Усы в подарок

Подушка валялась на полу. Его голова — на её подушке.

— Ты на моей стороне, — хриплым голосом протянул он.

— Это ты на моей, — уперлась она руками в его грудь, отодвигаясь. — Убери свою голову.

— Не могу, тут теплее.

Мэри села так резко, что у неё закружилась голова.

— Ты издеваешься?

— Нет. Констатирую факт. — Он потянулся, а она невольно проследила взглядом за его мышцами. — Ты очень тёплая. Это не оскорбление.

Она отвернулась и начала заплетать волосы. Пальцы слушались плохо — после бессонной ночи. Или не поэтому. Она не хотела думать, почему.

Кайден надел рубаху, не глядя на неё. И только когда зашнуровывал сапоги, сказал:

— Твои вещи мне не нужны. Можешь не следить.

— Я не слежу.

— Следишь, но это даже приятно.

Она швырнула в него подушкой. Он поймал — настолько легко, будто всю жизнь тренировался ради этого момента.

— Злая, — констатировал он. — Идём завтракать.

Они отправились на завтрак в малую столовую. Они находились под пристальным взглядом родителей. Лорен и Эльза смотрели на Мэри и Кайдена с таким выражением, будто наблюдали за редкими зверями в зверинце. Сена что-то записывала в маленький блокнот. Скай пялился на Сену с таким обожанием, что это начало раздражать даже слуг.

— У вас есть планы на день? — не отрывая взгляда от ножа произнесла Эльза, отрезая кусочек сыра.

— У меня переговоры в десять, — быстро отчеканил Кайден.

— А у меня — досье на проверку, — так же быстро пролепетала Мэри.

— Отлично, — кивнул Лорен. — Двадцать пять метров позволяют вам заниматься своими делами. Но помните: если кто-то из вас решит уехать — второй полетит следом и вдобавок получит фиолетовые усы.

Мэри вспомнила вчерашний вечер и поёжилась.

— Как на верёвке, — мрачно добавил Кайден.

— Как на свадьбе, — поправила Эльза с лёгкой улыбкой. — Только без цветов.

Сена поперхнулась компотом. Скай поспешно похлопал её по спине, за что получил такой взгляд, что мгновенно отдёрнул руку.

После завтрака они разошлись. Клятва всё это время молчала, позволяя заниматься своими делами.

Мэри отправилась в бывшую башню писцов. Сена закрыла за ними дверь и уставилась на Мэри.

— Ничего не было, — оправдываясь произнесла Мэри.

— Я ничего не спросила.

— Ты хочешь спросить, спали ли мы вместе.

— Так спали? — Сена начала загадочно улыбаться.

— Мы спали в одной кровати. Это не значит «спали вместе». И вообще, между нами была подушка.

— А утром подушка оказалась на полу, — Сена подмигнула.

— Откуда ты...

— Слуги. Не забывай, я шпионка при шпионке.

Сена села на кровать и достала яблоко. Мэри подумала: «Откуда она их всё время берёт?»

— Он тебе нравится? — поинтересовалась Сена с набитым ртом.

— Нет, — Мэри на автомате провела пальцем над губой. Усы не выросли.

— Странно, — Сена начала давиться яблоком. — Клятва сломалась? Или ты сама не знаешь, нравится он тебе или нет.

— Второе.

— Тогда всё нормально, всё по плану.

Сена многозначительно подмигнула и углубилась в очередную книгу по ядам. Мэри села за стол и попыталась работать. Бумаги плыли перед глазами. Она перечитала одно и то же донесение три раза и не смогла запомнить ни одного слова.

Мэри так и не смогла сосредоточиться, она слышала краем уха, что Кайден в конюшне.

Через час в башню ворвался Скай. Посмотрел на Мэри и замер.

— У вас... — он показал на свою верхнюю губу.

Мэри поднесла руку к лицу. Усы. Фиолетовые и длинные, как у моржа.

