Мечом и словом

– Простите герр лейтенант, я не знал. Я просто решил, что тюрьма загубит парней, а теперь они найдут работу и станут приносить пользу обществу.

– Это конечно так, спорить я не стану. Но факт остается фактом, у отделения могла бы быть премия.

– Я учту это на будущее, лейтенант. Что ещё мне нужно знать?

– У нас тут есть план по поимке воров и бандитов.

– План, понимаю. Это как план строевых тренировок. Сегодня отрабатываем линейную атаку, а завтра построение черепахой, только по поимке воров. А если в районе не совершали преступлений, то что?

– Значит, мы плохо работаем.

– То есть, нам самим нужно что-то украсть?

– Да ну, брось. Достаточно дать Ханси отгул и дело в шляпе.

– Занятно у вас тут всё устроено.

– Не перехотел ещё служить в страже?

– Никак нет, лейтенант. Мне тут очень нравится.

– Да? Ну ладно. Кстати. Вот возьми, это твои подъёмные деньги. Выдаются каждому новичку. Чтобы не изымали пончики в качестве улик, до первого жалования.

– А у Ханси я смотрю, голова варит.

– Варит, да только пересоленную кашу. Однажды он конфисковал свиной окорок. Заявил, что это орудие убийства. Короче, бери деньги, расписывайся и это, ты сегодня на нервах, после неограбления я вижу, так что отдохни. Заступишь в ночное дежурство в отделении, от греха подальше.

– Есть заступить в ночное дежурство. Разрешите идти?

– Ступай, и это, парни разозлятся, и возможно захотят устроить тебе тёмную, за лишение премии, так что смотри в оба. Чтобы без конфликтов у меня.

– Всё будет хорошо, лейтенант. Я наставлю их на путь истинный Божьим словом.

– Ага, ну-ну, давай.

Бенедикт вышел на крыльцо. Там действительно стояли стражники.

– Парни, мне тут подъёмные выдали. Может, я вас всех угощу в баре?

Злобные лица парней показывали напряжённую борьбу, между желанием настучать новичку по тыкве и выпить. Второе победило, первое всегда успеется.

Толпа стражников завалилась в бар Законная выпивка. Это было их негласное и постоянное место сбора. Потому что хозяин, Арнольд Хайнекен, по стражнической солидарности всегда наливал им в долг.

Для разгона все взяли себе по две кружки пива, и Бенедикт решил не выделяться, хотя сам ни пиво, ни вино особо не любил. Он предпочитал новомодный чай. Он был дорогим, но иногда удавалось его раздобыть.

– Ну, расскажи нам, как так вышло, что мы остались без премии? – Спросил старший сержант Каспар Брехт.

– Всё началось с Нагорной проповеди парни…

В сумерках констебль Кесада шёл к отделению стражи. Много пить он не стал, помня о дежурстве, а вот ребята наквасились здорово. Когда Бенедикт уходил, они уже пели хором, обняв друг друга за плечи.

В отделении за конторкой, сидела Хильда, и больше никого не было.

– Мы с тобой значит, дежурим сегодня?

– Не с тобой, а капрал Розенфельд.

– Так точно.

– Почему мне всё время кажется, что ты издеваешься?

– Не могу знать, капрал.

– Так, а теперь ты точно издеваешься.

Беседу прервал стук в дверь.

– Господа стражники, мне срочно нужна ваша помощь.

– Что у вас случилось герр Краузе? – Спросила Хильда.

– В моём доме призрак, злокозненный дух.

– Призраки не в нашей юрисдикции герр Краузе. Приходите, когда он украдёт кошелёк.

– Так он и почти, все двери в доме закрыл на замки, никак не открыть.

– Пригласите замочных дел мастера, герр Краузе. Герр Кропп, живёт через дом от вас.

– Хиль… капрал, а может, стоит проверить? Вдруг действительно…

– Действительно что? Призрак? Полтергейст? Вот ты и сходи, тогда.

