Ее выбрала ночь

— Но прошлые деяния церковников заставляют думать о худшем? – Вновь улыбнулся Штефан.

— Именно, - ответила я на улыбку, стараясь унять свое излишнее воодушевление. Не каждому нравится слушать историю давно ушедших и забытых всеми дней. Но мне показалось, что я нашла благодарного слушателя. Или заинтересованного?

— А что скажете, если я предложу Вам прямо сейчас поехать в замок Бран? До того, как сядет солнце есть еще пара часов.

— Но музей работает только до четырех часов? – С сожалением уточнила я.

— Для туристов да. – Улыбнулся Штефан, ожидая моей реакции. — Но я не турист, а личный помощник председателя палаты депутатов.

— Побывать в таком замке без толпы народа, еще на закате очень интригует. – Ответила я, стараясь не запрыгать на стуле от радости.

Крепость Бран располагалась на границе двух регионов – Трансильвании и Валахии. Её начали возводить под руководством рыцарей Тевтонского ордена, которых король Венгрии пригласил для защиты юго-восточных границ королевства еще в 1226 году. Замок, где находился гарнизон, не только защищал от врагов, но и служил таможенным пунктом. Там укрывались не только простые жители, но и солдаты.

Этот замок в 1920 подарили королеве Марии. К приезду правительницы территорию снаружи и внутри облагородили: разбили аллеи, высадили деревья в многочисленных уединенных двориках. Да и внутри замка, королева привезла и заменила множество различной мебели и бытовой утвари.

Штефан оказался прекрасным рассказчиком, который знал всю историю своей родины. Не только мистическую ее часть, но и достоверные факты.

Почти во всех помещениях замка сохранили исторический стиль 16–20 веков, как было при жизни королевских семей. Мистической истории отвели четвертый этаж. По факту он был посвящен «вампиру Дракуле» и немного мифическим духам, таким как сантоадери — духи, считавшиеся виновниками всех болезней. Или про иеле и как жители деревень защищались от нее — злой феи в образе прекрасной женщины..

Как же много здесь оказалось потайных ходов между этажами. Все они были очень узкими с бесконечными лесенками освещаемые только свечками на стенах, которые зажигал мой впереди идущий сопровождающий. Многие комнаты были без окон, что создавало атмосферу еще большего мрака. Мы осмотрели и библиотеку с многочисленными древними томами. Жаль все книги были на сигнализации и мне не удалось взять в руки хоть одну из них.

Внутри замок оказался намного больше, чем виделся мне снаружи. Я словно перенеслась на несколько сотен лет назад. Как же здесь было красиво. Кроме камер, ни единой современной мебели или техники.

Одним из ходов, мы подошли ко входу одной из башни, на дверях которой было написано: «Вход воспрещен». Штефан достал из кармана ключ и открыл дверь. Мне так не терпелось попасть туда, куда было запрещено посетителям музея, что я даже спрашивать не стала откуда ключ и смело шагнула в темноту открытой двери.

Мы оказались в своего рода обзорной башне. Из узкого окна высотой метра полтора, вся долина была как на ладони. Я увидела и свою гостиницу и величественные горы покрытые густым лесом. А у подножия цитадели заметила установленный каменный крест с символикой ордена Дракона.

— Интересно, члены ордена Дракона еще живы? – Невольно задумалась я вслух.

— Живы, но это не афишируется. – Ответил мне Штефан немного побелев лицом, словно пожалел, что сказал. — И Вам не советую это делать.

— Как скажешь. Но теперь мне интересно, где они, чем занимаются и что знают о тайне пропавшего тела Князя. – Я даже не надеялась на ответы, и потому просто смотрела вдаль.

Я присела на своего рода каменный подоконник, который был просто частью стены доходившей мне до колена. Как же мне хотелось бы перенестись в то время. Увидеть настоящую жизнь Влада II и III и их приближенных.

С одной стороны это опасное желание. Допустим, случилось чудо и меня перенесло на 500 лет назад. Моего рода и близко не было рядом с Румынией, чтобы сойти за чью-то дальнюю родственницу. Значит, в круги аристократии мне хода нет. А попасть в то время без имени и защиты рода, чревато сгинуть в злачных местах разбойников. Да много, что может произойти.

— Интересные у Вас желания. – Без тени улыбки сверкнул глазами Штефан. — Обычно, молодые девушки радуются современному обществу и тому, что имеют.

