Книга III: Искатель боли

Владеющий только грустно качал головой вслед ускользающим возможностям побренчать сталью. Сам-то он не прочь был поразвлечься, размахивая саблями. Да вот только проблем с имперскими гвардейцами, сторожащими покой на столичных улицах, ему совсем не хотелось. Вполне вероятно было, что грабители и воры, так плотно набившиеся в столичные трущобы, работали так нагло, потому что отстегивали страже процент с добычи. И проверять, так ли это на самом деле, никому из нас не хотелось. Поэтому мы, невзирая ни на что, продолжали свой путь, наслаждаясь переменчивой красотой Агата и его жителей.

Спустя пару часов, когда я уже подумывал предложить Кавиму заняться поиском какого-нибудь транспорта, мне в нос ударила вонь тухлой рыбы, соли, лака и плесневелого дерева. Причем очень неожиданно. Еще пару шагов назад на этот непередаваемый запах не было и намека, а вот он уже бьет по ноздрям, подобно выскочившему из-за угла громиле.

– Чувствуешь, да? – Владеющий изобразил глубокий вдох, словно его ноздрей коснулся самый изысканный и тонкий аромат. – Море близко…

– Да, сложно не почувствовать, – иронично хмыкнул я. – Не думал, что ты так сильно любишь большую воду…

– Я родился и вырос в Зинате – благословенном оазисе из зелени, расположенном на берегу теплого моря. Вокруг него на сотни и тысячи лиг простирается либо чахлая степь, либо мертвая пустыня. Так и что из этого, по-твоему, я должен любить больше?

– Согласен, – покладисто кивнул я. – Если выбирать из перечисленного, то море это, несомненно, самый лучший вариант.

Несмотря на то, что Кавим первый заговорил о своем прошлом, я от дальнейших расспросов воздержался. Я уже успел заметить, что тайну своего происхождения Владеющий оберегал очень щепетильно. Судя по всему, он даже Асталу не открылся до конца. А мы с шахирцем еще не в настолько близких отношениях, чтобы он со мной откровенничал. Не пришло еще время…

– Так, гляди в оба, Данмар, – наставительно сказал мой спутник, когда мы вышли к докам. – Я купил нам места на «Свейрен Дуган». Этот корабль должен быть пришвартован где-то здесь.

– Морской Дракон? – Сходу перевел я имя судна. – Думаю, я уже нашел его.

Проследив за направлением моего взгляда Кавим чертыхнулся, тоже увидав мерно покачивающуюся у самого пирса длинную узкую дрекку типично северных очертаний. Она отличалась от окружающих его торговых судов так же сильно, как худой лесной волк от сытых коров, а потому сразу обращала на себя внимание.

Низкие борта и хищный заостренный нос корабля выглядели угрожающе и, казалось, внушали опаску даже своим соседям по причалу. Все-таки, жители прибрежного севера, или как их еще называли – урманы, имели среди купеческой братии вполне заслуженную репутацию разбойников и головорезов. Северяне и в самом деле редко когда могли удержаться от грабежей, а потому находилось мало смельчаков, готовых сунуться в их воды без многочисленной охраны. Собственно, именно по этой же причине урманы сами редко когда заходили в порты империи, что сильно вредило торговле.

Имея длинную вытянутую форму и ходя под огромным треугольным парусом, дрекки северян были способны догнать любое толстобокое суденышко империи. А потом, при необходимости, успеть еще и ускользнуть от мощных, но не самых быстроходных боевых галеонов Исхироса. Искать же грабителей в промороженных скалистых равнинах дело тоже было гиблое. В местах обитания урманов берег континента был очень рельефный, испещренный скалами, ущельями и заливами. Соваться в иные фьорды без знающего кормчего, тем более, на крупных боевых судах империи, было настоящим самоубийством.

– Исш’антала, это же северяне!

– Ну да, – удивленно подтвердил я, – а ты кого ожидал увидеть на корабле с таким колоритным названием?

– Я… кхе… – Владеющий вдруг стал выглядеть несколько смущенно. – Я не думал, что это будет корабль с севера. Мне казалось, что «Свейрен Дуган» это по-кенсийски…

– Ну ты даешь, Кавим! – Хохотнул я. – Как же можно было звонкое мяуканье кенсийев перепутать с грозным рычанием урманов?

