Разбивая сердце принцессы Внимание, контент 18+!

Конечно, я уверена, что Ларс отличный редактор. Но то, о чём он говорит… Это совсем иное. Это другой уровень. Это… Это невероятно!

Я бы хотела, чтобы по моему роману сняли фильм. Но то, что описал Ларс… Софиты, вечеринки, красные дорожки… Я не уверена. Я не знаю… Мне…

— Мне надо подумать, — пробормотала, нервно хихикнув.

Ларс разочарованно вздохнул.

— Ну, — мужчина глянул на часы, украшающие запястье его левой руки, — у тебя есть ещё минут десять до того, как придёт продюсер.

Я прикрыла глаза. Осознание происходящего тяжёлым камнем ударило по мозгам, заболела голова.

— Ларс, это не правильно…

— Что именно?

Редактор хмурился. Неужели, он всерьёз думал, что эта новость станет для меня приятным сюрпризом? Нет, это и правда круто. Только не слишком ли круто? Я должна это обдумать. И не десять минут.

И я должна обсудить это с Алексом.

— Неправильно давать мне десять минут на принятие такого ответственного решения. Я этого не планировала. Это очень серьёзный шаг, Ларс. Ты предлагаешь мне перевернуть жизнь с ног на голову. Ты говоришь о кастингах, о сценариях… Для этого надо на какое-то время уехать в Америку и жить…

— В Голливуде, Мэри. Я предлагаю тебе возможность, которая выпадает раз в жизни. От тебя требуется лишь твой писательский талант. Все организационные вопросы я, конечно, беру на себя. Ты станешь одной из миллионов. Ты и есть одна на миллион, но об этом узнает весь мир. Так должно быть, Мэри.

— Ларс, — остановила поток комплиментов, — это всё звучит очень здорово. Но я не уверена…

Конечно, я сомневалась. Звучит очень круто. И я бы соврала, что Голливуд мне совсем не интересен. Фильм по роману — мечта любого автора. Но…

— Я должна обсудить это с Алексом… Он говорит о детях, хочет…

— Детях? — Ларс удивился, и в его голосе послышалось замешательство. — Тебе всего двадцать четыре года! Ты действительно хочешь детей?

Это удар по больному месту…

Я не уверена, что хочу детей прямо сейчас. И я не уверена, что хочу ехать в Америку. Но я очень хочу, чтобы по моему роману сняли фильм в Голливуде!

— Я должна обсудить это с Алексом, — повторила, опустив взгляд на свои руки, сцепленные в замок.

Ларс скептически хмыкнул, верно рассудив, что дети — идея моего мужа.

— Хорошо, Мэри, — сказал редактор. — Я выиграю для тебя время.

И мужчина поднялся на ноги, улыбаясь кому-то за моей спиной.

Глава 8

Встреча с продюсером прошла мимо меня. Точнее, я присутствовала, но всё было словно в тумане. Я хорошо знаю английский язык, но мозг отказывался транслировать информацию и доводить её до помутнённого сознания.

Голливуд… Красные дорожки, бриллианты, софиты, знаменитости и всемирная слава. По моему роману снимут фильм…

Ларс действительно выиграл время.

Как оказалось, первая часть трилогии, над которой я работала уже два с половиной года, давно пылилась на дорогом столе Шона Хофлера — известнейшего голливудского продюсера.

Ларс атаковал мужчину несколько месяцев, но тот игнорировал все призывы к прочтению рукописи, поскольку таких желающих, считающих себя не в меру талантливыми, у него очень много.

Но я получила премию. К тому же, по моим рассказам снимают мультфильмы, и это тоже много значит…

И Хофлер прочитал рукопись.

Продюсер привёз подписанный контракт. Ларс забрал документ себе, сказав, что вышлет мне копию на почту. На принятие решения мне дают месяц, однако, Хофлер уже начал работу над сценарием, будучи уверенным в том, что я соглашусь.

Я ехала домой, находясь в полнейшей прострации. Мысли отказывались раскладываться в голове по полкам. Они хаотично скакали, бились друг о друга, заставляя голову трещать.

И только осознание того, что совсем скоро я смогу утонуть в тёплых объятиях моего мужа, согревало и успокаивало.

Я испытывала ломку. Мне физически требовалось срочно прикоснуться к родному телу. Ощутить запах Романова и просто полежать, крепко прижавшись к любимому мужчине.

