Проклятая кровь

Светлана Забегалина

Проклятая кровь

Пролог

«Проклятая кровь вновь убивает!», «Княжна проклятой крови убийца, как и ее мать!», «Баронесса Блэкгард погибла! Кто будет следующей жертвой?!»

Крики мальчишек за окном, продающих свежие газеты резали по нервам, заставляли задыхаться от страха. Рука машинально тянулась к вороту платья, чтобы ослабить его. Расстегнуть хотя бы пару мелких пуговичек, а лучше весь ворот. Но нельзя. Нужно соблюдать этикет, выглядеть благородной барышней. Более того, она теперь представительница высшей аристократии, княжна. Пусть и «княжна проклятой крови». Чтобы справиться с приступами удушающего страха подошла к окну и закрыла глаза. Вдох-выдох. Еще вдох-выдох.

Ее не убьют. По крайней мере пока в комнате находится пара стражников кронпринца, ее жениха. Ему ее смерть невыгодна, хотя это не означает, но не более того. Не выгодна. А вот желают ей смерти похоже все. И лишь ей самой, княжне Аделина Воркрафт, а в прошлом Аделине Беловой хотелось жить.

Глава 1. Прошлая жизнь

1.1 Аделина болела

Сколько себя помнила, Аделина болела. В больничных палатах, в очередях к врачам, сначала детским, а потом взрослых, прошла едва ли не половина ее жизни. Сколько литров крови у нее взяли за ее двадцать три года жизни она вряд ли смогла бы подсчитать. Как и количество утешительных слов врачей и медперсонала. Аделиной девочку назвала мама, в честь своей покойной матери. Отец из семьи ушел быстро. Как только узнал, что дочь родилась с врожденным заболеванием крови, слабенькой, нуждается в постоянном лечении. Что может не дожить до совершеннолетия.

Именно тогда, со слов матери, произошла первая и последняя семейная ссора. О ней мама Аделины говорить не любила. Вообще не желала вспоминать бывшего мужа. Он обвинил в болезни дочери жену, хотя заболевание передалось от него. Когда жена, не выдержав, указала ему на последнее обстоятельство, то мужчина вспыхнул со злости, и заявил, что не для того он искал абсолютно здоровую жену, чтобы ему больных детей рожали. А раз дочь больная, значит жена плохо старалась. И вообще могла бы не рожать больную, или в роддоме оставить, написать отказную.

Мама Аделины, Тамара Павловна, промолчала, лишь стала складывать вещи мужа к порогу. Он ушел. Не в этот день, через несколько, когда нашел где жить.

На развод Тамара Павловна не подала. Бывший муж не приходил, не звонил, в общем никак не мешал жить. Но и не помогал никак. Городок, в котором жила семья Аделины был маленький, и вскоре сердобольные соседки донесли сплетни о бывшем муже. Он, красавец-мужчина, умеющий расположить к себе любого, переехал жить к другой женщине. Пробовал там получить здорового ребенка. Потом два-три раза менял женщин, своего, однако, не добился. Больше детей у него не было. Или выкидыши, или не беременели его женщины. К жене попробовал вернуться, когда Аделаиде исполнилось лет десять. Однако Тамара Петровна не пустила на порог, и более того, подала на развод.

Отца Аделина помнила смутно. Тогда, в свои десять лет, она оставалась болезненным ребенком, с частыми простудами, температурой, головокружениями. Любая ранка могла стать смертельной раной – кровь сворачивалась трудно, лишь под действием препаратов.

Ничего удивительного, что девочка школу посещала редко, находясь на индивидуальном обучении. Много, запоем читала, поглощая с интересом знания о географии и истории, медицине, биологии. Росла тихим, замкнутым и очень любознательным ребенком.

