Дом крови. Пепел и искра

Магия вырвалась из меня не потоком пламени, как раньше. Это была волна чистой кинетической энергии, усиленная волей дома. Невидимая стена ударила бойцов, отбрасывая их обратно на крыльцо, словно тряпичных кукол. Двоих снесло с такой силой, что они кубарем покатились по гравию дорожки.

Но они были профессионалами. Остальные рассыпались веером, занимая позиции укрытия. Из-за их спин вышел мужчина в строгом костюме поверх бронежилета. В руке он держал короткий посох из тёмного дерева. Маг.

Он вскинул посох, и с его навершия сорвалась ветвистая молния, устремившись прямо в меня.

Время замедлилось. Я видела каждый изгиб электрической дуги, слышала шипение раскалённого воздуха. Моё тело среагировало быстрее разума. Я не пыталась уклониться. Я перехватила заклинание.

Моя рука метнулась вперёд, и я схватила молнию пальцами так, будто ловила змею. Электрический разряд впился в мою кожу тысячей игл, но вместо боли я ощутила лишь холод Нокса, который мгновенно впитывал эту энергию, превращая её в свою собственную. Моя ладонь засветилась тусклым синим светом.

— Неплохо, мальчик, — процедила я сквозь зубы. — Но маловато.

Я сжала кулак, раздавливая пойманную энергию, и резко выбросила руку в сторону мага. С моей ладони сорвался ответный заряд, но это была не молния. Это был концентрированный импульс сырой воли, окутанный сине-чёрным туманом Бездны. Заклинание ударило мага в грудь. Его не отбросило — его **разорвало**. Вспышка была беззвучной, только одежда осыпалась пеплом на мокрый гравий, а от самого человека осталась лишь кучка дымящегося праха.

На секунду повисла абсолютная тишина. Бойцы замерли, глядя на то место, где только что стоял их командир.

— Я предупреждала, — тихо сказала я в наступившей тишине. Ярость кипела во мне, требуя выхода. Кровь стучала в висках.

Один из солдат, молодой парень, нервы которого не выдержали вида гибели командира, нажал на спусковой крючок.

Автоматная очередь вспорола воздух. Пули летели прямо в меня. Десятки маленьких смертей из свинца и меди.

Я не стала ставить щит.

Вместо этого я шагнула им навстречу. Мир вокруг смазался. Я чувствовала, как Нокс меняет моё восприятие реальности. Пули двигались так медленно, что я могла бы их пересчитать. Я вытянула руку ладонью вверх, создавая перед собой невидимый диск из уплотнённого воздуха. Первая пуля ударилась о него со звуком падения монеты на камень и упала к моим ногам. Вторая. Третья.

Когда магазин опустел, я подняла взгляд на стрелка. Он смотрел на меня выпученными от ужаса глазами, осознавая, что только что стрелял в нечто нечеловеческое.

— Ты выбрал не ту сторону, — прошептала я.

Я сделала пасс рукой, и невидимые нити моей воли обвились вокруг бойца. Он захрипел, хватаясь за горло, хотя физически я его не касалась. Я сдавливала его волю, его жизненную силу. Его лицо начало стремительно бледнеть, глаза закатывались. Через пять секунд он рухнул на колени, а затем лицом вниз, мёртвый. Сердечный приступ, вызванный магическим воздействием.

Остальные выжившие не стали ждать продолжения. Развернувшись, они бросились бежать к машинам, оставив позади тела своих товарищей, но это им не помогло.

Я смотрела им вслед. Адреналин схлынул, уступая место ледяной пустоте и дрожи в руках. Я убила их всех. Быстро. Эффективно. Без сожалений.

Рядом со мной материализовалась Венера. Она молчала, но её взгляд был тяжёлым.

— Это было... необходимо, — сказала я, скорее себе, чем ей. Голос предательски дрогнул.

— Да, — кивнула Венера. Её тон был ровным, почти одобрительным. — Ты показала им свою силу. Теперь они знают, что тебя нельзя недооценивать. Ни «Консорциум», ни остатки Инквизиции.

Из глубин дома донёсся низкий, удовлетворённый рокот. Нокс был доволен.

Я посмотрела на свои руки, которые всё ещё слегка подрагивали от избытка силы.

