Желанная

Резиденция князя находилась в небоскребе. Точнее, сам небоскреб был резиденцией. Сколько точно этажей было в здании, знал лишь архитектор и, возможно, сам владелец. Журналисты время от времени проводили расследования, в надежде выяснить, какого размера достигло состояние семьи Мамона, и рассказывали про этот самый небоскреб. Предполагали, что все подземные этажи были техническими, со второго наземного уровня до облаков располагались офисы, производства, даже алмазная биржа. Где-то между офисами вклинивались рестораны, тренажерные залы, сады, теннисные корты и бассейны. В общем, довольно дорогая инфраструктура, которой могли пользоваться сотрудники башни. А вот над облаками начинались жилые помещения князя и членов его семьи.

Посторонних туда не пускали ни под каким предлогом. Где-то читала, что для друзей и людей, входящих в первый круг хозяина дома, были выделены отдельные этажи. А в личные апартаменты даже мать князя не входила. Но насколько это было правдой, я сказать не решалась. Особенно, после того как кар пробил облака и приземлился на парковке под крышей.

— Прошу вас, госпожа Майер, чувствуйте себя как дома.

Один из охранников галантно подал мне руку. Пренебрегать помощью не стала. Выпрямила спину, порадовалась, что телефон лежал у меня в кармане джинсов, а не как обычно, в сумке.

— Прошу за мной.

Конвой двинулся в сторону безликой карбоновой двери. Стоило мне подумать, что как-то скромно для жилища такого человека, как дверь отъехала в сторону и я попала в рай искусствоведа. Мир вокруг закружился, и я уже была не так возмущена собственным похищением.

Стены коридора были увешаны картинами: “Плачущая дева”, “Демон Афона”, “Падение”, “Дьявольские миры”. Обо всех этих полотнах я только читала и видела репродукции, но даже не надеялась увидеть вживую. Возле самых интересных полотен я не выдерживала и останавливалась, чтобы рассмотреть получше технику, мазки, композиции мастеров прошлого. В такие секунды желудок сжимался от восторга и какой-то детской радости. Я чувствовала себя малышом, которого впервые привели в кондитерскую.

К счастью, меня никто не останавливал, не торопил, давая насладиться моментом. А я хотела посмотреть все, потому что второго шанса увидеть это великолепие может и не представиться.

Наваждение исчезло, когда мы подошли к высокой деревянной двери. Первое, что бросилось в глаза ― качество материала. Такой красивый древесный рисунок был редкостью. Даже захотелось к нему прикоснуться. Но сдержалась.

― Хотите совет? – спросил сопровождающий, перед тем, как впустить меня в помещение.

― Надеюсь, бесплатный?

― Не тратьте время князя на отказы. Он этого не любит.

Гена

Второе утро с любовницей не принесло ничего нового. Вика спала, обняв подушку Александры. Гена вдруг вспомнил, как тщательно жена выбирала эти подушки: анатомическая форма, гипоаллергенный материал, функция контроля температуры. Все, что нужно для здорового сна. Мужчина вздохнул, повернулся набок и приподнялся на локте.

― Вик, ― он осторожно коснулся плеча любовницы, в надежде хотя бы сегодня получить приличный завтрак.

Но Вика на его прикосновения не отреагировала. Она только сильнее сжала подушку и что-то невнятно промычал. Просыпаться, чтобы сварить кофе и приготовить завтрак она не собиралась.

Гене пришлось подниматься с кровати и решать свои проблемы самостоятельно. Со вчерашнего дня состояние квартиры только усугубилось. Домашние роботы превратились в кучу бесполезных запчастей. На мебели осел тонкий слой пыли. Пока он был почти незаметным, но Гена, с его чувствительным носом уже начал его замечать. Грязная посуда громоздилась в раковине. Вчера он попытался запустить посудомойку, но что-то перепутал, и машина вообще перестала реагировать на команды. Из еды в доме остались только яйца и остатки лапши, которые они заказали вчера на ужин. Вика вернулась поздно и совсем не подумала о том, что нужно было бы заказать продукты. Он и сам об этом не подумал. Еда всегда была готова к его возвращению.

Мужчина взял остатки лапши, сел за обеденный стол и попытался сосредоточиться на вкусе блюда. Саша была неплохой женой. Но Вика… Вика ее обыгрывала. По крайней мере, этим утром он искренне пытался себя в этом убедить.

