Проклятая кровь

- Я не продаюсь! – гордо заявила Аделина, мгновенно позабыв все те вопросы, что хотелось бы спросить у того, кто закинул ее душу в этот мир. – Ты поприкалываться надо мной пришел?

Старик рассмеялся, легко, заразительно, так что Аделина невольно сама улыбнулась.

- Пока скучновато, но скоро будет интереснее. – ответил Создатель, мгновенно стерев следы веселья с лица. - Сегодня вечером за тобой уже приедут, и ночью отправитесь в столицу. Ночевать они тут не станут. Ни еды, ни конюшни, н приличного ночлега. Так скажут. Несколько дней ты не будешь оставаться одна. Поэтому скажу сейчас. Есть два человека, которые не желают тебе смерти. Один из них – твой отец. Кто второй – поймешь сама, если доверишься интуиции. Не ошибись.

- А почему остальные желают мне смерти? – не могла не спросить Аделина.

- Страх, зависть, ревность, месть. Каждое по отдельности и все вместе. Твоя мать не была ангелом, а ты сама как кость поперек горла многим уже своим фактом существования. Но, так и быть на первых порах помогу тебе. В ближайшие пару месяцев ты не умрешь. Удачи! – на последних словах Создатель хлопнул в ладоши, а после вспышки света, от которой Аделина закрыла глаза, в кресле уже никого не было.

- Вот ведь… обнадежил. – пробормотала Аделина, а в ответ она услышала удаляющийся, тающий в тишине смех. – Шутник, а не Создатель.

Но отклика больше не было. Девушка осталась одна со своими мыслями. Ненадолго.

Глава 4. Путь во дворец

4.1 Поняла, папа

Аделина в задумчивости спустилась к ужину. Слова Зиты о мести не выходили у нее из головы. Но спрашивать нельзя, поэтому отложила куда-то на уровень подкорки очередной вопрос без ответа. Выпила уже холодный отвар. Одна приступать к ужину не хотела, да и приличия того требовали. Как Аделина поняла, анализируя свои знания, доставшиеся от прежней хозяйки тела, ее предшественница не стремилась к светской жизни, просто-напросто боялась людей. И простой народ, и аристократы отчего-то явно ненавидели или боялись Аделину.

Княжна ездила в храм Создателя раз неделю, чтобы продемонстрировать свою лояльность к местной религии, очень редко выезжала за покупками. В гости ее никто не звал, а она тоже никого не приглашала, и из-за нежелания показывать бедность, и чтобы не получать отказы.

Князь вышел к ужину уже в домашней одежде, с ее влажными волосами, заплетенными в косу. Тьяна накрыла на стол. Как обычно, диетическое питание. Вероятно, из-за Аделины, еще не пришедшей в порядок после отравления. Паровые котлеты из говядины, жидкое картофельное пюре на воде. Отвар. Тонкие ломтики черного хлеба с кусочком сливочного масла лежали в тарелке ближе к князю, а значит предназначались ему.

- Как твое состояние? – спросил мужчина дочь.

Аделина пожала плечами.

- Завтра уже можно обычную пищу. Для меня обычную. – сразу поправилась, так как помнила, что ее питание всегда отличалось. Ни жареного, ни жирного, ни соленого, ни сладкого. Изредка раз месяц дозволялось немного нарушить диету, назначенную из-за непроявленного дара.

- Обязательно нужно использовать необходимость особой диеты, чтобы добиться допуска Тьяны на кухню. Если она будет сама готовить и приносить еду, то риск отравления сведем к минимуму. – пояснил отец. Теперь Аделина знала, что зовут его Ричард. «Прямо как Ричард Львиное сердце». – мелькнула у девушки мысль, когда она прочитала надпись под отцовским портретом. То, что князь ее отец, Аделина приняла довольно быстро - родного отца в прежнем мире она практически не знала. А тут заботливый, спокойный, трудолюбивый. Просто мечта, а не отец.

Аделина кивнула. Тьяна ей не нравилась, как и вся семья слуг, но прямой угрозы от нее не чувствовалось, опять же не страдает истериками, как Зита.

- На магшкатулку вечером пришло сообщение. – продолжил разговор князь. – Скорее всего они прибудут сегодня поздним вечером, не останутся на ночлег здесь. Дадут пару часов на сборы, чтобы заночевать на ближайшем постоялом дворе. Поэтому спать не ложись, собери спокойно вещи. Карету должны прислать комфортабельную, ты ведь невеста кронпринца. А вот отношение, скорее всего, станут демонстрировать пренебрежительное, но без откровенных оскорблений и угроз.