— Я изменилась, Вера.

— Ты выжила, — отрезала она. — А теперь нам нужно подготовиться к тому, что будет дальше. Потому что сегодня мы объявили войну всему миру.

Запах озона и сгоревшего пороха висел в холле тяжёлым саваном. Тишина после боя звенела в ушах громче выстрелов. Я стояла посреди этого хаоса, чувствуя, как по венам вместо крови всё ещё течёт раскалённая магия. Она требовала выхода, жаждала разрушения.

Венера медленно обошла тело одного из бойцов Инквизиции, пнув ногой его автомат, который отлетел к стене со стальным лязгом.

— Ты понимаешь, что ты наделала? — её голос был тихим, но в нём звучали нотки, похожие на благоговейный ужас. — Это не просто стычка. Это казнь. Официальное объявление войны всему Ордену.

Я подняла руку и посмотрела на свои пальцы. Кожа была бледной, почти белой, а под ней, если присмотреться, можно было увидеть слабое пульсирующее свечение, похожее на ток лавы под коркой застывшей породы.

— Они пришли убить меня, — мой собственный голос показался мне чужим. Он стал ниже, в нём появились скрежещущие нотки. — Я их опередила.

— Ты убила их всех! Всех до единого! Маг сжёг мага, остальные... ты просто остановила им сердца. Одним усилием воли. Так не может даже высший вампир, Ева. Что ты такое?

Ярость, которая кипела внутри, вдруг нашла словесную форму. Она выплеснулась наружу едким, горьким смехом.

— Я та, кем они меня сделали! Я Дитя Крови! Наследница! И я больше не буду прятаться!

Я резко развернулась к огромному зеркалу в позолоченной раме у входа. Моё отражение смотрело на меня в ответ. Глаза горели диким, нечеловеческим огнём. Но за моим отражением, *внутри* стекла, шевельнулась тень. Огромная львиная морда с гривой из сухой паутины взглянула на меня из Зазеркалья и беззвучно оскалилась.

Нокс. Он наблюдал. Оценивал.

Дом снова вздрогнул, но на этот раз дрожь шла изнутри. Пол под ногами начал вибрировать мелкой дрожью. Со стен посыпалась штукатурка.

— Венера... — прошептала я, не отрывая взгляда от зеркала.

Она тоже почувствовала. Воздух в холле мгновенно остыл градусов на двадцать, превращаясь в морозный туман.

— Бездна, — выдохнула Венера, разворачиваясь к коридору, ведущему в подвал. — Эта тварь внизу... она реагирует на твою ярость. На всплеск магии.

Гул из подвала перерос в низкий, утробный рёв. Звук был таким мощным, что стёкла в окнах задребезжали, грозя лопнуть. А затем пол в центре холла начал проваливаться. Не крошиться, а именно исчезать, растворяясь в абсолютной черноте, которая жадно пожирала реальность. Круг пустоты диаметром в метр рос на глазах.

Дети Бездны чувствовали мою слабость. Они чуяли момент, когда Нокс отвлёкся, поглощённый нашей сделкой и моей вспышкой гнева. Они пытались прорваться наверх.

— Держи дверь! — крикнула Венера, формируя в руках светящийся золотой диск. — Я попробую запечатать пролом!

Но я уже не слушала. Ярость сменилась холодной, расчётливой злобой. Если раньше я использовала магию стихий, то сейчас я потянулась к самой сути проблемы. К пустоте.

Я опустилась на одно колено перед растущей дырой в полу и положила ладонь на край камня рядом с бездной. Холод пробрал до костей, но я не отдёрнула руку.

— Ты хочешь пустоты? — прошипела я в темноту. — Получишь пустоту.

Я закрыла глаза и сделала то, чего никогда бы не посоветовала делать ни одна книга по магии: я начала отдавать. Отдавать не воду или огонь, а саму суть своего существа. Я представила свою жизненную силу не как пламя, а как плотную материю, и начала прессовать её, сжимать в точку размером с атом.

Воздух вокруг загустел так, что стало трудно дышать. Давление стало физически ощутимым. Я давила не на Бездну, а на само пространство вокруг неё, создавая вакуум. Абсолютную пустоту, где нет ничего — ни света, ни звука, ни энергии.