Когда Аделаиде было двадцать, случилось несчастье. Сердечный приступ у матери. Потом он повторился. Сердце не выдержало многолетних переживаний за дочь, и Тамара Петровна за день до дня рождения дочери умерла. Аделаиде исполнилось двадцать два. На тот момент девушка выучилась на фармацевта, и работала в близлежащей аптеке, составляя рецептурные лекарства. Схоронив мать угодила с обострением из-за стресса в больницу. Там она и познакомилась со Стасом.

1.2. Волонтер

Он присел рядом с ней на диванчик в коридоре, когда девушка присела, чтобы переждать головокружение.

- Вам плохо? – с участием произнес парень, - давайте я помогу. Куда Вас проводить?

Аделина подняла глаза на говорившего. Парень вполне симпатичный, кареглазый брюнет, с небольшой, как она знала, модной бородкой. Одет вполне прилично, джинсы, голубая рубашка, поверх белый застегнутый халат. Обувь явно «вторая». Кто-то из медперсонала, вероятно новенький. Было настолько одиноко, что решила не отказываться ни от помощи, ни от собеседника.

- Немного. В столовую. – ответила коротко.

Парень встал, аккуратно помог подняться Аделине.

- Обопритесь на меня. Не смущайтесь. Я волонтер. Зовут Стас. А Вас? – парень оказался разговорчивым, располагал к себе.

- Аделина. Я…я болею здесь. – нашлась как ответить девушка. Парень в ответ улыбнулся, показывая, что оценил юмор.

Потом Стас проводил Аделину до палаты. Так и повелось. Иногда Аделина видела его помогающим другим, но Стас всегда старался подгадать так, чтобы проводить Аделину до столовой. Попутно ненавязчиво расспрашивал. Тогда девушка не заметила, как Стас обрадовался, узнав, что она практически сирота, осталась одна в квартире после смерти матери. И да, квартира перешла по наследству именно Аделине, других наследников нет. Потом, когда Аделину выписывали, предложил проводить до дома. Сбегал в магазин за продуктами. Засиделся до глубокого вечера. Попросился переночевать, мол в общежитие уже не пустят. Стас вел себя очень галантно, не приставал, не делал пошлых намеков, довольствовался диваном в комнате, где раньше жила мать. Аделине было страшно и одиноко оставаться одной.

Через неделю Стас сделал Аделине предложение.

В тот день он пришел смущенный, с вялым букетом в руках. И признался, что соседки сплетничают о девушке, которая едва схоронив мать привела домой «хахоля», а казалась такой приличной. И он мол не может, как порядочный человек, пусть у них и нет никаких кроме дружеских отношений, «портить девушке репутацию».

Аделина расплакалась, подумав, что Стас бросит приходить, а парень кинулся ее успокаивать, мол он наоборот, решил жениться на такой светлой девушке, и будет всегда рядом. Подали заявление в ЗАГС, потом тихо расписались. У Аделины подруг не было. Коллеги по работе жалели болезненную девушку, но в компанию погулять или отметить какой-либо событие не звали. Сокурсницы тоже с постоянно болеющей девушкой не сдружились. Родни не было. Не отца же искать, ему жизнь единственной, но больной дочери не интересна. Стас сказал, что его родители очень далеко, и друзья там же, мол навестят их потом, и устроят еще одну свадьбу дома. Отметили свадьбу вдвоем, устроив ужин при свечах.

1.3. Грибы

Надо отметить, что родителей Стаса Аделина так и не увидела. Муж объяснил это тем, что здоровье не позволяет приехать. Ну а Аделина тоже не может поехать к ним – у нее тоже здоровье. В общем, ограничились звонками по телефону по поводу праздников. Настаивать на знакомстве и поездке девушка не стала – не захотелось ссориться с любимым.

В тот день Аделина захотела грибов, жареных. Сильно захотела. Позвонила мужу. Тот выслушал, но сказал, что самые свежие грибы на рынке, у частников, лучше сама пусть сходит и выберет, какие нравятся.

После работы Аделина зашла на местный рынок и купила маленькое ведерко опят. Пока мыла и чистила, пришел Стас.

