Родинка на линии судьбы

Встреча с судьбой

Погода в районе Серых гор уже неделю остаётся стабильной. Переменная облачность, кратковременные дожди. Температура воздуха от двадцати до десяти ночью. В городе ночи на несколько градусов теплее. Синоптики прогнозируют приход настоящего лета в последних числах месяца.

Из метеопрогноза регионального телерадиовещания на 21 июня 1980 г.Из дневника Сони ЗалесскойИюнь 1980 г.

Через полчаса посадка. А мне, кажется, уже не до тайги. Шучу, конечно, но…

Не ожидала от себя такого. Парень, конечно, хорошо. Но чтобы за несколько часов диалога так измениться! Это я о себе.

Да, поплыла девочка. Буквально по течению. Про брата напрочь забыла. И про планы свои.

А если Алекс надумает признаться в любви? Я начинаю себя бояться…

– Сонейка, я здесь!

Соня обернулась на голос. Так и есть! Все люди как люди, а братец в своём репертуаре. Притаился в сторонке, ищи свищи. Таскайся по аэропорту с неподъёмным чемоданом. Да и настроение не очень. Прощание с писаным красавцем Алексом (прямо как в «Семнадцати мгновениях…», её любимом фильме) далось ей нелегко. Слишком хорош был парень. Слишком вовремя попался на её пути. А ушёл, будто и не был… Хоть беги следом, честное слово!

Но не демонстрировать же родному человеку своё очарованное разочарование! После шести месяцев разлуки. Соня шмыгнула носом, который тут же и вздёрнула повыше. Изобразила на лице приветливую улыбку и потащила чемодан навстречу Сергею.

– Здравия желаю, товарищ Залесский! Как служится?

– Сестричка! Счастье моё! Как же я соскучился!

– Эй-эй! Уронишь, медведь несчастный! – завопила Соня, улетая под потолок. – С ума сошёл! Опусти сейчас же! Ай…

Сергей опустил её чуточку ниже и закружил по залу:

– Счастливый сегодня медведь. Очень счастливый! У нас Сонейко появилось!!! Внимание! Внимание! Вот теперь в Забайкалье действительно пришло настоящее лето! Уважаемые пассажиры…

– Точно с ума сошёл, – Соня зарылась лицом в непокорные короткие прядки, – что люди подумают?

– Что я тебя люблю, Сонейка! Больше всех на свете!

– Везёт же кому-то! – послышалось в стороне. – На самых дальних куличках Союза судьбу паренёк встречает. Вот это любовь – не побоялась девка ни расстояний, ни горных хребтов, ни близкой границы.

Сергей ухмыльнулся, покрепче прижал сестру:

– Поцелуй меня ещё разок. Пускай люди думают, что ко мне девушка приехала.

– Так я и есть девушка. И приехала именно к тебе, – засмеялась Соня. – Показывай своё Забайкалье. Хотя я уже с ним успела познакомиться. С высоты.

О том, что рассмотреть толком забайкальские красоты из иллюминатора не хватило времени, Соня умолчала. Не стоило стартовать с никому не нужных подробностей. Тем более, что попутчика и след простыл. Сразу после входа в вокзал она потеряла Алексея из виду.

«Ну и ладно, – обида таяла, как мартовский снег в тепле свидания с братом, – захочет, найдёт. А не захочет… подумаешь! Значит, не судьба».

Девушка опустилась на гранитный пол вокзала, поправила причёску, указала брату на чемодан:

– Ну что, в Спокойное? Показывайте свою обитель, товарищ капитан! Говорят, у вас там свободными кавалерами дороги выстланы? Не найдётся приличной партии для бедной студентки?

– Найдётся! Было бы желание! Да и какая из тебя студентка? Почти что выпускница, считай. Подумаешь, годик над дипломной покорпеть. Теперь ты без четверти часа учитель. А практику и у нас пройти можно. Школа в трёх минутах ходьбы. И молодые специалисты там как воздух нужны! Оставайся, родненькая!