— Извините меня. – Мои щеки загорелись огнем стыда. Я и не заметила, что говорила вслух свои бредовые мысли. — Я случайно, и я довольна той жизнью, которую построила себе сама. Просто меня необъяснимо притягивает прошлое.

— Притягивает так, словно Вы не из этой эпохи? – Без шуток спросил слегка нахмуренный Штефан.

— Не задумывалась об этом. Но в стенах этого замка наверное, что-то навеяло. – Дала я честный ответ, подозревая, что он прав. Но решила переключить наше внимание, на более важные вещи, нежели мои фантазии. — Вы так и не сказали мне, встречусь ли я с господином Батори. Мне хотелось бы услышать и его мнение о жизни князя Цепеша.

— Когда он будет готов сообщит нам. Но сначала, я хочу чтобы вы посетили со мной один монастырь, в котором нам предоставят право изучить архивы.

— Монастырь Комана? Его и правда построил сам Влад?

— Это правда. И настоятель этого монастыря мой должник. Потому мы отправимся в село Коман рано утром. Готовы отправится на отдых?

— Если можно, я бы хотела пройти через эти прекрасные сады? – Бросила я взгляд в сторону еще зеленых лабиринтов и беседок. Солнце скрылось за горами, оставив на небе оранжевый росчерк облаков. По территории внизу загорелись электрические фонари, которые вернули меня в реальность. Как бы ни кипела здесь жизнь раньше, сейчас это место явно засыпало. Мне тоже пора была отдохнуть перед предстоящей поездкой и, я уверена, новыми приключениями.

***

Поезд с писательницей начал сбавлять скорость незадолго до появлении на станции Бухарест-норд. Михаил решил лично встретить девушку на перроне. Ему казалось неправильным поручать это дело помощникам. Все-таки молодая особа не знающая языка приехала впервые в чужую страну. И он, как работодатель хотел дать ей чувство опоры и надежности своим появлением и сопровождением. Михаил

заблаговременно навел «справки» о ней. Она была сиротой. Эмоциональных привязанностей у нее не было и никаких темных пятен в ее карьере и личной жизни. Значит, она не станет спешить с возвращением домой и быть может, они смогут поработать немного дольше.

И вот она спустилась по лесенке поезда. Проводник подал ей руку и она что-то ответила ему с вежливой улыбкой.

София огляделась в поисках встречающего и отошла на пару шагов от поезда.

С севера вдруг поднялся ветер и ударил девушку в спину. Аромат ее волос долетел до Михаила и его сердце чуть не зашлось в бешеном ритме. Это был запах не духов и не цветочных масел, а чего-то бесконечно родного: тёплого пледа, домашней выпечки с корицей, тихого вечера у окна, когда за стеклом метет метель, а внутри — покой. Запах дома, который он почти забыл, но который теперь вдруг всплывает в памяти с поразительной ясностью. Этот аромат дурманил его разум. Хотелось прикоснуться к ней, хоть раз и он неосознанно сделал шаг впереди.

— Господин Михаил? Что с Вами? - Тронул его за плечо помощник Штефан и Михаил остановился.

— Я не могу, пойти к ней. — Хриплым голосом отозвался он, не в силах оторвать взгляд от ее кукольного личика с русыми волосами.

— Почему?

— Я… Не знаю. - Михаил закрыл нос и рот ладонью, а потом опомнился и просто перестал дышать. — Ее аромат… То ли так волосы пахнут, то ли это аромат ее тела, но… Я не знаю, как отреагирую, если подойду к ней.

Михаил развернулся и стремительным шагом покинул перрон. На входе в здание вокзала, он оглянулся и его взгляд тут же выхватил из редеющей толпы эту красотку.

— Господин, прошу простить за дерзость, но не истинная ли она Ваша?

— Что за чушь?

— Мой князь, я уже видел подобную реакцию вампира. - Едва слышно сообщил Штефан, переживая, как отреагирует его господин на эту легенду. — Лет двести назад, или чуть меньше. Вампир ощутил аромат тела своей пары, и больше не мог отвести от нее взгляд. Он говорил, это как наваждение. Ее аромат заставил вампира перестать дышать, думать и отдыхать. Пока не услышал ее голос. А когда услышал, то не смог больше быть вдали от нее…

— Хватит, я не верю в легенды. - Жестко ответил Михаил и с усилием отвел взгляд от растерянного лица писательницы.