- Ты будешь жареные грибы? С картошечкой. Вот, отварила. – спросила Аделина, накладывая себе тарелку.

- Нет, милая. Я грибы последнее время не ем. Я только картошечку. – ответил муж, чмокая в щечку. Он вообще редко по отношению к жене заходил дальше простых объятий и легких «чмоков». Но Аделаида считала, что муж просто ее бережет и не настаивает на близости.

- Ну вот… А я старалась. – обиделась Аделина.

- Кушай сама. И ложись сразу спать, а то неважно выглядишь. Я пока постелю. – ответил Стас, он быстро расправился с картошкой и вышел из кухни.

Вкус грибов показался немного странным. «Может давно не ела их?» - подумала Аделина. Но выбрасывать было жалко. Столько потратила времени, да и старичок на рынке говорил, что грибы свежие и сам перебрал каждый грибочек.

Поела. Поставила чайник на плиту. Стас, наверное, устал, и сразу лег спать. И вот тут затошнило. Резкая боль в животе.

- Стас! – позвала мужа. Но голос подвел. Он итак был тихий, а тут хрип а не голос. Встала. Решила дойти сама до туалета, вызвать рвоту. Аделина изучала в колледже признаки отравления, в том числе грибами. И они были налицо.

- Стас! – снова позвала мужа. Не откликнулся. В этот момент закружилась голова, не удержалась на ногах, упала. Дальше темнота.

1.4. Выбор

Неизвестно сколько прошло времени, но Аделина услышала мужской голос. Голос Стаса. Обрадовалась, хотела откликнуться. Но поняла, что не может говорить. Только слышит. Но вместо переживаний о любимой жене, каковой она себя считала, услышала радостный монолог … вдовца.

- Наконец-то избавился от этой дуры. Скорая сейчас приедет, констатирует смерть. Обрадую Маришку. А то она о детях задумывается, а тут жена болезная никак не околеет. Думал, что после смерти матери долго не протянет, но почти два года пришлось маяться. Если бы не грибы, то еще бы неизвестно сколько.

Аделина хотела возмутиться, ударить по щеке лицемера, но только ее рука не ударила. Она лишь поднялась вверх и увидела свое тело, лежащее на полу, и мужа, в домашних трико и футболке. Он взлохматил волосы, тер себе глаза, видно стараясь изобразить боль утраты на лице. А попутно говорил, рассказывал уже умершей жене, как он ее презирал и притворялся любящим. Как метнулся на машине в обед в лесок, и набрал ложных опят. Как угадал, что опят его женушка и купит. Как его Маришка оперативно приготовила яд. И как он, такой продуманный, не просто добавил яд в жарящиеся грибы, но и пару грибочков подкинул в сковороду. Размельченных, конечно.

Стас говорил, говорил, а Аделина слушала и слушала. Она могла только слушать. И думать, какой и правда она дурой была, что полюбила такого подлеца, что не заметила другой женщины в его жизни. Маришку знала, видела, но считала дальней родственницей Стаса, мол поэтому ездит к ней помогать – то полку повесить, то починить кран. И приезжал Стас всегда довольный, сытый, бахвалился какой он умелец. А дома не чинил, сантехника вызывал, мол в таких смесителях не разбирается.

«Дура я! Дура!» - хотелось кричать Аделине. В то самое время, как она видела приехавшую бригаду врачей, и врача, с грустью разводящего руки. Видела полицейских, вызванных врачом скорой помощи. Видела, как ее тело уносят куда-то для вскрытия. Хотя известно куда – в морг. За мертвым телом лететь не хотелось. Как и слушать показания мужа, «убитого горем».

«Да чтоб тебе бумерангом вернулась твоя подлость!» - подумала Аделина в сердцах. Хотя было ли у нее сейчас это самое сердце? Размышления прервал голос.