— Что? — Она вскочила. — Как? Я не врала! Я даже почти не разговаривала ни с кем!

В дверях появился Кайден. Тоже с усами. Они были такие же длинные, как у Мэри, и такие же фиолетовые.

Они уставились друг на друга.

— Ты был в конюшне? — спросила Мэри.

— Да, а ты всё время сидела тут?

— Да.

Они замолчали и одновременно посмотрели на Ская.

— Какое расстояние от конюшни до сюда? — спросил Кайден.

— Метров... тридцать? — Скай побледнел. — Или сорок?

Мэри закрыла лицо руками. Усы всё еще свисали, щекотали пальцы.

— Мы нарушили клятву, — прошептала Мэри, прятая усики руками. — Разошлись дальше, чем на двадцать пять метров.

— Но мы полдня ходили по форту, — Кайден потрогал свои усы, будто привыкая к ним. — Почему они выросли только сейчас?

— Видимо, всё это время мы были в пределах двадцати пяти метров, — Мэри исподлобья посмотрела на него. — А потом ты пошёл в конюшню.

Тишина.

— Это унизительно, — Кайден явно был возмущен.

Они стояли и смотрели друг на друга. Но пока они находились в помещении, усы начали втягиваться обратно, магия работала моментально. Мэри вздохнула с облегчением.

— Что теперь? — спросил Кайден, не поворачивая головы.

Мэри задумалась.

— Предлагаю делать вид, что всё нормально, — спустя некоторое время ответила Мэри. — Едим, спим, ходим на переговоры. Не убиваем друг друга и не даём родителям повода для новых унижений.

— Это твой план? — спросил Кайден, морщась от солнца.

— Это будет нашей тайной стратегией: сделаем всё, чтобы родители поверили и сняли с нас клятву.

Кайден кивнул и протянул руку Мэри. Она посмотрела на неё с недоумением.

— Что это? — У нее на долю секунды перехватило дыхание.

— Рукопожатие, чтобы скрепить договор, — ответил Кайден, вставая со скамейки.

— Рукопожатием скрепляют мужчины, а женщины пьют вино.

— Увы, вина нет, только если ты не хочешь попросить его у Сены.

Мэри скривилась как от лимона и протянула руку. Он сжал её пальцы — не больно, но как-то по-мужски. В этот момент внутри у неё что-то ёкнуло. И она сама этого испугалась.

Она отняла руку, быстро развернулась и пошла в свои покои. Даже не обернулась. Но Кайден всё равно пошёл за ней, держась на расстоянии. Боялась, что если посмотрит, то захочет остаться. На улице начали собираться слуги. Запахло свежей выпечкой. Люди смеялись, кто-то ругался — жизнь продолжалась своим чередом.

— Сена, — прошептал Мэри, опустив голову в пол.

— М? — не поднимая глаз, спросила Сена.

— Кажется, ты права, и я влипла.

— Знаю, —Сена, замерла. — Поэтому я среди слуг начала брать ставки, когда вы поцелуетесь.

Мэри не нашлась, что ответить.

Глава 4. Бал для врагов

Сена появилась в комнате Мэри с целой кучей платьев и выражением лица человека, который пришёл делать революцию.

— Выбирай, — влетела в комнату как фурия, развешивая платья на спинках стульев. — Первое — синее, отлично подчеркнёт глаза. Второе — зелёное, прям как твои глаза. Есть фиолетовое — под цвет твоих усиков... или Кайдена. — Сена начала хихикать. — Есть ещё чёрное, чтобы все взгляды были прикованы к тебе.

Мэри посмотрела на довольную подругу и начала мысленно считать до десяти, чтобы не прибить её.

— Синее слишком открытое, — перебирала она. — Зелёное слишком закрытое. Фиолетовое — явно не мой цвет. Чёрное... почему оно блестит?

— Не блестит, а мерцает. Ты хоть что-то понимаешь в моде?

— А какая разница? — с непониманием спросила Мэри.

