Краски и кинжалы

Олег Пантюхов

Краски и кинжалы

Глава 1

София шла по улицам, ставшего ей родным города. Она уже полюбила эти улочки, площади и парки. Ей было двадцать два года, и она была счастлива. Ей разрешалось писать картины, рисовать где угодно и когда угодно. Полотна покупались сразу же по завершении, даже лак не успевал просохнуть. Так было только потому, что она была племянницей кардинала де Грандо. К ней сватались все от богатейших негоциантов до графов и герцогов. Сама по себе она была им не нужна, им было нужно родство с её дядюшкой. Поэтому в свои года она была не замужем, кардинал сообщал просителям, что девушка помолвлена. Это было враньё и все это знали, но сказать и сделать никто ничего не мог. Софию заинтересовал рассказ дядюшки о зеленоволосом бастарде из богатой Ландрии, и сейчас она с мольбертом и сумкой шла к зданию академии магии. Вообще она заходила всюду куда желала. В академию, в дома купцов и аристократов и даже в апостольский дворец, швейцарцы и тамплийцы знали её и не останавливали. Во всех домах ей улыбались и приглашали к ужину с большой радостью, даже если её платье было измазано краской и воняло скипидаром и олифой. Вот сейчас она прошла мимо фонтана по двору академии, и стражники кланялись ей. Она села на ступеньки корпуса для младших и стала делать наброски фонтана, ожидая окончания занятий.

Когда прозвенел колокол из здания стали выходить юные волшебники. София внимательно смотрела на них, когда она увидела мальчишку с зелеными волосами, то просто крикнула. – Парень, да ты, зелёный, иди сюда.

Мальчик подошёл, и отвесил элегантный поклон, сняв, берет с головы, а потом изящно поцеловал протянутую руку, как настоящий граф. Его сокурсники смотрели на него с завистью. София была восхитительно красива. Однажды когда она сказала дядюшке, что её нос ей не нравится, он лишь спросил, что бы она хотела изменить. София сделала из глины бюст, себя такой, какой бы она хотела быть. Тогда посмотрев на него, дядюшка коснулся её лба, и она уснула, а проснувшись, уже выглядела точно, как пожелала сама. У неё была тонкая лебединая шея и огромные карие глаза, волосы золотые и волнистые, носик прямой и миниатюрный.

– Позвольте узнать ваше имя, синьорина. – Сказал мальчишка.

– Я София де Грандо.

Глаза его полезли на лоб. – Племянница кардинала Урбана?

– Да. – Засмеялась девушка, она уже привыкла, что все знают дядю, но не мальчишки.

– Мой батюшка, напутствуя меня, сказал «Делай, что хочешь сынок, и никого не бойся, но если кардинал де Грандо что – то тебе прикажет, делай это и не спрашивай зачем»

София громко рассмеялась. – Все так делают, сказала она. – Как тебя зовут?

– Ох, прошу прощения, я не представился. Я Альберто фон Брауншвейг герцог де Грау.

– Герцог? Дядюшка говорил ты принц.

– Так и есть, я сын короля, но не королевы. Моя матушка чародейка. Папа любит её в отличие от королевы. Однажды маме захотелось какую – то зверушку из – за моря, так папа снарядил экспедицию из десяти кораблей, правда они ещё и золота много привезли и диковин.

– Твоя мама тоже из академии?

– Нет, она настоящая волшебница, природная. Но мой отец любит меня больше чем детей королевы, он назначит меня правой рукой, когда я стану бакалавром, он поклялся в этом. А так как стареть он не собирается, то и разницы нет кто сын королевы, а кто нет.

– А почему он не стареет?

– Потому что в своём инженерном университете он завёл себе кафедру биомагии и они следят, чтобы батюшка был всегда молод и красив.

– Ооо, как предусмотрительно. – Улыбнулась София. – Пойдём со мной Альберто.

Они отправились в маленький парк, разбитый на территории корпуса. Там девушка достала из сумки скатерть, выложила на неё сыр и мясо, фрукты и бутыль вина.

– Вот только я не смогу открыть её. – Сказала девушка.

– Я смогу. – Сказал Альберто и вытащил из – под колета внушительный рондель.

– Откуда у тебя такой опасный нож?

– Прошу вас, синьорина, это рондель он служит для пробивания доспехов. Мальчишка взял бутыль и одним махом отбил горлышко ровно и красиво. А затем разлил вино в стаканы.