Аделина слушала внимательно. Когда отец замолчал, коротко ответила.

- Поняла, папа. – и непроизвольно вздохнула.

- Лина, дыхание придется контролировать, как и слова. Взгляды – тем более. Ты поедешь во дворец, и лучше всего, если у тебя будет всегда ровное хорошее настроение на лице. Так никто не сможет использовать твои эмоции и чувства против тебя. Придется надеть маску показного дружелюбия и спокойствия. И не снимать ее, чтобы не происходило. – продолжил инструктировать Аделину отец.

- Все так плохо? – только и смогла спросить Аделина.

- Это стандартное поведение во дворце. В дороге мы все еще обсудим, но и с гонцами нужно держать лицо. – успокоил князь. Да, действительно, об этом Аделина слышала. Ей как фармацевту в аптеке приходилось обслуживать покупателей, и, пожалуй, навыки этой самой спокойной доброжелательности у нее есть. Да и врачи с ней вели себя также. Знали, что излечиться не получится, что ухудшение состояния может быть в любой момент, но смотрели спокойно, и убеждали, что рано или поздно лечение поможет. Если бы не грибы, отравленные мужем, то она прожила бы еще года два-три, по собственным прогнозам.

- Да, Тьяне я сообщил, что она едет с тобой как горничная. Надеюсь, ты не передумала насчет ее кандидатуры? – поинтересовался князь.

- Если выбирать из них двоих, то выбрала бы Тьяну и сама, без раздумий – ответила Аделина.

На этом ужин закончился.

Аделина поднялась наверх. Звать Зиту сложить вещи она не стала. С той станется и подлость какую сделать напоследок. Уж слишком девушка неуравновешенная.

Платьев было пять. Два теплых, светло-серое и насыщенного фиолетового цвета, и три пригодных для теплой весны и лета, кремовое, и два серых, одно светлее, другое темнее. Скорее всего, Аделина не хотела выделяться, и ее одежда была похожа по цвету на ту, что носят экономки, воспитанницы пансионов и дочери лавочников. Аристократки в девичестве носили светлые оттенки, их одежда была чаще всего голубых, розовых, пастельных цветов.

Подумав, для поездки Аделина выбрала фиолетовое – и теплое, и не маркое, а главное – оно совсем не шло девушке, заметно старило, превращая волосы из платиновых в седые. К времени приезда во дворец платье придет в полную негодность, и выкинуть его не жалко. А вот серые цвета помогут, при необходимости затеряться среди многочисленных слуг, даже если у тех есть унифицированная форма.

Убрала платья, открыла другой отсек шкафа. Пара туфель на выход и одни домашние, ботинки, теплый плащ, накидка, две шали, три шляпки. Выбрала для дороги ботиночки, накидку и шляпку. Остальное в саквояж. Тужа же поместилось и белье – три пары чулок, три пары панталон, три сорочки, пара корсетов. В дорогу она поедет без него, как делали многие девушки.

В дорожный сундучок на дно Аделина положила мешочек с артефактами. Затем туда отправились разные женские штучки, все, что нашлось в комнате, ленты, заколки, украшения, лекарственные препараты, в мешочках и склянках. «Да, косметичка у меня что в том мире, что в этом меньше чем запас лекарств» - хмыкнула про себя Аделина.

Едва успела все рассортировать, как около дома послышался шум копыт. Прибыл «кортеж» невесты кронпринца.

4.2 Депеша Его Сиятельству

Именно «кортеж», а не кортеж. Как выяснилось чуть позже. Бриг, уже находившийся дома, и, несмотря на позднее время, ожидающий прибытия гостей в парадной ливрее, пожалуй, единственной хорошо сохранившейся форме слуг, вышел открыть дверь парадного входа в ответ на требовательный стук молоточка. Был и колокольчик, но им пользовались больше для того, чтобы услышали посетителей во дворе или рядом с домом, на маленьком огороде, в конюшне.

Аделина не спала, прислушиваясь к голосам. Если бы она спустилась на первый этаж, то услышала бы весь разговор, а так пришлось довольствоваться интонациями, явно недовольными у обоих мужчин.

Бриг, открыв дверь увидел возницу, явно дворцового, судя по ливрее, а эмблема на кафтане, которую мужчина с гордостью показал, отведя в сторону полы накидки, окончательно развеяла его сомнения.