Глава 7.

Александра

Дверь за спиной закрылась. Осмотрелась. Я стояла в столовой. Круглое помещение с панорамными окнами, вдоль которых плыли облака. Черный пол, пурпурные стены, золотая лепнина под потолком. Словно я попала на съемки полнометражки про вампиров. Но вся эта роскошь померкла, когда я посмотрела в центр зала. Там стоял длинный стол с позолоченными ножками, сервированный для завтрака. Во главе стола, в кресле с высокой спинкой развалился мужчина с двумя девицами. Одна девица сидела на коленях у незнакомца. Вторая разместилась на подлокотнике.

Они были так увлечены друг другом, что меня не заметили. Правая рука мужчины гладила бедро брюнетки. В ответ на каждое движение ладони женщина издавала громкие фальшивые стоны. Её симуляция была такой же очевидной, как солнце днем. Но мужчина этого не замечал. Был увлечен исследованием пышного декольте блондинки.

В целом, если бы эта сцена разыгралась передо мной в кино, то я бы с удовольствием оценила и декорации, и игру актеров, и в целом эстетику кадра. Но это было не кино. Меня притащили насильно черт пойми куда, чтобы я посмотрела, как трахается этот денежный мешок? Дала ему советы по технике ублажения женщин? Или проинструктировала любовниц, как обращаться с членом? Хотя эти меня могут многому научить.

Я продолжала стоять и наблюдать, как цепкие пальцы блондинки пытаются пробраться в брюки любовника.

― Меня ради этого сюда притащили?

Прозвучало грубо, но голубки хотя бы смогли оторваться друг от друга. Правда, застегивать ширинку никто не спешил. Мужчина мутными глазами посмотрел на меня, не понимая, что происходит. Его подруги брезгливо поморщились. Блондинка вытерла мизинцем уголок рта и натянула на оголенную грудь блестящий топ.

― Ты кто такая? ― мужчина удивленно поднял графичные брови и с ног до головы осмотрел меня.

По выражению лица было понятно, что я, мягко говоря, не соответствовала его представлениям о прекрасном. Ну, если быть совсем честной, то сегодня я и своим то представлениям о прекрасном не соответствовала. А вот кобелина был хорош собой. Правда, я представляла его чуть старше. Впрочем, лицо наследника Мамона на всех официальных снимках было спрятано под маской.

― Ты решил побаловать себя экзотикой? ― захихикала брюнетка.

Ее пышная грудь затряслась от смеха. Ореол соска игриво появился из-за края алого корсета, тщательно завитые кудри прилипли к влажным губам.

― Мог бы нас попросить, ― капризно сморщила курносый нос блондинка и впилась алыми губами в рот мужчины.

― У нас тоже есть дешевые шмотки. Не знала, что князь любит такие игры.

Мужчина в ответ рассмеялся. Наверно, нужно было попробовать сохранить нейтральное выражение лица, но эта сцена вызвала приступ омерзения и тошноты. Деньги, конечно, великая сила, но это не значит, что я собиралась это терпеть.

Молча повернулась спиной к князю, но не успела сделать и шага. Меня остановил властный, пронизывающий до костей голос.

― Стоять!

Голос принадлежал не тому человеку в кресле. Медленно обернулась.

― Я вас не отпускал!

В комнате появился высокий, широкоплечий мужчина с золотой маской на левой половине лица. Строгий костюм, кожаные туфли, синяя сорочка, золотые запонки и волосы, зачесанные назад, делали его похожим на героя исторического романа.

― О! Братишка! Это твоя шлюшка? Потянуло на экзотику?

Девицы засмеялись. У меня зубы сжались от злости. Пришлось напомнить себе о том, что с этим домом лучше разойтись миром, чем разгребать последствия конфликта. Я точно не была тем воином, который готов был умирать, ради мифической чести.

― Адам! ― крикнул князь.

Голос прозвучал неестественно громко. И сильно. Настолько сильно, что в глазах у блондинки появился страх. У второй затряслись руки. Она попыталась спрыгнуть с колен любовника, но тот не дал ей этого сделать.

Дверь за моей спиной распахнулась, следом раздались тяжелые шаркающие шаги.

