Поляна счастья

Обсудили глобальные проблемы. Вадиму Вадимовичу говорили, что на середину двадцатого века пришелся пик развития человечества. Ис-ин решил, что нужны люди, родившиеся до засилья смартфонов, ИИ, и другой мыслящей электроники. Чем и объясняются их приключения.

Тут Вадим Вадимович заметил, что бутерброды исчезли. «Елена Алексеевна, вам нечем закусывать». Она уже объявила, что не любит икру и рыбу, особенно селёдку. «Может, у вашей сегодняшней версии вкусы изменились?» «Не изменились. Запах не вдохновляет».

Вернулись к обмену информацией. Её спутник легко ориентировался в новой жизни. Он успел завести знакомства везде, где побывал. Он уже знал, что в поезде есть ресторан, бар, обзорный салон. Специальный вагон с прозрачными стенами.

Он предложил прогуляться до бара по ночному поезду. «Помните Штирлица? Люди готовы поговорить, если ночью в дороге не спится. Я мог бы продавать государственные тайны, если бы они были нужны кому-нибудь». «Откуда у вас такой опыт?» «Я много ездил по командировкам в прошлой жизни». «И что из государственного вы знаете?» «Сходу вспомнил «Курск». Интересно?»

-У меня гудят ноги, и я хочу на верхнюю полку. Я занимаю это место, не возражайте даме. Послушаю про гостайны в другой раз.

Он вышел, чтобы ей переодеться. Потом вышла она. Свет в коридоре медленно угас.

Представила одинокий поезд на тёмной планете. На повороте мелькнул свет передней фары. Других огней не было. В её веке вдоль дороги ещё стояли разрушенные будки обходчиков.

В прошлой жизни она заинтересовалась, почему посёлки и другое жильё вдоль Транссиба расположено по одну сторону, по выходу из вагонов при движении на восток. Всё объяснила знакомая, внучка поволжских немцев, которых везли в Сибирь и высаживали в безлюдных местах.

Она спохватилась, вернулась в купе. Вадим Вадимович переоделся в костюм «Адидас» и рассматривал какой-то каталог.

- Занятная вещь – потеря памяти. Узнаю о себе много нового. Оказывается, я знаю немецкий. Могу читать.

- Логично, если вы были в Германии. Вы были переводчиком?

-Я был инженером-электриком судостроения.

Она взглянула на глянцевые страницы каталога. Поднимаясь на верхнюю полку, сказала.

- Это электродвигатели. Оказывается, у меня техническое образование.

Дотянувшись до сумки, вытащила несколько файлов с бумагами. Она боялась в них заглядывать. Как будто это могли быть доносы или протоколы допросов, как в «Попытке к бегству». Но это оказались всего лишь прайсы на размещение рекламы. Телекомпания, газета «Деловая Сибирь», рекламная вкладка в «Комсомольскую правду». Листок РА «Вико». Стоимость разработки рекламной статьи.

-Елена Алексеевна, а вы вспомнили, где вы работали?

-Да. Рекламным агентом.

-Кем? – он даже встал и смотрел на неё.- Рекламным агентом!?

- Вот нашлась моя визитка. Агентство «Вико», Левина Елена Алексеевна, специалист по рекламным проектам. Я упала в ваших глазах?

-Мне казалось, у вас серьёзная профессия.

-У меня диплом конструктора машиностроения. Всё эту рекламу по телевизору делала не я. Меня обязательно в этом обвиняли при знакомстве.

Он молчал.

- Вы ведь тоже не кабель тянули. Вы впаривали свои двигатели.

- Я занимался реальными вещами. Электрооборудованием.

-А я - временем на телевидении и площадями в газетах. Про «вашу глупую рекламу» я слышала двадцать раз в день.

-И что вы отвечали?

-Да, реклама глупая, она для глупых людей, а вы умный человек. Вы бы хотели, чтобы покупатель сравнил ваш прайс с прайсами конкурентов. Позвонил тем, кто покупал вашу продукцию и спросил о качестве. Так поступают умные люди. А глупые видят объявление и звонят. Знаете, часто срабатывало.

-И много вы получали за свои труды?

- Сексапильная девушка и две настырные тётки в агентстве получали больше. Я нашла своё ноу-хау, я стала писать статьи. Однажды я предложила заменить в объявлении «Господа» на «Уважаемые новосибирцы». Клиент был потрясён результатами. Я говорила, что наше агентство разработает текст по специальной методике. Тексты писала я. Моя начальница узнала и закатила скандал. Я предложила включить эту услугу в прайс.

