрачным зелёным гелем и рядом, сбоку, в держателе, нечто, похожее на зубную щётку? Зубная паста такая? Я потянулась за щеткой и опять замерла - руки! Рука точно была не моя! У меня кисть руки крупнее, с длинными пальцами, с маникюром, сделанным вчера. А тут - маленькая, изящная ладошка с тоненькими пальчиками, с миндалевидными розовыми ноготками. Все, приплыли! Тут или здравствуй, шиза! Или самое тупое попадалово! Думать о том, что могло случиться со мной, прежде чем мое сознание попало в это тело, решительно не хотелось и не моглось.

Стараясь не замечать звенящей пустоты в мыслях, я торопливо умылась, почистила зубы гелем с привкусом мяты, вышла в комнату. Кровать была уже застелена (это чтобы я вновь не завалилась спать, что ли? Какой уж тут сон!) рядом на кресле лежало типичное принцессочье платье, стояли туфли на полу. Присутствовало и нижнее белье. Нельзя сказать, что уж совсем панталоны с кружавчиками до колен, скорее, шортики. И бюстье, больше похожее на спортивный топ, только верхний край довольно глубоко вырезан.

Да бретели расположены не совсем обычно, ниже плеч. Видимо, чтобы в декольте платья не слишком видны были. От помощи при надевании белья я отмахнулась, чулки с широкой резинкой натянула тоже сама.Хорошо, хоть не на подвязках и до колен. А вот с платьем засада - сама не застегну на спине длинный ряд мелких пуговичек. Хоть и не хотелось, но пришлось повернуться спиной к служанке. Кстати, ее Мариола зовут. Само всплыло как-то в мыслях это имя. Что жутко меня напугало.

Пока Мариола терзала то воронье гнездо, что было у меня на голове вместо прически, я лихорадочно пыталась понять - что же это такое? В этом теле теперь две личности? Но вроде бы я осознаю только одну себя, Милу Новикову. Или только память частично сохранилась от прежней владелицы? Причем очень фрагментарно, вспоминается только вот так, спонтанно, отдельным кусочком. Ладно, буду пытаться жить так, как есть. А там разберемся!

Заодно неплохо бы и на себя, наконец, полюбоваться. Точнее, на то, что мне досталось. Нет, мы точно не близнецы. И даже сходства никакого. Если у истинной меня были рыжеватые волосы, зелёные глаза, чуть вытянутое лицо, прямой нос, редкие конопушки на переносице, то в зеркале отражалось совсем другое. На меня из зеркала смотрела испуганными голубыми глазками девчонка лет семнадцати. Личико сердечком, аккуратный носик, ямочка на подбородке. Кожа белоснежная, без загара совсем. Брови и ресницы не черные, скорее темно-русые. А вот локоны, которые сейчас бережно разбирает служанка, белокурые, с лёгким золотистым оттенком.

Неожиданно почувствовала резкую боль - служанка нечаянно дернула одну прядь, высвобождая расчёску. Я раздражённо зашипела - было-таки больно. Мариола испуганно отскочила от меня, судорожно прижимая расчёску к груди, тихонько восклицая:

-Помилуйте, Ваше Высочество! Я нечаянно, клянусь! Не надо меня на порку отправлять! Я сейчас все тихонечко расчешу!

О, Господи! Вот это неземное создание ещё и столь жестоко? Она так легко наказывала прислугу за ерунду? Поркой? Что-то неладно воспитывали девчонку. Я махнула рукой и неожиданно тонким голоском пропищала:

-Ладно, Мариола, заканчивай ты уже с этими кудрями! Раз уж Их Величества ждут меня!

Девчонка споро принялась за дело, хотела было соорудить вавилонскую башню на голове, но я решила, что двух заколок в волосах по бокам хватит. Служанка хоть и удивилась, что было видно по ее лицу, но промолчала. Отказалась я и от макияжа. Пойду натуральной, пусть видят, что спешила.

Куда идти, я, разумеется, не знала, но выйдя за дверь и, постояв с минуту в растерянности, неожиданно для себя уверенно двинулась вдоль по коридору, все убыстряя и убыстряя шаг. Даже приподняла низ платья, чтобы не наступить на подол и не упасть. Коридор был пуст и никто мне не встретился. Торопливо выйдя за двери, перегораживающие широкий, хорошо освещенный коридор, увидела двух охранников-гвардейцев, вытянувшихся во фрунт при моем появлении. Я машинально им кивнула и продолжила свой забег.

Не знаю, что меня вело - шестое или седьмое чувство, мышечная ли память бывшей хозяйки тела (интересно, а с ней что случилось?), но шла я уверенно и точно знала, куда надо идти. В конце концов, я влетела в большую приемную, отделанную темным деревом, слегка запыхавшись. Махнув рукой на вскочившего из-за большого письменного стола секретаря короля, которого точно знаю, что зовут стайн Родерик, и, не снижая темпа, влетела в королевский кабинет.

Влетев, я невольно зажмурилась. Несмотря на темную, массивную мебель (никакого ДСП и ламината, натуральное дерево!), в кабинете было очень светло. Два огромных окна во всю стену давали очень хорошее освещение, и полуденное солнце заливало кабинет. Оно катилось клубком по натертому паркету, путалось в хрустальных, каплевидных подвесках большой люстры, брызгало разноцветными искрами на гранях хрустальной бутылки с чем-то янтарным внутри, стоящей на столе. Попривыкнув к яркому свету, я осторожно огляделась.