— Ваша светлость, – справа от меня остановился пожилой мужчина в сером шерстяном костюме.

По нейтральному лицу можно было легко догадаться, что этот человек за годы службы стал чем-то в роде незаменимой части интерьера: привычный, удобный, функциональный, с налетом винтажа. Он не только исполнял приказы и делал жизнь местного хозяина комфортней, но и служил живым доказательством его состоятельности.

Живые слуги, это вам не подписные роботы. Им нужно платить зарплату, обеспечивать социальный пакет, погашать налоги. И, чем старше твоя домашняя прислуга, тем дороже она тебе обходится. Ну а если с работником что-то случается, это обходится втрое дороже.

― Адам, ― снова повторил имя слуги князь, ― накрой завтрак на террасе и проводи туда гостью.

— Романтический завтрак? — мужчина за столом, не отрывая от меня взгляда, растянул губы в улыбке. — Чем же эта крыска заинтересовала брата?

— Адам, уведи гостью!

— Прошу мисс.

Слуга показал в сторону двери. Поспешила пойти за ним, чтобы больше не видеть этих неприятных сцен.

Терраса находилась десятью этажами выше. Адам проводил меня туда молча. Жестом показал на стул, возле сервированного стола и также молча удалился. Когда он передал указание накрыть стол в другом месте, я так и не поняла. Но скорость и качество исполнения приказа ― вызывали восхищение.

Ждать хозяина пришлось мучительно долго. Через пятнадцать минут изучения вышивки на скатерти, и узора на сервизе, достала из кармана телефон. Кругляшок пикнул, разблокировал доступ, соединился с облаком.

Сначала зашла в почту. Первое непрочитанное письмо значилось от юриста. Оно было сухим, кратким, строго по делу: документы поступили в суд, рассмотрение бракоразводного дела произойдет в удаленном формате, супруг будет оповещен в течение пяти часов. Улыбнулась. Скоро я стану свободной женщиной не только фактически, но и юридически. С момента предательства сестры и мужа прошло чуть больше суток. А мне уже хотелось скорее вычеркнуть этих людей из своей жизни.

Остальные сообщения принадлежали банку. И все они касались отклоненных запросов на оплату. Гена пытался оплатить кофе, заказать продукты, оплатить гаджеты. Только счета были закрыты. Я злорадно улыбнулась. Сообщения об отказах приходили одно за другим, а у моего тугоумного муженька не хватило мозгов даже приложение открыть, проверить, что происходит.

Месть была сладкой. Единственное, о чем я сейчас жалела, что не смогу увидеть его лицо в момент, когда по очередному платежу приходит отказ.

― Вы выглядите так, словно кого-то убили, ― низкий властный голос отвлек меня от телефона.

Одним движением погасила экран, подняла взгляд. В комнату вошел хозяин дома.

― Пока нет, ― быстро сделала лицо «непроницаемым». – Но очень хотелось бы.

― Я должен принести свои извинения, за инцидент в столовой.

Мужчина прошел к столу, сел, напротив, и снял маску. На левой щеке, от виска, почти до самого подбородка, тянулось кружево старого ожога. Шрам его лицо не портил. Но я не понимала, почему он от него не избавился. Современные технологии позволяют. Тут же вспомнила, что кто-то семью Мамона называл прямыми потомками демона богатства. И что всем наследникам оставляют на лице ожоги. Что делают это с помощью расплавленного золота. Когда наследнику исполнилось двадцать, и лицо сформировалось, на лицо тонкой струей льют расплавленный металл, чтобы повторить ожог, который был у первого сына демона.

Звучало как бред. Но ожог необычной формы действительно был. А вот все ли главы этого рода носили золотую маску, надо было проверять.

— Почему вы на меня так смотрите?

— Как?

— Как на подопытного.

Вдруг стало неловко. В вопросе мужчины не было ни упрека, ни раздражения. Но мне, почему-то захотелось сквозь землю провалиться. Постаралась быстро перевести разговор в другое русло.

― Вы должны извиниться за то, что ваши люди ворвались в мой офис и похитили меня.

Собственный тон удивил. И, не только меня. Брови князя приподнялись, но быстро вернулись в привычное положение.

― Это не похищение, ― тонкие губы на секунду сжались.

