Всё, что она хочет

Все ясно: девушка – шутница и насмешница, потому что серьезные дамы в таких глупо раскрашенных машинах не ездят. Значит, нельзя выставлять себя перед ней дураком или давать повод поиздеваться. Тем более, в первый же день. Если она его сейчас заметит...

Дожидаться, когда она сядет в своего жука, Марк не стал. Повернул ключ, с места рванул «Мерседес» и, скрипя тормозами на поворотах, помчался к входному шлагбауму.

10.

По прибытии домой оставил машину отдыхать в гараже и первым делом отправился в душ, чтобы смыть дневной пот, запах Розалины и недовольство собой. Душ принял контрастный, несколько раз поменяв температуру и закончив ледяной струей, что отлично помогало взбодриться.

Обмотав бедра полотенцем, босиком прошел на кухню. Готовить полноценный ужин не имелось ни малейшего желания. Сделал бутерброд из сыра, бекона и черного хлеба, без аппетита загнал в желудок, только чтобы тот не ныл, не напоминал о своем пустом существовании. Достал из морозилки бутылку водки, из холодильника – свежий апельсиновый сок. Смешал в примерной пропорции «пятьдесят на пятьдесят», бросил кусочек льда - не собирался напиваться до забытья, лишь поднять настроение.

Что-то внутри точило - что-то неясное, не сформировавшееся в слова. Глотнул значительную дозу самодельного коктейля «водка-оранж», постоял в нерешительности на кафельном полу, приятно остужавшем подошвы. Отправился бродить по дому – бесцельно и гудя про себя как голодный зомби, не забывая регулярно прикладываться к стакану.

Ледяной алкоголь пьется легко. Вскоре его расслабляющее действие дало эффект: внутреннее напряжение опьянело, ослабело и успокоилось, хотя безмятежность, владевшая Марком после каждого удачно отработанного дня, не вернулась.

Тело отяжелело, в мышцах ощутилась усталость.

Он сбросил влажное полотенце, надел сухие трусы и грузно плюхнулся на диван, от чего подпрыгнули декоративные подушки по углам. Положил ноги на пуф, нажал кнопку пульта плазменного телевизора размером в полстены – комфортно, как в кинозале на одного.

На экране появилась заставка передачи «Новости Красного Ковра», другими словами - светские сплетни Голливуда. Выступала некая давно закатившаяся «звезда», перекроенная пластикой до уродства – если бы она ничего с собой не делала, выглядела бы лучше. Марк поморщился, но переключаться не стал: иногда он смотрел передачи не из интереса, а из отвращения. Дама начала предъявлять претензии к коллеге-актеру по поводу изнасилования, якобы имевшего место тридцать лет назад. Модная сейчас тема – призывать к ответу за грехи прошлого. Интересно, как она собирается доказывать? А, неважно. Не для того они выскакивают с «разоблачениями», чтобы восстановить справедливость. Напомнить о себе потребовалось.

Следом шел репортаж о второразрядной актрисульке, которую модные таблоиды стали подзабывать. Собираясь на какое-то торжественное мероприятие, она по местной моде «забыла» надеть трусы и, вылезая из машины, как бы «нечаянно» показала бритую «киску». Папарацци взвыли от удовольствия. На экране появилось фото неприлично оголившегося места с подробными комменатариями. Тут же показали других именитых неудачниц, которых застукали в постыдный момент: с сиськами, выпавшими из декольте, или с голой задницей, мелькнувшей под короткой юбкой.

«Какие они все одинаковые сверху, снизу, сзади и спереди! - досадливо подумал Марк. – Подумаешь – новости. Показывают одно и то же уже лет десять, только имена меняются... Почему мы должны на все это смотреть? Торжество пошлости. Откуда повылезали эти страшилища – с перекроенными лицами, телами и мозгами? Что умного они имеют сказать? Неужели ничего толкового редакторы не нашли поставить в передачу? Ах, да, лето. Мертвый сезон для новостей.»

Отвращение достигло точки кипения и поставило под угрозу душевное равновесие, достигнутое апельсиновой водкой. Марк принялся методично переключать каналы - один за одним. Когда дошел до «Планеты Животных», остановился, привлеченный картинкой великой миграции: через половину Африки бредут миллионы антилоп, за ними по пятам - хищники. Вот, и то приятней. Лучше смотреть на диких животных в естественной обстановке, чем на человеческий зверинец в декорациях студии.