Все его существо желало подойти к ней и познакомиться. Ощутить ее аромат еще раз. Услышать, как звучит ее голос.

Но он боялся не удержаться и что-то сделать. Он мог ее напугать.

— Черт! Увези меня. Напиши ей сообщение, что встретишь ее на следующей станции.

Штефана поразил его приказ, но он не осмелился ослушаться. Он написал девушке сообщение, куда ей пройти и на какой скорый поезд сесть.

Одно Штефан понял точно - эта девушка не долго будет на них работать. Михаил вряд ли упустит возможность стать счастливым с истинной парой. Даже если это всего лишь легенда, реакция Михаила на эту девушку говорит о многом.

Глава 2. Комана

Из Брана мы выехали рано, ведь день предстоял долгий по словам Штефана. Я разглядывала пейзажи за окном автомобиля, но не могла забыть свой сон. Точнее, я не могла перестать думать о нем, ведь я не помнила, что именно мне снилось. Я хорошо помнила только черные глаза в темном углу своей комнаты. Мне снился незнакомый мужчина. Когда я спала, не осознавала себя в своем номере отеля. Но при пробуждении поняла, что снился он мне именно здесь. Он пришел с прохладным ветром и туманом прямо из окна. Он говорил мне что-то на румынском бархатным голосом, от которого по моему телу разбежались мурашки. Это все что я четко помнила сейчас – его голос и черные глаза. Мне казалось, что если я сейчас увижу этого человека то точно узнаю.

За завтраком я не стала молчать. На вопрос моего сопровождающего почему выгляжу усталой призналась, что еще не отошла от странного сна. Конечно же он сказал, что накануне вечером я была слишком впечатлена вечерним замком Бран, потому мне снились странные сны.

До монастыря мы добрались за полтора часа. Комана, расположенный в коммуне Комана уезда Джурджу, был основан Владом Цепешем в 1461 году как монастырь-крепость, но пришёл в упадок ещё до конца XVI века. Место, на котором был построен монастырь, раньше было островом посреди болот, а попасть на его территорию можно было через ворота на севере. Мы припарковались перед деревянным мостом на берегу у небольшой реки.

— Странно, что его еще не отстроили. Он будто такой, каким был первоначально.

— Так и есть. – Предложил мне локоть Штефан, когда мы ступили на мост. — Когда дерево рассыхается, монахи его собственноручно вновь отстраивают и укрепляют рассохшиеся доски. Они стараются сохранить историю. Например этот мост. Его специально построили из дерева, чтобы при опасности его можно было легко сжечь и защитить это место от врагов.

— Рад приветствовать Вас в нашем монастыре. – Просто из ниоткуда появился в конце моста перед нами монах. Лысый мужчина преклонного возраста, в мешковатой коричневой рясе подпоясанный бечевкой.

— Епископ Раду, рад Вас видеть в добром здравии. – Приветствовал монаха Штефан. — Позвольте представить Вам госпожу Романову.

— Молодая госпожа, которую интересует Влад Цепеш? – Монах смотрел на меня не моргая, словно сканировал. — Ну что же, я выделил Вам немного времени, расскажу, что смогу.

Православный монастырь был окружен высоким забором. За ним здание было выстроено квадратом, во дворике которого располагался храм с цветными витражами. Мы прошли в здание за монахом, который тут же увел нас в подвал. За очередной дверью оказалась узкая винтовая лестница круто уходящая вниз. Мы спустилась вслед за монахом древнего монастыря вглубь нижних уровней — в хранилище книг. Сердце билось чаще с каждым шагом, будто предчувствуя открытие чего-то сокровенного.

За очередной тяжёлой дверью обнаружилась узкая винтовая лестница, круто уходящая вниз. Её каменные ступени, истёртые веками, казались почти скользкими от времени. Стены коридора давили со всех сторон — настолько тесным был проход. Я невольно прижала ладонь к шершавой кладке, ощущая холод камня.

Наконец, лестница вывела нас в круглый холл с массивными каменными стенами. В них зияло шесть дверных проёмов, словно молчаливые стражи, охраняющие тайны подземелья.

Епископ Раду, не замедляя шага, направился к одному из них. Его длинная ряса едва слышно шуршала по каменному полу, а в руках он держал старинный фонарь, отбрасывающий дрожащие тени на стены.

