Племя. Хвойный Лес

Анастасия Фадеева

Племя. Хвойный Лес

1.Племя

В чаще Хвойного леса, сокрытое от посторонних глаз незримым барьером, живет древнее племя. Защита эта непроницаема для обычного человека и для чужаков из других племен. Таких обществ, хранящих природу и баланс по всей планете, много. Где-то в морской пучине существует Племя Моря, но русалки не ищут общения, страдая от вреда, что наносит им человеческая цивилизация.

Племя Хвойного Леса, что охраняет свои владения, с севера и востока окружено болотами — дополнительной преградой для случайных путников. На тех болотах тоже обитает своё племя.

В хвойном племени живёт около пяти тысяч человек-оборотней, каждый из которых умеет обращаться в животное. Управляет ими вождь, а помогает ему ведунья. Магия шаманки передаётся по наследству, по женской линии. А нового вождя узнают с помощью ритуала огня — духи сами указывают на преемника.

И вот этот день настал. Всё племя собралось, чтобы узнать того, кого нужно будет заранее обучить всему на случай смерти нынешнего лидера. Целый день в деревне царил обет молчания, чтобы духи смогли говорить. Никто не смел нарушать это правило. Все чтили традиции.

Глубокой ночью костёр взмыл ввысь почти на два метра. К огню беззвучно вышла столетняя бабушка — маг хвойного племени. Лишь она одна имела право говорить в этот день. Остальные, склонив головы в знак уважения, окружили костёр. Она начала тихую мантру, с каждым словом повышая голос. Последние звуки она почти выкрикивала, и огонь вспыхнул разными цветами: синим, белым, красным, жёлтым — всеми цветами радуги. Деревья вокруг зашелестели, взволнованные внезапным ветром, а вода в кувшинах поднялась и пролилась на землю. Наконец, огненный луч метнулся в толпу и указал на нового вождя. Тотчас пламя погасло, и на его месте пробилась молодая трава, скрывая следы ритуала. Все резко подняли головы и уставились на неё. На Тору. Девочку лет тринадцати. Маленькую, хрупкую, с вечно растрёпанными волосами и большими янтарными испуганными глазами. Тора сидела на земле, не в силах поднять голову и поверить, что духи предков выбрали именно её. Медленно поднявшись на ноги, она убежала от всех. Фатина, маг племени, лишь улыбнулась убегающей девочке — только она одна понимала, почему духи сделали такой выбор. Остальные же не были рады. Соплеменники предполагали, что духи укажут на мальчика Андриана, сына нынешнего вождя. Тот уже в три года впервые полностью обратился в своего зверя. Волки часто становились вождями Хвойного племени. Дарио, вождь лет пятидесяти, раздражённо развернулся и направился прочь. Его сын — следом. Они зашли в свой дом. Ростом Вождь не вышел — невысокий, коренастый, но крупные ладони и крупный, чуть тяжёлый нос придавали его лицу породистость, которая плохо сочеталась с вечно усталым, суровым выражением. В молодости, говорят, он был красив — сейчас старость уже украла эту привлекательность. Но если Дарио было действительно весело, он улыбался широко и громко смеялся — тогда в нём просыпался тот самый человек, каким он был когда-то. Сейчас ему было не до смеха.

— Зря я время потратил. Ты был достоин стать вождём. Я тебя почти всему научил, а теперь мне придётся помогать и обучать её, — с возмущением сказал Дарио.

— Я тебе говорил, не стоило заниматься этим раньше времени. Но Тора — моя подруга. Не говори о ней в таком тоне. У тебя нет выбора. Придётся ей помочь.

— Раз вы такие друзья, вот сам её и обучай. Ты же всё знаешь.

— Если понадобится — научу. Я пойду поищу её.

Он уже направился к выходу, когда в дом вошла Фатина.

— Да, дорогой, найди её. Сейчас ей очень нужна твоя поддержка, — сказала маг.

Не говоря больше ни слова, мальчик обратился в волка и бросился в лес на поиски подруги.

— Ты упрям, как обычно, — покачала головой Фатина. — Но выбора у тебя нет. Ты обучишь Тору.

— Но она единственная, кто до сих пор не научился Обращению! — Дарио всё ещё не мог сдержать раздражения и продолжил:

— Почему они выбрали её? Она даже наполовину не превращается! Не знает своего зверя! Как учить её быть вождём, если придётся начинать с элементарного?