– Если такой умный, – огрызнулся мой товарищ, – то давай сам попробуй быстро найти судно, идущее к берегам Дикого континента! А я над тобой буду потешаться…

– А зачем искать? – Не понял я. – Ты ведь уже нашел нам вот эту красавицу, разве нет?

Моя ладонь указала на дрекку, на палубе которой наметилось некоторое оживление. Похоже, наши замершие в нерешительности фигуры перед кораблем не остались урманами незамеченными.

– Вообще-то, – попытался переубедить меня Кавим, – это не самые лучшие попутчики. Северяне все как один грубы и задиристы, так что совместное плавание с ними может оказаться…

– Эй ты, сраное господинство! – Громкий раскатистый бас прервал моего спутника на полуслове. – У тебя что, рука лишняя? Какого хрена ты в нашу касаточку ей тычешь?!

– Вот, теперь ты видишь, почему нам стоит потерять пару лишних дней, но найти других спутников? – Вполне серьезно спросил Владеющий, внутренне начиная готовиться к потасовке.

– Единственное, что я вижу, Кавим, – невозмутимо ответил я, – так это то, что это корыто донесет нас до точки назначения гораздо быстрее, чем какое-либо иное. Ну и, конечно же, желающих напасть на такую кусачую добычу будет не в пример меньше. Так что давай, грузимся!

– Ну, смотри сам, – безразлично развел руками южанин.

Он, казалось, вовсе не боялся урманов, а больше переживал за меня. Ну не мог он поверить, что двенадцатилетний подросток сумеет спокойно пережить такое путешествие.

– Я тебя предупредил, Данмар, а окончательное решение принимать тебе. Ты, главное, не вздумай про корыто при них ляпнуть…

– Да не волнуйся, все я понимаю…

– Э! Ты там оглох или чего?! – Раздался снова вопль бородатого моряка, который все еще стоял и ждал от нас ответа.

– Не рви глотку, – в тон ему рявкнул Кавим, – а лучше зови капитана! Мы купили места на этом судне!

– А-а-а! – Хмурая мина северянина тут же преобразилась в радостную и в какой-то степени даже гостеприимную улыбку. – Так вы, ваше господинство, пассажирами будете! Что ж вы сразу не сказали! Добро пожаловать на борт!

Бородатый детина согнулся в шутливом поклоне, сделав приглашающий жест, и мы с Кавимом, коротко переглянувшись, поднялись на палубу, где и принялись осматриваться.

«Свейрен Дуган», откровенно говоря, не производил впечатление пассажирского или торгового судна. Это был самый настоящий боевой корабль, и об этом в его облике кричало абсолютно все. И тараноподобная змеиная голова, будто специально водруженная на нос дреки, чтобы врубаться при абордаже во вражеские борта, и плохо затертые бурые пятна на досках, и специальной формы уключины, на которые так удобно вешать щиты…

Я уж молчу про саму команду, которая походила на шайку отъявленных головорезов и бандитов, лишь каким-то чудом сбежавших с эшафота. Потемневшие от солнца и соленого ветра эти люди выглядели вырезанными из мореного дерева и камня. А их длинные спутанные бороды только добавляли жестким и неприветливым лицам северян отрицательной живописности. Их коренастые фигуры смотрелись бы куда более гармонично в кольчугах, шлемах-полумасках и с топорами наперевес. И это было слишком явно для всякого стороннего наблюдателя…

– Это чё у тебя? – Урман, который зазывал нас на борт, беспардонно протянул мозолистую руку, пытаясь сцапать мой амулет Аколита.

Я среагировал на непрошенное внимание даже раньше, чем успел осознать намерения моряка. Невзирая на то, что пространство для маневра было у меня весьма ограниченным, я достаточно ловко вскочил на низкий узкий борт, сделал по нему пару быстрых шагов, а потом спрыгнул на палубу, но уже позади наглеца. Мне удалось все проделать настолько стремительно и естественно, что урман в первую секунду даже не понял, куда я подевался.

– Хе-хе, а ты ловкий сученыш, твое господинство! – С щербатой ухмылкой то ли похвалил, то ли оскорбил меня урман. – Долго учился? Да ты не бойся, старый Элиги только поглазеть хотел на твою побрякушку!

– Прекрати паясничать, и отведи нас к капитану! – Вмешался Кавим, одергивая чрезмерно разговорчивого северянина.