– Легко сказать! Для практики куча документов требуется. А вот подработать до конца августа я бы смогла. Может, лагерь там есть. Или досуговые площадки. Устроишь, дорогой?

– Без проблем, солнышко! Как раз на свадьбу и накопишь.

– Как ты меня в оборот берёшь, прямо на взлётной полосе! Может, я пока замуж не собираюсь?

– Воля твоя. Мне ты любая нравишься – замужняя и незамужняя. А вдруг просто так останешься? Ради любимого и единственного?

* * *

– Вот как? Сердце молоденькой прелестницы уже занято? А наши бравые лейтенанты так надеялись…

Соня недоумённо взглянула на брата.

– Разреши представить: майор Николаев. Мой напарник, сосед и по совместительству настоящий Герой Советского Союза.

Серо-зелёные глаза распахнулись, выдав на-гора пару сотен солнечных зайчиков. Николаев даже зажмурился от потока ослепительных огоньков.

– Герой Советского Союза? Живой? Настоящий? А потрогать можно?

– Сколько угодно, Сонейка! Наш майор не кусается. Правда, Олег?

Мягкая ладонь осторожно легла на мужское предплечье. Сердце героя ухнуло в глубокую воздушную яму. И тут же подскочило до небес. С чего бы? Девушка как девушка. Явно не в его вкусе. Слишком пресна. Слишком пышна. И ярка чрезмерно. Чего стоят блестящие полные губы! А тщательно вычерченные брови! А пушистые, кокетливо загнутые вверх ресницы! Девушка прямо с борта самолёта собралась на праздничную вечеринку?

* * *

– Да вся её красота через неделю выгорит! – недовольно пробормотала Тина, усаживаясь на переднем сиденье. – Городская краля, видали мы таких.

– Если ты стараешься ради меня, то зря, – подал голос супруг. – Нам такие габариты не подходят. Мы субтильненьких предпочитаем. Девяноста-шестьдесят-девяноста. Плюс сто семьдесят по вертикали. Плюс яркий блонд. Плюс…

– А не слишком многого ты хочешь, дружок? – Тина начала успокаиваться. – Прямо вот так. Чтобы все параметры в одной упаковке? Веришь в чудеса, мой милый?

– Приходится. А куда деваться, если эти чудеса на моей жизненной дороге едва ли не каждый год встречаются?

– Нахал! – изящная ручка игриво замахнулась миниатюрной сумочкой. – Что значит каждый год?! Уж не собираешься ли ты…

* * *

– Странная парочка, – хмыкнула Соня, с наслаждением смакуя холодный квас. – Они что, муж и жена? Не похоже…

– Законные супруги, – кивнул Сергей. – Второй год наслаждаются обществом друг друга.

Он рассчитался и увлёк сестру в тень раскидистой лиственницы.

– Садись, нам торопиться некуда. Пока Олег с женой разберётся. Пока машину заправит. Отдыхай.

– Да я после сессии только и делаю, что отдыхаю, – улыбнулась Соня. – Надоело уже. На работу хочется. Тётя костюм классный достала по случаю. Португалия. Чистая шерсть. Анюта стильные туфли на небольшом каблучке из Югославии привезти обещала. В общем, диплом буду защищать при полном параде. Знающие люди говорят, это на распределение хорошо сказывается. А вдруг в городе оставят? Хорошо бы…

Они уселись за круглый, чуть покосившийся столик.

– Может, пригласишь жену Олега составить нам компанию? Кваса на всех хватит.

– Ну, наша Тиночка лишь бы где не присаживается. Она девушка понтовая. Ей ресторан подавай. Или офицерскую столовую на худой конец.

– Тиночка? Что за имя?

– Кристина в сокращении. Девушка она современная, пытается быть стильной штучкой. Вот и имечко себе подобрала. Мучает майора шедеврами французской (в её понимании) кухни – куриное крылышко, три листка салата и капля соуса – настоящий французский ужин. Представь, что после этого нашему герою остаётся?