Мы вошли в хранилище. Помещение освещали электрические канделябры, причудливо сочетающие современность с древностью. Их свет, тёплый и приглушённый, ложился на стены подчеркивая текстуру старого камня.

В центре комнаты стоял круглый стол, окружённый стульями с резными спинками. Но главное — повсюду, от пола до потолка, тянулись стеллажи с ветхими томами. Переплёты из потёртой кожи, страницы, пожелтевшие от времени, свитки, аккуратно уложенные в деревянные ящики — всё это создавало ощущение, будто мы попали в сокровищницу знаний, бережно хранимую поколениями монахов.

Воздух здесь был особенным — густой, насыщенный запахом старой бумаги, воска и едва уловимым ароматом ладана. Никогда не любила его аромат – удушающий и тяжелый.

— Присаживайтесь дети мои, - кивнул нам монах на стулья, и на мгновение задумавшись посмотрел мне в глаза, — А ты, дитя мое, веруешь?

— Епископ Раду, боюсь, мой ответ может Вас разочаровать или обидеть. – Я отвела взгляд, так как я не хотела разводить полемику о вере и религии. Для меня это были разные вещи и свою веру, я бы не хотела обсуждать.

— Честный ответ не может обидеть. – Чуть нахмурился монах не отрывая от меня взгляда.

— Я была крещена в православной церкви. Но я не из религиозной семьи. Моя вера только в моей душе.

— Понятно. – Монах подошел ко мне ближе и едва касаясь похлопал меня по плечу. — Хотел бы я помочь заблудшей душе, что испытывает сомнения, да это вопрос не сегодняшней встречи. Обращайся ко мне Отец Раду.

— Благодарю, Отец Раду. Пожалуйста расскажите истинную версию постройки этого монастыря и все, что можете рассказать о князе Цепеш.

— Раз Вы спрашиваете об этом у меня, то надо думать, Вы не верите в общеизвестные источники.

— Каждый источник передавая из уст в уста искажает действительность. И с каждым последующим рассказом обретает все новые детали. Я хочу узнать правду. Считаю, что те, кто до сих пор служит Богу в монастыре построенном самим Владом не станет искажать реальность и не утратил истинную историю.

— Все верно говоришь, ну что же. Я расскажу. Первое упоминание о Комане относится к 1461 году. У нас сохранилась грамота Дракулы от 27 сентября 1461 года, где говорится, что монастырю даруются земли. – Отец Раду встал и поспешил к одному из стеллажей вдоль стены. Вскоре он принес мне копию древнего документа и продолжил рассказ. Я же достала из сумочки блокнот и стала записывать. — Сама обитель была основана, как сейчас говорят Дракулой, чуть ранее. Причина официально неизвестна, но легенда связывает появление монастыря с реальными событиями лета 1460 года, когда Дракула поссорился с турками.

В то время отношения Дракулы с турками были мирными. Он платил дань, 10 000 золотых в год, а взамен получал гарантии того, что турки не станут грабить придунайские области его владений. И вот князь узнал, что турки без всякой причины нарушили соглашение и увели 5 000 человек в рабство. Конечно, он быстро собрал конницу и бросился в погоню! – Монах принес мне еще два ветхих тома и присел на край стула за стол. Чуть отдышавшись он продолжил рассказ.

— По счастью, по дороге Дракуле встретились 5 000 венгерских воинов, которые тоже гнались за Махмудом-пашой. Ещё одной удачей стало то, что турецкое войско разделилось. Махмуд-паша оставил 18 000 турок вместе с пленными, а сам с меньшей частью своей армии ушёл вперёд.

Дракула с венграми напал на турок и освободил пленных, уничтожив около 8 000 врагов, а остальные турки либо убежали, либо были схвачены и казнены. Махмуд-паша, узнав об этом, поспешил уйти дальше, избегая новой битвы, хотя при нём оставалась ещё значительная часть войска.

Дракула вместе с освобождёнными пленниками направился домой. Венгры – тоже. А дальше заканчивается история и начинается легенда. Я полагаю, господин Рациу знает эту недостоверную историю?

— Легенда гласит, что несколько сотен турецких всадников тайно последовали за войском Дракулы, которое возвращалось назад за Дунай. – Улыбнувшись уголком губ начал рассказ Штефан. — Выждав момент, когда Дракула с небольшим отрядом отъехал в сторону, турки напали.