Он переложил маску на столик, стоящий рядом с креслом, и продолжил:

― Это экстренная консультация. У меня нет возможности ждать, когда у вас появится окно. И, ― он сделал паузу, ― судя по тому, как вы ответили моему помощнику, вряд ли я бы смог добиться от вас встречи обычным путем.

― И что такого срочного произошло, что вы не смогли найти подходящего специалиста? Мой профиль не такая уж и редкость.

― Что вы можете сказать об этом?

Комната наблюдений. Конрад

Женщина, которую привел брат, взяла в руки протянутую цепочку. Мужчина улыбнулся, наблюдая за спокойными, плавными движениями гостьи. Она не боялась князя. Не лебезила. Не пыталась понравиться. Это притягивало.

— У него, оказывается, хороший вкус.

— У вашего брата всегда вкус был лучше, чем у вас.

Голос Адама прозвучал за спиной. Конрад только усмехнулся. На старого ублюдка он не злился. Слишком много времени паршивец служил в этом доме. Стал как родной.

— Думаешь, это она?

Адам подошел к Конраду, сложил руки на груди, минуту понаблюдал за женщиной, и только потом ответил:

— По крайней мере, с ней иметь дело приятней, чем с теми особами, которые обычно сопровождают вас.

Конрад раскатисто рассмеялся и снова вернулся к экрану.

— Почему нет звука?

— Хозяин запретил, — спокойно ответил слуга и бесшумно удалился.

Знал, что хозяин снова его позовет через четыре минуты.

Глава 8.

Александра

Я задумчиво покрутила в руках кулон. Крохотный камень, похожий на жемчужину, укутанный тончайшим кружевом металла. Следовало признать, что на глаз я не могла определить точно ни тип металла, из которого было сделано украшение, ни вид камня, который был сердцем композиции. Именно сердцем. Ни его центральным элементом, не украшением композиции. Я была уверена, что тонкие металлические нити были созданы, чтобы защитить камень. Или спрятать его секрет. Но… Мои предположения были безосновательны. Я никогда не видела подобных украшений. Даже эпоху, в которую оно было создано, определить не могла.

― Что скажете?

— Что вам нужно найти ювелира. Украшения не мой профиль.

Собеседник внимательно наблюдал за каждым моим движением. От этого взгляда становилось не по себе. Нужно было отдать украшение и закончить беседу, сил это сделать я не находила. Как будто эта вещь принадлежала мне. Только мне.

― Вы меня обманываете, Александра, – тихо сказал князь.

Тут же появился Адам. От неожиданности я дернулась, наваждение исчезло, и рука сама швырнула кулон на стол, словно тот был проклят.

— Прошу прощения, госпожа, – Адам почтительно поклонился и протянул хозяину кожаную папку. – Я не хотел вас напугать.

— Все в порядке, – голос дрогнул. – Я увлеклась. Еще не встречала такой тонкой работы.

— Прекрасная вещь, – согласился слуга. – Ее делал талантливый мастер.

— Спасибо, Адам. Ты свободен.

Слуга ещё раз поклонился. Я поймала себя на том, что такое поведение, почему-то смотрелось очень органично в этом доме. Хотя в наше время подобное поведение не то что было не принято. Оно считалось неуместным.

— Я взял на себя смелость ознакомиться с вашими работами, Александра.

Из его губ имя звучало слишком эротично. Как будто он обращался не к деловому партнеру или сотруднику, а к любовнице. И хотела бы сказать, что мне это не понравилось. Правда, и что понравилось, я сказать не могла. Просто… Эта интонация показалась знакомой.

Пока я пыталась убедить себя в том, что эти чувства всего лишь признак переутомления и живого воображения, князь достал из папки с десяток картинок. Это были антикварные украшения: серьги, броши, подвески, и несколько статуэток, инкрустированных драгоценными камнями.

— Это только небольшая часть работ, на которые вы составили провенансы за последние пять лет.

— Тем не менее моего опыта недостаточно, чтобы работать с этим изделием, – посмотрела на кулон и снова не смогла оторвать от него взгляд.

В этот раз заворожила цепочка. Тонкие, но прочные звенья, были идеальной формы, одинакового размера. Чтобы создать такую цепочку, ушло немало времени. Работа была тонкой. Ручной. Вдруг представила, как эти звенья касаются моей шеи. Рука сама потянулась к украшению. Остановила себя, когда пальцы почти дотронулись до металла.