- Твоих хозяев ждут в карете через полчаса. – заявил возница с апломбом. Бриг, разменявший шестой десяток лет, слишком хорошо знал какое обращение по статусу положено его господам. Возница вместо лорда в качестве посыльного – оскорбление. Ограничение по времени – пренебрежение. Отсутствие письменного распоряжения и устный приказ более родовитым аристократам – наглость.

- Их Сиятельства карету не заказывали. Вы ошиблись. – вежливо, но отчетливо, чтобы его ответ было слышно недалеко от дома, произнес Бриг, закрывая дверь перед носом возницы. Князь находился в прихожей и слышал все, до единого слова.

Через пару минут снова раздался стук. Более нетерпеливый и сильный. Бриг выждан положенное количество секунд, чтобы показать, что он отходил от двери, и снова ее приоткрыл.

- Депеша Его Сиятельству, князю Воркрафт из дворца. Он должен нас ожидать. – сквозь зубы, нарочито небрежно заявил стоявший на крыльце мужчина, явно аристократ.

- Прошу. – ответил Бриг, открывая дверь для него одного, захлопнув ее перед носом сопровождающим аристократа.

Князь выступил вперед из полумрака прихожей.

- Признаться я услышал шум, и вышел Вас встречать. С кем имею честь?.. – спросил он с намеком вошедшего.

- Лорд Винстон. Примите депешу. – и посланник из дворца протянул скрепленный сургучной печатью конверт.

- Я получил магвестник, можно было обойтись и без депеши. – безэмоционально заметил князь Ричард.

- Ну тогда Вы могли бы придумать отговорку от поездки, или задержать свой отъезд. – усмехнулся аристократ.

Князь не ответил на выпад, сделав вид, что занят депешей. Вскрыв печать, он всмотрелся в текст послания. Выхватил глазами самое важное – в течение двух часов собраться и выдвинуться в столицу, прибыть в королевский дворец для помолвки, а затем бракосочетания с кронпринцем Джеймсоном Межором. Значит договор по-прежнему в силе. Королю по-прежнему нужна проклятая кровь.

4.3 Я не поеду рядом со служанкой!

Князь слегка поклонился посланнику, показывая, что принял волю короля и исполнит ее. Лорд Винстон исполнил ответный поклон, но менее почтительный, чем предписывал этикет – как равному, хотя и находился на несколько ступенек ниже по иерархической лестнице.

Бриг по знаку хозяина пошел поднимать в дорогу свою жену, которая охая и недовольно бунча, стала собирать нехитрую снедь с собой в дорогу. Вещи она собрала еще днем. А князь направился к Аделине, заодно даст рекомендации, как вести себя с наглым лордом. Князь поднялся на второй этаж и постучал в комнату дочери.

- Входи, папа, я не сплю. – ответила Аделина.

Ричард вошел и увидел, что девушка сидит в кресле, скорее задумчивая, чем взволнованная, ее саквояж с одеждой и дорожный сундучок собраны. В комнате практически ничего не осталось – ни книг, унесенных в библиотеку, ни баночек с косметикой и лекарствами на прикроватном столике.

- Ты готова. – констатировал, а не спросил князь. Девушка взглянула на отца и кивнула.

Ричард присел на стул у письменного стола.

- У нас с тобой примерно полтора часа, пока Тьяна складывает вещи и еду в дорогу, прощается с семьей. Неизвестно, когда она вернется. А сейчас нужно кое-что обсудить, касательно поведения посыльного короля. – начал князь разговор, в течение которого дочь, как обычно, больше слушала, чем говорила. Из рассказа отца Аделина поняла, что аристократа, что посмел нагло себя вести, следует поставить на место, без грубости, хамства или повышения голоса. Иначе тот, приехав во дворец будет описывать княжну как слабовольную куклу, легко поддающуюся влиянию и давлению. А тогда Аделине придется еще хуже, чем ожидается, так как все начнут пытаться на нее давить, манипулировать или того хуже, угрожать. Нужно дать отпор, но так, чтобы это соответствовало нормам этикета, а желательно на него и ссылаться. Девушка согласно кивала. Такая роль ей импонировала.

Удовлетворенный беседой отец ушел к себе в комнату, чтобы быстро переодеться в дорогу. Его вещи тоже были собраны, но нужно было встретить в домашней одежде – показать расслабленность и спокойствие, а не нетерпеливое ожидание и тревогу.

