Новые люди. Том 2

— Они прячут бандита! — закричал он и обвиняюще указал на Ардо. — Они поймали красного бандита и оставили его в живых. Теперь мы будем кормить не только их, но еще и красного убийцу.

Толпа зашумела.

Ардо подошел к Сомсу и встал рядом с ним. Он был на голову выше крестьянина. Бастард поставил ногу на каменное тело червя и подождал, пока шум немного утихнет.

— Мы сегодня убили троих разбойников, — сказал он внушительно. — Это были разведчики Красного Рыцаря. Одного взяли в плен. Он нам дал ценную информацию в обмен на свою жизнь.

Грубо расталкивая крестьян, к нему приблизился Мифун. Он сразу беспардонно залез на бога Девуса и расставил ноги.

— Вы трусливые суслики, — закричал он, — как вы посмели устроить бучу? Вы не понимаете? Вы сейчас на войне. На войне есть свои благородные законы, и рыцари их должны соблюдать. Пленных не убивают. Их можно обменивать, отдавать за выкуп или казнить, если они совершили преступление.

— Рота, — зашумели в толпе. — Старуха Рота.

Люди расступались в стороны перед невысокой фигурой женщины. Она вышла в центр площади. В ее худой загорелой руке была небольшая мотыга на длинной ручке. Она использовала ее как костыль.

— Где красный рак? — спросила старуха. Она посмотрела на Ардо, потом повернула свое черное лицо к Сомсу. — Где он?

— Они держат его у Ремса, — ответил крестьянин.

Старуха повернулась и пошла через толпу к нижней улице. Крестьяне пропускали ее и смыкались у нее за спиной. Вся деревня двинулась за старой женщиной.

— Она убьет его, — сказал рыцарь Цветов. — Забьет до смерти своей тяпкой.

— Это будет казнь, — ответил Ардо, глядя в спину крестьян. — Здесь ничего нельзя сделать. Пошли, нас ждет логово Красного Рыцаря.

Через час они уже покинули деревню. Она скрылась внизу за лесистым боком холма. Солнце уже скатилось за синий хребет. На тропинке, укрытой ветвями, стало совсем темно, хотя небо еще светлело сквозь деревья сизым глубоким цветом.

Проводником был Ремс, крестьянин, который предоставил им ночлег в своей хижине. Он ехал впереди на темной лошадке. Чтобы его можно было видеть в сумерках, он намотал на голову белый платок. Матиуш заметил, что когда они собирались, Ремс привязал на пояс небольшой тесак для рубки сахарного тростника. В этот вечер крестьянин был особенно молчалив.

Матиуш пришпорил своего коня, догнал и заговорил с ним.

— Ты хорошо знаешь эту дорогу? — спросил он. — Уже совсем стемнело и не видно никаких ориентиров.

— Приметы есть всегда для знающего человека. Я не раз ездил в эту сторону. Но… если бы я знал, что они устроили свое логово в бастионе первых людей… Почему раньше это не пришло в мою голову.

— Ты искал их? Но зачем? — В темноте Матиуш не мог видеть выражение лица Ремса. Только по длинной паузе он понял, что крестьянин колеблется — отвечать лорду на вопрос или нет?

— Моя жена у них. Они забрали ее, когда наехали в деревню в последний раз.

— Что бы ты сделал, если бы нашел их?

И опять длинная пауза.

— Не знаю. Что-нибудь… Я хотел узнать, жива ли она. Я сплоховал. Сейчас я бы не позволил, чтобы ее увезли на моих глазах, как овцу. Она на меня так смотрела… Пусть бы лучше меня убили, я бы успел распороть брюхо хоть одному из них.

Они спустились с холма в долину и поехали вдоль Рожайки. Взошла Селена и залила все серебряным светом. Девять всадников отбрасывали черные длинные тени на траву. В молчании они ехали под вечным ночным фонарем, каждый обдумывая какую-то свою мысль. Даже лошади, казалось, старались не издавать лишних звуков. Все путники вглядывались время от времени на изменившийся диск Селены. Матиуш при виде лунного зайца вспомнил слова Казимира о городе новых людей. Может, ему стоит составить компанию рыцарю. Если все это не сказки, и дело обстоит именно так, как рассказывает Коч…

Возможно, это последнее убежище для него. На него идет охота. Среди загонщиков может быть даже его отец, гордый лорд Стевариус. Тогда ему некуда будет податься. Но примут ли его новые люди? Почему он решил, что достаточно хорош для них? Другое дело Казимир — чистая душа… Он повесил голову и очнулся от мыслей, только когда отряд свернул от Рожайки в холмы. Тогда он посмотрел еще раз на Селену, пока ее не скрыли высокие деревья, и вспомнил, при каких обстоятельствах он впервые увидел Кади Берна. Как он мог это забыть?!

Он шел тогда по галерее во дворце, лорд Найда указал ему вниз и сказал, что весь дворец знает: его брат Ишти поручил Медведю доставить в столицу каких-то новых людей. Это было распоряжение королевы.

— Кади, — он подъехал к рыцарю, кивающему головой в такт лошади, — ответь мне на один вопрос: в тот день, когда нас схватили в резиденции моего брата, откуда ты вернулся, с какого задания?

Берн поднял сонное лицо и искоса посмотрел на Ардо.

— Это было строго конфиденциально, — ответил он. — Даже если теперь я беглый преступник, это не позволяет мне… У Медведей тоже есть понятие долга.

— Поручение тебе дал мой брат. Он теперь мертв. Перед кем ты хочешь сберечь свою тайну? Я знаю, что тебя отправляли за новыми людьми. Забыл название деревни. Весь двор об этом говорит. Это не секрет. Ты понимаешь, что это может быть причиной наших злоключений.

— Если так… Да, я ездил в Реиг по поручению капитана королевской гвардии. Прекрасный был рыцарь, хоть и Сонетр. Я привез трех человек, семью. Мужчину, его жену и ребенка. Они были чудно одеты… Это бросалось в глаза даже после деревенской ямы.

— Деревенской ямы? — переспросил Коч.

Он навострил уши и подъехал ближе, как только прозвучали слова Ардо о новых людях. Берн покосился на него, но продолжил. Теперь ему самому требовалось выговориться.