Рассеянно глядя на крокодилов, терпеливо поджидающих жертв, Марк допил последнюю жидкость, покрутил стакан с нерастаявшими кубиками льда - наливать ли новую порцию? Нет, остановимся на этом. Лень вставать. Вдобавок не хочется пропускать новый документальный сюжет, который авторша из Кении с типично британской фамилией Гамильтон проанонсировала словами «Я двадцать лет снимаю животных, но такого не видела». Интригующе у нее получилось.

Африканский заповедник Серенгети – один из последних островков, где животные защищены от наступающей человеческой цивилизации. Героиня фильма - одинокая молодая львица, страстно желавшая иметь детей. Почему-то не везло ей в любви – самца, желавшего познать радость отцовства, в округе не нашлось.

Чего только она ни предпринимала: в поисках жениха обежала огромные территории, по большей части – вражеские, рискуя быть разорванной соперницами. Пыталась соблазнить бродячих львов. Однажды даже решилась привлечь внимание оператора съемочной группы, ночью разодрав в клочки сиденье его джипа. Неужели инстинктивно угадала в нем мужчину?

По-честному стать матерью не получилось, она решилась на воровство. Но украсть или найти беспризорного львенка – задача, обреченная на провал: львы своих сирот не бросают. Тогда она сделала нечто невообразимое - отбила у газели новорожденного малыша, едва стоявшего на дрожащих ножках-палочках, и увела с собой.

Самое странное - не съела его, а начала опекать, будто собственное дитя. На охоту не ходила, боялась оставить его одного - облизывала, обнюхивала, ложилась на бок, предлагая соски. В которых не имелось молока, и к которым малыш не был приучен. Промучившись с «матерью» дня четыре, он ушел от нее и умер по дороге. Она, голодная, поймала какую-то дичь, а потом опять попыталась отбить чужого ребенка. И опять с трагическим исходом...

Анонс оправдался, документалистке действительно удалось запечатлеть нечто необычное – сдвиг в психике львицы. Феномен, который, возможно, больше не удастся заснять в развитии - от появления идеи до трагического конца. Аномальные вещи в природе происходят нечасто. Это у людей сдвиги перестали быть явлением исключительным, у зверей четче срабатывает защитный механизм.

Следующий фильм – о приключениях Короля Кобры в индийских джунглях смотреть не стал, заклонило ко сну. Но когда поднялся на второй этаж, почистил зубы, улегся в постель, сон улетучился напрочь. Поворочавшись с боку на бок, Марк смирился, лег на спину, вытянул руки поверх одеяла и уставил глаза в потолок. Такое бывало, главное не суетиться, не бежать за снотворным или новой дозой алкоголя - урегулируется само собой.

Перед мысленным взором промелькнули картины прошедшего дня.

Еще раз прокрутился сюжет об одинокой львице, ищущей приемыша. Потом мысли перетекли на запутанное дело «зеленой вдовы» Салливан, которое недавно принял в производство. Нет, оно подождет, есть вещи понасущнее. Завтра закрытое совещание у судьи по делу об убийстве ювелира Стратмана, в котором Марк защищает двоих подозреваемых. Раз уж сон не идет, стоит потратить время продуктивно – составить почасовой план следующего дня.

Работать продуктивно сознание отказалось.

11.

Сознание и не думало переключаться на что-то полезное, наоборот, капитально отвлеклось от темы. Взбодрилось. Эротически вдохновилось. Сексуально озабоченная львица на него подействовала, что-ли? В ушах зазвучала ритмичная музыка Ace of Base, перед глазами возникла девушка, элегантно танцевавшая в кабинете, который пришла убирать. Вспомнилось острое желание секса, которое она пробудила. Марк вздохнул. Сказать, что воспоминания были неприятными, значит соврать, но они причинили определенные неудобства...

Все, сон пропал окончательно.

Разозлился. Давно пора спать, а он разволновался, словно мальчишка, впервые посмотревший порно-фильм.

Резким движением откинул одеяло, вскочил с кровати, сбежал по ступенькам вниз. Включил телевизор. Нашел на ю-тубе клип песни «Все, что она хочет», сделал звук погромче. Устроился полулежа на диване, при первых же аккордах закрыл глаза. Колонки, которые он развесил по углам в дополнение к телевизорным, давали мощные басы и создавали эффект присутствия на концерте.