— Блестит — это для шлюх. Мерцает — для королев.

Мэри вздохнула. Она не любила балы. В Верданне балы были частью её жизни — присутствие было обязательным, надо было улыбаться, танцевать и собирать информацию. В форте бал должен был стать «первым совместным выходом» Мэри и Кайдена.

«Они хотят посмотреть, как вы ладите, — перевела Сена. — Или не ладите».

Мэри выбрала чёрное. Оно было идеальной длины — в пол, с высоким воротом и длинными рукавами. Даже отдалённо напоминало её рабочую одежду, только с мерцающей тканью. Сена одобрительно кивнула.

— Ты будешь выглядеть как вдова, — с умилением произнесла она.

— Я ещё не вдова, — с загадочной улыбкой ответила Мэри.

— Знаю, но это отпугнёт всех, кто захочет с тобой потанцевать.

В соседней комнате Скай кружил вокруг Кайдена, как голодная муха.

— Слушай, командир, у меня есть гениальный план, — с улыбкой произнес он, доставая из сумки что-то странное, зелёного цвета.

— Нет, — оборвал его Кайден, даже не досмотрев.

— Ты же ещё не знаешь, что я хочу предложить.

— Твои гениальные идеи всегда заканчиваются одинаково. Ты смеёшься, а мне стыдно.

— Это же жизнь. — Скай развернул зелёное и что-то шуршащее. Это оказался парадный камзол. Изумрудный, с пуговицами в виде львов. — Это тебе. Мать сказала передать.

Кайден взглянул на камзол. Потом вопросительно — на Ская.

— Она просила передать и сказала: «Пусть не позорит наш род». И ещё, — Скай встал в позу королевы Эльзы, откашлялся и продолжил: — «Надень это, или я приду и надену это на тебя сама».

Кайден вздохнул. Он понимал: с матерью не спорят, особенно когда она в режиме «я королева». Он начал переодеваться, снимая старую рубаху. На удивление, сегодня он нервничал.

— Ты должен сделать сегодня комплимент Мэри, — Скай, помогал застёгивать пуговицы на камзоле. — Мужчина должен говорить женщине что-то красивое.

— Я не умею говорить красиво.

— Скажи, например... — Скай задумался. — «Твои глаза как два болота, я хочу утонуть».

Кайден опешил.

— Это самое идиотское, что я слышал.

— Ты не понимаешь, это романтично. Женщины такое любят.

— Это про болото.

— А что плохого в болотах? Там растёт клюква и...

— Хватит.

Скай улыбался.

Зал для балов в форте был когда-то казармой. Но сейчас, по случаю, его украсили. Гирлянды из сушёных цветов, факелы и куча закусок и вина. В углу играли трое старых музыкантов.

— Выглядит... скромно, — Мэри запнулась, входя под руку с Сеной.

— Выглядит как сарай с цветами, — поправила Сена. — Но мы здесь не за этим. Мы здесь, чтобы показать, какие вы счастливые с Кайденом.

— Мы не счастливые. Мы их только изображаем. Это дипломатия.

Мэри оглядела зал. Людей было не так много — местная знать и несколько послов из нейтральных королевств. Все взгляды были прикованы к ней.

Она расправила плечи, подняла подбородок и улыбнулась — непроницаемой, королевской улыбкой.

— А вот и жених, — шепнула Сена.

Кайден шёл через зал. Все перед ним расступались. Он выглядел как северный бог. Волосы были зачёсаны назад, открывая высокий лоб и шрам, которого Мэри раньше не замечала, глаза блестели как у хищника, даже костюм изумрудного цвета на удивление ему шёл.

«Проклятье, — краснея, подумала Мэри. — Это проклятие заставляет меня краснеть».

Она сама в это не поверила.

Они встретились в центре зала. Музыка смолкла, и все посмотрели на них.

— Вы прекрасно выглядите, — констатировал Кайден. Голос был спокойный, но Мэри заметила, как дёрнулся его кадык.