– Идёмте герр Краузе, покажите мне ваш дом.

Новичок ушел со сказочником стариком, а Хильда осталась размышлять о его глазах снова. Как трудно было прогнать его из своей головы. Он словно купил себе дом, где-то в глубине её мыслей, не желал оттуда уходить и делал, что хотел.

Например, сейчас Хильда ясно видела перед глазами его лицо. Такое красивое, такое привлекательное. Опять пальцы немеют и в ногах слабость. Нужно совершенно определенно поднять этот вопрос на следующем заседании клуба Сестёр. Вместе, коллективно они разберут эту проблему и решат её. – А может не стоит показывать им этого новичка? – Шепнула из глубины души какая-то другая гаденькая и противная Хильда. – Представь, как они пришли, чтобы разобраться в проблеме и смотрят на констебля Кесаду, как тянут к нему жадные ручонки. Хильда содрогнулась и попыталась отвлечься. Она схватила отчёт, лежавший на верху стопки. Но и это оказался отчёт проклятого новичка об утреннем инциденте.

«Утро было приятным и не жарким. Я и товарищ мой Ганс, прозываемый Ханси шли вдоль симпатичных лавок и фасадов домов»

– Это что ещё такое? – Сказала, аж вслух, капрал Розенфельд и стала читать дальше. Такое повествование перемежалось посторонними мыслями и даже поэтическими вставками.

– Капрал, очнитесь, я вернулся.

– Ох, это снова ты, и не тряси меня за плечо, и вообще не трогай. Это ты написал? Что это вообще такое?

– Мой отчёт, об утреннем неограблении.

– А почему он так написан?

– Ну, я подумал, его же будет читать лейтенант Кан, ему должно быть интересно.

– Отчёты пишутся не так. Что там у Краузе?

– У него крыша течёт, двери разбухли от влаги.

– То есть ты разобрался с проблемой?

– Да, я залил щели в кровле смолой, и подтесал косяки, а чтобы он не волновался, провёл обряд экзорцизма. Вот, он дал мне жаренную курицу и сыр, хочешь?

Хильда смотрела в честные, добрые, зелёные глаза, снова, и снова не знала, что и сказать.

Глава 5 Инженерный университет

Оставшаяся часть ночной смены прошла спокойно. Никто не прибежал рассказать об убийстве или ограблении. Констебль Кесада сидел за одним из столов, ел подаренную курицу и пытался написать отчёт о посещении дома господина Краузе, а Хильда читала их и забраковывала.

– Что ты снова написал? Зачем ты пишешь о том, сколько стружки ты снял с косяка на двери в спальню?

– В последний раз, ты велела писать подробно.

– Но ведь не настолько подробно. Знаешь что, после пятой попытки я уже знаю все события. Я сама напишу отчёт и дам тебе прочитать, чтобы ты понял как надо.

– Давно бы так.

В семь часов явился сержант Брехт и принял смену. Злая и расстроенная капрал Хильда ушла домой. А Бенедикту спать не хотелось, поэтому он решил провести время с пользой. Он направился к главной достопримечательности столицы, инженерному университету. Кольчужную рубашку и оружие он оставил в своей комнате, чтобы никто не решил, что он пришёл по службе.

Университет был огромным, несколько корпусов, вокруг зданий разбиты парки с удобными скамейками и декоративными прудами. Было видно, что это любимый проект короля и денег на него не жалеют. Заходить на экскурсию можно было только с десяти часов, Бенедикт пришёл слишком рано. Поэтому он решил скоротать время, купив пирожок у раннего торговца. Ночная курица давно была забыта, к тому же половину всё равно съела Хильда.

– Доброе утро молодой господин. Желаете перекусить? У меня лучшие сосиски в городе. Ловкий толстяк вынул сосиску из своего лотка и запихнул её между двумя кусками хлеба. – Вот, пробуйте, угощайтесь. Главное жевать и глотать, а не смотреть. Так ведь?