– Надеть фартук и сварганить яишенку!

– Ого! Да ты настоящий снайпер! Первым выстрелом – и сразу в яблочко! Олег уже и смотреть на яйца не может, а делать нечего.

* * *

Николаев наблюдал за Залесскими со стороны, ожидая своей очереди на заправку. В душе боролись противоречивые чувства, связанные с новой знакомой. Соня не поддавалась привычной классификации. Небольшого роста, полноватая, коренастая, она явно не относилась к категории николаевских предпочтений. Но что-то резкое, волнующее сквозило в её заливистом смехе, в порывистых движениях и жестах. Он не стал относить девицу к категории неудачниц. И вызывала интерес.

Возможно, его позиция была предвзятой. Возможно, Олег элементарно протестовал против выдвинутых Сергеем категорических требований. А может, виновата Тина со своими комментариями.

Как бы то ни было, Соня не удостоилась места ни в одной из полярных групп. Заканчивая заправку, Олег смирился с нетрадиционным явлением. И отнёс девушку к категории «50 на 50», допуская, что при определённых обстоятельствах он бы смог попробовать на вкус сей явно вызревший запретный плод.

– Бить тебя некому, – подвёл он итог раздумьям и уселся в салон автомобиля, поближе к очередной избраннице. Подальше от никому не нужных соблазнов.

* * *

Рядом зашевелилась Тина, возвращаясь к любимому занятию – макияжу.

– Кто бы говорил о чужих пристрастиях, – иронично скривил губы Олег.

– Милый, мои старания не сравнить с дилетантскими потугами какой-то соплюхи, – пожала плечами жена. – Я лишь усугубляю природные дары. А эта… фифа считает, что маска клоуна – высший пилотаж. Хотя в чём-то она права: наши неискушённые мальчики за счастье сочтут прикоснуться к сему шедевру. Зови уж, мы же не собираемся торчать в городе до заката?

* * *

В дороге Соня ничего не видела и не слышала, поглощённая знакомством с Забайкальем. Жадно ловила каждый новый штрих в пролетавших за окном пейзажах. Не отрываясь, следила за резкими перепадами рельефов. Яркими красками лугов и лесов. Затаив дыханье, наблюдала за течением реки в глубокой пропасти, разверзнувшейся под самыми колёсами машины.

«Как же здесь красиво, – пульсировало в висках восхищение, – как необычно. Противоречиво. И в то же время гармонично. И похоже на Белоруссию, и непохоже. Как там пел Высоцкий – «Лучше гор могут быть только горы»? Уж не об этих ли местах эти слова? Кажется, я влюбляюсь… Опять?!»

На фоне новых впечатлений она позабыла о правилах приличия и почти не вникала в беседу своих спутников. Красота и щедрость природы полностью завладели её сознанием и эмоциями. До недавнего времени Соне казалось, что лучше её синеглазой зеленовласой родины и нет ничего. А теперь… теперь эта гористая, суровая земля занимала в сердце весьма значимое, даже почётное место.

«Что это? – девушка пыталась разобраться в своих противоречивых чувствах. – Недостаток воспитания, отсутствие патриотизма или ветер в голове? Значит, если я попаду в тропики, мне там тоже понравится? Или это любовь с первого взгляда? Как там, в литературе: пора пришла, она влюбилась? Пора пришла… Ну, не влюбляться же вот так, практически без знакомства! И вообще…»

Её взгляд коснулся щеки водителя. Нечаянно, но в течение мысли. Мужественная линия скулы, едва заметная щетина и прочие компоненты мужского начала всколыхнули какое-то необъяснимое волнение.

«Вот ещё! – вспыхнула Соня, почувствовав смущение. – А при чём тут наш герой? Во-первых, женат. Во-вторых, безнадёжно стар. В-третьих, чересчур напыщен. И не в меру красив. Куда уж нам со своими скромными параметрами да в калашный ряд? И потом мне никогда не нравились записные красавцы. И всякие там герои. Конечно, мужество достойно восхищения. Но в совершенно другой плоскости. Слава героям и почёт, и всё такое прочее».