- Вот и молодец. Вот и умничка! – голос был откуда-то со спины, но из квартиры, а из какого-то другого пространства. – Вернется бумерангом, как ты и хочешь. А сейчас у меня есть серьезное предложение к тебе, Аделина.

Аделина мысленно развернулась на сто восемьдесят градусов. Перед ней висел в воздухе глубокий старец, хотя никаких морщин и дряхлости в нем не было. Ощущался как очень древний, да и одеяние наподобие римской тоги наводило на такие мысли.

- Ты хочешь навсегда остаться здесь, призраком? - спросил старец равнодушным голосом.

- Нет конечно! – ответить вслух получилось, но только ему.

- Тогда бросай любоваться на этот мир, будем готовиться к другому. – скомандовал старец, уже отворачиваясь от вида квартиры Аделины вместе со всеми, кто там сейчас находился.

- А что будет со Стасом? Неужели он не поплатится за мое убийство? И будет жить в моей квартире со своей Маришкой? – возмущенно спросила Аделина.

- Адочка, Солнышко, это уже не должно тебя интересовать. Но чтобы в следующей жизни ты не вспоминала об этой глупости, то изволь. Маришкин любовник прирежет Стаса в подворотне меньше чем через год. Она станет хозяйкой здесь ненадолго, потом выпьет лишнего и разоткровенничается в баре, по странной случайности оперуполномоченным уголовного розыска. Тот внимательно выслушает и даже запишет весь разговор. За раскрытый «висяк» по убийству в подворотне получит повышение. Ну в общем через пару лет здесь будет жить молодая семейная пара, выпускники интерната для глухонемых. Вполне приличные и тихие люди. – поделился старец знанием будущего с Аделиной, а затем перевел тему. – Все. Теперь давай о том, что тебя ждет.

Аделина постаралась принять заинтересованный вид. Рассказ старца ее вполне удовлетворил.

-Итак, Лина, у тебя есть выбор. Перерождение или переселение души в другой мир. В первом случае ты исчезнешь, и новая душа вселится в какого-нибудь младенца. Во втором – твоя душа, вместе с памятью, знаниями и умениями попадет в тело молодой девушки. Немного младше тебя. Что выбираешь? – старец посмотрел на Аделину, внешне не сомневаясь в ответе.

- То есть новое тело? А та, прежняя душа куда денется? И можно мне ее память, чтобы не выглядеть сумасшедшей или, по крайней мере странной? – решила уточнить Аделина.

- Прежняя душа умрет. Память ее оставить нельзя, переносится вместе с сознанием. Оставлять пробовал, но, как у вас говорят, развивается раздвоение личности. Пусть лучше амнезия будет. Да и яд сильный, запросто амнезию вызывает, если выжить. – неторопливо разъяснял старец. А может и Бог.

- А Вы кто? Бог? Вы убьете ту девушку? Но за что? Почему тогда моя душа переселится, если она может выжить после яда? И кто и зачем ее отравит? Вы что, сейчас ждете, когда она умрет, подселите меня в нее и все? – сыпала вопросами Аделина.

- Вот раньше надо было такой любознательной быть. Глядишь, прожила бы подольше – усмехнулся старец. – Создатель я. Ее все равно отравят, и у нее нет никаких шансов остаться в этом теле дольше нескольких дней. Так что, чтобы два раза ее душой не заниматься, я сразу ее на перерождение отправлю, а твою душу в ее тело. И да, жду, сейчас она как раз яд пьет. Из привычного для тебя – тело слабое, возраст опять же, схожая внешность. Из бонусов – аристократка, можно полностью выздороветь, если укреплять тело и заниматься магией. Из минусов – почти все хотят ее смерти, так что тебе придется постараться, тщательно следить за тем, что ешь, и что пьешь. Твои знания фармацевтики могут серьезно помочь, растения, лекарственные вещества и яды, конечно, отличаются от привычных тебе, но принцип схож. А главное – изучай магию, ищи союзников, развивай интуицию. Ну все, тебе пора! – и с этими словами старец внезапно дунул в сторону Аделины и она вновь попала в темноту.