Когда такси подъехало к нашему дому, от желания броситься Алексу на шею затряслись руки. А когда я увидела, что внедорожник мужа уже припаркован у гаражей, чуть не разрыдалась от облегчения!

Я выбежала из автомобиля, не попрощавшись с любезным водителем, и влетела на крыльцо, распахивая дверь с такой силой, что та с грохотом ударилась о стену.

— Алекс? — крикнула на весь дом.

— Что случилось? — муж с озабоченным видом вышел из спальни.

Романов только что вернулся. Он даже не успел переодеться, и сейчас на мужчине были только чёрные узкие брюки — от рубашки уже успел избавиться.

— Господи, как я соскучилась.

Молниеносно сбросила обувь, скинула кожаную куртку и, швырнув её прямо на пол, рухнула в родные объятия, всем телом прижавшись к всё ещё удивлённому мужу.

— Я тоже скучал, Маша.

Алекс незамедлительно обнял меня в ответ и по традиции зарылся носом в мои распущенные волосы, шумно втягивая их аромат.

Мне стало легче. Я словно употребила дозу своего личного наркотика. Вот только было мало.

Я подняла голову и, уткнувшись подбородком в обнажённую мужскую грудь, посмотрела супругу в лицо.

— Поцелуй меня, — прошептала, рассматривая почерневшие глаза.

Алекс самодовольно усмехнулся и выполнил мою просьбу. Он медленно наклонился, дотронулся губами до кончика носа, а потом поцеловал. Требовательно, глубоко, настойчиво. При этом тягуче медленно, словно смакуя удовольствие. Так, что ноги подкосились.

Все мысли дружным строем покинули голову, скандируя «Аллилуйя».

Вот оно. То, что было мне очень нужно.

Романов подхватил под бёдра, заставляя обнять его талию ногами, и, продолжая страстно целовать, понёс меня в спальню.

Алекс опустился на кровать и быстро избавил меня от одежды.

— Блядь, Маша, — Романов окинул моё обнажённое тело голодным взглядом. — Я никогда не перестану восхищаться тобой. Я пиздец как скучал. В следующий раз ты поедешь со мной. Писать роман можно из любой точки мира.

Мысли о том, что мне, возможно, придётся уехать в Америку, выглянули из-за угла, но я, плотно зажмурив глаза, вытеснила их, полностью отдаваясь ощущениям, которые дарили мне губа и руки моего мужа.

Романов покрыл влажными поцелуями подбородок, шею, ключицы, спустился к груди и жадно обхватил губами сосок.

Я не сдержала громкого стона. Это всегда чертовски хорошо, и я, пожалуй, готова умереть вот так. Под Александром Романовым.

— Господи, Алекс, не нужно этого, пожалуйста, — простонала, впившись ногтями в мускулистые плечи, — иди ко мне. Прямо сейчас. Я хочу. Я не могу больше.

— Как скажешь, дикая кошка Маша.

Алекс приспустил брюки, поцеловал меня в губы и вошёл резким толчком. Так, как я люблю. Так, как мне сейчас было нужно. Чтобы искры полетели из глаз. Чтобы всем телом прочувствовать. Чтобы слёзы собрались в уголках глаз, и хотелось больше и больше.

Романов начал двигаться. Глубоко, размашисто, заставляя сопровождать стоном каждый толчок.

Я обхватила талию Алекса ногами, пытаясь устроиться так, чтобы проникновения были ещё глубже. Подмахивала бёдрами, крепко сжимая мужские плечи, царапая их ногтями и кусая.

Яркий финал подбирался стремительно. Каждый толчок ощущался всё острее, низ живота раз за разом скручивало спазмом, кончики пальцев начало покалывать и руки задрожали. По всему телу побежали мурашки, и я выгнула спину, кончая с громким протяжным стоном.

Не осталось сил, чтобы пошевелиться. Не осталось сил, чтобы переживать. Абсолютное безусловное счастье и свобода.

Алекс кончил вслед за мной. В меня. Он снова не использовал презерватив, но мне было всё равно. В такие моменты становится абсолютно ясно, насколько сильно мне нужен мой муж. С ним я действительно готова абсолютно ко всему, лишь бы быть рядом… Все сомнения разом отпали. Как я могла мыслить иначе? Я всегда должна быть там, где Алекс. Только рядом с ним я, это я.