– Можно я буду называть тебя просто София?

– Конечно.

– Смотри. – Сказал Альберто. И протянул руку к траве. В тот же миг на его ладонь выскочила маленькая ящерка и опустилась с дерева синичка.

– Это магия?

– Не знаю, наверно, я так умею с детства. Возле дворца у нас есть вечнозелёный, волшебный сад. Я с самого детства общался там со зверями. Там даже виверна живёт.

– За дядюшкой, тоже вечно таскаются какие – то крысы, я их боюсь.

– Как ты живёшь здесь в Роме?

– Очень весело, делаю что хочу. Вчера дядюшка рассказал мне про тебя, и я решила знакомиться сама а не ждать пока он пригласит тебя на виллу а я буду вынуждена сидеть в корсете с башней волос на голове и бояться упасть в обморок от нехватки воздуха.

– Да, это было бы ужасно, согласился Альберто. Мне всегда страшно смотреть на приёмах на этих девчонок. Так и кажется, что они боятся вздохнуть или пукнуть.

София смеялась минут пять, не меньше. Ей жутко надоели чопорные аристократы, а этот шкет, смешил её постоянно.

– А ты ходишь без охраны? – Спросил мальчик.

– А зачем она мне? Несколько лет назад, какой – то пьяница отобрал у меня мольберт на улице. Дядя был очень зол, с тех пор все местные смотрят, чтобы со мной всё было хорошо. Я даже в трущобах иногда рисую, бандиты кланяются мне, когда проходят мимо.

– Удобно, у нас в Ландрии примерно то же самое. Папу все боятся до усрачки и когда видят мои зеленые волосы, расступаются с улыбками даже портовые грузчики.

– Пойдём, прогуляемся. – Предложила София.

– Пойдём. А ты знаешь трактир Плащ и Крест?

– Да, это место сборищ бандитов. Зачем он тебе?

– Хм, папа рассказывал, что провёл в нём много времени.

София привела его к трактиру, и не задумываясь вошла внутрь. Все столы были заняты гнусными личностями. Девушка пошла к столу возле окна. Когда она подошла, мужчины сидевшие там, освободили место и протёрли столешницу.

– Нет, такого в Ландрии конечно нет. – Сказал задумчиво Альберто. – Что – то мне захотелось познакомиться с твоим дядюшкой.

– Он часто скучноватый, но очень добрый и хороший.

– Наверняка, очень добрый проговорил мальчик, глядя как бандиты отползают от их столика а трактирщик, пыхтя, тащит вино и закуски.

Вино слегка пьянило, а сыр был вкусным. В тот день они общались за трапезой несколько часов. Так началась самая удивительная дружба. Шли годы, София стала известной художницей, а Альберто де Грау получил степень бакалавра. В этот день друзья договорились встретиться в самом дорогом ресторане города, чтобы отметить достижения молодого герцога и обсудить дальнейшие планы.

Глава 2

София проснулась в своём доме. Она встала с кровати, не утруждая себя одеждой, и подошла к мольберту. Кисти в её руках жили своей жизнью. Сзади к ней подошёл Альберто и долго смотрел, как она рисует, держа в руке бокал. Смотрел он не только на картину. А потом тихо положил руку ей на плечо и передал картине поток энергии через тело художницы. Краски стали глубже, а изображение на холсте начало жить собственной жизнью. Когда София опустила кисть и палитру, в картину можно было уйти как в открытую дверь.

– Теперь если захотим, сможем сбежать в эту картину, на этот луг под дерево и даже потрогать эту козочку, жующую траву. – С улыбкой сказал он.

– Да, мне понравилось так рисовать. – Ответила художница.

– Мне тоже. – Сказал герцог. – И потянулся обниматься.

– У меня нет с утра настроения. – Сказала она и ушла одеваться.

Иногда парню хотелось выдать ей затрещину, но плюсов в общении с Софией было намного больше. Она была интересным собеседником, среди женщин это огромная редкость.

София сидела на террасе в доме своего дяди, и занималась тем, что ненавидел кардинал, она ему яростно перечила и возмущалась.

– Значит, вы с Альберто решили отправиться в путешествие, целью которого, станет столица Ландрии? – В который раз переспросил Урбан.

– Да дядюшка, именно так, и можно убрать крысу со стола? Она воняет.

– Нет, не можно. А ты не подумала, что перед тем как принимать такое решение, стоит спросить у меня разрешения?