За большим письменным столом, с кучками бумаг по разным краям стола, сидел мужчина, около пятидесяти лет примерно возрастом, мужской вариант той личности, что я увидела сегодня в зеркале в этом розовом кошмаре - будуаре.

Неподалеку от стола, в кресле сидела женщина, около сорока лет, совершенно другого типа внешности, нежели король. Худощавая, с немного продолговатым лицом, прямой нос, ровные губы. Карие глаза, темно-каштановые волосы, уложенные в замысловатую прическу. Платье с закрытым декольте, цвета кофе с молоком. У горла приколота явно дорогая брошь, так как при попадании солнца на нее вспыхивали разноцветными огнями камни в ней. Тонкие, бледные кисти рук, унизанные кольцами, немного суетливо двигались, разглаживая невидимые складки на платье, выдавая в ней натуру вспыльчивую и нервическую.

Тело само присело в неглубоком реверансе, затем я выпрямилась и сказала:

-Вы желали видеть меня, Ваше Величество? Я вся в вашей воле!

Наступила пауза, я даже слегка струхнула, вдруг я сделала нечто, из ряда вон выбивающееся. Но король и королева просто молча разглядывали меня, как будто ранее никогда не видели. Затянувшееся молчание прервал король.

-Присаживайся, мы хотели с тобой поговорить.

Я осторожно присела на краешек кресла, благовоспитанно сложив ручки на коленях. Тоже не мой жест. Видимо, работает мышечная память помимо моего собственного сознания. Король, ещё чуть помолчав, продолжил:

-Мы с Ее Величеством решили кое-что рассказать тебе, когда тебе исполнится семнадцать лет. И вот этот день настал.

Короля перебил сухой и спокойный голос королевы:

-Собственно, именно тебе семнадцать лет исполнилось неделю назад. Но, поскольку всем известен день рождения принцессы Миладии, то мы и не стали сообщать тебе раньше. Но дело в том, что ты - не Миладия! И не принцесса, и не наша дочь! Ты - Милания! Ты - дочь кормилицы принцессы Миладии, ты родилась раньше, вот твою мать и выбрали на должность кормилицы. Девушка она была крепкая, здоровая, молока у нее хватало на двоих детей.

Я непонимающе смотрела на королевскую чету, пытаясь осознать услышанное. То есть, это тело принадлежит не королевской дочери, а дочери неведомой мне кормилицы? И что? А где настоящая принцесса? И к чему весь этот цирк был нужен? Что именно сейчас они хотят от девочки Милании? Лично меня это ничуть не задевало, я ведь была там… в моём мире, дочерью дворника и сантехника, и меня это не колебало. Вот думать про "мой мир" было трудно, это правда. Я кашлянула и недоуменно произнесла:

-И… что теперь? Что дальше-то?

Похоже, теперь изумились липовые родители, они смотрели на меня с недоверием, потом король протянул:

-Так… даже странно, ни криков, ни истерик, ни слез... прямо и не похоже на тебя!

Королева встала, подошла к окну, подозвала меня.

-Смотри! Надеюсь, ты понимаешь, что тебе здесь места нет?

Я подошла к окну. Внизу, на площади, стояло открытое ландо, увитое цветами, и там сидела девушка. Точнее, та, которую я видела сегодня утром в зеркале. Это что, шутка природы? Нет, я читала, что у каждого человека на Земле есть двойник, но это же на Земле. А тут? Или… все гораздо проще и обыденнее - папочка-король пошалил на стороне, так сказать. Что вероятнее всего. И королеве об этом, похоже, известно. Память мне подсказала, что девочка была обижена на мать за ее холодность по отношению к дочери. Теперь-то эта холодность объяснима - Милания не ее дочь. Меж тем, собравшийся на площади народ приветствовал принцессу радостными криками, к ландо кидали букеты цветов. Народ приветствовал именинницу.

-Понимаю, ты хочешь знать, почему именно тебя называли принцессой, тогда как наша дочь воспитывалась в пансионе при дальнем монастыре. Когда мы увидели ваше сходство, то и решили так поступить - поменять девочек. Время тогда было смутное, у королевства достаточно было врагов и внутренних заговорщиков. Нам важно было сохранить жизнь продолжательнице династии. Но ты имела все - уход, наряды, развлечения, хорошее образование. А теперь, уж так получается, вдвоем вам места нет в этом доме!

Во как! И куда же мне теперь? На улицу, мостовую мести? Видимо, я сказала это вслух, потому что король немного смущённо произнес:

-Ну, не все так радикально, конечно. Народу известно только про одну принцессу, двум места нет. Да и не принцесса ты. Но в столице тебе делать нечего, ваше сходства могут заметить и использовать в опасных целях. Не бойся, никто тебя убивать или бросать в темницу не будет. Самый лучший вариант будет, если ты вернёшься туда, где и должна быть - на родину своей матери. Возможно, ты ее и не помнишь, она умерла от лихорадки вскоре после того, как выкормила вас до годовалого возраста. Вы тогда жили в нашем дальнем поместье, слуги, которые видели двух девочек, уже тогда были старые, сейчас их в живых не осталось, свидетелей нет.