Распахнув веки, наткнулась на встревоженный изучающий взгляд.

— Рассказывай, Маша, — тихо, но требовательно заявил Романов. — Что случилось?

Я прикусила губу, пытаясь скрыть счастливую улыбку.

— Ничего не случилось. Просто я очень соскучилась по тебе.

Алекс улыбнулся мне в ответ, но, мотнув головой, сказал:

— Это неправда, Маша.

Я, крепче обхватив мужа за шею, притянула его к себе, вынуждая опуститься на меня всем телом.

Алекс уткнулся носом в моё плечо, согревая обнажённую кожу горячим дыханием, и я таяла. Плавилась в его руках. Я не готова от этого отказываться. Никогда. И ни на что это не променяю.

Бриллианты? Миллионы? Алекс готов дать мне всё, что я пожелаю. Вечеринки и красные дорожки? Я никогда этого не любила. Даже когда училась в университете, предпочитала тихие домашние вечера. Так почему же вообще засомневалась?

— Просто мне показалось, что мы расстались на тяжёлой ноте. Я переживала. Но теперь всё в порядке. Я люблю тебя, — прошептала на ухо Романову.

Алекс ответил поцелуем, вновь разгоняя по венам кровь.

Глава 9

— Ты ещё здесь? — улыбнулась, уткнувшись в плечо мужа, который почему-то всё ещё был рядом со мной в постели. — Который час?

— Восемь, — сонно ответил Алекс, поцеловав меня в макушку, — хотел позавтракать вместе с тобой.

— Ничего себе, — толкнула Романова, вынуждая его лечь на спину, и удобно уместила голову на широкой груди, — когда в последний раз ты опаздывал на работу?

— Работники меня простят. В конце концов, они все видели тебя, и знают, что я был в командировке… Я не трахал свою жену целые сутки! Надо наверстывать упущенное.

Я засмеялась, не удержавшись. Обожаю, когда Романов в таком настроении. Затягивать не стану. Мне не терпится поделиться с Алексом новостями!

— Я вчера была на деловой встрече, которую устроил Ларс…

— И? — Алекс прервал молчание, которое образовалось из-за того, что я никак не могла подобрать слова.

— И он договорился с голливудским продюсером о том, что по моему роману снимут фильм в Юниверсал.

— Что?

Романов поднялся на локтях, вынуждая меня сесть. Алекс смотрел на меня удивлённым взглядом, и я пожала плечами, не зная, что ещё можно сказать.

— Это же потрясающе. А я уж думал, что Дольф годится только слюни на тебя пускать…

— Кто? — удивилась. Алекс забыл имя моего редактора?

— Твой Ларс-Дольф Лундгрен.

Я прыснула от смеха. Это действительно забавно!

— Да, — улыбаясь, согласилась с мужем, — действительно похож немного. Так что ты думаешь? Я бы хотела, чтобы ты прочитал контракт. Ларс должен был прислать его мне на почту.

— Конечно. Позвоню на работу и скажу, что появлюсь после обеда. Думаю, помощница справится без меня.

— Кстати, — поднявшись с кровати, вспомнила, что не спросила, — как она? Не сбежала от тебя прямо в Испании?

Алекс по уже давно сложившейся традиции пристально следил за тем, как я одеваюсь, расчёсываю волосы, собирая их в небрежный пучок, и только после этого встал сам.

— Помощница пока радует. Работоспособна, умна, быстро схватывает. Посмотрим, что будет дальше.

Романов не стал одеваться. Он дёрнул меня за запястье и повалил обратно на кровать, прижав всем телом к матрасу.

— Ты что делаешь? — возмутилась притворно, не скрывая довольной улыбки.

Алекс запустил руку под мою футболку и по-хозяйски обхватил грудь, погладив большим пальцем уже набухший сосок.

— Господи, я же только что оделась, — прошептала, выгнув спину и приподняв зад, чтобы Романову было легче стягивать с меня леггинсы.

— В этом и суть, — усмехаясь, ответил Романов, — мне нравится смотреть, как ты одеваешься. И ещё больше нравится тебя раздевать.

Романов спустился ниже, схватил зубами край моей свободной футболки и задрал до самой груди, не забывая при этом обжигать кожу горячими губами.