– Мне достаточно много лет, чтобы ни у кого не спрашивать разрешения.

Урбан прикрыл глаза и подумал, что, пожалуй, был слишком мягок с племянницей. – А твой друг сможет тебя защитить в пути? Это ведь не столица, где тебя оберегает вся стража и все воры.

– Он волшебник, бакалавр стихий.

– Самая бесполезная специализация. Хотя знаешь, ладно. Я не стану тебя отговаривать. Я подарю тебе собаку, чтобы охраняла в пути.

– Жозефину?

– Нет не Жозефину, она старенькая, другую собаку. И перестань кидать печенье в мою крысу, я её брызгал духами, она не пахнет. Какой маршрут вы наметили для своего путешествия?

– Мы отправимся в Венецию, чтобы посетить карнавал, а затем по суше сразу в Виндабанду.

– По суше, это значит через всю Европу. Ну что же, пусть будет так. Вы отплываете из порта Траяна?

– Да дядюшка, через три дня. Каравелла Анна Луиза, капитан Луиджи Чезаре.

Древний порт Траяна переименовывали много раз, но искоренить имя древнего императора не смогли. Люди всё равно называли его портом Траяна, и сделать с этим ничего было нельзя. Главный торговый порт Остии был огромен. Сотни кораблей прибывали сюда из Лареймса. Но каравелла Анна Луиза принадлежала торговой компании Борджиа, и построена была здесь. Судно загружалось табаком и чаем и отправлялось в Испанию, но оно сделает остановку и в Венеции. Как раз к началу февраля, чтобы успеть к началу знаменитого карнавала. Для таких пассажиров капитан Луиджи выделил даже маленькую каюту. Большая команда для управления таким судном не требовалась. Поэтому место можно было найти. Урбан не поехал в Остию, провожать племянницу, но обещанную собаку он ей предоставил. Это был огромный пёс неизвестной породы, с полностью чёрной шерстью и умными глазами.

– Это не собака. – Сказал Альберто.

– А что же? Может поросёнок? – София как всегда не стеснялась, использовать язвительную интонацию.

– Собака бы уже давно подошла ко мне знакомиться, а к этому животному я даже в голову проникнуть не могу. К тому же она явно разумное существо, я это чувствую.

– Тогда спроси у неё обо всём, что тебя интересует, вот и все дела.

– Капитан не захочет брать на борт животное, притом такое большое. Если этот пёс встанет на задние лапы, то станет выше меня.

Но капитан был предупреждён заранее, и ни слова возражений путники от него не услышали. Зато команда мрачно шепталась о женщине на борту. Моряки всегда были суеверными людьми, и София к ним не прислушивалась. Она думала, что во время морского путешествия будет создавать морские картины. Но реальность оказалась жестокой, первую неделю плавания она провела, свесившись через борт, и выблёвывая всё, что успевала выпить или съесть в краткие минуты без качки. Молодой герцог, сначала пытался ей помочь, а потом оставил в покое. Заклинаний против морской болезни современная наука не знала. Альберто за это время научился быстро перемещаться по мачтам и реям, он помогал матросам во всем кроме уборки. Он уже уверенно завязывал морские узлы и мог управлять парусами. Со штурманом он проводил много времени за картами, быстро освоил секстант и научился ориентироваться по звёздам. А пёс, которого София назвала Уголёк, большую часть времени спокойно спал на палубе.

Но через семь дней организм девушки адаптировался, и она перестала просить морского дьявола убить её, чтобы прекратить эти мучения, и Альберто, наконец, смог составить ей компанию. Чтобы развеселить подругу он, пользуясь своим умением, призвал дельфинов, и они сопровождали корабль несколько часов.

На десятый день плавания вдоль побережья, вперёдсмотрящий прокричал вечером.

– Корабль, слева по борту. Услышав это, молодой бакалавр магии насторожился. Недостаток опыта он успешно компенсировал большой природной чувствительностью, доставшейся ему от матери – дриады. Он быстро прошёл к мачте и крикнул. – Анджело, эй Анджело, что за корабль?

– Никаких огней, на палубе никого.