Бриг спустил вещи вниз, донес до кареты, имеющей большое багажное отделение. Правда, как выяснилось оно было на две трети занято чемоданами лорда Винстона. Опытного слугу это не смутило. В присутствии своего хозяина он неторопливо начал вынимать вещи из кареты, чтобы освободить место для саквояжей и дорожных сундуков хозяев.

Лорд Винстон подскочил было к карете, чтобы возмутиться самоуправством слуги, однако князь Ричард быстро остудил его пыл.

- Его Величество сообщил, что пришлет карету в наше полное распоряжение. Другой кареты я здесь не вижу. – сказал он спокойно глядя в лицо лорда. Поспорить с этим было нельзя. Кроме кареты имелась в «кортеже» повозка, с палатками и походным скарбом стражников, куда лорд Винстон и переложил свои чемоданы едва ли не пыхтя со злости. Князь сделал вид, что не замечает недовольства. Когда вещи погрузили, из дома вышла Аделина в фиолетовом платье с накидкой, скрывавшей вышедший пару лет назад из моды фасон. Девушка села в карету, вслед за ней неожиданно проворно туда забралась Тьяна, взятая с собой на роль гувернантки. Третьим в карете оказался князь, расположившийся на мягком сиденье рядом с дочерью.

Лорд Винстон, закончив укладку своих вещей, вернулся к карете, открыл дверцу и застыл. Свободно было лишь одно место, рядом со служанкой. Аристократ скривился, не скрывая на этот раз своих эмоций.

- Я не поеду рядом со служанкой! – воскликнул он возмущенно.

- Извольте. – пожал плечами князь.

- Ваше Сиятельство, не могли бы мы поменяться местами? – спросил лорд Винстон, красноречиво глядя на Тьяну.

- Вы в своем уме? Я не могу посадить Вас рядом с дочерью. Это неприлично. - ответил князь и лорду Винстону не осталось ничего, кроме как закрыть дверцу. Он так растерялся, что не сообразил – гувернантка может сидеть рядом с княжной, а он, напротив, соседствовать с князем. Но после бала поздно разучивать танцы, и ему пришлось сесть верхом на одну из запасных лошадей.

Проехав часа три остановились на постоялом дворе, где князь занял два номера, для него и женщин, раз корона оплачивает поездку, то выбрал лучшие, снова «щелкнув по носу» сопровождавшего их в поездке аристократа. Совесть его не мучила – Межоры отобрали у Воркрафтов целое княжество, выделив для проживания дом с клочком земли, лишили всех накопленных богатств и по сути уничтожили род Воркрафтов.

4.4. Дерси, выплюнь каку!

Утром Аделину разбудил стук в дверь. Один из сопровождающих в поездке стражников сообщил, что завтракать будут в общем зале, чтобы синхронизировать, на этом слове мужчина споткнулся, их по времени. Тьяна уже встала, приготовила платье – немного почистила ночью, а теперь попыталась разгладить, достала гребень и ленты для косы. То, что служанка без спроса лазила в дорожный сундучок княжны, напрягло, но выражать вслух свое неудовольствие Аделина не стала. Может у них так принято…

На удивление хорошо выспалась. В соседнем номере справа ночевал князь, а слева – тихая скромная дама с собачкой, которая уговаривала питомицу не шуметь, как только та начинала поскуливать или даже лаять.

На завтрак отправились спустя пятнадцать минут – ровно столько понадобилось времени, чтобы привести себя в порядок. В пути не принято наносить макияж, а сложная прическа приведет к головной боли и спутанным волосам, поэтому обычно обходились простой косой.

Аделина сделала всего пару шагов от двери по коридору в направлении к лестнице, ведущей в обеденный зал, как столкнулась с соседкой. А точнее, с ее собачкой.

Крупная, черно-белая, похожая на таксу по фигуре, собака, увидев девушку зарычала и внезапно прыгнула, вцепившись в тонкую кисть княжны. Девушка вскрикнула от неожиданности и боли, сжалась в комок. В коридор из номера вылетела хозяйка собаки в темно-синем дорожном платье и недоделанной прической. Аделина ожидала помощи и извинений.

- Ох, милая, моя Дерси Вас не напугала? – раздался раздосадованный голосок, затем дама вгляделась в княжну, и ее голос сменился на визгливый злобный фальцет. – Дерси, выплюнь каку! Она ядовитая!