Глава 2. «Старая история» в новом мире

2.1 Лекаря же обязательно надо!

Темнота. Ничто. Потом пришли ощущения. Те самые, что были перед смертью. Тошнота, рези в животе, головокружение…в общем полный набор отравления. Аделина даже было подумала, что осталась жива, и слова Стаса, медики, старец ей привиделись. Но распахнув глаза поняла, что она явно не у себя в квартире. Хотя перед глазами по-прежнему плыло, и отчетливо разобрать окружающую обстановку Аделина не могла, да и боль не давала сосредоточиться ни на чем.

Попробовала позвать на помощь.

- Помогите! Кто-нибудь! – голос был, слабый, но болезненный крик, вырвавшийся против воли, привлек внимание. Послышался звук шагов, открываемой двери.

- Ваше Сиятельство! Да как же так, миленькая Вы наша! – запричитал голос пожилой женщины. – Сейчас-сейчас, лекаря вызовем! Папеньку Вашего оповестить нужно!

Аделина поморщилась от громкого голоса. Прикинув, что лекаря может и не дождаться, решила действовать пока сама.

- Воду несите пить, много воды, и ведро какое или таз, что не жалко. – тихо, но твердо распорядилась Аделина.

- А лекаря? Лекаря же обязательно надо! – вновь запричитала старая женщина.

«И как только выжить при такой скорости медицинской помощи…» - невольно подумала Аделина, а вслух повторила – И лекаря, но прежде воду и таз.

Сама дойти она сейчас бы не смогла до отхожего места, да и быстрее так. Дверь снова отворилась, легкие шаги. «Ребенок» - решила Аделина. Она лежала на чем-то мягком, скорее всего в кровати, и поднимать голову было слишком тяжело.

- Слышала, что Ее Сиятельство приказала? Живо за водой и тазом. – распорядилась, видимо служанка, своей помощнице, или ребенку, и прикрыла дверь, так и не зайдя в комнату.

Через пару минут перед лицом Аделины, успевшей повернуться на бок и сдвинувшейся к краю кровати, склонилась молоденькая девушка, практически ребенок. Лет четырнадцать на вид. Усыпанный веснушками курносый нос и щеки, испуганный взгляд желто-карих глаз.

- Вот, ваше Сиятельство, вода. – протянула девушка стакан с водой.

Ангелина огляделась как могла. Кувшин стоял на прикроватном столике, значит воды достаточно.

- Таз? - одними губами спросила Аделина.

Девчонка сначала махнула рукой, указывая, потом ойкнула.

-Туточки, рядом с кроватью. – ответила молоденькая девушка, судя по одежде служанка. Темное платье, белый передник, все не новое, но чистое.

Потом в голове помутилось, накатила тошнота. Тазик принесли вовремя. Желудок вывернуло наизнанку. Выпила два стакана воды. Снова вывернуло, но зато полегчало. Слабость никуда не делась, но боль отступила. На всякий случай Аделина выпила еще воды. Хуже от чистой воды не станет. Села на кровать, служанка заботливо подложила подушки под спину и Аделина прислонилась к изголовью. Она не знала где она, как ее зовут, как зовут служанку, да вообще ничего не знала, кроме того, что она теперь «Ее сиятельство».

Судя по комнате – здесь когда-то дизайнер очень постарался отобразить высокое происхождение хозяев и их богатство. Лепнина на потолке еще отливала позолотой, но вот ручки двери, как и подлокотники кресла, стоявшего в углу, явно пообтерлись, обивка дорогая, но затертая временем. На ковре, лежавшем рядом с кроватью – проплешины, портьеры выцвели. Говорить Аделина опасалась, чтобы не выдать себя, попаданку. Тут каждая минута на счету для сбора информации, пусть и вот такого, пассивного.