Услышав это, забеспокоился уже и сам капитан Чезаре. Уголёк стоял у борта и шерсть на его загривке вздыбилась. Неизвестное судно, явно шло на сближение. Появилась опасность столкновения и Луиджи принялся отдавать команды, повернуть резко к ветру и избежать странного судна. Но ничего не помогало. Паруса странного корабля вовсе не двигались, но оно поворачивалось вопреки здравому смыслу. Тогда Альберто быстро пробежал по палубе к носу каравеллы. Схватившись за снасти, он навис над бортом и начал проделывать работу, которой его обучали почти десять лет. Он призвал энергию моря и произнёс «Ventum invoco et ei impero». Сильный ветер почти мгновенно подхватил Анну Луизу и повлёк её прочь от преследователя.

Какое – то время казалось, что это помогло и каравелла быстро удаляется, но оказалось, что это не так. Ветер совсем не требовался странному судну. Юный герцог оставил своё занятие и отправился к квартирмейстеру. У него Альберто взял арбалет, а на перевязь повесил свою рапиру и старый, удобный кинжал.

– Что собираешься делать? – Спросил Луиджи.

– Это корабль призрак капитан, нам от него не оторваться, единственный выход это взойти на борт и разобраться в проклятии судна.

– Лицо капитана стало бледноватым, и он сам забурчал что – то про «женщину на корабле»

Глава 3

Проклятое судно приблизилось борт к борту. На палубу вышла София, и уголёк на неё зарычал, явно требуя вернуться в каюту.

– Я пойду с тобой. – Сказала она другу.

– Нет, не пойдёшь, вернись внутрь и жди.

Альберто не стал смотреть на кислое лицо и слушать, что она ответит. Просто сказал погромче. – Внутрь, быстро. А затем перепрыгнул на борт корабля – призрака. Он медленно пошёл по палубе, вдруг судно покачнулось, будто на сильной волне и Альберто схватился за какие – то снасти, чтобы не упасть. Как только он притронулся к ним, его сознание затопили десятки злобных духов корабля. Они рвали его на куски живьём, как ему показалось очень долго. Но в отдалении появилась знакомая фигура, она приближалась и призраки отступили, а знакомой фигурой оказался кардинал Урбан. Он медленно подошёл к жертве духов и покачал головой.

– Альберто, если бы твой папа был таким же, как ты, ты бы никогда не появился на свет. А знаешь почему?

– Парень отрицательно помотал головой.

– Потому что он бы давно сдох. – Рявкнул кардинал. – Скажи мне, в словосочетании Проклятое судно, тебя ничего не насторожило? Например, слово проклятое? Или ты возомнил себя монахом экзорцистом?

Молодой герцог еще долго слушал слова мудрого священника, пока постепенно не пришёл в сознание. Он лежал на палубе Анны Луизы, перед ним сидел пёс Уголёк, а вокруг стояли капитан, штурман и София.

– Что произошло?

– Вы перепрыгнули на чужой борт, а потом упали и начали орать и дёргаться, синьор, затем пёс отправился за вами и перетащил к нам на борт. – Ответил Луиджи. София же смотрела на него так, как он не хотел бы, чтобы на него смотрели девушки. Ещё минут пять он сидел на палубе, и ошалело, смотрел на собаку, потому что все остальные разошлись, а потом встал и пошёл поправлять нервы портвейном.

На следующий день Анна Луиза вошла в порт Аридженто, здесь нужно было пополнять запасы пресной воды, запрятать поглубже в трюм контрабанду, а другую контрабанду наоборот вытащить и выдать заказчику. Поэтому стоянка, длилась целые сутки, и путешественники отправились осматривать город. На парня с зеленоватыми волосами, девушку с непокрытой головой и огромного пса здесь оборачивались и глазели. Здесь местные не знали, кто перед ними и их распирало от любопытства. Наверняка каждому матросу поставят лишнюю кружку пива за рассказ о пассажирах. Городишко был маленький и скучный. Альберто нашёл занятные развалины старинного акведука и амфитеатра для сражений гладиаторов, но на этом и всё.

– Представь Альберто, на эту арену, люди выходили, чтобы убить, друг друга, возможно, они даже были друзьями. Представь, какая это была трагедия, когда ты должен убить собственного друга.

Парень напряжённо думал, стоит ли отвечать, что если это будет выгодно, то он прирежет друга и глазом не моргнёт, но не стал. – Мой отец однажды за одну ночь собственными руками убил почти тридцать дворян, которые пытались устроить против него заговор.

– Своими руками?