— Хотите примерить? – спросил князь.

— Нет! – слишком быстро ответила я.

— Саша, у меня есть для вас предложение – мужчина взял кофейник и поднес его к моей чашке.

По неуверенным движениям несложно было догадаться, что делал он это впервые. Несколько капель темной жидкости упали на скатерть. Хозяина дома эта досадная оплошность не смутила.

― Какое предложение?

― Если вы узнаете для меня историю этого украшения, я заключу с вашей мастерской контракт на постоянное сотрудничество. И все мои приобретения будут проходить через ваши прекрасные руки.

Он взял кулон и протянул мне в открытой ладони. Соблазн забрать украшение был настолько велик, что я испугалась.

― Господин Мамона, это очень щедрое предложение. Но, для моей маленькой мастерской, оно невыгодно.

― Почему?

На его лице появилось искреннее изумление. Тяжелая, мистическая атмосфера словно испарилась, и я смогла воспользоваться моментом, чтобы взять себя в руки.

― Подписать с вами постоянный контракт будет означать, что я попала к вам в зависимость.

— Это не так уж плохо, – улыбнулся мужчина. – Ваша зарплата может быть втрое выше оборота мастерской. Это выгодно.

— Я работаю только на себя.

Он кивнул. По лицу князя сейчас было сложно сказать, о чем он думает. Но мне и не хотелось гадать. Пришло время заканчивать разговор.

— Благодарю за кофе, князь. Мне пора возвращаться к делам. Я передам вашим людям контакты специалистов, которые разбираются в украшениях. Было приятно познакомиться.

Встала, улыбнулась, повернулась к нему спиной и на ватных ногах пошла в сторону выхода. Теперь нужно было найти способ не заблудиться в этом доме и добраться до работы. Правда, в груди билось упрямое желание вернуться и забрать из его рук этот кулон.

Князь

Она скрылась за высокой дверью. Мужчина закрыл глаза, втянул едва уловимый запах гостьи, улыбнулся. Как раз в этот момент ее должен был встретить Адам и провести к парковке.

— Она такая же стерва, как и раньше, – голос Конрада раздался за спиной.

Мамона открыл глаза, но поворачиваться к родственнику не стал. Не было желания смотреть на его похабную рожу.

— Ты зачем устроил этот спектакль? Знал же, что я ее приведу.

— Надеялся, что она меня приревнует.

Мамона ничего не ответил. Такое поведение Конрада было ему только на руку. Чем больше ошибок он совершит, тем меньше шансов у него будет завоевать женщину.

— Я знаю, о чем ты думаешь, князь, – брат сел на стул, где минуту назад сидела Саша. – Даже не надейся, что я сойду с дистанции. В этот раз она вспомнит меня, а не тебя.

Глава 9.

Гена

Гена сидел на переговорах с клиентом и чувствовал себя, мягко говоря, неуютно. Утром он не смог найти чистую рубашку. Обычно о его вещах заботилась жена. Собирала грязные вещи в контейнеры, отправляла в прачечную, забирала и возвращала идеально чистые рубашки в шкаф, чтобы он всегда выглядел презентабельно. Вика, конечно, об этом не знала и не подготовила его к встрече. Пользоваться паровой машиной Гена тоже не умел, поэтому пришлось надеть вчерашнюю сорочку.

Слишком мягкая, несвежая ткань, пахла вчерашним парфюмом и потом. Запах был тонким, кисловато-горьким, едва уловимым. Чтобы не смущать окружающих, Гена не снимал пиджак и от этого чувствовал себя еще хуже.

― Все в порядке? ― спросил его помощник Ярослав, когда они вышли из переговорной.

― Отлично, – соврал Гена. – Почему спрашиваешь?

― Вид у вас уставший, ― пожал плечами коллега.

Гена почувствовал себя еще хуже. Чтобы как-то привести себя в чувство, мужчина зашел в туалет, ополоснул лицо прохладной водой, сделал пару глубоких вдохов, чтобы вернуть уверенность. Неидеальная одежда всегда выбивала его из равновесия.

Тут же ожил телефон. Это было сообщение от Вики. Гена открыл послание и увидел полуобнаженное женское тело. Любовница прислала фотографию прямо из постели. Она прикрывала круглую грудь одеялом и игриво закусывала губу. Подпись под фотографией гласила:

«Твоей девочке нужны новые трусики. Отправь денежку!»