В этой стычке выжил только Дракула и два его командира. Все трое были ранены и не продержались бы долго без помощи, но пробиться к основному войску у них не получалось, а турки продолжали преследовать их даже после переправы через Дунай, на территории Валахии. Вконец утомлённые, Дракула вместе с Лером и Михней остановились на ночь в глухом болотистом месте, рассчитывая, что до утра их не найдут.

Когда совсем стемнело, вдали в гуще тумана показались девять огней. Командиры схватились за мечи, однако из тумана появились не враги, а девять монахов. Монахи отвели Дракулу и его командиров на остров среди речных заводей, где находились несколько домиков-келий. Там беглецы были в безопасности, потому что турки никогда не нашли бы дорогу на остров окруженный болотами.

Дракула и его командиры отдохнули, немного залечили раны и уехали, а в благодарность ВладII решил основать на этом месте монастырь. Неподалёку находилась деревня под названием Комана, и так же стали называть основанный монастырь.

— Откуда Вам это известно? – Вдруг занервничал отчего-то монах.

— Господин Батори очень интересуется всеми ветвями своего рода. – Твердо ответил Штефан, что было в обще-то естественно. — В том числе и последних из семьи Цепеш. Мы нашли не мало информации в замковых, скажем так архивах.

— Да, я слышал, что упомянутый господин начал строительство в замке бывшим во владении Влада III. Занятно. – Вновь задумался о своем монах, а я себе сделала заметку спросить про замок. Тем временем, отец Раду решил продолжить нашу тему. — В наших архивах записана та же история. — Конечно, монастырь Комана сильно изменился со времён Дракулы. В XV веке все строения в обители, в том числе храм, были деревянные, но с тех пор монастырь неоднократно перестраивался. Сейчас в Комане всё отстроено из кирпича и оштукатурено.

Разумеется, в обители хорошо помнят, кто её основал. Об этом напоминают сохраненные нами архитектурные детали. Например, витраж в окне монастырского храма. Там изображён Дракула.

— Отец Раду, именуя князя Дракулой Вы имеете в виду его мифический вампиризм или принадлежность к Ордену Дракона? – Задала я провокационный вопрос, но с другой стороны, его ответ даст мне все понять разом. Я пойму насколько они хранят истинные исторические факты о своем благодетеле.

— Конечно, как о члене Ордена, дочь моя. Так он записан в наших архивах. – Слегка улыбнулся мне монах и продолжил говорить о своем монастыре. — До недавнего времени на стене храма также находилась фреска. На ней Влад Цепеш-Дракула был показан как один из «ктиторов2».

Однако несколько лет назад в монастырском храме начался капитальный ремонт. Стены внутри пришлось ободрать до кирпича, то есть все фрески оказались уничтожены. Сейчас стены подготовлены для нанесения новой штукатурки. О том, чтобы расписать храм заново, пока речи не идёт. Какими окажутся новые фрески и как на них будет выглядеть Дракула, никто не знает. Но я сделаю все, чтобы нам восстановили все как было вот уже пять сотен лет.

Отец Раду открыл одну из книг, что лежала на столе и пододвинул ко мне:

— Вот здесь наша легенда записана. Читайте, что нужно. На выходе дежурит послушник Рареш, позовите его если возникнут новые вопросы, а мне пора.

— Отец Раду, мне было приятно с Вами познакомиться. – Искренне попрощалась я, поднимаясь на ноги.

Монах мне тепло улыбнулся, кивнул Штефану и поспешно вышел из архива.

Я утонула в море информации, так бережно хранимой монахами монастыря. На столе я обнаружила тонкие хлопковые перчатки — видимо, оставленные для работы с древними фолиантами. Надев их, я с почти благоговейной осторожностью открыла первый том. Переплёт из потёртой кожи податливо скрипнул, а страницы, истончившиеся от времени, шелестели, словно шептали забытые истории.

Каждый лист был произведением искусства: выцветшие чернила, изящные буквицы, миниатюры, поблёкшие, но всё ещё различимые. Я медленно перелистывала страницы, стараясь не дышать слишком громко, будто боялась нарушить многовековую тишину. Взгляд скользил по строкам на латыни, по загадочным символам, по схемам, смысл которых пока оставался для меня сокрыт.

В какой-то момент краем уха я уловила слова Штефана — он говорил о необходимости позвонить и вскоре вышел из архива. Звук его шагов постепенно растворился в глубине монастырских коридоров, оставив меня наедине с этими молчаливыми хранителями знаний.