Марк представил танцующую незнакомку в роли героини клипа. Как там говорится: все, что она хочет - найти нового бой-френда на ночь. Что ж, он не отказался бы поработать одну ночь ее другом. Девушка симпатичная. Более того - выглядит привлекательнее многих голливудских звездочек, регулярно забывающих надевать трусы и не стесняющихся показывать самое интимное.

Вот она мягкой походкой сексуально возбужденной львицы подходит к Марку. Медленным движением расстегивает застежки сарафана, откидывает одну бретельку, другую. Сарафан слетает с плеч, под ним - ничего, ни блузки, ни трусиков. На самом деле неправда, но так проще, это же его воображение, значит, он - хозяин сюжета. Она, голенькая, гладенькая садится Марку на колени, наклоняется, собираясь поцеловать в губы. Нет, в губы он незнакомых не целует - чтобы заработать его поцелуй, нужно подольше с ним пообщаться.

Ладно, не отвлекаться на мелочи, пора переходить к главному. А то песня кончится, без нее неинтересно. Так, готов ли он? Ха, глупый вопрос. Давно готов, трусы едва не лопнут. Провел горячей ладонью по своему «лучшему другу» - он набух и трепетал. Предвкушая следующий шаг, Марк втянул в легкие побольше воздуха и...

Музыка затихла. В самый неподходящий момент.

Открыл глаза, еще замутненные видениями, посмотрел на застывший экран и чуть вслух не спросил: в чем дело? Прервали на самом интересном месте…

Да, техника полезна, но бесчувственна. А также безжалостна и безответственна. «Черт побери, что теперь делать? - панически воскликнул внутренний голос. Остановиться на полпути? Посмотреть порно? Удовлетвориться под собственное воображение?»

Ни одно предложение его второго «я» не подошло, другие искать возбужденный мозг был не в состоянии - аналитические ресурсы заблокированы. Мозг настойчиво призывал хозяина решиться на что-то конкретное и побыстрее - орудие на взводе, как пушка, приготовившаяся к выстрелу. Об остановке или паузе не может быть и речи – зачем тогда начинал? Не юноша-девственник, знал, на что шел.

Горячечно соображая, еще раз прокрутил предложенные внутренним голосом варианты - может, поторопился их отмести? Коротко подумав, подтвердил: нет, не поторопился.

Порнофильмы удовольствия не приносили: одному смотреть неинтересно, быстро надоедают однообразием, отсутствием человеческих эмоций. В них чисто технический процесс – как видео-инструкция: в этом положении следует делать вот так, в другом так. О любви забудьте, у нас конвейер.

Мастурбировать Марк не любил. Пробовал, давно, как все - в подростковом возрасте, когда по ночам просыпался в поту, теребил толстенького, чтобы сбросить напряжение. С возрастом отказался от самоудовлетворения – удовольствия мало: все равно, что целоваться с отражением в зеркале или напиваться водиночку. Конечно, есть любители и того, и другого, но подобные отклонения не для Марка. Все-таки секс – это не только начать и кончить одной рукой. Это действие социальное, целый ритуал для двоих, которых связывает как минимум взаимная симпатия.

Эх, не до романтики.

Чрезвычайная ситуация, хоть Розалину на дом вызывай! Идея вообще забавная. Интересно, приехала бы она среди ночи выручать босса?

Дурацкие мысли, она сейчас сладко спит. Или занимается тем же, чем недавно занималась с ним в кабинете, только теперь с мужем. Или с другом. Или - кто там у нее на постоянной основе. Ночной звонок может оказаться очень некстати, повредит ее репутации. Если это еще возможно...

Придется разруливать самому.

Поднялся. Прошел по короткому коридору на левую сторону дома, отодвинул прозрачную стену-дверь, вышел на выложенную выпуклыми камнями террасу. Встал у кромки бассейна в виде буквы «S». Голубые фонарики подсвечивали воду, позволяя рассмотреть на дне синих, прыгающих дельфинов, сложенных из мозаики.

Сейчас он составит им компанию.