– О, конечно! Как пожелают уважаемые пассажиры! – Моряк не то чтобы сразу же сник или испугался Владеющего, однако новых поползновений в мою сторону делать больше не стал, послушно увлекая нас куда-то в сторону кормы.

По пути до старшего среди всей этой команды висельников, на нас практически не обращали внимания. Северяне сновали по палубе, как деловитые муравьи, каждый занятый своим делом, и им было вовсе не до разглядывания гостей. Разве что ладный наряд Кавима, который после виденной столичной роскоши уже не поворачивался язык назвать таким уж богатым, нет-нет, да притягивал чей-нибудь завистливый взор. Однако истертые рукояти парных сабель, висящие на поясе южанина, внушали здоровые опасения всякому любопытствующему, а потому никто так и не решился дернуться в его сторону.

Честно, глядя на этих битых жизнью и морем бродяг, я уже начал подумывать о том, чтобы принять предложение своего спутника и поискать другой корабль. Все-таки, это Агат, здесь в портах стоят сотни разномастных судов. Наверняка среди них найдется тот, который нам нужен, и будет он вовсе не хуже, а даже лучше. Единственное, что пока меня останавливало от этого шага, так это нежелание тратить на заплыв до Дикого континента от полутора до двух месяцев. Дрекка урманов вполне была способна преодолеть это же расстояние за вдвое меньший срок. А если нам будут благоволить ветра, то и того быстрее. Тем не менее, наш разговор с капитаном расставил все на свои места…

Заправлял на «Морском змее» такой же просоленный и дубленый мужик, как и все остальные члены экипажа, коих на маленьком борту я насчитал почти полсотни. Но в отличие от своих подчиненных, капитан был обладателем прямого и открытого взгляда, глубиной которого он неизменно напоминал мне Астала. Наверное, эта черта стала первым намеком на то, что с этим человеком можно вести дела без особой опаски…

– Чем могу быть полезен? – Вежливо спросил северянин у Кавима, полагая его главным в нашей паре.

Судя по тому, что этот урман был облачен в засаленную рубаху далеко не первой свежести, а его ладони оказались сплошь изляпаны в смоле, работы он не гнушался. И я даже и не знаю, с какой стороны это его характеризовало. Как настоящего лидера, что делит трудности и невзгоды дальнего странствия поровну со своими людьми, или все-таки как никудышного капитана, который не способен найти себе умелых исполнителей?

– Мы приобрели в префектуре два билета на твой корабль, – сухо откомментировал Кавим, протягивая два пергаментных отрезка с синей восковой печатью и оттиском на них. – Нам нужно на Дикий континент.

– А, пассажиры! – Урман, казалось, обрадовался. – Что ж, располагайтесь, как сможете. Пайку вам будут выдавать один раз и на весь день, поэтому советую поэкономить. К сожалению, мой «Морской змей» это не галеон и даже не челнок, так что вместительными трюмами мы похвастаться не можем. Провианта и пресной воды у нас загружено впритык.

– Понятно, – важно кивнул Владеющий, – а где места для ночлега?

– Хм…мы, можно сказать, стоим на них прямо сейчас.

– Что?! – Вскинул брови южанин. – На палубе?!

– Ну да, – не понял удивления собеседника северянин. – Но вы не беспокойтесь, на ночь над кормой натягивают плотный навес, так что под открытым небом спать не придется.

– М-да-а-а… уютно, ничего не скажешь…

Похоже Кавим, привыкший к ежедневной ночевке на постоялых дворах, горячей воде и сытному ужину с вином, от перспективы такого морского путешествия весьма огорчился. Но ничего, ему полезно. Может хоть после этого заплыва он перестанет быть похожим на лощеного аристократа.

– Еще кое-что, почтенные пассажиры, – вновь обратил на себя внимание капитан. – Мой экипаж состоит из простых людей, не привыкших к витиеватым беседам. Да и попутчики нечасто поднимаются к нам на борт…

– Интересно, почему это? – Вставил ироничную реплику южанин, на что урман лишь досадливо поморщился, но отвечать не стал.

– В общем… э-э-э… мы все воины, а потому некоторые из моих морских волков могут вам докучать. Но не по злому умыслу, а по неразумности и собственному простодушию! Ежели нечто подобное вдруг произойдет, прошу незамедлительно сообщать мне, я с ними разберусь!