В голове у Гены это предложение звучало мягким, кокетливым голосом. Член напрягся. Возбуждение смешалось с дневным дискомфортом. От этого эмоционального коктейля намокла спина. Он зашел в банковский аккаунт и с ужасом понял, что денег, которые оставались на его счету, вряд ли хватит «на трусики». Он хорошо знал аппетиты Вики и цены на белье, к которому она привыкла.

Мужчина заглянул в «семейный счет», который они с Сашей открыли в первые недели после заключения брака. Он привык, что там всегда лежала приличная сумма на «всякий случай». Но счет был пуст. Гена не поверил своим глазам, а потом посмотрел историю операций. Красным шрифтом стояло предупреждение о том, что Саша отозвала все средства, зачисленные с ее личных и рабочих счетов. На балансе были только те копейки, которые перевел сам Гена со своего депозита несколько лет назад.

Несколько минут Гена смотрел на баланс. Он не мог поверить, что его любящая Саша так могла с ним поступить. Все эти дни он был уверен, что она не тронет эти счета. Хватит того, что ей больше не нужно заботиться о квартире.

В голове Гены такой сценарий был настолько естественным и логичным, что он даже предположить не мог, что будет как-то иначе. А многочисленные отказы в оплате, которые происходили сегодня, он принимал за банковскую ошибку, а не за нулевой баланс.

Мужчина сглотнул. Появилось второе сообщение от Вики. Тоже с фотографией. В этот раз в кадре было ее тело по пояс, юркий язычок облизывал пухлую верхнюю губу. Коричневые соски призывно торчали, обещая ему океан удовольствий.

«Твоя девочка ждет!»

Гена закусил губу, понимая, что отказать ей не может. Он должен удовлетворить ее потребности, чтобы потом она удовлетворяла его. Дрожащим голосом он записал сообщение:

«Возьми в гардеробной. В кожаном портфеле. Люблю тебя. Встретимся вечером»

В ответ пришла еще одна фотография. Вика лежала на кровати, призывно раздвинув ноги. С этого ракурса он мог в подробностях разглядеть набухшие от возбуждения половые губы.

“Так хочу, чтобы ты был здесь” – гласила подпись под снимком.

Напряжение в члене достигло критических значений. Гена потянулся рукой к двери, чтобы заблокировать замок. Ему нужно было срочно снять напряжение. Телефон снова пискнул. Снова Вика. Только это сообщение было без фотографии.

«А где этот портфель? Не могу найти»

Напряжение в члене чуть ослабло. По крайней мере, он уже не упирался в брючную молнию.

«На полке. Там, где стоят туфли»

«Здесь нет»

«Посмотри внимательно»

Вика прислала фотографию полки. Портфеля там действительно не было. От плохого предчувствия член упал, скрутило живот.

Александра

В офис вернулась после обеда. Не была уверена, что правильно сделала, отказавшись Мамона. Этот кулон был действительно интересен. Но что-то заставляло сопротивляться сотрудничеству с этими людьми. Интуиция буквально требовала держаться от них подальше.

В мастерской было тихо. И стерильно чисто. Я осмотрелась. Бросилась к рабочему столу. Тут же материализовалась помощница:

― Все документы и базы в порядке. Попыток несанкционированного входа не было.

― Кто был в офисе?

Изображение помощницы мигнуло и появилась видеозапись, где в кабинете, вооружившись очистителями и реставраторами для мебели, орудовали две женщины. Страшно подумать, сколько стоила такая работа.

Не успела я возмутиться, как на экране появилось лицо того самого слуги, которого князь назвал Адамом. Мужчина явно находился в резиденции своего хозяина. Сообщение было искусственно внедрено в систему безопасности:

― Прошу прощение за вторжение в вашу мастерскую. Так как князь планирует посетить вас снова, я взял на себя смелость, привести вашу мастерскую в порядок.

― Какая забота, ― фыркнула я. ― Как думаешь, если пригласить Мамона домой, его слуга закажет такую же шикарную уборку?

К счастью, заказывая себе виртуального помощника, я не пожалела денег на эмоциональный апгрейд системы. Она умело определила нотки сарказма и улыбнулась.