Секс был быстрым. Муж был требовательным, а я податливой. Сегодня мне хотелось быть громкой. Знаю, Алекс любит слышать, как мне хорошо. А с ним мне всегда хорошо.

Кончив, Романов поцеловал меня, всё ещё пытающуюся привести дыхание в норму, в кончик носа, и поднялся на ноги.

Надев спортивные брюки, Александр вышел из комнаты и крикнул уже из коридора:

— Кофе будешь?

— Господи Боже, — прошептала, а продолжила уже громче, поднимаясь на всё ещё дрожащие ноги. — За что мне это? Самый лучший мужчина на земле варит для меня кофе полуобнажённым…

— Я всё слышу! — донеслось из кухни, а я лишь счастливо улыбнулась.

Примерно через час Романов сидел за рабочим столом в своём кабинете и внимательно, хмурясь, изучал контракт. Я наблюдала за мужем, немного нервничая, ёрзая и постукивая пальцами по столешнице. И мечтала.

По моему роману снимут фильм. Конечно, никакой Америки. Зачем мне туда ехать? Пускай кастингами и сценариями занимаются профессионалы. А мне достаточно лишь того, что, ГОСПОДИ, по моему роману снимут фильм! Моё имя будет в титрах. На обложке печатных книг будут голливудские актёры!

Нет, конечно, если потребуется, я слетаю в Америку на пару дней… Правда, беременность может помешать.

Всё же, думаю, с этим надо повременить, пока с фильмом не устаканится. Скажу Алексу, как только обговорим контракт.

Чёрт. Это так круто! Я даже и предположить не могла… Как Ларсу удалось выйти на этого продюсера? Мой редактор так много для меня сделал!

В свои двадцать четыре года я уже и не знаю, о чём мечтать… Я замужем за самым лучшим мужчиной на земле. Реализовалась в любимом деле. Отец устроил свою жизнь и теперь очень счастлив, не забывая обо мне.

И по моему роману снимут фильм!

Пожалуй, действительно пришло время расширить семью.

Вот закончим с Голливудом, и сразу в роддом! Как раз успею научиться быть матерью.

Наконец, всё встало на свои места. Я хочу большую семью. Я хочу детей. Моё воображение рисует, словно наяву, картины праздничных вечеров. Отец, Алиса, Маша, Арина и Артём, которые играют с нашим сыном. Мы назовём его Лёша, если Алекс не станет возражать.

Знаю, муж будет так гордиться… Он пойдёт вместе со мной на премьеру! Это будет невероятно! И Алекс поможет мне выбрать актёров на главные роли. Пусть это будут молодые ребята. Начинающие.

На душе опять стало легко. Я снова уверена, что у нас всё будет прекрасно. Теперь я не представляю, что может пойти не так.

А Романов продолжал хмуриться. Интересно, он всегда такой, когда изучает важные документы?

И надо пересмотреть условия работы с Ларсом. Я должна платить ему больше. Хорошо, что не рассказала Алексу о его чувствах раньше. Муж точно заставил бы меня сменить редактора, и не видать мне Голливуда…

Алекс закончил изучение контракта и, захлопнув крышку ноутбука, откинулся на спинку кресла и устало потёр ладонями лицо.

Он всё ещё был хмур, и я начала нервничать.

— Что? — спросила, подавшись на стуле вперёд. — Что ты там вычитал? Что-то не так?

Романов взглянул в мои глаза. Серьёзно, внимательно, холодно. И продолжал молчать. Он не подбирал слов. Алекс всегда знает, что и как сказать, но сейчас почему-то молчал. А моё сердце уже готово было взорваться от напряжения.

— Я найду для тебя нового редактора.

В ушах зашумело, а перед глазами заплясали тёмные точки.

Зажмурившись, тряхнула головой и переспросила, надеясь, что неверно поняла:

— Что?

— Ты больше не будешь работать с этим типом, Маша, — ответил Алекс, продолжая уверенно глядеть в мои глаза.

Я не могла пошевелиться. Надо было что-то ответить, но тело отказывалось издавать звуки.

— П-п-почему? — всё, что сумела из себя выдавить.

Александр тяжело вздохнул, поднялся на ноги и подошёл к окну.

— Потому что Ларс составил не контракт, а план, как затащить тебя в койку.