- Рекламщики я уверен, что в бизнесе это были самые бесполезные люди.

- Вы судите по вашей девочке. Менеджеру по рекламе.

-Почему вы решили, что это была девочка?

-На эту должность брали или любовницу коммерческого, или дочку партнёра по бизнесу.

- В нашей фирме начальником отдела рекламы и PR был мальчик. С факультета журналистики. Правда, сын одного из учредителей.

-Я предлагаю закрыть вечер воспоминаний.

-Да Извините, вы устали. Если мы начинаем о чем-то говорить, воспоминания зашкаливают.

ни молча слушали стук колёс, но не гасили ночники.

-Вадим Вадимович, а вы что хотели быв этом новом мире?

- Пока мои ближайшие планы – попасть во Владимир. Там главное бюро по делам перемещенных России, или как теперь говорят, Рунета.

-И что вы от этого бюро хотите? Руководящую должность?

- Нет, этих должностей мне в прошлом хватило. Там, в прошлом, я мечтал, как выйду на пенсию и буду главным энергетиком какого-нибудь заводика в глуши, в провинции.

- У моря? – она хмыкнула. – Если выпало в империи родиться, надо жить в глухой провинции, у моря

- Вы стихи пишите?

-Что вы, это Бродский. «Письмо к римскому другу»

-Прочитайте, если помните – сказал он неожиданно. От неожиданности она села на полке, задев головой потолок. Она сделала несколько вдохов.

Он не думал, что её голос может звучать так. Сильно, свободно, с чёткими интонациями.

-Нынче ветрено, и волны с перехлёстом

Глава 3 Башня

Глава 3Он попросил почитать стихи, чтобы сгладить неловкость. Доставить удовольствие интеллигентной женщине. Она бы смутилась и отказалась. Но получилось совсем не то.

Строки и рифмы Бродского, его земляка, неприятного в общении диссидента, много курящего поэта, сотрясли память. Он теперь не только помнил и думал. Он чувствовал.

А он уже поверил, что детская мечта сбылась. Самая хрупка и наивная мечта, проросшая из советской фантастики. Из «Туманности Андромеды» и «Пути на Амальтею».

А он обрадовался, что навсегда забыл. Как менялось отношение подчинённых и хозяев фирмы. Как было тяжело входить в здание, в офис, в свой отдел. Как мелко, глупо, бессмысленно ему мстили. Он отказался ставить китайские реле вместо немецких. Они восприняли это как предательство, неблагодарность, нелояльность. Чем очевиднее была его правота, тем больше они злились.

Было еще что-то. Что-то на дне этой мути больных самолюбий. «Порешаешь по своим старым каналам?» Он отбросил это смутное воспоминание.

Нет! Его «Попытка к бегству» будет удачной. Вслух он сказал:

-Вы не рекламный агент, Елена Алексеевна. Вы артистка.

- Я занималась сценической речью.

-Что-нибудь ещё из Бродского помните?

Она помнила. Строчки длинного стихотворения оказались списком его разочарований и надежд. Первое сногсшибательное ощущение свободы, когда судно зашло в Сидней. Его первая загранка в качестве представителя завода. «Теперь передо мной пространство в чистом виде». Именно тогда он подумал, что может решиться. Он смотрел в глаза великому соблазну – остаться навсегда там, где твой хозяин – только сам ты Конечно, он не посмел.

Второй раз свобода опьянила во время возвращения. Из ГДР, прекратившей существование. Когда рушились планы, скандалила жена и кончались деньги, эта новая свобода дала советскому инженеру фантастическую пробивную силу

Ничего не надо тащить из советской помойки. Забыть, заколотить, запереть в подвале памяти. Выпал шанс прожить благородную, честную, наполненную смыслом жизнь.

Она произнесла последние строчки «Пятой годовщины». Вот это и случилось, она прочитала Бродского вслух, перед слушателем. Эти строчки она твердила про себя, перемещаясь по Новосибирску пешком, в метро, в автобусах

-Мне нечего сказать ни греку, ни варягу, - повторила она, наслаждаясь звуками.

Он стоял, прислонившись к стенке купе.

-Пока вы читали, я вспомнил свой родной город.

-Ленинград?

-Да. Не Санкт-Петербург, как в паспорте. В детстве я жил в коммуналке.

Она промолчала. Натянула одеяло. Сил на разговоры не осталось.