– Ага, – снова едко отозвался Кавим, – воины… оно и видно.

Здесь уже предводитель северян смолчать не смог. Он нахмурился и побагровел столь сильно, что начинало казаться, будто у него из ушей сейчас повалит пар.

– При всем моем уважении… господин, – с заминкой выдал капитан, – но ваши слова оскорбительны! Я понимаю, что вы намекаете на разбойничье ремесло многих моих земляков, но я и моя команда не из таких!

Опешивши от внезапной резкой отповеди, Владеющий не успел ничего ответить, а разгорячившийся капитан продолжил уничтожать его своими аргументами.

– Свое право заходить в гавань Агата мы заслужили, проливая собственную кровь ради интересов императора Исхироса! Мы каждый год отправляемся на войну со своими братьями, чтобы ваши торговые суда дошли до городов севера в целости и сохранности! Ваши купцы нанимают нас, чтобы сберечь людей и товары! А когда в тех водах наступает сезон штормов, и торговля замирает, нос нашего змея обращается на юг, в сторону Дикого континента. Благодаря скорости нашей дрекки, мы успеваем трижды сходить до проклятых земель и обернуться, принося провиант, оружие или срочные вести. Ваша империя не платит нам много, но это честный заработок, который не вынуждает нас всякий раз поступаться принципами!

Замолчав, переводя дыхание, урман вперил тяжелый взгляд в Кавима, словно ждал каких-либо возражений. И я был уверен, что если б таковые нашлись у южанина, то наша парочка вылетала бы с палубы «змея» со скоростью дерьма чайки, несущегося к земле.

– Прости за мое недоверие, – неожиданно для меня покладисто согласился мой спутник. – Но твоя команда выглядит, как типичные северяне. А ты сам знаешь, какая слава ходит о твоих земляках…

– Знаю, – тяжело вздохнул капитан, принимая извинения Кавима. – Поэтому я становлюсь излишне резок, когда тень их репутации падает и на мою команду. А ведь для любого человека со стороны один лишь факт, что мы стоим на приколе в самой столице Исхироса уже должен о многом говорить. Но нет, люди продолжают видеть в нас неотесанных дикарей и головорезов… В общем, давайте забудем об этом разговоре. Скоро нам отправляться в путь, а потому нужно поторопиться с приготовлениями. Если что, меня зовут Вольх, и я всегда к вашим услугам.

Глава 6

Берег империи мерно покачивался и отдалялся под слаженный плеск десятков весел и разудалую песню урманов.

Кто нас призвал сюда?

Ветры морские!

Кто нас повел вперед?

Грома раскат!

Кто указал нам путь?

Волки седые,

Светлые пращуры

В сердце горят…

Мы с Владеющим скромно устроились на носу, рядом с еще одним пассажиром, который рискнул отправиться в плавание с такой командой, и наблюдали за дружной работой гребцов.

Сквозь ледяной туман

Смерти навстречу!

Сквозь гробовую мглу

На край земли!

Через пожар и дым

В жаркую сечу!

Вновь к берегам чужим

Шли корабли…1

– Я ж говорю, разбойники они все, – лениво отметил Кавим, вполуха слушая боевой мотив песни. – Все бы им к берегам чужим ходить, да пожары там устраивать.

– Это ж просто фольклор, – мягко возразил я ему, не имея цели развязывать жаркий спор, а просто от скуки. – Наверняка и в султанате найдется много песенок, представляющих шахирцев в не очень хорошем свете.

– Что-то я ни одной такой не знаю, – с вызовом бросил мой спутник, приняв замечание на свой счет.

– Ну как же, – улыбнулся я ему, – а песенка старого погонщика?

– Вообще не тот случай, – тут же посмурнел Владеющий. Сразу стало ясно, что этот скабрезный образчик эпистолярного жанра про старого деда, который задушил свою жену, чтобы та не мешала ему баловаться с ослицей, ему прекрасно известен. – И вообще, она больше шутливая…

– Ну а в каждой шутке есть доля правды, дорогой мой Кавим. Именно это и делает ее смешной.

– С чего ты вдруг столь рьяно защищаешь этих варваров? – Попытался сменить тему воин, пока я не вспомнил еще десяток схожих примеров из народного творчества его страны.