Она тихонечко вздохнула и переключилась на супругу Николаева. Оценила искусственно-естественное очарование. Практически совершенна! С головы до пят. Хоть сейчас на подиум. А то и в Голливуд. То, что надо герою.

«А мы уж как-нибудь без шика и блеска, – Соня уютно пристроилась к плечу брата. – И потом помимо идеалов живут на свете нормальные люди. Простые советские люди в поисках простого советского счастья. Найдём себе какого-нибудь простого лейтенанта или капитана. А то и наипростейшего коллегу-педагога. Построим себе простую советскую квартиру. Родим простого советского ребёночка. И обретём простое, то самое советское счастье… Вполне возможно, что и в этом суровом и одновременно благодатном краю…»

Соня ткнулась носом в жёсткий погон, скорчила Сергею смешную рожицу и уплыла за горизонт в череде похожих на мамонтов облаков. Знакомство с Забайкальем продолжалось. Чета Николаевых была оставлена в покое. Раз и навсегда.

* * *

Спокойное встретило их загадочным светом фонарей. Предвечерней свежестью. Отблесками заката. И любопытными взглядами своих обитателей.

– А ничего себе девочка, – цокали языками собравшиеся у Дома офицеров лейтенантики. – Складненькая. Всё при ней.

– Это точно! Преаппетитнейший экземпляр.

– Губы не сильно раскатывайте, – посоветовала проходящая мимо Тина Николаева. – Городской лоск в нашем климате долго не задерживается. Так что налетай, пока волосы не распрямились, а губы не обветрились. Кто первый? Будете раздумывать, холостяками останетесь!

– Дорогая, ты противоречишь сама себе, – тронул супругу за локоток Олег. – То не раскатывайте, то налетай. С чего бы это? Неужели чувствуешь исходящую от прекрасной незнакомки опасность?

– Что ты, милый, – Тина на замечание мужа и бровью не повела. – Женская логика мужскому пониманию не подвластна. А насчёт опасности… Мы с ней имеем разные весовые категории. Так что на волнение не надейся. Мне это не грозит. Да и тебе тоже. Разве что на рожон попрёшь.

Олег приотстал, подарив жене дежурную улыбку. Попросил у ребят закурить. Пристроился со стороны. Проводил взглядом сначала сестру Залесского. Потом Кристину. Облизнул сухие губы. Вздохнул: а ведь и правда, никакого сравнения! Да тут одни ножки чего стоят. Плюс каблучки.

Швырнул сигарету мимо урны, махнул сослуживцам и помчался догонять жену. Вечер обещал быть приятным.

* * *

– Ну как? – Сергей обвёл квартиру широким, чуть клоунским жестом. – Нравится?

– Три комнаты, – прошептала Соня в изумлении. – Центральное отопление. И лоджия! Везёт же некоторым! Серёжка, зачем одному столько?!

– Что было, то и дали, – развёл руками брат. – У нас один дом в пятилетку закладывают. А я на очереди три года стоял. Вот и дали. Замполит посоветовал побыстрее жениться.

– А ты?

– А я тебя из Гродно выписал. Останешься?

– Серёж… – Соня погладила сидящего на спинке дивана плюшевого мишку. – Я бы с радостью. Но я ведь не жена. Да и квартиру родительскую без присмотра жалко оставлять. И потом у меня диплом на носу. Могу остаться только на лето.

Сергей насупился, чем вызвал улыбку сестры. Она подошла ближе, ткнулась лицом в знакомо пахнущую грудь:

– Смешной, прямо как в детстве. Когда тебе в просьбе кто-нибудь отказывал. Помнишь?

– Да ну тебя! Я серьёзно, а у тебя шуточки дурацкие. Какое там детство? А если я директора школы нашей попрошу тебе сюда преддипломную практику перенести? Он у нас мужик со связями. Да и с учителями здесь проблемы. Недавно главная завуч в запас вышла, то есть на пенсию. Уехала к детям на Волгу.