Сбросив давно мешавшие трусы, Марк без разбега нырнул в воду. Холодная среда охватила тело, резко, неожиданно. Приятно-остужающе. Вынырнул на поверхность, поплыл спокойным кролем – самым подходящим стилем для небольших водоемов: попеременно взмахивая руками, шустро шевеля ступнями как моторчиком.

Долго плавал он кривыми дорожками - из одного конца «S» в другой, не обращая внимания на время – ночью оно течет незаметно, теряя цифровое значение.

Когда прилично утомился, перевернулся на спину - отдохнуть.

Раскинув руки-ноги, лежал на воде, смотрел в черное, бархатное небо. И недоумевал: чем задела его девчонка, танцующая сама с собой под музыку девяностых?

12.

Будильник заорал панически, будто ожидал атомного нападения и задался целью разбудить хозяина во что бы то ни стало.

Не открывая глаз, Марк прихлопнул его, как зудящую муху, и перевалился с живота на спину, отодвинув подушку в сторону. Спать в таком положении не мог абсолютно, зато полезно для выпрямления позвоночника. Вскакивать тотчас нет нужды, полежит минутку с закрытыми глазами, чтобы спокойно и без стресса возвратиться в жизнь.

Долго наслаждаться покоем не получилось: будильник про него не забыл, вскоре заверещал снова, показалось – еще более истерично. Чтобы окончательно его отключить, требовалось произвести некоторые манипуляции с кнопками. В том, собственно, заключалась хитрость данного аппарата: когда человек сосредоточится на отключении, окончательно проснется и поймет - пора вставать, заниматься повседневной рутиной.

Будильник замолк с чувством исполненного долга, услужливо высветив время «шесть-тридцать две». Марк поставил его на столик, выполз из-под одеяла, спустил ноги, сел - локти положил на колени, ладонями накрыл лицо. Какая-то неуютность в теле, не сказать, что разбитость, но недосып.

Дело поправимое, несколько упражнений и здоровый завтрак вернут радость существования в организм.

Вышел на балкон.

Солнце вставало из-за гор сзади, с этой стороны еще лежала тень, утром разница температур на солнечной и теневой сторонах порядочная. К голой коже прикоснулась прохлада и прокатилась мелкими мурашками. Марк встряхнулся, потянулся, сделал десятиминутную гимнастику, пробуждающую мозг и активирующую мышцы. К бассейну не пошел, ночью наплавался, ограничился душем и – на кухню.

С утра предпочитал желудок не нагружать, употреблял легкий завтрак: поджаренный хлеб, накрытый сыром, ветчиной и листом салата, стакан апельсинового сока. Мюсли и хлопья, разрекламированные в качестве здоровой утренней еды, не употреблял – они невкусны и неполезны, содержат слишком много сахара, о чем реклама не упоминает.

Также не верил в бодрящий эффект кофе. Зачем искусственно тонус накручивать? Кофе не так безобиден, как многие утверждают. После чашки чисто черного ощущается кратковременный подъем, который вскоре превращается в свою противоположность. Тонус падает, организм слабеет, требует новой возбуждающей дозы - чем не наркотическая зависимость в легкой форме, продолжающаяся всю жизнь?

Не для Марка. Он терпеть не мог быть зависимым.

Сделав бутерброд, уселся на высокий стул – такие стоят в барах у стойки. Его стойка – узкий столик у окна, там принимал пищу, когда жил один. Когда приезжали гости, чаще всего - родители или дядя Саймон, устраивались за полноценным, обеденным столом на границе открытой кухни и гостиной.

В окне виднелся забор из вечнозеленых кустов и далее красная черепичная крыша соседнего дома – картина, которая не менялась ни с сезонами, ни с годами.

Медленно пережевывая, Марк прокручивал дневной распорядок: в контору с утра заезжать не будет, сразу во Дворец юстиции. Он здесь же, в Пасадене – только спуститься с холмов, где жилые кварталы, на уровень побережья, где деловые здания. В полдесятого у судьи Маллиган предварительные переговоры адвокатов и представителей обвинения - по делу об ограблении ювелирного магазина со смертельным исходом для его хозяина, к сожалению.

Да, убит образцовый гражданин сорока двух лет Рик Стратман, примерный муж и отец. Нелепая смерть, но как адвокат подозреваемых, Марк больше сочувствовал им, чем близким жертвы. Никакого цинизма, он всего лишь следовал профессиональному правилу «уметь регулировать эмоции», иначе не стоило лезть в мир преступлений и наказаний. Подзащитный – прежде всего человек. С ним работать легче, если проникнешься симпатией, или хотя бы поймешь мотивы поступка.