— Вы тоже, — осмотрела она его с ног до головы. — Львы вам идут.

— Мы должны потанцевать, — предложил Кайден в той манере, в которой умел.

Мэри вздохнула и протянула руку. Кайден взял её так осторожно, будто боялся сломать. Они вышли в центр зала, и музыканты заиграли медленный танец.

Он положил руку ей на талию. Она положила ладонь ему на плечо.

— Ты же не будешь наступать мне на ноги? — она с вызовом посмотрела ему в глаза.

— Постараюсь.

Они начали танцевать. Кайден двигался тяжело, неуклюже — танцы и балы явно были не для него. Мэри чувствовала, как всё его тело напряжено.

— Расслабься, ты твёрдый как доска, — сказала она.

— Это комплимент?

Мэри вновь начала краснеть.

— Это просто наблюдение, — отвела взгляд она, смущаясь.

Он посмотрел ей в глаза — и вдруг улыбнулся. Уголки губ поползли вверх, глаза будто стали мягче.

— Ты невыносима, — мотнул он головой.

— Взаимно.

Дальше танец они продолжали молча. Мэри чувствовала его руку на своей талии — широкую и такую горячую.

«Болван, — мысленно обозвала она его. — Неуклюжий болван. Уши торчат, и улыбка у него глупая».

Но руку с его плеча не убрала.

Танец закончился, и кто-то рядом вздохнул. Вздох облегчения?

После танца их окружили гости. Послы, лорды и их жёны — все хотели познакомиться с «прекрасной парой», все улыбались, все желали счастья. Мэри улыбалась в ответ. Она отмечала каждого: этот слишком много пьёт, этот слишком много смотрит на чужих жён, этот — шпион соседнего королевства.

— Вы такая красивая пара, — сложила руки возле губ какая-то дама в розовом. — А как вы познакомились?

— На переговорах, — быстро ответил Кайден.

— Он облил меня вином, — добавила Мэри.

— Я? Я не обливал, это Сена толкнула кувшин, — начал оправдываться Кайден.

Дама в розовом переводила взгляд с одного на другого, не понимая, шутят они или ссорятся.

— Они всегда такие? — поинтересовалась она у Сены, которая стояла рядом с блокнотом.

— Обычно хуже, — сделала глоток вина Сена. — Это ещё цветочки.

Мэри поспешно отошла. Кайден направился к столу с вином, но всё время поглядывал на неё.

Она говорила с послом Верданны — старым лисом с седой бородой и маленькими глазами. Говорила спокойно, уверенно, но Кайден видел: она устала. Плечи чуть опущены, пальцы сжимают бокал сильнее, чем нужно.

«Ей тоже это не нравится, — подумал он. — Балы, люди, притворство».

— Ты смотришь на неё уже пять минут, — Скай подошел с двумя бокалами. — Выпей. Это поможет.

— Мне уже ничего не поможет.

— Тогда пойди и скажи ей что-нибудь. Я же подсказал тебе отличный комплимент.

— Про болота? Мне кажется, это плохая идея.

— Про болота! Женщины любят, когда их сравнивают с природой. Это же поэтично.

Кайден недоверчиво на него посмотрел, сделал глоток вина и направился к Мэри.

— Твои глаза, — протороторил Кайден, останавливаясь рядом с ней.

Она повернулась.

— Что — мои глаза?

— Они... — он запнулся. Слова Ская крутились в голове, но язык не поворачивался их произнести. — Они как два болота, — выпалил он наконец. — Я хочу утонуть.

Тишина.

Даже музыканты перестали играть.

Мэри смотрела на него с выражением, которое он не мог понять: шок, ужас, но и капля восхищения.

— Что? — переспросила она.

— Твои глаза как болота, — повторил Кайден. Ему казалось, что земля уходит из-под ног, но он не мог остановиться. Проклятие? Или просто глупость? — Я хочу утонуть в них.