Она уснула. «Пространство в чистом виде» - повторил он. Плеснул себе виски. Конечно, в прошлой жизни он справился. Собирался позвонить хозяину того колхоза в сказочной кержацкой глухомани. Согласится, если предложение еще в силе. Ведь он уже тогда понимал, что сыт по горло Петербургом и всеми остальными столицами. Жена предъявляла претензии, что он никак не становится миллионером. Интересы обоих выросших сыновей он презирал в душе. Егогоды неумолимо приближались к полтиннику.

В этом мире, обустроенном искусственным интеллектом, у него будет работа, интересы и цели. Занятия, о которых даже подумать не решался в прошлом. Охота, или фотоохота, или экоохота. И внедорожник, и верная собака во дворе большого дома. А рядом будет неглупая, в меру вздорная, но симпатичная бабёнка.

Когда она проснулась, поезд стоял, за окошком было светло. Виднелись железнодорожные пути с аккуратными шпалами. Не было столбов с путаницей проводов. Не было мусора. Не было рядов грязных товарных вагонов.

На столике стоял термос, кофейная чашечка с блюдечком и ложечкой, тарелка под выпуклой крышкой. Вадим Вадимович, в джинсах и пуловере, сидел на нижнем диване с лептопом на коленях.

-Доброе утро. Сейчас 10 часов по местному времени. Или 17 по Гринвичу, как говорят здесь, вместо «Московское время». Мы в вагоне одни, Наталья Васильевна вернётся не раньше пяти часов.

-Кто такая Наталья Васильевна?

Он сделал смущенное лицо.

-Не знаю, стоит ли вам говорить Как вы отреагируете

-Ваша тайна всё равно всплывёт.

-Это наша любезная проводница. Не знал, чай или кофе вам подать. Выбрал кофе. Бутерброды с мармеладом и бужениной, я помню ваши вкусы.

Она не сразу сообразила, что такое буженина. Чувство юмора у Вадима Вадимовича было на месте, но вчерашнего оптимизма убавилось.

- Я завтракал в ресторане. Фанаты глухарей приглашают на обеды, если мы решим остаться в Новосибирске.

-А что за шум в коридоре?

-Роботы-уборщики. Не пугайтесь, они маленькие, габариты с пылесос. Туалет открыт, вода есть.

Она забрала свою одежду. Были проблемы, о которых вчера она не подумала. В любых поездках к концу первого дня у неё начиналась мигрень. А на второй день приходили месячные вне графика.

Эта особенность организма отравила её поездку на безумно интересный семинар для рекламщиков. Единственный отпуск на юге с дочерью. Сейчас она ожидала и боялась чего-то подобного. Даже прибытие в родной город волновало меньше.

Она переоделась в брюки и водолазку, вернулась в купе, положила сумку на верхнюю полку. Заметила, что Вадим Вадимович поднял глаза от экрана, внимательно посмотрел на её фигуру. Решила не реагировать и села к столику с завтраком.

-Вчера даже не вспомнил про наши лептопы. Пока вы спали, узнал много интересного. Вечером в наш вояж сядут европейские туристы. Группа специалистов из местной вселенной НЭТИ. Вселенной называют большую фирму типа советского комбината, со своей школой, яслями и пожизненной работой. Назвал корпорацию вселенной какой-нибудь рекламщик.

-Вы разбираетесь в нейменге.

Она не сказала что-нибудь типа «Это была не я». Он продолжил:

- Они сейчас должны осматривать город. Потом пойдут в театр изучать здание и наслаждаться концертом учеников восстановленного хореографического училища. Было такое в вашем городе? Потом ужин-маскарад в Дворянском собрании. Неужели настоящее собрание было?

- В моё время в этом здании был театр «Красный факел».

- Богатая театральная жизнь была в Новосибирске. Наталья Васильевна сказала, что мы можем приходить на концерт и на ужин, если захотим. Мы хотим?

-Оперный театр в моё время закрывали на реконструкцию, и я с другими патриотами города клялась, что больше туда ни ногой. Про концерт учеников вообще молчу. Я видела на этой сцене полсотни мужиков в «Спартаке». А на маскараде не хочу создавать проблемы организаторам. У них сценарий, а тут придут девчонки, стоять в сторонке.

-Так какие у нас планы?

-Собираюсь поступить, как вы. Отрыть ноутбук и узнать, что мы пропустили. Куда Москва делась.

-Вы читали «Невозврашенец»? Это не Стругацкие.