Здесь опять-таки важно не переходить границу. Понять – и не более того. Не углубляться, не пытаться проникнуть в чужую душу. Не изображать эдакого душеведа-психиатра, какими часто показывают адвокатов в кино. В реальности таких не существует. Адвокат – не доктор и не исповедник, а холодный, расчетливый профессионал, работающий на собственную репутацию. Неважно, на чьей стороне находится - каждое дело должен вести качественно, рассматривать как экзамен на профпригодность.

Убийство Стратмана произошло «на глазах» у наблюдающих камер. Двое подонков, простите, подозреваемых - один белый, другой латино - среди бела дня ворвались в ювелирный магазинчик недалеко от блошиного рынка «Роуз Боул». Один потребовал выручку и направил пистолет на продавца, который одновременно являлся хозяином. Другой попытался вскрыть витрину, где лежали часы, кольца – кстати, неновые, не представлявшие большой ценности.

Стратман нажал кнопку блокады витрин и далее вел себя адекватно - не угрожал, не ругался, призывал парней отказаться от грабительской затеи и удалиться. К его несчастью, нападавшие – молодые люди, неопытные в криминальных делах, слишком нервничали и спешили.

Тот, что с пистолетом, выстрелил, скорей всего – не справившись с волнением, на съемке видна его дрожащая рука. Попал с первого раза, убил на месте, вмиг оставив сиротами четверых малолетних детей. После чего грабители потеряли последнее самообладание и, не взяв ни одной вещицы, скрылись на поджидавшей машине.

Были пойманы на следующий день. Классические неудачники: даже не потрудились закрыть лица, собираясь на такое ответственное дело как вооруженный грабеж. Полезно бы знать - в Калифорнии за него выносят смертный приговор, если есть жертвы.

Жертва есть, подозреваемые в наличии – адвокат мог бы с чистой совестью спустить дело на тормозах и считать успехом, если удастся отвести угрозу казни. Для того потребуется лишь раскопать пару смягчающих обстоятельств: обычно это семейные проблемы, трудное детство и так далее - задание для стажера. Потом на совещании у судьи поторговаться насчет тюремного срока и сдать папку в архив.

Слишком просто для Марка. Он готовился показать высший пилотаж – не только отвести казнь, но значительно сократить срок заключения или вообще обойтись без него. В любом деле, буквально – в любом, можно найти факты и зацепки, которые сработают в пользу клиента. Грамотно преподнести их на процессе - в том профессионализм, отличие мастера от ремесленника.

Каждая удача адвоката – это золотая звездочка на репутации его конторы. Качественная работа не остается незамеченной средствами информации. Журналисты – двигатели популярности. Удастся привлечь их внимание – широкая известность обеспечена, а это важнейшее условие для процветания бизнеса в городе, где конкуренция смертельна.

Элэй – не место для слабаков, здесь действует закон джунглей «выживает сильнейший». Если ты сюда приехал, значит решил состояться в жизни и просто обязан быть успешным. Иначе умрешь от зависти или останешься ни с чем.

Ни то, ни другое Марку не подходило.

13.

Название «Город ангелов» красивое, но не соответствует содержанию: чтобы выжить в богатом, богемном Лос Анджелесе, надо обладать дьявольской настойчивостью. Жестокостью к себе. Уметь сдерживать желание быстрых денег, каждый день глядя на соблазны: на беззаботную толпу, гуляющую днем и ночью по городским бульварам; на витрины, кичащиеся дорогими товарами; на автомобили престижных итальянских фирм, запросто припаркованные у ресторанов. Богатое окружение действует на людей двояко: слабых заставляет завидовать, сильных заставляет стремиться.

Стремиться честно заработать хорошие деньги.

Как?

Очень просто - надо выбрать подходящую профессию и забыть про лень. Надо сделаться маньяком идеи, постоянно думающим «как стать лучше». Трудоголиком, нарабатывающим те самые десять тысяч часов, после которых приходит мастерство. Быть дотошным до мелочности. Развиваться. Учиться. Пробовать. Не жалеть себя, не распускать соплей – «надоело, устал, сделаю в другой раз».