— Этим займётся её брат или я. Твоя задача — научить её быть вождем. Не бери на себя лишнего. Ты возложил все надежды на сына, поторопился — и сам же разочаровался. Не смей винить Тору и злиться на неё. У неё, кроме брата, никого нет. Если узнаю, что ты её обидел, обращусь к духам. Уж они-то вразумят тебя, — ехидно улыбнулась Фатина.

— Ладно... Дай мне один день позлиться, и я успокоюсь. Смирюсь.

— Отлично. Я пошла. Мирных снов.

Шаманка племени слегка поклонилась и вышла из дома вождя.

2.Побег

Тора бежала, не разбирая дороги. Она знала, что брат или Андриан пойдут по её следу, поэтому сделала обманный манёвр: свернула на опасную тропу, ведущую через болото. Это был её секретный путь; больше никто им не пользовался. Животные обходили это место стороной, но для человека, знающего тропку, она было проходима. Здесь было неглубоко. Перебравшись через топь, она снова побежала вперёд. К обрыву она не пошла — брат-ворон мог бы заметить её с высоты. Вместо этого она укрылась под раскидистым деревом, в гуще ветвей, где его зоркий глаз вряд ли бы её обнаружил. Вокруг неё стояли сосны — такие высокие, что их вершины терялись в низких облаках, а вековые ели раскинули мохнатые лапы так широко, что под ними могло бы укрыться от дождя несколько десятков человек. Воздух здесь, в укрытии, был густым от запаха хвои, прелой земли и грибов. Солнечные лучи почти не пробивались сквозь плотный полог, и в лесу царил таинственный зелёный полумрак, где каждый куст папоротника казался чьим-то укрытием, а каждый замшелый валун — древним стражем.

Запрокинув голову к небу, девочка наконец заговорила. Теперь можно было высказать всё, что накопилось на душе, — и самой себе, и духам.

— Почему я? Я же самая неумелая среди всех ровесников. Даже малыши уже меня обогнали. Они знают, кто они. А я… до сих пор нет.

Тора расплакалась.

— Я не знаю, кто я. И что мне делать. Всё племя не хочет, чтобы вождём стала я. Все знают, что я не справляюсь даже с элементарным превращением. Может, вы передумаете? — взывала она к духам.

Но духи молчали.

— Кто угодно справился бы лучше. А я такая слабая... Сижу тут и реву, как маленькая.

Духи снова не отвечали.

— Что мне делать, мам… пап? Что бы вы сказали? Порадовались бы? Испугались? Гордились?

Постепенно рыдания стихли. Ей захотелось поговорить с единственным родственником — братом. Он был ей и отцом, и одним из лучших друзей. Валлис был старше её на целых девять лет.

Она побрела обратно. Снова перешла болото, прошла лес и вышла к месту обряда. На месте костра цвела ярко-зелёная трава, усеянная цветами.

— Твой брат тебя ищет.

— Ой, Андриан! Я тебя не заметила. Ты так тихо подошёл.

Он обнял её.

— Только ты достойна стать вождём. Ты самая добрая из нас. Даже твой брат не обладает таким сердцем. Я помогу тебе во всём, не переживай, — сказал молодой волк.

Тора слушала его и удивлялась. Раньше он никогда не был с ней так нежен. Сердце её забилось чаще. Андриан поцеловал её в щёчку. Тора покраснела и улыбнулась.

— Спасибо, что веришь в меня. Пойдём найдём Валлиса, а то он будет ругаться.

— Думаю, он скоро вернётся. Я хотел тебе сказать…

Его перебила рыжеволосая Муна. Женщине лет сорока с небольшим. Она подошла и обняла Тору.

— Дорогая, почему ты убежала? Я хочу лично тебя поздравить! У тебя всё получится, ты ведь у нас умница! Дарио слишком груб, строг и ленив. А ты вырастешь и станешь прекрасной воительницей — справедливой и мудрой.

Андриан закатил глаза. Тора натянуто улыбнулась и поблагодарила тётю.

— Ну ладно, ребятки, вам пора спать. Уже поздно, идите по домам.

— Мой брат ещё не вернулся? Ты его не видела? — спросила Тора.