– Ээм, наверно да. Только что-то у меня хрустит на зубах.

– Это шкварки.

– Похоже на песок.

– Возможно, немного пережарил сало, не страшно.

Бенедикт задумчиво вынул изо рта кусок кости. – Это что, копыто?

– Нет, что вы, это кусочек хрящика, видно, попался. А вы везунчик. У меня сегодня акция, кому попался хрящик в сосиске, тому пирожок бесплатно.

– Я думаю, не нужно.

– Берите, берите. Он с капустой.

– Что-то он странно пахнет.

– Добавил чеснока. То, что нужно на завтрак. Меня зовут Фляйшхолен. Я каждый день продаю здесь сосиски и пирожки. Все студенты у меня их покупают.

– Да? Я думал в студенты берут только, самых умных.

– Аа-ха-ха, какой ты шутник, приехал из своей деревни посмотреть столицу?

– Вообще-то нет, я констебль Кесада, из стражи с улицы Тюльпанов.

– Аа, отлично, приятно было познакомиться, меня там, кажется, ждут у третьего корпуса голодные студенты.

– Задержитесь на минутку, герр Фляйшхолен, у меня к вам возникли некоторые вопросы. Хитрый торговец сделал вид, что не услышал и испарился быстрее, чем Ханси.

– Обучают их где-то этому что ли? – Подумал Бенедикт с досадой.

Все послушники тамплийцы имели лужёные желудки. Они могли сожрать, всё что угодно, этот навык входит в обязательные умения, но вот с сосиской Фляйшхолена желудок Бенедикта справиться не мог. Было похоже, что она, там внутри, вступила в драку со всем остальным содержимым, и это доставило парню несколько неприятных минут, и сильное желание арестовать торговца при первой же возможности.

После такого завтрака Бенедикт присел на ступени, прислонившись спиной к подножию каменной скульптуры и не заметил, как задремал.

Проснулся он от шума. Вокруг было полно людей, время посещений уже наступило. Бенедикт, потянулся, размялся несколькими движениями и пошёл к воротам. Народу и впрямь было много. После того как здесь создали безлошадные повозки и даже отправили их развозить горожан, а также после спуска на воду железных судов, это место стало очень популярным. Почти таким же знаменитым, как и магическая академия вечного города. Тем более что, как оказалось эти два учебных заведения активно сотрудничают друг с другом.

Экскурсоводом оказалась женщина, она размахивала руками и громко созывала всех, пришедших на экскурсию.

Бенедикт не задавал ей вопросов и вообще старался быть незаметным, чтобы не сбивать девушку. Ему хотелось, побольше узнать о науке, а не слушать снова, что у него «невероятные глаза и вообще ну их всех, пойдём, выпьем». Он с интересом слушал про алхимические элементы, из которых состоят удивительные коробки, которые двигают повозки и многое другое. Слушал про конструкции, которые будут переносить огромные грузы, и рыть землю, и смотрел на их рабочие макеты. Вместе со всеми удивлялся огромной, трёхцветной кошке, которая ела сметану сидя на широком подоконнике. С некоторым сомнением думал про человека собранного из мёртвых кусков других людей. Слишком уж это было, самонадеянно для человека что ли. Но подумав немного, он решил оставить рассуждения об этом специалистам и теологам. А сам с восхищением принялся изучать аппарат, который мог записать любой голос, а потом воспроизвести его. Это было настолько удивительно, что он забыл вообще обо всём. А ведь был ещё и аппарат, который после вспышки создавал маленькую картину с удивительно точным изображением.

– Интересно, да? Услышал он вдруг. Оглянувшись, он увидел молодого парня. Ещё минуту назад его здесь не было. Но вот он уже сидит на подоконнике, гладит огромную кошку и мерзко ухмыляется.

– Очень интересно.

– Это я изобрёл. – Сказал парень, указывая на коробочку, делавшую мгновенные картины. – Заливаешь.

– Зуб даю. Я здесь два месяца работаю, а до этого учился в магической академии.