Все это время собака висела, вцепившись в руку, и никто не сделал и шагу, чтобы помочь девушке. Услышав слова «выплюнь каку», Дерси выполнила приказ хозяйки, явно продиктованный заботой о собаке, а не молодой девушке. Аделина подняла взгляд на соседку по постоялому двору. Ее поразила смесь злобы, страха и открытого отвращения в глазах женщины, сейчас крепко сжимавшей свою собаку и успокоительно поглаживающий свою питомицу по голове и спинке.

-Что здесь происходит? – прогремел возмущенный голос князя, появившегося в коридоре. Дама с собачкой поджала губы и молча нырнула к себе в номер. Стражник, находившийся в коридоре переминался с ноги на ногу, опасаясь говорить без прямого приказа. Тьяна топталась за спиной своей госпожи.

- Меня укусила комнатная собачка. – коротко произнесла Аделина, морщась от боли.

- Немедленно обработать. – распорядился князь, глядя на Тьяну. Та понятливо кивнула и стала отпирать запертую минуту назад дверь.

Тьяна промыла рану и забинтовала ее куском старой сорочки княжны. Бинтов в их классическом виде Аделина здесь не видела. Использовали для перевязок старое постельное белье да сорочки.

Когда княжна спустилась в сопровождении служанки и стражника на завтрак, большинство уже успели поесть. На нее устремились осуждающие взгляды, как будто она покусала собачку, а не та девушку. Хотя аппетита не было, Аделина молча проглотила все, что ей положили в тарелку – омлет с беконом, выпила стакан морса из общего кувшина, стоявшего на их столе. Как пояснил отец, в дороге есть и пить предназначенное стражникам безопасно. Владельцев постоялых дворов ждет смертная казнь после жестоких пыток за преступление против короны – так трактовалось отравление или причинение смерти другими способами в отношении стражников. К тому же, нужны силы, во дворце станет гораздо опаснее – и еда, и питье, и сама жизнь.

На удивление, рана перестала чувствоваться быстро. Физически быстро. А вот морально этот случай произвел гнетущее впечатление. Совершенно неизвестная женщина боялась за свою собаку, считая плоть княжны ядовитой. Да еще такая концентрация злобы во взгляде…

4.5. Много чего болтают

Лорд Винстон, увидев перевязанную руку княжны побледнел, не от подумал о наказании королем за то, что недосмотрел, не то боялся открытой раны у «проклятой крови». В итоге в карету сесть не порывался, предпочел ехать верхом, как и до конца пути.

В обед устроили небольшую остановку, дав передохнуть лошадям, перекусили сами. Варили какую-то кашу, мелкую крупу закинули в горячую воду и минут через двадцать уже раздали в маленьких котелках каждому свою порцию. Каша была незнакома на вкус, напоминала булгур, хорошо утоляла голод. Аделина поймала себя на мысли, что питается в дороге без капризов тем, что дают и будет трудно объяснить, зачем ей нужно готовить индивидуально во дворце.

На ночлег остановились уже когда ночь вступила в свои права. Прохладный воздух способствовал тому, что конечности начали мерзнуть при длительном неизменном положении тела. Поэтому князь попросил устроить теплую ванну для дочери. Хозяин постоялого дворца кивнул и подготовил ванну для всех аристократов кортежа, которых он выхватил моментально своим наметанным глазом. Ночью Аделина снова спала без снов и крепко. Это была ее последняя ночь перед прибытием во дворец.

На этот раз кортеж занял отдельны флигель, и там не было никого посторонних, ни дам с собачками, ни кавалеров. На утро всех ждал сытный завтрак в общем зале. Постоялый двор был большим, популярным среди путешественников и торговцев, и кроме кортежа, сопровождавшего невесту кронпринца, в зале находились другие постояльцы.

Аделина ела молча, аккуратно орудуя ножом с вилкой, этой премудрости она научилась быстро благодаря памяти тела. Нужно всего лишь взять столовые приборы в руки не думая, не размышляя. Прежняя Аделина хорошо владела самыми непонятными вилочками и ножами, чем нынешняя и пользовалась.

Девушка не вслушивалась в разговоры вокруг, пока за соседним столиком не вспомнили кронпринца.

- Говорят, Его Высочество страдает от предстоящей разлуки со своей возлюбленной…- начал было говорить стройный тонкий юноша, походивший на девицу манерой говорить. «А может и девица, просто переодетая» - подумала княжна.