— Что? — подняла на мужа удивлённый взгляд. — Это какая-то глупость!

Схватила со стола ноутбук мужа, открыла крышку и стала хаотично стучать по клавиатуре, пытаясь включить.

— Со стороны Юниверсал всё отлично. Условия потрясающие, обязательно надо соглашаться. А вот Ларс постарался. В этом контракте всё описано довольно подробно. Все кастинги проводятся в присутствии автора и редактора, вечеринки и презентации фильма проходят в присутствии автора и редактора. Любые вопросы по сценарию, в том числе утверждение каждой сцены, согласовывается с автором через, попробуй догадаться, редактора! И вишенка на торте — продюсерский центр обязан предоставить автору и её редактору апартаменты, в которых те будут жить на протяжении четырёх-восьми недель.

Алекс повернулся и посмотрел на меня. Его взгляд был пропитан иронией. А ещё я разглядела разочарование.

— Твой Ларс хочет увезти тебя на другой конец мира на пару месяцев, жить с тобой в одном доме и обхаживать круглосуточно. Это уже слишком, Маша. Я очень сомневаюсь, что Арнольд Шварценнеггер возьмёт с собой в Штаты свою жену.

— Он же только что был Дольфом Лундгреном, — прошептала, отведя взгляд и уставившись в одну точку.

— Я слишком хорошо о нём думал. Конечно, ты можешь потребовать изменения условий контракта, но дело уже не в этом, Маша. Дело в том, что твой редактор перешёл черту, продиктовав для тебя такие условия. На что он надеялся? Что я об этом не узнаю, а ты спокойно согласишься жить с посторонним мужиком в одном доме? Это прямое проявления неуважения и к тебе, и ко мне, Маша. И я не еду сейчас к твоему ухажёру в офис, чтобы разбить его накосмеченую рожу только потому, что люблю тебя.

Алекс замолчал. Я тоже не находила слов, чтобы выразить свои эмоции. Опустошение. Смятение.

— Когда заканчивается твой контракт с редактором?

— Через полгода, — прошептала, глядя в экран монитора.

— На каких условиях досрочное расторжение?

Я поджала губы. Было стыдно, потому что я не знаю… Подняла на Романова виноватый взгляд.

Муж закатил глаза.

— Ты не читала контракт…

— Нет, я читала, — поспешила оправдаться, — просто не слишком внимательно…

— Это моя вина, — уверенно констатировал Александр, — я хотел дать тебе больше пространства. Хотел оставить что-то, что будет только твоим.

— Послушай, — выпрямилась на стуле и взглянула на мужа с мольбой во взгляде, — мы ведь можем изменить условия контракта! Пусть Ларс едет один! Он хотел сделать из меня звезду, отсюда и эти условия. Но мне это не нужно! Я останусь здесь, Ларс полетит в Штаты и…

Но взгляд мужа заставил меня замолчать, прикусив язык.

Именно Ларс добился встречи с продюсером из Голливуда. Если бы не Ларс, я бы об этом даже не думала. Ларс хотел полететь в Америку и заняться работой над фильмом. И теперь я же должна лишить его такого шанса, потому что мой муж ревнует.

Да, согласна, он перешёл черту. Но ведь действительно можно просто потребовать изменения условий…

Ларс не просто мой редактор. Он мой друг! Я не могу оставить его за бортом! Я не могу с ним так поступить!

— Он не хочет сделать из тебя звезду, Маша. Открой глаза! Ты взрослая женщина. Он хочет сделать тебя своей. Я не буду спускать такие вещи на тормозах. Это незначительная плата, Маша, — прозвучал твёрдый голос Романова. — Незначительная плата за то, что кто-то пытается трахнуть мою жену! Арнольд уже не просто молча дрочит на твою фотографию, он перешёл в наступление. Ты можешь сказать ему сама, или я сделаю это за тебя. Подумай до завтра.

И Алекс вышел из кабинета, оставляя меня в полнейшем ужасе, наедине со своими не радужными мыслями.

Глава 10

Полдня я просидела в кабинете мужа, пролистывая на его ноутбуке контракт.

Голливуд обещал мне кучу денег. Гонорар и процент от кассовых сборов фильма. Они действительно предлагали замечательные условия… Моё имя в начальных и финальных титрах, главных героев одобряю лично я, выход книги в печать на американском рынке, и, да, голливудские актёры на обложке моего романа.