- Кабаков.

-Пишут, так оно всё и было. Даже детали совпадают

Интернет был разделён на ис-ин, куда у неё не оказалось доступа, на ин-ди, что она перевела как «интернет для дебилов», на геймс (всё понятно), и вики, где информации было очень много, и она была великолепно оформлена. Ссылки и гиперссылки вели, куда надо, а не на порносайты.

Москва просто кончилась. Кончились желающие там жить. В Вики открывались репортажи из высоток без света и воды, с раздутыми трупами старух в крохотных квартирах. Людей, жгущих костры в вестибюлях станций метро. Само метро затопили грунтовые воды, оно местами обвалилось, местами его замуровали, что бы под землёй не завелись морлоки.

Москву разобрали на стройматериалы. Оставили только памятники. Восемь сталинских высоток , Василий Блаженный, Дом Пашкова стояли среди молодых лесов. А музеи вывезли. Даже Алмазный фонд разъехался по Золотому кольцу.

На месте городов были агропосты и промпосты. Те, кто обслуживал заводы и поля, творящие изобилие, жили в одно и двухэтажных посёлках. В компактных городах, красивых, как Москва на советских открытках. Возможно, ис-ин рассчитал, что, чем меньше людей, тем больше достанется человеческой единице произведённых благ. Роботы отлично справлялись с теплицами и станками. Но вообще без людей производство благ потеряет смысл, наверное.

Она оторвалась от экрана, размышляя, стоит ли поделиться этой мыслью. Вадим Вадимович сидел в наушниках. На экране его ноутбука была схема электромобиля, как она поняла.

Кончились капитализм и социализм. Кончились диктатуры. Люди будущего считали, что основа их строя - соседские общины. Сейчас эти общины должны обсуждать их личности. Если они решат жить вдвоём, им положен отдельный дом, или трёхкомнатная квартира. Три комнаты на двоих – современная норма.

Вадим Вадимович отставил лептоп и потянулся.

-Вам не кажется, что завтрак давно закончился, а обед еще не думает начинаться?

-Сейчас, дочитаю. Я только что узнала, что наш вокзал построили в 30-тые годы. Новосибирцы рассказывали друг другу, что его построил Гарин-Михайловский. А левое крыло обрубленное, потому что деньги украли на революцию. Оказалось, здание должно изображать паровоз. Жаль, красивая легенда была у нашего городка.

-Вы не торопись посетить места боевой славы?

-А как мы уйдем? Кто нас впустит обратно?

-Наталья Васильевна сдала все пароли и шифры. Вы удивитесь, дверь открывается кодом с телефона. Но можно не запирать. Она клянётся, что не было ни одной кражи за семь лет. Какие идеи насчёт обеда?

Есть хотелось, и ей надо было найти магазин типа «Дамского саквояжа».

- Наверно, Наталья Васильевна что-то посоветовала.

- Ресторан «Вокзальный» и пельмени по-сибирски. Вы согласитесь изучить всё меню? Одевайтесь к обеду!

Она представила себя в доме, где надо одеваться к обеду. Там её мигрени были бы к месту! А тут о прокладках надо думать.

В здании вокзала было восстановлено всё. Люстры под арками центрального зала сияли хрусталём. Отмыли фонтан с забавной коротконогой статуей и пустили воду. Выщербленный бетон полов сменила гранитная мозаика. Даже удобные фанерные скамьи вернулись в пустой зал ожидания.

Ресторан тоже был большой, отреставрированный в социалистическом ампире. Блюда ехали по кругу на конвейере. Такое устройство общепита она видела в телепередаче про Японию. На просторе зала даже сидели кое-какие посетители.

Вадим Вадимович снова отставил стул. Она была готова и села по возможности небрежно. Он просмотрел меню на маленьком экране. Потом достал телефон, чтобы посчитать на калькуляторе.

-Я могу заплатить со своей карточки.

-Не занимайтесь глупостями. У нас получится приличный обед. Жаркое с овощами будете ?

-Буду. Но с условием Найдем женский магазин, и вы меня подождёте на улице.

Он обрадовался.

-Какое вино вы предпочитаете

-.. .В это время дня! Компот.

-А я возьму пол-пинты пива. Я не выпендриваюсь, такая доза стоит в меню. Это всего стакан.

-Вадим Вадимович, можно спросить? Чем вы расстроены? Вы изучили перспективы работы по специальности, я угадала?