– Ну, до главного завуча мне ещё…

– Соня…

– Ну что ещё?

– Я соскучился! – Сергей схватил сестру в охапку и закрутил во втором туре сумасшедшего вальса.

Обыкновенная революция

И наконец, о погоде. В районе Серых гор установилась ясная тёплая погода. Антициклон продержится не менее десяти дней и обещает нам значительное потепление, в том числе и в утренние часы. Лето продолжается, дорогие товарищи! Удачного вам дня. И не менее удачного сезона.

Из метеопрогноза регионального телерадиовещания на 22 июня 1980 г.

Утро встретило Соню ярким солнечным бликом на стене, запахом яичницы и весёлым птичьим пением. Девушка соскочила с кровати, распахнула окно. И тут же захлопнула.

– Ага, попалась, птичка! – расхохотался вошедший в комнату Сергей. – Думала, как дома – и днём, и ночью лето? Не тут-то было! В наших краях ночные температуры даже летом не поднимаются выше десяти. Так что привыкай делать зарядку при открытой – как максимум – форточке. А если на улицу соберёшься, свитерок не забудь. Что там насчёт пробежки?

– Тридцать минут в обычном ритме! – отрапортовала Соня, дурашливо приложив ладонь к виску. – Можно продолжать, товарищ капитан?

– Продолжайте, вольнонаёмная Залесская! Но за территорию городка ни шагу! Усекли?

– Так точно! Когда завтрак, товарищ капитан?

– Ну, это как вам будет угодно, – ухмыльнулся брат, – лично я уже позавтракал. Через сорок минут отбываю на службу. Яйца в холодильнике. Бекон там же. И хлеб.

– Хлеб? В холодильнике?! – золотые лучики взорвались в воздухе миниатюрным салютом. – Оригинальничаешь, братец?

– Какое там, – отмахнулся Сергей. – Спасаю провиант от врага.

– ???

– Не стоит расстраиваться раньше времени. Вот пробежишься, примешь душ. Чайник поставишь, а там сама поймёшь, что к чему. Обедаю я в столовой, так что раньше ужина не жди. Деньги в шкатулке на шкафу. Магазин за углом, не заблудишься.

– Вот так у нас гостей дорогих встречают! – Соня закатила глаза к потолку. – А кто-то вчера насчёт постоянного места жительства и трудоустройства намекал…

– Одно другому не мешает, роднуля! После обеда жди нарочного. Думаю, придётся тебе показаться на глаза самому Игорю Ивановичу. Учти, он свиристелок терпеть не может. Надень что-нибудь посолиднее. Волосы заколи. Очки…

– Разберёмся, товарищ капитан! Во всём разберёмся. Я не прощаюсь? – серо-золотистые искорки снова изобразили мини-салют, а их хозяйка натянула спортивный костюм и скрылась за дверью.

– Стрекоза… – задумчиво улыбнулся ей вслед Сергей. Почесал затылок, отметив немужской кавардак в комнате. – А ведь разберётся. Только в себя придёт. Оставалась бы…

Вздохнул, осознав глубину произошедших и грядущих изменений, и вернулся на кухню. С сегодняшнего дня ему придётся мыть посуду сразу после завтрака – сестрёнка не допустит никаких недоделок.

– Такие уж мы уродились…

Соня одолела два круга по стадиону, пробежала симпатичную молодую посадку за школой и вернулась домой. Подъезд встретил её сумрачным блеском тёмно-зелёных стен и грязным потолком с парашютами паутины. Она с недовольством обратила внимание на тусклые, давно не мытые стёкла, засиженные мухами плафоны, окурки на ступеньках:

– Ладно, потерпи немножко, – шепнула она подъезду, – наведу порядок в квартире, тобой займусь. Денька два выдержишь? Замётано!

На пороге столкнулась с братом. Чмокнула его в пахнущую терпким одеколоном щеку:

– Люблю! Жду. Обещаю удивить чем-нибудь вкусненьким на ужин.