Когда новоявленное «Ее сиятельство» рассмотрело и запомнило обстановку собственной спальни, и уже тишина начала напрягать, за дверью послышался шум шагов нескольких человек. После короткого стука, не дожидаясь приглашения, дверь распахнулась и вошли трое.

Впереди шел явно хозяин дома. Среднего роста почти полностью седой мужчина в потертом, когда-то дорогом темно-коричневом сюртуке, брюках в тон и мягких сапожках, внимательно вглядывался в лицо сидевшей на кровати девушки. «Отец» - поняла Аделина.

- Как ты доченька? Прости, что пришел не сразу, нужно было…- тут он замялся, видно смущаясь говорить при посторонних, - в общем не мог сразу подойти. «Сам бегал за целителем, чтобы быстрее» - поняла Аделина, слишком уж запыхавшийся вид был у «отца».

- Ничего. Все хорошо. – едва слышно ответила Аделина.

- Ваше сиятельство, я осмотрю пациентку. И выпишу рецепт. – напомнил о себе лекарь, ставя чемоданчик на прикроватный столик, отчего Аделина непроизвольно поморщилась. Рядом стоял стул, явно больше подходящий для этих целей. Хозяин дома кивнул, и лекарь достал из чемоданчика слуховую трубку.

- У меня отравление, и судя по симптоматике, кризис миновал. – произнесла Аделина, с недоверием глядя на лекаря с его слуховой трубкой.

- Вот оно что! – вдруг обрадовался лекарь. Хотя почему вдруг… Диагноз сам пациент поставил, а значит остается только выписать рецептик, да отправить за лекарством в собственную лавку. Ловко достав бумажку из бокового кармашка внутри чемоданчика, лекарь принялся царапать огрызком карандаша какие-то каракули, вероятно, рецепт.

Аделина молчала. «Отец» хмурился. Третьим из вошедших оказалась старая служанка, отославшая молоденькую конопатую девушку, помогавшую до этого, из комнаты Аделины.

Лекарь поднялся и застыл, в ожидании глядя на седого мужчину.

- Ах да, простите, господин лекарь, вот Ваша плата. – на этих словах на прикроватный столик легли две серебряных монетки.

- Благодарствуем! – бодро отозвался лекарь, отряхнул свой сюртук, ничуть не смущаясь пациентки, и быстро засобирался на выход. – Рецептик не потеряйте! А, впрочем, можете и без него, скажете в лавке, что от отравления и горячки.

Лекарь бодро вышел, проводить его пошла старая служанка. «Отец» остался возле Аделины.

- С тобой что-то не-то, как будто на чужого смотришь – заметил мужчина, вглядываясь в лицо дочери.

- Память, папенька, потеряла. Не совсем, не всю. Но вот как будто незнакомы все. А может и еще чего не помню. – произнесла Аделина, а затем добавила, будто бы оправдываясь. - При отравлении так бывает.

- Знаю, Аделина. – плечи мужчины опустились вниз. Он присел на стул рядом с кроватью, протянул к ней руку. – Позволишь?

Девушка кивнула. От отца своего нового тела никакой угрозы не чувствовалось. Напротив, во взгляде читались его беспокойство, тревога за дочь. Аделина кивнула. И решила мысленно звать его отцом, и удобнее и теплее на душе, что есть тот, кому она дорога, что отец ее тезки из другого мира заботился о дочери и явно любил ее.

Мужчина погладил дочь по волосам, потом прижал ее голову к груди, поцеловал нежно, по-отечески в макушку.

«Имя прежнее, привыкать не придется, отец заботливый, аристократка, пусть и из обедневшей семьи. Жить можно. Пока все даже лучше, чем она боялась» - думала девушка, прикрыв глаза и наслаждаясь теплом родного человека. Тело помнило объятия отца и чувствовала исходящую от него защиту и заботу.