Она не угадала. В себе Вадим Вадимович был уверен еще больше, чем вчера. Чтобы работать инженером, предстояло переучиться. Примерно как машинисту паровоза на пилота сверхзвукового самолёта. По проводам нового мира бежал постоянный ток.

Но талант не пропьёшь. Здесь были нужны люди, которые умеют организовать процесс. Это умели перемёшенные из 20 века, из середины. Эпоха инженеров, или время последних героев. Так они называли их время. Позднейшие версии людей оказались ленивыми, бестолковыми, не способными к созиданию и взаимодействию. Вы обратили внимание, что интернет разделён на части? Ин-ди - интернет глубинный, для примитивных потребителей, и люди им гордятся! Они рады, что все яйцеголовые ушли в свой ис-ин и не грузят сети дурацкими задачами.

Высоколобые грузят мозги компьютеров расчетами производственных линий и траекторий спутников. Для нормальных людей важнее узнать, как бы они выглядели, если бы были пингвинами или Байк-Викингом. Эта информация хранится, и копится, и на её основании искусственный интеллект делал выводы об интеллектуальном потенциале человечества. ИИ1 и ИИ2 очеловечивались и глупели.

-Знаете, чем сейчас заняты аборигены, потребители? Даже сказать стыдно - Ему было стыдно и неудобно. Он решился, - раскрашивают гениталии и хвастаются фотографиями. Сейчас все рисуют пчелку. В прошлом месяце был ананас. Они занимаются этим очень серьёзно. Выбирают лучших.

-Но нас же не заставляют становиться дебилами!

Был период, когда заставляли. Как христиане заставляли варваров уверовать в Христа. А ведь он понимал, куда катится мир! Его оскорбило до глубины души, что здесь есть художники по гениталиям, и салоны, и признанные мастера! Им на их карточки добавляют за эту фигню, как за работу, полезную для общества.

-Наверное, так общество избавляется от дебилизма во всем остальном. Например, в искусстве.

-Вы правы, примерно такое объяснение я нашёл. Но

- За державу обидно?

- С языка сняли. Куда теперь?

-Наталья Васильевна не говорила, есть какое-нибудь такси, чтоб поездить по городу?

Такси было. Беспилотное, двухместное, высокое, как старинный Форд, с прозрачным верхом для обзора. Они уселись, огоньки вопросительно замигали, она сказала «Башня».

Коммунальный мост через Обь был на месте. Современный, не стилизованный под старину трамвай катил по рельсам. Был на месте железнодорожный мост. Оба моста сверкали обновлёнными металлоконструкциями из нержавеющей стали. От метромоста остались полуразрушенные быки. Остров спустился ниже по течению.

На месте Котлована качались голые ветки молодого леса. Вокруг Карьера был парк. С Горской вниз вела гранитная лестница, а вместо двух симметричных серых учреждений стояли две вышки на высоких цилиндрах, напоминавших её Башню.

Она увидела свой институт, превратившийся в целый научно-промышленный комплекс-городок. И наконец, Башню.

Сколько раз за века её ремонтировали! Какой прекрасной Башня казалась ей в детстве! Розовое круглое чудо, окружённое серыми хрущевками.

Последствия градостроительного преступления ликвидировали. Теперь Башня стояла посреди площади, как новенькая. Но не радовала.

В прошлом, во время дипломного отпуска, она узнала, что в башне строят молодёжное кафе. Тогда она была глубоко несчастна от неожиданной беременности и рождения дочери, ненужной и непонятной, от невесёлой жизни после замужества и развода.

О Башне спорили и мечтали её друзья по институту. И им разрешили. Башня была знаком перемен.

Потом она впервые вошла внутрь. Она была в восторге, бывшие студенты теперь управляли телекомпанией! Интерьеры, отделанные гипсовой плиткой, винилом и ковролином, казались роскошными.

Печально всё кончилось. Она вовремя переместилась. О разгроме мечты лучше узнавать из прекрасного далёко. После восстановления справедливости.

Автогид рассказал, как уничтожали независимые телекомпании. Она могла бы понять, что происходит, что ждёт впереди, когда кончилось любимое НТВ. У кэгэбешников всё получится, а у её друзей – нет.

Она увидела секции забора со знакомым логотипом и поняла, что это мемориал. Отвернулась и пошла к такси.

Такси объехало весь жилой городок из двухэтажных домиков. Фасады разнообразнее, чем в Николаевске. Это новое жильё стояло на месте массива кирпичных и панельных хрущёвок. Их сравняли с землёй вместе с её домом.