Те условия, которые продиктовал продюсерскому центру Ларс, на самом деле наводили на мысль, что редактор хочет провести со мной как можно больше времени. Но, если не знать о его симпатии ко мне, можно подумать, что это лишь профессионализм. Ларс продумал всё до мелочей. Он сделал всё, чтобы фильм вышел таким, каким хочу его видеть я. Это ведь мой роман! Я не хочу, чтобы его переврали.

И после всего, что мой редактор сделал для меня, я должна его уволить? Отдать «голливуд», которого Ларс добивался для нас так долго, кому-то другому? Такова моя благодарность? Я не могу так поступить! И я скажу об этом Алексу.

Мы перепишем контракт. Ларс поедет в Америку один, если захочет. А я буду согласовывать все моменты прямо отсюда.

Романов остынет и согласится со мной. Он поймёт!

Мне не нужны вечеринки. Я вообще не хочу в Америку. Ну, разве что, одним глазком посмотреть… Конечно, было бы неплохо поприсутствовать на съёмках. Но, уверена, это не проблема! Когда они начнутся — слетаем вместе с Алексом! Думаю, муж усложняет. Мы всё решим…

Тем не менее, когда Романов вернулся из офиса, я сделала вид, что сплю. Я так и не сумела подобрать слов, чтобы сказать ему… Утро вечера мудренее.

Алекс как всегда аккуратно лёг в постель, прижался ко мне всем телом и обнял за талию.

Муж уснул быстро. Он очень устаёт на работе, и иногда я мысленно ругаю его отца за то, что бросил всё на Романова. Однако, Александр действительно очень хорош в своём деле. Под его руководством Шведмет укрепил свои позиции на международном рынке. Отсюда, конечно, и проблем прибавилось. И работы. Но я знаю, что Алексу нравится то, чем он занимается. И это прекрасно. Я никогда не упрекну мужа в том, что он много работает. На меня он всегда находит время. И я очень надеюсь, что его новая помощница действительно справится, и Романов сможет немного разгрузить себя.

Я долго не могла уснуть. Постоянное чувство тревоги разъедало изнутри. Я боюсь. Боюсь, что разочарую Алекса, заговорив о том, что не хочу разрывать контракт с Ларсом. Я боюсь, что он не послушает и всё равно запретит мне с ним работать. И это так странно…

Александр Романов — тот человек, с которым я могу говорить абсолютно обо всём. Я не стесняюсь обсуждать с ним свои месячные и даже, прости Господи, интимную эпиляцию. При нём я делаю себе педикюр, брею ноги и периодически выщипываю волоски в носу.

Я никогда не боялась о чём-либо говорить с мужем. Никогда не пыталась подобрать правильные слова… И от этого становится жутко. Мы словно отдалились друг от друга, и виновата в этом только я. Только я виновата в том, что не познакомила мужа с Ларсом. Скрыла симпатию редактора ко мне. Предала. Обманула доверие. Именно поэтому Алекс так остро отреагировал на контракт.

Но самое ужасное — скорее всего я снова поступила бы так же.

Алекс уверен, что я добилась бы таких же успехов с любым толковым редактором. Но я точно знаю, что восемьдесят процентов моих побед — его работа. Его профессионализм и бесконечная вера в меня.

Я заснула лишь под утро, и, открыв сутра глаза, не удивилась, что нахожусь в постели одна.

Романов уже ушёл на работу. Глупо было бы ожидать, что два дня подряд он задержится дома, чтобы заняться со мной сексом и вместе позавтракать.

Однако я совершенно точно поняла, что тянуть с этим больше нельзя.

Встала с постели, натянула футболку и леггинсы, собрав волосы в высокий хвост, и пошла в ванную.

В душе пробыла дольше обычного, подбирая слова, и в какой-то момент одёрнула себя. Это же Алекс! Мой Александр Романов. Я могу сказать ему всё что угодно, потому что муж всё поймёт, примет, найдёт верное решение, что бы ни случилось.

Быстро смыла ароматный гель с тела и вышла из ванной комнаты.

Наспех выпила кофе с тостом, быстро оделась в спортивный костюм — к каблукам в повседневной одежде я вернусь не скоро. Ещё одна причина, по которой мне не хочется покорять Голливуд. И, накинув куртку, вышла из дома.