– Ну да, он ворвался в дом главного заговорщика во главе своих гвардейцев и снёс голову служанке, а потом гвардейцы разметали баррикаду, которую возводили слуги негодяя, а потом убил их всех, а его сына проткнул копьём и он там висел несколько дней, на копье.

– Фу, зачем?

– Чтобы остальные смотрели на это и боялись устраивать заговоры. Потом всех остальных родственников заговорщиков уже повесил палач.

– Я, кажется, передумала гостить у тебя дома.

– Нет, нет, не переживай. Родственнику кардинала Урбана там ничего не угрожает.

– Это отчасти успокаивает. – Засмеялась девушка. – А если бы моим дядей был кто – то пониже чином, то стоило бы опасаться?

– Опасаться всегда есть чего, сейчас например вон того скорпиона, который заползает тебе в платье. – Сказал Альберто, а потом радостно смеялся глядя на визжащую и требующую его убрать девушку. Когда страсти улеглись, и парень, раз пять извинился за глупую шутку, они снова присели на нагретые солнцем мраморные плиты и открыли вино. Вечер наступил незаметно, и солнце засобиралось спрятаться. Но судьба сегодня была не склонна дарить им романтику. Наверно поэтому на развалины древнего цирка вышли несколько местных парней.

– Смотрите ребята, у нас тут такие гости и без охраны. – Заговорил один из них.

– И точно, вином не угостите, голубки?

– Парни. – Начал Альберто. – Я бы понаделал в вас лишних дырок своей рапирой, но мне не хочется. Поэтому если дёрнетесь, вот этот пёс разорвёт вас на мелкие кусочки и раскидает их по песку, ну, во всяком случае, те, которые не сожрёт.

Сразу семь взглядов сошлись на Угольке, а он лежал на тёплом, приятном песке и совсем не двигался.

– Порвёт, значит? – Переспросил главарь. – Что – то я сомневаюсь в этом.

– Уголёк, фас. – Сказал резко Альберто. Пёс перекатился на спину и задрал передние лапы как заяц.

– Встань скотина. – Почти ласково уже, проговорил молодой герцог. Большой, розовый язык собаки вывалился из пасти на песок. – Мы после с тобой побеседуем. – Пообещал он злобно. Задиристые грабители громко хохотали, глядя на всё это.

Альберто это надоело, он выхватил рондель из сапога, и заводила шайки захлебнулся кровью с ножом в горле. Обычно устранение главаря приводило бандитов в замешательство, и они убегали. Но эти или были сильно пьяны или этот тип не был главарём. Потому что все они набросились на парня одновременно, а поганый пёс, лежал без движения.

У Альберто, конечно, была с собой верная рапира, но против деревянных жердей, выдранных видимо, из какого – то забора, она не помогала. Парень уже несколько раз героически огрёб по спине и плечам, и даже по голове. И только тогда он вспомнил, что десять лет учился магии и зажарил двоих бандитов разрядом электричества. Вот теперь, негодяи поняли, что им не победить и разбежались в разные стороны.

Альберто устало опустился на мраморную плиту и пихнул пса носком сапога. Тот не реагировал.

– Я это ещё припомню Урбану. – Бормотал он злобно. А София весело и счастливо засмеялась и начала чесать Угольку шерстяной живот.

Пока они возвращались в порт, Альберто чувствовал, как на голове растёт немаленькая шишка и как ноет спина, по которой прошлась жердь разбойника.

– Как думаешь, когда я стану правой рукой короля, я смогу оформить Иерарху жалобу на кардинала?

– Думаю да, но тогда ты недолго пробудешь рукой. А станешь скорее задницей. От собственной шутки или от слова задница, девушка счастливо засмеялась. Так они и вернулись на корабль, в кардинально разных настроениях.

Глава 4

Путешествие до Венеции было довольно скучным. Единственное, что примиряло Софию с действительностью это умение Альберто вызывать ветер любой силы и направления. Благодаря ему корабль летел вперёд, чему радовалась и вся команда. И вот, наконец, Венеция, девушка сбежала на пристань, не заботясь о своём багаже. А молодому герцогу хватило понимания поблагодарить капитана за плавание и подарить ему один из своих перстней. Чтобы доставить багаж подруги ему пришлось нанять двух портовых грузчиков. Они тащили сундуки до гондолы, и они же заносили их в Палаццо Ка-да-Мосто в престижном районе Каннареджо. Они прибыли в город каналов поздним вечером и София отправилась спать, а вот Альберто решил выпить вина, ещё не зная, что его ждёт.