Сзади кто-то закашлял, кто-то начал смеяться. Сена стояла и записывала всё в блокнот. Скай стоял с гордо поднятой головой.

— Твоя стрижка как у ощипанного цыплёнка, — вспылила Мэри. — И уши торчат, тролль.

— Мои уши не торчат, змеюка.

— Ещё как торчат. И вообще, кто тебя одевал? Ты похож на голодного тролля, которого нарядили на бал.

— Это выбрала моя мама!

— Тогда у неё плохой вкус.

— У неё отличный вкус, болванка!

— Болванка? Серьёзно? Это всё, что ты смог придумать?

— А ты попробуй придумать что-то лучше, змеюка.

— Ты... ты — медведь, который не умеет танцевать.

Они стояли друг напротив друга, злые, и весь зал смотрел на них.

— О, — Сена отрывалась от блокнота. — Кажется, сейчас что-то загорится.

И загорелось.

Ковёр под ногами Кайдена вспыхнул — не сильно, но достаточно, чтобы дамы начали охать и визжать, а мужчины пытались его потушить.

— Ты поджёг ковёр? — указала Мэри рукой на огонь.

— Я не поджигал. Когда мы злимся друг на друга, магия...

— Туши давай, — перебила его Мэри.

Кайден наступил на ковёр ногой. Пламя погасло, но запах гари остался.

В углу зала на полке проснулся дракон-хранитель форта — маленький, размером с кошку. Он чихнул, открыл глаза и посмотрел на дымящийся ковёр.

— Это был мой любимый ковёр, — дракон поднял голову и прошипел обиженным голосом. — Я спал на нём всё это время.

— Извините, — хором сказали Кайден и Мэри.

— Я не принимаю извинения от тех, кто поджигает моё имущество, — дракон как будто начал увеличиваться в размерах.

— Это случайность.

— Случайность? — Дракон начал расправлять крылья, люди начали отходить подальше, как будто должно было что-то произойти. — Я спал на этом ковре двести лет, а вы подожгли его за пять минут.

— Но мы не специально, это проклятье, — выпрямил спину Кайден.

— Специально или нет — это не важно. Он теперь пахнет гарью. Вы вообще представляете, как трудно вывести этот запах горелого из чешуи? Я тут больше не останусь, я улетаю.

— Куда? — спросила Мэри, находясь то ли в шоке, то ли в панике.

— В место, где ковры не жгут, — он фыркнул и взлетел.

Дракон улетел, но прежде облетел зал по кругу с угрожающим видом, бросил последний взгляд на ковёр и вылетел в открытое окно. И уже снаружи донёсся его голос:

— И вообще, платье у тебя отвратительное! Мерцает как дешёвая мишура!

— Он обиделся? — разнеслось эхом по залу.

Лорен и Эльза стояли у стены и смотрели на детей.

— Что мы наделали... — прошептал Лорен.

— Пытались спасти королевства, — Эльза сложила руки на груди. — Кажется, мы их угробим.

После инцидента с ковром и драконом бал быстро закончился, и все разошлись. Кайден и Мэри направились в свои покои.

В коридоре их догнал Скай.

— Ну что, командир? — спросил он с надеждой. — Комплимент сработал? Я же говорил, женщины такое любят.

— Она назвала меня троллем, — мрачно посмотрел на него Кайден.

— И уши у тебя торчат, — добавила Мэри.

— Это успех! — Скай просиял. — Женщины не запоминают тех, кто им безразличен, а ты явно ей запомнился.

Мэри и Кайден одновременно остановились и посмотрели на Ская.

— Скай, пожалуйста, больше не давай идиотских советов, — похлопала Мэри его по плечу с ноткой гнева.

Скай приложил палец к губам и, пятясь, ушёл в сторону кухни. Когда Мэри и Кайден подходили к покоям, они услышали его голос:

— Сена! А можно мне тоже сделать ставку?

Они сделали вид, что не слышали, и вошли в комнату.