– Потому что нам с ними предстоит прожить бок о бок несколько седмиц, – честно признался я, – и мне хотелось бы провести это время без лишних конфликтов.

– Пф… – южанин фыркнул и состроил такую мину, будто я ляпнул какую-нибудь глупость. – Эти урманы стерпят от меня любую дерзость. Ведь они понимают, что в случае чего, я смогу в одиночку перерезать хоть всю их команду. Это же простые смертные!

– Ну перережешь ты, а дальше что? – Сыронизировал я над самоуверенностью собеседника. – Останемся одни в открытом море на дрекке, которой не сможем управлять?

– Это уже другой вопрос…

– Кхм, простите, что вмешиваюсь, уважаемые, но не могли бы вы общаться немного потише? – Нашу беседу прервал третий пассажир – мужчина средних лет в некогда добротном камзоле, нервно тискающий в руках потрепанную кожаную папку на завязках. – Мне кажется, что вас слышат вон те люди…

Незнакомец украдкой указал на спины ближайших гребцов, которые и в самом деле периодически поворачивали свои головы ушами в нашу сторону и, похоже, в песнопении не участвовали.

– Пусть слушают, – все так же легкомысленно и надменно махнул рукой Владеющий. – Северяне простые люди, они не станут обижаться на правду.

– И все же, быть может, не стоит их лишний раз дразнить? Давайте поговорим о чем-нибудь другом! К примеру, с какой целью вы отправились в столь дальнее странствие?

– Я? Да оно сто лет мне не нужно! Это вот все он, – небрежно указал Кавим подбородком в мою сторону.

– Да? – Взаправду удивился наш попутчик. – Как интересно! Вы, насколько я вижу, молодой человек, обучаетесь стихии воздуха? Очень похвально, в столь юном возрасте! Решили попрактиковаться на море?

– Вроде того, – коротко кивнул я, не пытаясь ни в чем незнакомца переубеждать. Если в этом мире воздушников привыкли считать двигателями кораблей, то пусть оно так и остается.

– Ну а вас что сподвигло посмотреть на проклятые земли? – Поинтересовался у мужичка южанин. Причем, по его ленивому и скучающему виду было слишком заметно, что на самом деле Кавиму это вовсе не интересно.

– О, это очень хорошо, что вы спросили! – Третий пассажир вовсе не заметил плохо скрытой скуки в голосе Владеющего, и с энтузиазмом принялся излагать свою историю. – Я философ и ученый! Я уже больше двадцати лет изучаю одержимость и все, что с ней связано. К сожалению, несмотря на обширность этой темы, задокументирована она крайне слабо. А потому на большой земле уже не осталось письменных источников, по которым я бы мог заняться устранением белых пятен в своих познаниях. К настоящему дню я изучил всю доступную литературу в Исхиросе и Кенсии, а также опросил больше полутысячи братьев Ордена Меча! Иными словами, я отправился в путь за новыми знаниями, если так можно выразиться…

– А-а-а-а-у-у… – Мой спутник совершенно по-хамски зевнул, едва не вывихнув себе челюсть, – действительно, очень интересно…

– Замолчи, Кавим, – с силой пихнул я шахирца в бок, но только лишь отбил себе локоть об его разукрашенный нагрудник. – Мне стыдно за твои манеры.

– Вот же дерзкий мальчишка, – с улыбкой ответил тот, и откинулся спиной к носовой фигуре, вырезанной в виде головы змея, давая понять, что дальнейший разговор будет проходить без его участия.

– Извините моего друга, – вежливо обратился я к незнакомцу. – Он обычный воин, и просто не в силах оценить всего величия истинной науки. Можете рассказать мне немного о теме ваших изысканий?

Мужичок в потасканном камзоле с некоторым сомнением посмотрел на меня, пытаясь понять, не издеваюсь ли я над ним. Однако встретив мой горящий жаждой познаний взгляд, отказывать в моей маленькой просьбе не стал. Сначала несколько неуверенно, а потом все более азартно и упоенно, он принялся излагать то, что собирал по крупицам целых двадцать лет.