Из дыры в полу донёсся визг — звук рвущейся ткани бытия. Чернота забурлила, пытаясь сопротивляться, но моя «пустота» оказалась сильнее их голода. С сухим хлопком, похожим на схлопывание звезды, пролом затянулся сам собой, оставив после себя идеально ровный круг нового, чуть более тёмного гранита.

Я отшатнулась назад, тяжело дыша. Мир перед глазами плыл, к горлу подкатывала тошнота. Я чувствовала себя пустой оболочкой. Выжатым лимоном.

Венера подбежала ко мне, помогая удержаться на ногах.

— Господи, Ева... Что это было? Ты же могла...

— ...умереть? — закончила я за неё, криво усмехнувшись. Губы пересохли. — Возможно. Но я научилась чему-то новому. Я поняла цену.

Цена была чудовищной. Каждый такой трюк будет отнимать у меня годы жизни. Но он сработал.

Сверху раздалось низкое, одобрительное урчание. Дом признавал новую хозяйку.

Внезапно тишину разорвал резкий, механический звук. Мой телефон, лежавший на столике у двери, ожил. Экран загорелся, принимая входящий звонок с пометкой **«НЕИЗВЕСТНЫЙ НОМЕР»**.

Мы с Венерой переглянулись. Бой закончился, но война только начиналась. И кто-то очень хотел поговорить о правилах этой войны.

Телефон продолжал звонить, разрывая гнетущую тишину холла резким, требовательным звуком. Каждый звонок бил по натянутым нервам, как молоток по стеклу.

Венера нахмурилась и скрестила руки на груди.

— Не отвечай. Это может быть ловушка. Трассировка голоса, ментальное внушение... Мы не знаем их возможностей.

Я медленно поднялась на ноги, чувствуя, как дрожат колени от магического истощения. Мир всё ещё казался слегка размытым по краям, но голос в моей голове — холодный, нечеловеческий шепот Нокса — был пугающе ясен:

*«Ответь. Нам нужно знать, кто осмеливается нарушать покой нашего дома».*

Это решило дело. Если уж сама сущность, заменившая Азраэля, считает этот разговор важным...

Я подошла к столику и взяла телефон. На экране светилось: **«Глеб Михайлович С.»**.

Савельев. Глава службы безопасности «Консорциума».

Человек, который ушёл отсюда час назад, оставив за собой трупы своих людей и дымящиеся руины своей репутации.

Я провела пальцем по экрану и поднесла трубку к уху. Молча.

На том конце провода раздался сухой, кашляющий смешок. В нём не было веселья, только профессиональная оценка ситуации.

— Госпожа ван Кройц. Или мне следует сказать «Ева»? Признаюсь, вы превзошли мои самые смелые ожидания. Мои аналитики утверждали, что вы сломлены горем. Что вы — пустышка. Но то, что я видел... и то, что зафиксировали камеры наблюдения снаружи... Вы сожгли мага Инквизиции изнутри. Высосали его досуха. Впечатляющая работа.

Его спокойный тон взбесил меня больше, чем любые угрозы. Ярость, которая чуть не стоила мне контроля над Бездной внизу, снова начала закипать.

— Ты отправил ко мне убийц, Савельев. Они мертвы. Следующий отряд ты будешь собирать из праха.

Он проигнорировал угрозу.

— Это была разведка. Тест. И вы его прошли с блеском. Мой наниматель... впечатлён. Он хочет предложить вам новую сделку. Более выгодную.

— Мне не нужны твои сделки, — прошипела я, сжимая телефон так, что пластик скрипнул. Шархан у моих ног глухо зарычал, чувствуя мою злость. — Убирайся из моего города. Забудь дорогу сюда. Иначе в следующий раз я не буду тратить время на разговоры.

В трубке повисла пауза. Когда Савельев заговорил снова, его голос стал холоднее льда.

— Вы совершаете ошибку. Большую ошибку. Вы думаете, что особняк — ваша крепость. Возможно. Но мир гораздо больше этих стен. Ваш сын, например... он сейчас очень далеко отсюда. И его безопасность целиком зависит от вашей сговорчивости.

Связь оборвалась.