— Мы провалили первый бал, — сказал Кайден, стягивая камзол.

— Это ты провалил, — ответила Мэри из темноты. — Я была великолепна.

— Ты назвала меня троллем. При всех.

— Это было в ответ на то, что мои глаза как болота!

— Это был искренний комплимент!

— Искреннее идиотство — не повод для гордости, болван!

— А ты, змеюка, вообще не умеешь принимать комплименты! — Кайден бросил камзол на пол, пуговицы жалобно звякнули.

— Ненавижу тебя! — ответила Мэри.

— Я тебя больше. Спорим? На поцелуй. Проигравший целует выигравшего.

Тишина. Такая тишина, что за стеной было слышно, как возятся слуги и как где-то далеко смеётся Сена.

— Ты... ты что? — Мэри покраснела. Голос дрогнул впервые с их знакомства.

— Шучу, — Кайден отвернулся. — Не бойся. Я не настолько сошёл с ума.

Он лёг на свою половину кровати, отвернулся к стене и натянул одеяло до подбородка.

Мэри стояла и смотрела на его спину. И впервые она заметила у него на шее родинку, видела, как он дышит — неровно и часто. Он не спал, смотрел в стену и, кажется, проклинал себя за то, что сказал.

«Шучу, — прокручивала в голове Мэри. — Сказал, что шутит». Она не видела, как у него выросли усы.

Она легла. Подушка лежала между ними — она не помнила, кто её положил. Может, она. Может, он. Может, подушка сама переползла, устав от их драм.

— Спокойной ночи, тролль, — отвернувшись прошептала Мэри в темноту.

— Спокойной ночи, змеюка, — пряча появившийся пушок прошептал он

Глава 5. План «Развод родителей»

Утром после бала Кайден проснулся первым. Подошёл к зеркалу, прищурился. Усы исчезли. Только лёгкая щетина, как всегда.

Он облегчённо выдохнул.

— Ты чего? — сонно приподнялась Мэри и посмотрела с подозрением.

— Да так, — махнул он рукой. — Просто... ничего.

Он не стал ей говорить, что усы были. И не стал говорить, что «шучу» было ложью. Может, в следующий раз.

Но в глубине души он надеялся, что следующего раза не будет.

Утро после бала было пасмурным и дождливым. Как будто сама природа оплакивала этот вечер.

Мэри сидела на подоконнике в своей комнате, Кайден после пробуждения сразу ушёл. Но она знала, что он где-то рядом — клятва. На улице слуги выносили обгоревший ковёр. Ковёр ещё вчера был бордовым с золотым узором — теперь он чёрный с проплешинами.

Сена сидела в кресле у камина и пила компот. Не спрашивая, налила вторую чашку и пододвинула её для Мэри. Компот хоть и был кислым, но Мэри взяла чашку, потому что руки замёрзли.

— Ты долго собираешься смотреть в окно? — Сена не подняла головы. — Если ты ждёшь, что ковёр оживёт и извинится, то зря. Он мёртв.

— Я не жду ковёр, я думаю.

Сена хмыкнула. Она сидела, подогнув под себя ногу, и читала книгу про травы, из которых можно сделать яд. Мэри видела, как она делает пометки на полях: «смертельно», «очень смертельно», «не смертельно, но больно».

— Вчера ты назвала его троллем, — Сена перернула страницу. — При всех. Он назвал тебя змеёй. Вы подожгли ковёр. Спугнули дракона. Родители в бешенстве.

— Я знаю, — Мэри ещё сильнее поникла.

— И ты всё ещё хочешь отменить помолвку?

Мэри повернулась к подруге. Сена наконец подняла голову. Она смотрела без насмешки, только с вопросом.

— А у меня разве есть выбор? — Мэри положила руки на стол и сжала их в кулак.

— Выбор есть всегда. Можно сбежать или убить его. Или полюбить?

— Я не буду его убивать. И любить я его тоже не буду, — с возмущением вскочила Мэри со стула.