- Ничего, доченька, все вспомнишь, - убежденно проговорил отец Аделины. Потом мужчина разомкнул объятья, проследил, чтобы девушка удобно устроилась на кровати.

- Зита! – крикнул мужчина, и молодая служанка забежала в комнату. – наведи порядок, следи, чтобы вода свежая, не оставляй княжну до вечера. Тьяна сменит тебя. – выдал указания князь, раз дочь княжна, и покинул комнату дочери. Теперь Аделина знала свой титул и имена служанок.

2.2 Есть у нас курица? И хлеб?

Несколько дней Аделина приходила в себя. Ее поили ромашкой, зеленым чаем с мятой, иногда она чувствовала нотку зверобоя. Когда Аделине стало лучше, то она задумалась о причинах отравления. Либо ее отравили, либо она сама приняла кокой-то местный яд. Задавать вопросы по этму поводу Аделина боялась. Все смотрели на нее с добротой и участием, поэтому заподозрить виноватыми в отравлении слуг, а тем более отца девушка не могла. Признаваться, что сама отравилась – тоже не вариант. Начнут допытываться, что такое она выпила, да по какой причине. Моментом поймут, что никакая она не Аделина. Нет, она, конечно, Аделина, но совсем другая, не княжна, а Аделина Белова, скромный фармацевт из аптеки. В доме, вероятно, решили все списать на несчастный случай. Доктор никаких вопросов про яд не задавал, душеспасительных бесед не вел. Значит, списали на случайное отравление. Хотя… может так оно и есть, а подозрительность исходит из прошлого опыта в виде мужа с его ядовитыми грибочками.

На третий день Аделина почувствовала сильный голод и проснувшись утром попросила чего-нибудь поесть. Голод был такой сильный, что она мысленно готова была съесть что угодно – хоть холодец, который с детства терпеть не могла, хоть манную кашу с комочками, хоть пшенку, от которой в горле стояла изжога.

- Чего изволите откушать, Ваше Сиятельство? – спросила Зита обрадованно. Потом спохватилась. – Лекаря надо звать сначала, чтобы здоровье проверить!

Аделина поморщилась. Звать лекаря она не хотела. Это в прошлый раз, учитывая ее состояние, тот не задавал никаких вопросов, а сейчас может и поинтересоваться причиной отравления, если решит, что это была суицидальная попытка, да и из любопытства может спросить чего-нибудь, совсем неизвестное и непонятное попаданке. «Отец» ее слишком поглощен делами, и жалеет дочь, не расспрашивает, служанкам и вовсе не положено госпожу ничем кроме «чего изволите» интересоваться. А тут чужой человек, и по местным меркам образованный… Нет, лекаря не нужно.

- Не нужно лекаря. А что можно мне я и сама знаю. – ответила Аделина, кивнув на книгу, лежащую на прикроватном столике. Служанка побледнела, ее веснушки проступили еще ярче на фоне почти белых щек.

- Ваше Сиятельство, простите! – проговорила Зита, а нижняя губа ее дернулась, знаменуя возможную истерику. «Да что ж они нервные тут какие» - подумала Аделина, а вслух произнесла другое.

- Помоги мне одеться, и спустимся на кухню, я найду что мне можно. – Аделина постаралась говорить мягче. Вообще, как она поняла, прежняя хозяйка ее тела отличалась меланхоличностью, излишней чувствительностью, даже экзальтированностью. При том, что наряду с парочкой старых романов, на книжных полках в своей комнате, Аделина обнаружила медицинский трактат, анатомический атлас, довольно точный, книгу лекарственных растений с рецептами настоев и настоек, сборник алхимических задач, и, главное, толстенный том с витиеватой надписью «Яды». Читать Аделина на местном языке могла свободно, понимала значения терминов и хорошо представляла и описываемые травы, и различные ингредиенты зелий. При этом абсолютно ничего не помнила о себе. Все так, как и сказал Создатель, отправивший ее в этот мир.