Он смотрел по сторонам с интересом. Задавал вопросы автогиду про институт. Автогид отвечал по делу. Даже про сверхпроводимость при высоких температурах. «Вы хотите остаться здесь, в НЭТИ?» «Если бы сбросить лет десять, остался бы. А вы? Вы погрустнели. Воспоминания?» «Да. Давайте дальше по маршруту. Я бы осталась Я не утомила вас стихами? В моё время в этой части Сибири жили гениальные поэты. Я знала Александра Пименова. Слушала в компаниях, как он поёт под гитару. По-моему, писал сильнее Окуджавы. Это песня, но петь я не умею. Прочитаю. Называется «Воспоминая о Томске»

Стыду и совести, нас издавна терзавшим

Уже не просто уберечь меня от гнили

А вам легко, вам хорошо не быть мерзавцем

Вам повезло, вы этот город не любили

Она дочитала до конца и поняла, что в Новосибирске не останется. Вадим Вадимович – как хочет.

Но пахнут женщины всё теми же духами,

А город помнит наши неуды и уды,

Нас выдаёт ему со всеми потрохами

Дыханье юности, как поцелуй Иуды.

Глава 4 Договор

В вагоне Наталья Васильевна наблюдала за самоходной тележкой, развозившей багаж по купе. Встретила их, как родных. Выглядела проводница, будто только что вышла из парикмахерской.

В купе они открыли лептопы. Она увидела много телегов, сообщений. Это были приглашения от русских мужчин в разные страны. Эти люди занимались контактами с ис-ин, генетикой, строительством, медициной, возглавляли биостанции Два запредельно глупые сообщения, с неприличными картинками, пришли от местных, потребителей. Было непонятно, хотят они оскорбить, или понравиться.

Все претенденты демонстрировали уютные домики, красивые пейзажи и дружных соседей в своих посёлках. Все обещали стать надёжным партнёром и опорой в жизни. Она показала экран Вадиму Вадимовичу.

-Что, вы уже выбрали?

-А вас местные красавицы приглашают в спонсоры?

- Приглашают. Оцените, - Он тоже показал, в какие романтичные, удалённых места его зовут восстанавливать энергетику, - Я вписывал в запрос себя и вас. Но мы должны вместе подтвердить заявку в наших лептопах.

- А вы меня спросили, когда вписывали?

- А вы хотите реализоваться, как одинокая женщина? Вы уже нашли работу в новом мире?

-Совершенно не волнуюсь из-за работы. Продавщиц как класс не уничтожили, я сама видела. Наверное, оставили, как любимое занятие для глупых женщин, – Про себя она решила, что если придется собрать сумку и гордо уйти, она это сделает.

- Я думаю, нас свела судьба, глупо ей сопротивляться.

Елена не хотела оставаться в Новосибирске, в наступающей темноте, в районе вокзала одна. Она промолчала.

Он ещё утром, при беглом просмотре информации, понял, что, хотя женщин и мужчин появлялось поровну, именно для мужчин поиск пары - проблема. Он решил почитать, что пишут на эту тему, когда разберётся с переподготовкой для электриков.

Они уже чуть не поссорились два раза. Женский универмаг назывался «Девушка с коробкой». На витрине двигалось объёмное черно-белое изображение Анны Стен. Она сказала: «Зачетный ролик. Голограмма?». Он сказал, что голограмма не может двигаться, голограмма – это метки на купюрах и этикетках. Здесь должен быть другой физический принцип. «Посмотрим, когда вернёмся в поезд,» - сказала она. Но он вошёл в магазин и спросил. Это оказалась 3D технология, в начале 21 века еще не широко распространённая. Любезная продавщица включила вики для пояснений, а она готова была провалиться, потому что другая любезная продавщица спрашивала, какой отдел ей нужен.

На улице он сказал: «Думал, вы на модные вещички хотите посмотреть». «За кого вы меня принимаете?» «Вы - интересная женщина» «Я баба, не человек, так? Мы же договаривались, что просто подождёте»

Второй раз они чуть не поссорились у заведения «Красная рыба». «Я вам говорила, что рыбу не люблю, терпеть не могу. Заходите куда хотите, я пойду на вокзал. Эта улица ведет прямо туда, не заблужусь». Конечно, он её догнал. В ресторане «Вокзальный» еда была великолепной, как из натуральных деревенских продуктов, с этим они оба согласились. За едой заключили мир.