– Директора зовут Иван Иванович Николаев, надумаешь встретиться, он до шести на месте, – Сергей чмокнул сестру в ответ и застучал сапогами по ступенькам.

– Запомним… А пока… – Соня вошла в квартиру и сладко потянулась. – Пока займёмся домашним хозяйством капитана Залесского. Что тут у нас?..

К обеду она успела вымыть полы и окна, простирнуть Серёжкино бельё, сходить в магазин. И познакомиться с упомянутыми братом врагами. Их было много. И чувствовали они себя в доме полноправными хозяевами.

– Ой! О-е-е-ей! – завопила Соня, взбираясь с ногами на табурет, увидев первую группу лазутчиков ещё за завтраком. – Мамочки!!!

Из-под холодильника по направлению к раковине потянулась цепочка упитанных рыжих тараканов. Предводитель тараканьей армии уверенно взобрался по стенке шкафчика в мойку и занялся утренним туалетом.

Никогда прежде Соне не приходилось видеть этих пронырливых насекомых. Да ещё в таком количестве! Девушке понадобилось приложить значительные усилия, чтобы элементарно прийти в себя. И на скорую руку найти решение проблемы.

– Ну погодите вы у меня… – процедила она сквозь плотно сжатые зубы, схватила кухонное полотенце и соскочила с табурета.

– Огонь! – первый удар расплющил группу десантников прямо на стенке шкафчика. – Есть контакт! – торжествовала новоявленная хозяйка и замахнулась снова.

После трёх звонких шлепков вражеские ряды заметно поредели. Добравшиеся до мойки лазутчики суетливо отступали в разные стороны. Полотенце мелькало в воздухе лопастями ветряной мельницы, опускаясь то тут, то там – на стол, стену, в мойку.

Через несколько минут битва была закончена.

– Что и требовалось доказать, – усмехнулась Соня, возвращаясь за стол. – Даже чай остыть не успел, а некоторые говорили…

Она допила чай, вымыла посуду, взялась за запылённую хлебницу:

– Сейчас мы тебя вымоем и подготовим к выполнению функциональных обязанностей. Нечего без дела прозябать, милочка!

Некоторое время спустя Соня уже любовалась результатом своих трудов: кухня сияла чистотой. Новые занавески придавали ей особый уют. Сквозь полупрозрачный пластик контейнера угадывались силуэты хлебобулочных изделий местной пекарни. В отмытом до блеска кувшине на столе отражала наведённый глянец кипячёная вода.

– Почти как у мамы, – улыбнулась хозяйка. – Что и требовалось доказать. А теперь часик уделим окрестностям Спокойного. Надо бы цветочков собрать. Если повезёт, ягод. И вообще с местной флорой ознакомиться.

Она выложила купленное для ужина мясо в миску. Приправила перцем, солью и горчицей. Накрыла салфеткой:

– Так я не прощаюсь?

* * *

На проходной молоденький ефрейтор преградил ей путь:

– Не положено! Без разрешения…

– Вообще-то я не военнообязанная, – пожала плечами Соня. – Я к брату в гости приехала. Хочу горы ваши посмотреть.

– Всё равно не положено, – стоял на своём дежурный. – Разрешение требуется получить.

– Да где же я его возьму? – возмутилась девушка. – Брат на работе, а я тут никого не знаю.

– Разрешение выдают в канцелярии. Это недалеко – два квартала и налево. Трёхэтажка с синими балконами, мимо не пройдёте.

– Очень надо! – продолжала возмущаться Соня, отправляясь в указанном направлении. – Прямо секретная часть на границе! Кино насмотрелись, дуралеи! И Серёжка хорош! Мог бы предупредить хотя бы. Эй, мальчик!

Она окликнула проходящего мимо ребёнка лет семи. В руках у паренька была удочка.

– Здравствуйте, тётенька, вам чего? – поинтересовался тот.

– Ничего себе! Тётенька… Надо же, так меня ещё никто не называл! – уныло улыбнулась Соня.