Я стояла, глядя на потухший экран телефона, и чувствовала, как внутри меня поднимается волна такой чёрной, всепоглощающей ярости, какой я не знала никогда в жизни. Это была уже не просто злость или гнев. Это была чистая, дистиллированная ненависть матери, которой угрожают её детёнышу.

Мир вокруг начал краснеть. Воздух загустел от жара. Огонь вырвался из-под моей кожи, окутывая руки ярким, обжигающим пламенем. Деревянная столешница под телефоном мгновенно почернела и занялась огнём.

— Ева! Стой! — Венера бросилась ко мне, пытаясь схватить за плечи, но тут же отдёрнула руку, обжёгшись. — Контролируй себя! Дом нестабилен!

Я её не слышала. Перед глазами стояла пелена кровавого тумана. Единственное, что имело значение — найти эту тварь. Найти и испепелить.

И тогда я почувствовала это. Холодное, массивное присутствие Нокса внутри меня. Оно не пыталось меня остановить. Напротив, оно *помогло*. Ледяная логика древнего существа соединилась с моей животной яростью, отсекая всё лишнее: страх, сомнения, инстинкт самосохранения.

Осталась только цель.

Я закрыла глаза и представила нить. Тонкую, пульсирующую алым светом нить связи. Кровь к крови. Она тянулась от моего сердца куда-то во внешний мир. Я никогда раньше не пыталась использовать эту связь таким образом, но сейчас знание пришло само, словно Нокс вложил его мне в голову.

Я не стала тянуться вдоль нити. Я дёрнула её на себя.

Пространство исказилось. Реальность пошла рябью, как вода от брошенного камня. Ощущение падения в бездну длилось долю секунды, а затем я ощутила твёрдый асфальт под ногами.

Запах. Первое, что я осознала — запах. Дизельное топливо, мокрый бетон и озон после дождя. Я открыла глаза.

Я стояла посреди тёмного переулка между двумя кирпичными зданиями. Прямо передо мной, метрах в двадцати, виднелась задняя часть чёрного внедорожника. Фары были выключены, но двигатель тихо урчал на холостом ходу. Внутри салона горел тусклый свет, освещая два силуэта на передних сиденьях.

Я сделала шаг вперёд. Асфальт под моими ногами пошёл мелкой сеткой трещин от жара. Водитель, заметив движение в зеркале заднего вида, повернулся.

Это был Савельев. Рядом с ним сидел охранник.

Увидев меня, стоящую посреди пустой улицы, водитель замер. Его лицо побледнело. Он явно не понимал, как я здесь оказалась.

— Как... — начал он, хватаясь за рацию.

Я вскинула руку. Жест был небрежным, почти ленивым.

Огненный поток был не просто горячим. Он был белым, слепящим, температурой в несколько тысяч градусов. Это была плазма, чистая стихийная ярость.

Струя жидкого пламени ударила в лобовое стекло. Оно не разбилось и не расплавилось. Оно просто перестало существовать вместе с тем, что находилось за ним. Машина превратилась в погребальный костер за миллисекунды. Дикий, нечеловеческий вопль оборвался почти сразу.

Жар был настолько сильным, что краска на соседних машинах пошла пузырями, а кирпичные стены зданий начали чернеть. Через пять секунд всё было кончено. От внедорожника остался лишь оплавленный до состояния шлака остов, тихо оседающий на покорёженных дисках.

Я опустила руку. Пламя погасло. Наступила абсолютная тишина.

Адреналин схлынул, оставляя после себя звенящую пустоту и тошноту. Использование магии перемещения и такого мощного потока огня выжгло меня дотла. Я едва держалась на ногах.

Но дело было сделано. Угроза устранена. Быстро. Эффективно. Без свидетелей.

За моей спиной воздух снова пошел рябью, и через секунду из пустоты вышла Венера. Она выглядела потрясённой.

— Святые угодники... Ты научилась телепортироваться. И убивать на расстоянии.

Я сплюнула на асфальт, пытаясь избавиться от привкуша пепла во рту.

— Теперь они знают, — хрипло сказала я. — Знают, что со мной нельзя играть. Ни «Консорциум», ни Инквизиция. Никто.