– А чего сюда приехал?

– Родина моя. Вот вернулся после учёбы, буду приносить пользу государству. Всё равно не веришь? А ну-ка встань сюда. Смотри на меня и улыбайся.

– Сейчас тебя выгонят, за то, что схватил экспонат.

– Не выгонят, говорю тебе, это мои картинки. Не пугайся вспышки, так. На вот смотри.

– Ты гляди, и правда, картина. Чистая магия.

– Думаешь, там внутри сидит бесёнок и быстро малюет картинку? Вот смотри, это двояковыпуклая линза, это дополнительные линзы, всё это вместе я назвал объектив. А вот пластинка пропитанная красками. А за ней ещё пластинка, иначе картинку сразу бы не вышло получить. Понял, как работает? Вставая перед объективом, ты попадаешь в фокус, и вспышка проецирует изображение на пластинку и так картинка появляется на картонке. Заинтересовался? Бери, подарок, у меня ещё есть.

– Да я не могу принять такой дорогущий подарок, и с чего бы это?

– Просто так, хороший ты человек я вижу, я же волшебник умею заглядывать в душу. Бери, а то обижусь. А вообще, хочешь, выпивкой угощу?

– Мне вечером на службу.

– А ты где служишь?

– Городская стража, улица тюльпанов.

– О, это хорошо. Я и сам почти стражник. Я однажды банду контрабандистов задержал.

– Сказки всё.

– Да что ж ты дубовый-то такой? Пойдём, покажу, как всё было. Я потом всю контрабанду выпил.

– Что, один?

– Ну, нет. Ещё невеста моя и пёс, и стражники.

– Ты стражу напоил? – Не особо-то они отнекивались. Сам, не знаешь что ли?

– Да уж, знаю.

– Как просто подружиться мужчинам, да, синьор Милашка? Что значит он и правда такой замечательный? Ну, посмотрим, посмотрим.

Глава 6 В компании герцога

– Ну вот, а потом София запрыгнула туда и всех арестовала.

– Сама?

– Нет, ей помогал Уголёк, это её волшебный пёс.

– Весело.

– Конечно. Пойдём, покажешь мне свой участок. Меня кстати Альберто зовут.

– Бенедикт Кесада, рыцарь ордена Храма.

– У меня много знакомых тамплийцев.

– На площади, перед главным управлением стражи, стоит памятник одному из наших магистров. Мой тёзка. Там написано, что он отдал жизнь, спасая мир.

– Да, король лично велел поставить этот памятник.

– Это кстати странно, учитывая, что он, в начале правления, был настроен против ордена.

– Он не был настроен, против. Это жиды подстроили покушение и подставили братьев Храма. Король после, примирился с орденом и внёс в их казну большую сумму. В вашу казну.

– Этого я не знал.

– Чему вас учат в ордене? Куда на проезжую часть? Здесь аутобасы ездят. Ты уже ездил? Нет? Давай прокатимся.

– Нас учат воевать и драться. Строем и поодиночке, с оружием и без.

Альберто завёл стражника в безлошадную повозку и усадил на мягкую скамейку. – Интересно, но готов поставить сто монет, что я тебе наваляю.

– Возможно, чародеи владеют разными силами.

– Да, ты за кого меня принимаешь? Я про честный бой.

– Тогда, не думаю.

– Это ты зря сказал приятель. Теперь я не успокоюсь. Пойдём, вот как раз фехтовальный зал. Здесь на улице, нельзя махать мечами.

Бенедикту хотелось ещё проехать на аутобасе и понять как что работает, но он не стал отказывать новому другу и вошёл в фехтовальный зал.

Перед ним тут же появился распорядитель и сказал. – Покажите вашу клубную карту, чтобы пройти.

– Пошёл вон. – Заявил ему сзади Альберто и распорядитель исчез в ту же секунду.

– Нас пропустили в элитный клуб, удивительно.

