Девятая жемчужина

Голос Кати дрогнул.

— Ты звонила ей? — спросила Юля.

— Не отвечает. И сообщения не читает.

Айна переглянулась с Юлей. Обе молчали, но думали об одном и том же.

В кабинет зашёл Алистер.

Их взгляды встретились. Он улыбнулся — чуть заметно, одними глазами. Айна почувствовала, как внутри отпускает хотя бы на секунду, и ответила тем же.

Юля, сидевшая рядом, тихо хмыкнула, но ничего не сказала.

Уроки закончились. Они тянулись мучительно долго. Юля нервно строчила что-то в телефоне и отворачивалась, когда Айна пыталась заглянуть. По классу то и дело раздавались сигналы сообщений — это нервировало даже учителя истории.

После звонка подруги выбежали из кабинета.

Айна заметила, что дверь кабинета корейского языка приоткрыта. Что-то потянуло её внутрь — она шагнула вперёд, не отдавая себе отчёта.

— Эй, ты куда? — Юля дёрнула её за рукав. — Нам нельзя тут быть. Решат, что мы что-то воруем.

— Не знаю, — прошептала Айна. — Что-то странное с этим учителем.

Она начала рыться в груде тетрадей на столе.

А потом почувствовала запах. Гниль. Тяжёлая, сладковатая, тошнотворная — она доносилась из небольшой подсобки в углу кабинета.

Айна пошла на запах, словно ищейка, вышедшая на след. Зайдя внутрь, зажала нос пальцами — здесь воняло так, что глаза начало щипать.

— Чувствуешь? — прошептала она.

— Ничего, — Юля оглядывалась. — Здесь пахнет разве что старыми пыльными книгами.

Айна подошла к шкафу — отсюда запах был сильнее всего.

Она открыла дверцу.

Юля закричала.

В шкафу, согнувшись в неестественной позе, лежало тело. Начавшее разлагаться. Глаза — мутные, белые, ничего не видящие. Рот неестественно приоткрыт, из него вылезали личинки. Мухи вылетали из глазниц, из ушей, изо рта и тут же возвращались обратно.

Запах ударил с новой силой — едкий, убийственный. Юля покачнулась и начала терять сознание.

Перед ними было тело прежней учительницы корейского языка — Шебен Герман.

Юля закричала. Крик был резкий, срывающийся — такой, что перекрыл даже гул коридора.

Через несколько секунд в кабинет вбежали учителя. Тамара Михайловна — первой, директор — следом, за ними ещё несколько преподавателей с соседних кафедр.

Тамара взглянула на тело, перевела взгляд на Айну и Юлю и побледнела. Директор, заглянув в шкаф, прижала ладонь ко рту.

Их взгляды встретились. Они ничего не сказали, но поняли всё без слов.

В дверях показался Алистер. Он посмотрел на шкаф, потом на Айну — и его лицо стало жестче.

— Всем выйти из кабинета, — голос Тамары Михайловны прозвучал неожиданно твёрдо. — Директор, вызывайте полицию. А вы, девочки, — она посмотрела на Айну и Юлю, — никому ни слова. Идите в коридор.

Айна кивнула и потянула за собой онемевшую Юлю.

Она не оглядывалась, но чувствовала взгляд Алистера — тревожный, пристальный.

В коридоре уже собирались студенты, кто-то плакал, кто-то шёпотом спрашивал, что случилось. Айна взяла Юлю за руку и увлекла прочь от толпы.

Она не знала, что будет дальше. Но одно понимала точно: Соджун — убийца. И он всё это время был рядом.