Я посмотрела на оплавленную груду металла, которая минуту назад была машиной с людьми. Во мне не было жалости. Только холодное удовлетворение хищника, пометившего свою территорию.

Мы вернулись домой так же — коротким, выворачивающим наизнанку прыжком через пространство. Холл встретил нас запахом гари и тишиной.

Война началась. И я только что нанесла первый удар.

Воздух в холле был густым от запаха горелого дерева и озона. Тишина давила на уши тяжелее любого грохота. Я стояла посреди этого разгрома, чувствуя себя опустошённой до самого дна. Ярость ушла, оставив после себя лишь звенящую тишину и привкус пепла во рту.

Венера медленно подошла к оплавленным останкам входной двери и провела пальцем по металлу, который всё ещё светился тусклым красным светом.

— Ты... ты просто испепелила их. На месте. Даже пепла не осталось, чтобы Инквизиция могла провести ритуал упокоения души.

Я с трудом повернула голову. Моё тело казалось чужим, налитым свинцом.

— Он угрожал Мики, — мой голос прозвучал глухо, словно из глубокого колодца. — Я устранила угрозу.

Это была констатация факта. Не оправдание. В моей голове не было ни сожалений, ни мук совести. Савельев выбрал свою судьбу в тот момент, когда его люди переступили порог моего дома. А я... я просто привела приговор в исполнение. Быстро и эффективно.

*«Эффективно»*, — эхом отозвался в моём сознании голос Нокса. *«Ты учишься. Эмоции — плохой советчик, но твоя ярость... она чиста. Это хорошее топливо для силы».*

Я вздрогнула. Его присутствие внутри меня ощущалось теперь иначе. Если раньше Азраэль был наставником, то Нокс был партнёром. Холодным, прагматичным партнёром, которого волновал лишь результат. Дом цел? Угрозы устранены? Отлично.

— Топливо... — прошептала я вслух. — Я чувствую себя выжженной пустыней.

*«Цена за силу всегда высока. Ты заплатила сейчас, чтобы стать сильнее завтра. Таков закон равновесия».*

Дом снова дрогнул, но уже не от магии. Это был звук тяжёлых шагов по крыше. Затем — скрежет металла о черепицу. Кто-то пытался проникнуть внутрь сверху.

Мы с Венерой переглянулись. Новая атака? Так скоро?

— «Консорциум» бы так быстро не среагировал, — процедила Венера, формируя в руках золотое копьё света. — Они любят играть вдолгую.

Скрежет прекратился. Вместо него раздался громкий, уверенный стук каблуков по потолку прямо над нами, а затем — спокойный, властный женский голос:

— Хватит ломать мою крышу, Максим. Найди служебный люк.

Максим? Голос показался мне смутно знакомым. Слишком знакомый, чтобы быть врагом.

Секунду спустя часть потолка в коридоре второго этажа со скрипом отъехала в сторону, и из проёма спрыгнула фигура. Она приземлилась на пол с грацией хищника, несмотря на высокие каблуки и строгий деловой костюм. Светлые волосы были собраны в идеальный пучок, а в серых глазах читалась сталь и вековая усталость.

За ней последовал мужчина в чёрном тактическом снаряжении. Мой новый начальник охраны. Тот самый вампир, Максим.

Женщина отряхнула несуществующую пыль с рукава своего кашемирового пальто и обвела взглядом холл: трупы, следы пуль на стенах, оплавленную дверь. Её лицо оставалось абсолютно бесстрастным.

— Ну и бардак вы тут устроили, госпожа ван Кройц, — произнесла она, наконец переводя взгляд своих ледяных глаз на меня. — Надеюсь, у вас есть очень веское объяснение тому, почему мои датчики зафиксировали выброс энергии класса «Омега» в этом секторе.

Я сглотнула, пытаясь собрать остатки сил. Передо мной стоял не враг. По крайней мере, пока.

— Вы... вы из Совета, — догадалась я. — Высшая Инквизиция.

Она едва заметно кивнула.

— Глава Западного отдела. Маргарита Вольская, к вашим услугам. Хотя, судя по состоянию вашего особняка, услуги могут понадобиться скорее мне.

Её взгляд упал на обугленный остов внедорожника, который я оставила догорать в переулке через нашу магическую связь.