- Может страдает, да не от разлуки. – выдвинул версию его собеседник, мужчина постарше с масляным взглядом, - а от того, что ее покои теперь в другом крыле будут. Неприлично рядом селить жену да любовницу.

- Фу… как можно. – возмутился юноша. – И потом баронесса настоящая красавица, не то что эта страхолюдина.

- А ты откуда знаешь? Ее не видел никто. А чудовище внутри может и смазливым личиком обладать. Мать ее, говорят, красоткой была. – намекнул на свою осведомленность мужчина.

- А еще что говорят? – жадно засветились глаза юноши.

- Много чего болтают. Дар не раскрыт, казна княжеская пуста, живет приживалкой…Так что баронессе явно уступает. По всем фронтам. – обрисовал ситуацию мужчина постарше.

Аделина, постаралась незаметно их разглядеть. Похожи на торговцев. Или дядя с племянницей, или еще какой родственник, взявший на обучение родню. Не отец и сын явно. Одеты прилично, вероятно на столичный манер.

- А если принц откажется жениться? На проклятой крови… - задал животрепещущий для Аделины вопрос юноша.

- Женится. У них договор, не откажется. Проще овдоветь, чем отказаться от брака, у королей так… - насмешливо протянул мужчина.

- Хорошо, что у нас не так – произнес юноша, глядя в лицо собеседнику. Тот отчетливо ухмыльнулся.

- Конечно у нас не так. У нас исключительно по взаимному согласию. – мужчина постарался добавить в свой голос мурчащих ноток.

В это время в обеденный зал ввалились пятеро мужчин. Они запыхались, вероятно от быстрой скачки. Впереди стоял главный, седобородый, в ладном дорогом кафтане, облегающем мощную, хоть и чуть полноватую фигуру. Напряженно стал обводить взглядом сидевших. Четверо прибывших с ним разделились на пары, и разместились на выходе из здания наружу и около лестницы, ведущей на второй этаж.

Седобородый знаком подозвал разносчика еды, что-то шепнул ему на ухо, тот понятливо кивнул и метнулся к служебным помещениям, откуда буквально через минуту выплыла внушительная фигура хозяина.

В этот самый момент собеседники, за которыми наблюдала Аделина, наконец-то обратили внимание на вошедших. Юноша, чуть было не вскрикнул, закрыл себе рот ладонями. Теперь стало окончательно понятно, что это девица, переодетая в подростка. Седобородый мгновенно заметил эту реакцию и махнул тем двоим молодцам, что были рядом с ним.

На глазах княжны сподручные седобородого подскочили к мужчине, выдернули его из-за стола, скрутили руки.

Переодетая в юношу девушка вскочила со скамьи сама.

- Что вы делаете?! Отпустите его немедленно! Это я…я его уговорила бежать, он совсем не причем! – молитвенно сложив руки на груди обратилась она сначала к удерживающим ее жениха, или кем он там ей приходится, а затем кинулась к седобородому, так и стоявшему на входе.

- Отец! Отпусти его! Он не причем! – кричала девушка в истерике. Короткая, хлесткая пощечина прекратила крик. Девушка всхлипнула, но замолчала.

- Не позорь меня. Марш к повозке. И радуйся, если не произошло непоправимое. – жестко ответил отец, и вышел вслед за дочерью, подхватив ее довольно бережно под локоть. Последнее обстоятельство успокоило Аделину. Отец переволновался за сбежавшую из дома дочь, но вряд ли будет с ней жесток. Вывели ее «жениха». Теперь было понятно, что это не родственники. Еще двое парней успели сходить наверх за вещами уведенных.

Один из стражников, видя любопытство Аделины, решил поделиться информацией.

- Мы ее вечером еще «срисовали». Девчонка явно сбежала из дома. Доплатили, чтобы поселили их в разных комнатах хозяину, понятное дело, что искать уже бросились и к утру найдут по-любому. Деньги только у нее, а него судя по распискам в карманах только долги. Вскружил голову глупой девчонке. Сейчас папаша девчонки денег даст, тот откажется от девчонки. Она погорюет, да выйдет замуж за надежного человека, а не этого хлыща. Так что пара серебряных за еще одну комнату на постоялом дворе, и девичья честь осталась при ней. – обрисовал ситуацию стражник, а затем оглянувшись на лорда Винстона, разговаривающего у лестницы с князем Ричардом, добавил. – пора нам, поторопитесь, княжна.