Кредо офисного планктона - сидеть в кабинете с девяти до шести, томительно дожидаясь вечера. Кредо успешного человека - каждый день выкладываться по полной, выжимать себя до последней капли.

Человеческий планктон подобно морскому тезке не напрягается: качается на волнах, выживает на инстинктах – секс, еда, туалет. Успешный прет против течения.

Для того требуется дерзость и сильнейшая мотивация.

Вот она. Поставить работу наверх в списке приоритетов. Уверить себя, что не можешь без нее жить. Сделать ее своим хобби. Своей женой. Своей страстью. Своим богом.

Эту формулу Марк открыл давно, случайно и вовремя.

Однажды подростком гостил у дяди Саймона, и тот предложил принять участие в соревнованиях виндсерфингистов. Марк никогда прежде парусной доской не управлял и согласился ради интереса, на победу не рассчитывая. Пару часов позанимался с тренером, который показал – как ловить ветер и держать баланс.

К удивлению своему и дяди – занял второе место, получил грамоту, где стоял девиз: «Если не умеешь водить паровоз, стань хорошим кочегаром».

Другими словами – занимайся в жизни тем делом, которое получается лучше всего, и придет успех. Марк запомнил и применил.

Вот сейчас: мозги в боевой готовности, то, что происходило вчера, ночью или пять минут назад забыто. День – время для бизнеса, отвлекаться на постороннее, значит вредить себе. Марк смотрел в окно и не замечал ни плавной линии гор в далекой перспективе, ни продолговатых «цветков колибри» в саду. Прокручивал в уме речь перед судьей, проверяя, не упустил ли какой детали.

Допил сок, взял портфель с ноутбуком и вышел через дверь прямо в гараж.

«Мерседес» стоял в ожидании хозяина, отливая по-новому сверкающими боками. Марк приобрел его месяц назад и еще не успел привыкнуть как к повседневному атрибуту. Осмотрел любовно, погладил. Наверное, раньше так осматривали и оглаживали своих боевых коней рыцари-крестоносцы.

Да, хороша железная лошадка с мотором мощностью в четыреста сородичей и футуристическим экстерьером.

Машина завелась с пол-оборота, вроде только от прикосновения ключа. Стоит опустить крышу - по доброй калифорнийской традиции погода каждый день отличная: августовский дождь в Элэй такой же нонсенс как песчаная буря на Аляске. Марк подождал двадцать секунд, пока крыша полностью спряталась в корпус, установил «задний ход» и выехал на дорогу.

Автоматическая коробка передач позволила плавно набрать скорость и не отвлекаться на постоянное передвижение рычага. «Мерседес» миновал извилистые улочки спального района Пасадены и помчался к бульвару Колорадо.

Управлять одно удовольствие, Марк откинулся в кресле, оно мягко подстроилось под позвоночник, будто обняло за спину. Сидишь как на диване перед телевизором, только картинки возникают не на плоском экране, а в формате триД.

Включил радио, указатель которого стоял на волне один-восемь-один FM. Возникла станция «Музыка бриза», которую Марк любил слушать в дороге. Их программные предпочтения – старая и новая качественная музыка, спокойная, не мешающая думать. Деликатные ведущие встревали нечасто и лишь с короткими репликами.

Шла популярная передача «Доброе утро, Калифорния». Бодрый мужской голос объявил:

- С добрым утром, друзья! В Лос Анджелесе двадцать четыре градуса сентигрейд, самая комфортабельная температура, чтобы слушать радио. Продолжаем программу...

И завел знаменитый саунд-трэк к фильму «Грязные танцы». «The Time Of My Life» - песня написана тридцать лет назад и не устарела ни на йоту.

- Это-время-лучшее-в-моей-жизни... - Марк в полный голос затянул вступление вместе с Биллом Мидли.

Настроение подпрыгнуло на десяток делений по шкале Фаренгейта.

Хорошо, что остались радиостанции, которые игнорируют громогласные, современные опусы, написанные компьютером - не вдохновляющие и не пробуждающие чувств. Испортили диджеи музыкальный вкус молодежи: сидят у себя в студиях, комбинируют ритмы, потом крутят на массовых дискотеках – сплошной грохот.

Заводили бы спокойный, мелодичный «поп». Хоть ругают его поклонники «рока», а лучше ничего не придумали.