Тишина стала ещё глубже, осязаемее. Я провела рукой по корешку очередного фолианта, ощущая рельефные буквы, выгравированные столетия назад. В этот момент я почувствовала себя не просто исследователем — я стала частью этой вековой традиции сохранения знаний, хрупким звеном в цепи, протянувшейся сквозь века.

Закончив работу над статьей о жизни Влада Цепеша, я потянулась выпрямив руки вверх. Мой взгляд упал на стену между двумя стеллажами. В тени стояла высокая мужская фигура. Чем больше я всматривалась в эту фигуру, тем менее четкой она становилась. И что-то мне подсказывало, что это та самая фигура из моего сна. Конечно я тут же вскочила на ноги и направилась к тому месту. Пустота.

Хоть в этом углу я и видела только собственную тень, продолжала чувствовать присутствие… кого-то. Призраков еще мне не хватало.

— Что ищешь? – Раздался позади голос, от которого я подпрыгнула на месте.

— Штефан! – Обернулась я на звук его голоса. Я вновь развернулась к тому месту между стеллажами и поняла, что та фигура всего лишь тень. И похоже она принадлежит наблюдающему за мной Штефану. Мой разум решил со мной поиграть…

— Кажется, я тебя напугал.

— Немного. – Смущенно ответила я на его улыбку и подошла к столу, собираясь собрать свои вещи. — Видимо твою тень я заметила до того, как услышала тебя самого.

— Как дела со статьей? Сколько еще времени тебе нужно?

— Я закончила. Вечером перечитаю свежим взглядом, подредактирую и буду готова передать Батори текст. Если одобрит – отправлю своему редактору.

— Отлично, а то я встретил Раду. Он заметно нервничал, что мы все еще здесь.

— Тогда, нам стоит поскорее оставить эту скромную обитель. – Улыбнулась я, и собрав свои вещи со стола поспешила вслед на Штефаном на выход.

Когда за нашими спинами закрылись тяжёлые ворота монастыря, я невольно обернулась. Древние каменные стены, увитые плющом, казались застывшими свидетелями веков - молчаливыми, строгими, хранящими в себе тайны, о которых мы едва ли могли догадываться. Воздух здесь всё ещё пах ладаном и сырой землёй, будто время в этих стенах текло по-иному, сильно медленнее. Хотя, наверное так будет в любом монастыре, в котором живут люди отказавшиеся от всех благ цивилизации.

«Неужели мы действительно были там?..» — промелькнуло в голове. Мысли путались. Ещё час назад я касалась холодных плит пола, разглядывала выцветшие фрески, пыталась прочесть полустёртые надписи в книгах на краях страниц. А теперь — вот мы, на вольном ветру, под бледным осенним солнцем, и дорога уводит нас прочь.

«Влад Цепеш… — мысленно повторила я. — Князь, воин, пленник собственных демонов. Сколько историй сплетено вокруг его имени? И сколько из них — правда?» Вспоминались легенды: о жестокости, о битве с османами, о замках в которых он бывал. Теперь я видела место, которое он когда-то основал. Не дворец, не крепость — а вот эту скромную обитель, где тишина гуще любого тумана.

— София? — Штефан обернулся, заметив, что я отстала. — Ты в порядке?

Я кивнула, поспешив за ним.

— Да. Просто… думаю.

Он улыбнулся, и в его глазах мелькнуло понимание.

— Этот монастырь — как книга с закрытыми страницами. Мы прочли лишь первую главу.

«А будет ли продолжение?» — мысленно спросила я, бросая последний взгляд на возвышающиеся башни. И хотя дорога уводила нас вперёд, в сердце теплилась уверенность: когда-нибудь я вернусь. Чтобы узнать остальное. А на сегодня мне хватит и первой главы – Влад Цепеш Дракул никогда не был вампиром. Он был борцом за справедливость, борцом за свою родину и народ. Он был самым сильным человеком 14 века. Да он жестоко наказывал. Да, он менял религию. Да, он предал любимую и женился на венгерской принцессе ради армии союзника. Но он делал, что мог. Ведь его никто этому не учил. Как же надо править, чтобы османы покорившие треть материка не взяли и Валахию? Как править так, чтобы тебя свой народ любил, а чужой боялся. Ответ прост – никак. Выбор очевиден – нужно быть жестким и решительным. Лучше пусь боятся все – тогда будет порядок среди своего народа и чужие побоятся сунуться.