Первым главным открытием для меня стало то, что в этом мире нет демонов в своем истинном обличии. То есть в том виде, в каком они существуют в Аду. Оказалось, что этим именем здесь по незнанию называют тех, чьим телом завладела потусторонняя сущность и принялась изменять своей силой его плоть. Со страдающим от длительной одержимости реципиентом могло произойти ну просто абсолютно все, что только можно вообразить. Могли отрасти рога, шипы или лишние конечности, видоизмениться суставы, вытянуться мощные когти или прорезаться ужасающие пасти где-нибудь в совсем не подходящем для этого месте. А вдобавок, будто перечисленного было недостаточно, одержимые становились невероятно сильными, словно олицетворение первозданной звериной мощи. Отсюда и рождалось такое заблуждение среди тысяч обывателей, что одержимые это и есть обитатели Преисподней.

Еще я узнал, что помимо прочего, демоны не брезговали и телами лесных животных, поэтому основными противниками жрецов на покрытом непроходимыми пущами континенте были именно они. В этих изуродованных иномирными сущностями тварях иной раз вообще невозможно было узнать, кем они были раньше. Маленький пушистый лори мог за несколько месяцев разрастись до размеров орангутанга, обратившись в свирепую гору пульсирующей плоти с вывернутыми во все стороны клыками. И такую страхолюдину действительно трудно было опознать даже самым опытным демоноборцам.

Вот так вот день за днем отродья бездны волнами накатывали на форпосты Ордена и разбивались о них, словно о скалы, внушая своим отравительным видом страх любому, кто не носил черного доспеха. А уже эти люди несли слухи обратно, рассказывая басни о том, как они бились на стенах форпостов чуть ли не с самим Дьяволом. Отсюда и проистекало основное заблуждение среди непосвященных, что одержимые это и есть те же демоны.

Немного вскользь, но коснулись мы в разговоре и темы пребывания основных сил последователей Воргана в этом непростом месте. Одной из главных проблем храмовников оставались раненные товарищи и помощники. Всех их старались как можно скорее переправить подальше от разлома. Туда, где присутствие слуг Дьявола не будет таким сильным. Потому что в любой момент они могли уступить чужой воле и поднять оружие уже против своих соратников. Однако это тоже не давало никаких гарантий, потому что случаи одержимости с некоторой периодичностью фиксировались вообще в любых частях света. Да что говорить, если я сам был свидетелем того, как в Йеро вселился чей-то дух на другом краю света? Именно по этой причине служители местного божества несли боевые дежурства практически в любом крупном лазарете Исхироса. Никто не мог знать наверняка, где и когда ослабленная воля раненного человека уступит напору демонической скверны.

Слушать философа было крайне интересно. Я словно бы открывал новую неизведанную для меня грань мира. Мира огромного и таинственного…

– Скажите, Цавлит, – обратился я по имени к своему новому знакомому, – если телом человека может завладеть демон, то может ли в него подселиться и чья-нибудь людская душа?

– Эх, Данмар, если б на ваш вопрос можно было так легко ответить… – ученый не скрывал радости от того, что нашел себе благодарного слушателя и собеседника, а потому вел себя вполне раскованно и расслабленно. – Тема переселения душ вот уже которое поколение является предметом жарких споров и диспутов множества ученых мужей. С одной стороны, я могу сказать, что нельзя категорично отрицать такую возможность, а с другой – что никаких убедительных доказательств и свидетельств этому нет…

Ну да, ну да… философ ведь не может знать, что перед ним сидит то самое живое доказательство этому. Ну так пусть и дальше живет в неведении. Зато я теперь могу пребывать в относительном спокойствии, зная, что произошедшее с мальчишкой Данмаром считается в этом мире чем-то на грани фантастики.

Я украдкой оглянулся на Кавима, который под теплыми солнечными лучами задремал прямо на носу, и сейчас сидел, уронив голову себе на грудь. Уж ему точно незачем слышать мои расспросы. А то мало ли, до чего он может додуматься…

Солнечный диск постепенно начал закатываться за горизонт, и на небе стали проявляться очертания россыпи осколков мертвого спутника. Мы с Цавлитом все еще разговаривали, а очнувшийся Кавим лениво жевал засушенную до состояния дерева солонину, выданную в качестве пайка, когда команда «Змея» начала готовиться к ночи.

– Эй, малец, – окликнул меня один из урманов, растягивающих навесы над палубой. – Придержи шест, а то вам сейчас на головы все свалится!

Пожав плечами, я выполнил просьбу, помогая закрепить пришитую к толстой плотной ткани петлю и натянуть ее между длинными жердинами.