Альберто прошёл прямо к центральной фехтовальной площадке. Там упражнялись два молодых графа, а их друзья внимательно наблюдали и комментировали их техники фехтования. Когда Альберто подошёл к площадке, все фехтовальщики решили сделать перерыв и вышли выпить холодной сангрии.

Парни встали в позиции, не утруждаясь экипировкой. Поединок продолжался ровно двадцать секунд, а потом Бенедикт выбил у него рапиру.

– Да нет, так не бывает. – Заявил Альберто. – Давай ещё разок. В этот раз ему удалось продержаться почти минуту.

– Пожалуй, я передумал насчет рукопашного боя. Не хочется ходить с фонарём.

– Зря ты так, я бы скрутил тебя аккуратно.

– Ты провоцируешь, после такого я уж не могу отступить.

Альберто рванулся вперёд, собираясь заехать противнику в челюсть, но через мгновение, его рука была уже в захвате храмовника.

– Ещё раз. На служебном турнире тебе цены не будет, кстати. Каждый год король проводит турнир, стража против гвардии. Стража ещё ни разу не победила.

Попытку повторили с тем же результатом. – Так хватит, я понял. Вот теперь надо выпить хорошенько.

– Мне через несколько часов на смену.

– Ах да, ну ладно, тогда сделаем по-другому. – Эй ты. – Крикнул Альберто в пространство. В ту же секунду рядом возник смотритель. – Кувшин сангрии нам, с собой, и закусить.

– Какие закуски желаете?

– Ладно, веди, я выберу. – Бен, я же могу называть тебя Бен, да?

– Можешь Аль, а ты богат или титулованный?

– Ага, забыли про сокращения. Я за едой, ты пока отдохни. Он ушёл, а Бенедикт стал рассматривать огромные окна, в которые лился свет, лепнину, портьеры и гобелены, фонари для вечерних занятий, всё было очень красиво.

– Ты что здесь забыл, пёс? Услышал он вдруг. К нему подошёл давнишний приятель из трактира. Сынок графа Клевского.

– Уборщиком сюда нанялся.

– Вот как, самое подходящее для тебя дело. Он харкнул на паркет и заявил. – Тогда вытри-ка.

Вернувшись, Альберто застал странную картину. Бенедикт держал незнакомого типа в своём фирменном захвате, и возил его, мордой, по полу.

– Ты, чего это, делаешь?

– Граф Клевский приказал мне вытереть пол, я решил, что это доброе дело и вытираю.

– Ааа, я думаю, после его рожи, пол чище точно не станет. Брось его и пошли, я взял сангрию, сыр и морепродукты.

Граф Клеве, возмущённо вскочил, собираясь очевидно вызывать обидчика на смертельную дуэль, но замер, увидев с кем, был здесь храмовник.

Парни спокойно вышли из фехтовального зала.

– Ты герцог. – Вдруг заявил Бенедикт.

– С чего ты взял?

– Графский сынок при виде тебя сник, а значит ты не меньше чем герцог.

– Это не важно, на самом деле. Вот это и есть твой участок?

– Да, хм, после всего, я думаю, никто тебя не станет выгонять, если ты зайдёшь.

Когда они вошли внутрь, сержант Брехт, рявкнул. – Смиирно. Все присутствующие тут же подскочили и встали по стойке смирно, отдавая честь. А потом по команде сержанта проорали «Да здравствует король»

– Вольно, вольно. – Махнул рукой Альберто.

– Чем могу служить, Ваше Высочество?

– Я неофициально сержант, вольно, разойдись, ты мне мешаешь.

– Есть «разойдись». – Выдал Каспар Брехт и ушёл к своему столу строевым шагом.

– Вот как, значит ты принц.

– Ну да, что кланяться не будешь?

– А надо?

– Расслабься, я из простых и … Альберто отвлёкся на вошедшую в отделение девушку. Хильда сначала немного удивилась, а потом исполнила элегантный реверанс и сказала. – Добрый день, Ваше Высочество.