Как выяснилось, ничего хорошего, так как его подняли с постели ранним утром и потащили в центр города. Потому что в центре располагались десятки лавок, в которых можно было купить наряды и маски для карнавала. Болеющий с похмелья парень, вынужден был таскаться за подругой, в компании пса. Что самое удивительное в лавки не впускали не только собаку, но и самого Альберто. Поэтому он бубнил о том, что он герцог, и не потерпит такого обращения, глядя в черные собачьи глаза.

– Альберто идём скорее. – Звала девушка, мчась в очередную лавку.

– Иду. – Говорил он обреченно.

На седьмой по счёту лавке он просто сел на ступеньку и поймал за руку пробегающего мимо мальчишку.

– Эй, малой, купи мне вина. – Сказал он, протягивая монеты. – Если принесёшь быстро, дам серебряную марку. Через три минуты у него был кувшин вина, и это вполне примирило его с ситуацией. На десятой лавчонке ему уже в целом нравилось курить трубку и плевать с моста в проплывающие внизу лысины гондольеров. Карабинеров, которые сделали ему замечание, он напоил, и подбил устроить состязание на меткость по плевкам. Веселье было в самом разгаре, когда дверь лавчонки отворилась и служанка крикнула. – Мэтр, синьорина закончила примерять и приглашает вас внутрь, примерить ваши наряды, которые она выбрала для вас. Стражники не позволили ему спрыгнуть в канал, сказав, что это уж слишком. – Можно мне её проклясть? – Спросил он у Уголька. Пёс отрицательно помотал головой. На этом Альберто и пошёл примерять наряды, а пёс гнусно и злорадно улыбался.

– София, благодаря тебе я уже ненавижу этот город от всего сердца. Ты довольна? – Сказал парень, снимая колет и сапоги.

– Не говори глупостей, шутник, здесь восхитительно, смотри, сколько нарядов я уже купила, все они выглядят просто великолепно. Одевай – ка этот сюртук, смотри приталенный, чёрный с серебром, подчеркивает цвет твоих глаз.

– Я проклинаю этот сюртук и все сюртуки мира. Синьорина, подайте мне вина.

– Здесь не подают вино. Ну – ка покрутись, я посмотрю, как сзади выглядит.

– Меня тогда стошнит.

– Только не на сюртук.

– Я прикажу сжечь все сюртуки у себя в Ландрии, а тебя заставлю смотреть на костёр.

– Хватит ныть Альберто. В твоих интересах делать это быстро, ещё десять нарядов впереди.

– Я понял, подлый Урбан подговорил вас с гнусной псиной сжить меня со свету и лишить короля единственного наследника.

– У тебя два брата.

– Они жирные и тупые, я единственная надежда моей несчастной родины и вынужден терпеть пытки в поганой Венеции.

– Слёзы тебя не спасут.

К вечернему открытию карнавала София чувствовала себя счастливой, а Альберто так, будто его пытала инквизиция. Вместо открытия карнавала он пытался, нажраться с гондольерами и вырубиться, но ему и этого не разрешили. Его одели в воняющий духами, но надо признать элегантный костюм и посадили на гондолу до площади Святого Марка. Там собрались все богатые горожане и гости города. Среди гостей пьющих вино, приподнимая маски, тут и там бродили актёры, жонглёры, акробаты и все прочие проходимцы. Ближе к полуночи в центре площади заиграл большой оркестр. Это были лучшие музыканты Венеции. С крыши дворца Дожей сбросили двух бумажных голубей, и они парили в воздухе, а затем вспыхнули и сгорели дотла. В тот же момент в небе засверкал всеми цветами магический салют. Альберто хотел пойти познакомиться с магом иллюзионистом, но его держали за руку как трёхлетнего ребёнка, потому что София не хотела остаться без пары. Специальные актёры разыгрывали сложные танцевальные пантомимы и сюжеты из легенд. А потом и пары начали танцевать. Через два часа избранные потянулись внутрь дворца дожей, пошла и София. Альберто думал, что её не пропустят, ведь у них нет приглашения. Но её узнали даже в маске, проводили в почётный малый зал вместе с парнем и даже псом. Герцог ел пирожное, запивал его шампанским и думал, до границ каких стран распространяется такое влияние Урбана де Грандо, и будут ли её также принимать в Испании например, не замечая особо её спутников.