– А как же ещё? Не девочкой же вас называть, – удивился собеседник. – Вы же взрослая совсем!

– И вправду взрослая. Вот только не знаю ничего о вашем городке. Как можно в лес попасть? Через проходную не пускают…

– Потому что у нас режим… – важно заявил мальчишка и поправил рюкзак на плечах. – Опасные места вокруг. Да и граница недалеко.

– Скажешь тоже… – недоверчиво покачала головой Соня. – Где вы, а где граница!

– Ну… – мальчик помедлил, подбирая аргумент позначительней, – с нынешней техникой… Не положено, в общем… Не положено…

– А если хочется? Если недалеко совсем? За ягодами. Или… – взгляд Сони зацепился за удочку, – или на рыбалку?

Уши мальчишки порозовели:

– Ну… как вам сказать…

– Говори уж как есть.

– Не положено… – неуверенно напомнил ребёнок.

– А сам?

– Ну… я свой.

– И я своя. Я насовсем приехала. У меня брат капитан. Мне можно!

Мальчишка взглянул с сомнением. Насупился. Отвернулся в сторону.

– Не-а… Военные тайны разглашать нельзя! Сидите уж тут, тётенька, – и пошёл прочь, старательно обходя по периметру детскую площадку.

«Путает меня, точно путает! – восхитилась детской наивности Соня, на этот раз без лишних страданий проглотив “тётеньку”. – Так мы и поддались сопливым хитростям!»

Она подождала, пока хрупкая фигурка скрылась за углом, и торопливо устремилась вслед. Мальчишка несколько раз оглянулся, но преследовательница, успешно прошедшая в детстве полный курс военно-патриотической игры «Зарница», сумела остаться незамеченной.

– На то и забор, – уверяла она себя, крадучись за колючими кустами боярышника, – чтобы делать дырки. А судя по наличию малолетних рыбаков, дырок тут немерено. Ни один уважающий себя пацанёнок не упустит шанса стать первопроходцем. Ага! А что я говорила?

Мальчишка нырнул в спрятанный среди кустов лаз. Немного погодя Соня последовала его примеру.

– Не хотите по-хорошему, будет вам по-плохому, – отплёвываясь от мошкары, шептала она. – Нашли, понимаешь, военную тайну! Для кого? Для будущего учителя, сестры капитана Залесского и соседки настоящего героя товарища Николаева! И что у вас за порядки?! Сплошное унижение и лишение свобод граждан! Ну, ничего-ничего! Когда верхи не могут, а низы не хотят, как учил нас товарищ Ленин, формируется революционная ситуация. И пусть кто-то терпит, а кто-то ищет обходные пути, лично я терпеть не намерена. А посему объявляю революцию! Великую Октябрьскую, конечно, не потяну, но обыкновенную июньскую – раз плюнуть! Трепещите, бюрократы и трусы! Я начинаю и выигрываю! Ойййй…

Тучи мошкары не давали открыть глаза. Соня стянула с шеи прозрачную косынку и соорудила на лице некое подобие маски.

– Так-то лучше. Ну, и где тут у нас цветы-ягоды?

* * *

Узкая тропинка привела её к реке. В бурном течении угадывалось каменистое дно и многочисленные пороги. Вдоль берега тянулась полоса разнотравья. У поворота к воде подступала настоящая тайга. Правда, до поворота по самым скромным Сониным прикидкам с километр, не меньше. Но рискнуть хотелось. Воинственный дух начинающей революционерки требовал жертв.

– Придется осваиваться с забайкальскими масштабами, – вздохнула она и устремилась к лесу, – вдруг моя революция затянется на неопределённый срок, надо иметь представление о перспективе. Да и ягод на компот собрать хочется. Раз уж такие, – она бросила взгляд на спину рыбака, устроившегося возле уютной заводи неподалёку, – мелочи по тайге шастают, тётенькам стыдно топтаться на месте. Привет, Забайкалье! Я прибыла. И собираюсь познакомиться с тобой как можно ближе!