— Сбежим? — подмигнула Сена.

— Клятва не даст...

Сбежать, бросить всё. В голове Мэри это был отличный план, но двадцать пять метров. И как она оставит отца? Страну, которая ждёт от неё мира? И оставить Кайдена одного? Эта мысль почему-то была самой неприятной.

— Не сбежим, — кажется она успокоилась и села обратно. — Но и не сдадимся.

— Тогда что?

— Сделаем так, чтобы родители сами захотели отменить помолвку.

Сена отложила книгу. Она придвинулась поближе.

— Это интересно, — улыбнулась она. — Рассказывай.

В это время в соседней комнате Кайден сидел на кровати. Он смотрел на свои руки и не понимал, что с ним происходит. Он думал не о своём королевстве, а о талии, которую он удерживал вчера в танце. Ткань платья была настолько тонкой, что казалось, он чувствует её кожу, пульс. Или ему всё это показалось? И что это за дурацкая шутка была вечером? Хорошо, что она не заметила усов.

Скай сидел всё это время на стуле и жевал вчерашний хлеб. Хлеб был чёрствым — вчерашняя буханка, которую он стащил с кухни, сказав «на всякий случай». Крошки сыпались на пол и на его колени.

— Ты в порядке? — Скай набивал рот едой, словно ее могли отобрать.

— Нет.

Скай перестал жевать.

— Это из-за ковра или из-за неё? — осторожно спросил он.

— Из-за неё.

Скай медленно положил хлеб на колено.

— О, — он протянул это и почесал голову. — Это плохо?

— Это ужасно. Она — глава шпионской сети. Она... враг, змеюка, которая...

— Которая назвала тебя троллем, — перебил Скай. — При всех.

— И она была права. Я вёл себя как тролль, если не хуже.

Скай удивлённо приподнял бровь. Обычно его брови двигались только при виде красивой девушки.

— Ты только что признал, что женщина права? — сказал он. — Это первый раз в твоей жизни.

— Заткнись.

Скай вздохнул, поднял хлеб с колена и откусил новый кусок.

— Слушай, — продолжая набивать рот. — Ты можешь злиться сколько угодно, но вы всё равно останетесь привязанными. Вам придётся как-то жить вместе. Может, стоит... ну не дружить, но хотя бы не жечь ковры?

— Это был не я. Это всё магия и эта чёртова клятва.

— Вот именно. Вы злитесь — и магия сходит с ума. Вы успокаиваетесь — и магия успокаивается.

— Откуда ты знаешь?

— Сена рассказала.

Кайден медленно повернул голову.

— Ты теперь общаешься с Сеной?

Скай замялся. Он перестал жевать, положил хлеб на колено, потом снова поднял.

— Мы... — не мог собраться с мыслями он. — Мы обсуждаем профессиональные вопросы.

— Какие, например?

— Яды...

— И с каких пор ты интересуешься ядами? — удивлённо изогнул бровь и сложил руки на груди Кайден.

— Я интересуюсь ею.

Кайден смотрел на друга и пытался вспомнить, когда он видел Ская таким смущённым.

— Ты влип, — Кайден покачал головой.

— Знаю. — Скай улыбнулся — той улыбкой, которую Кайден никогда не видел. Не самоуверенной, не насмешливой, а какой-то... растерянной. — Но это приятно.

После утренних откровенностей их ждал завтрак с родителями. Они были мрачнее туч.

Лорен сидел во главе стола и ковырял ложкой кашу. Обычно он ел быстро, с аппетитом, причмокивая и хваля повара. Сегодня он просто водил ложкой по тарелке, оставляя следы в овсянке.

Эльза сидела напротив и сжимала вилку так, будто хотела её сломать. Она не ела — она смотрела на детей.

Мэри и Кайден сидели по разные стороны стола и делали вид, что не замечают друг друга. Мэри смотрела в окно. Кайден — в свою тарелку.