— Кажется, он пошёл за тобой. Думаю, скоро вернётся. Ложитесь спать, детки.

— Я её провожу. Спокойной ночи, Муна, — ответил Андриан.

— Спасибо, Андриан.

Муна похлопала его по плечу и ушла. Андриан так и не сказал Торе того, что хотел. Но сейчас ей было и правда не до этого.

Наутро брат так и не вернулся. Тора решила сама его найти и отправилась к его любимой скале. Та была высокая, и с неё открывался вид почти на всю лесную чащу. Брат был там.

— Валлис, где ты пропадал? Ты меня искал? Я вернулась через час после…

Брат перебил её. На его бледном лице читалась усталость, а знакомые чёрные волосы были растрепаны ветром. Выражение лица у Валлиса всегда было немного грустным и задумчивым — даже когда он молчал. А если и улыбался, то сдержанно, беззубой улыбкой, словно не хотел показывать лишнего. Телосложение у него было худощавое, жилистое. И руки казались чуть длиннее, чем у других, с тонкими, цепкими пальцами. Щетина не успевала отрасти — он брился часто, и это делало его лицо моложе, чем было на самом деле.

— Я знаю, дорогая. Прости, что не вернулся. Думал всю ночь.

— О чём?

— Обо всём. И я так рад, что духи выбрали тебя. Они не ошибаются. Наши родители гордились бы тобой.

Он обнял сестру.

— Правда? Они бы не стали отговаривать меня? Не переживали?

— Нет. Они чтили духов и доверяли им. Зная, какая ты замечательная, они были бы счастливы. А ты как? Сильно переживала? — спокойно спросил Валлис.

— Сейчас уже лучше. Спасибо за поддержку, братик. И что веришь в меня. Но я ведь…

— Насчёт зверя не переживай. Будем заниматься чаще. Каждый человек уникален, и тебе просто нужно больше времени. Всему своё время. Раньше тебе это не было так уж необходимо. Но я рядом. Не дам тебя в обиду. Хочешь, сегодня потренируемся?

— Хочу, чтобы ты медленно показал мне всё превращение. От начала и до конца.

Он встал прямо. Рост начал уменьшаться, кожа покрываться перьями... Тора моргнула — и брат уже сидел у неё на плече вороном. А когда через минуту он снова стал человеком, на нём уже был тот самый телесный костюм, что они носили с детства. Никто в племени не ходил голым — магия ткани была простой, но надёжной.

— Ты делаешь это слишком быстро. Может, мне позаниматься с малышами? Буду хотя бы на одном уровне с учениками, — сказала Тора, глядя вдаль со слезами на глазах.

Он превратился в человека.

— Знаешь, ты уже изучила все техники и приёмы. Теорию ты знаешь. Тебе не хватает одного — импульса. Толчка, чтобы запустить превращение.

— А вдруг я никогда не превращусь? Какой же из меня выйдет вождь оборотней? Человек, который не может ничего, кроме как быть человеком. Кто угодно подошёл бы лучше. Да даже ты — ты умный и мудрый.

— На самом деле, это не так важно. Тебе сейчас кажется, что это главное, ты чувствуешь ответственность и боишься выделяться. Но поверь, вождь — это не просто зверь или человек. Вождь — это тот, за кем пойдут куда угодно, кому доверят жизни. И готовы помочь ему ради благополучия нашего мира. И мира по ту сторону. Это куда важнее. Если ты никогда не превратишься — значит, такова судьба. Побурчат и успокоятся. Мы все слушаемся духов. Они знают лучше. А что до меня... я слишком закрытый, люблю одиночество. Я не поведу за собой племя. Поверь.

— А ты с духами вот так легко общаешься?

— Не так легко, как Фатина или её дочь. Но если натренироваться, начинаешь понимать знаки. Почти каждый может этому научиться. Мне нравится с ними общаться.

— Но как?

— Это не то общение, как у нас с тобой. Это знаки. Шёпот ветра, форма облаков, треск ветки. Нужно просто научиться слушать.

— Вчера я пыталась с ними говорить, а в ответ — гробовая тишина. Что это значит?

— Скорее всего, все ответы ты уже знаешь. А тишина... иногда она идёт изнутри тебя самой. Прислушайся к себе — и найдёшь всё, что ищешь.

Тора подняла бровь.

— Опять ты загадками говоришь.

— Если бы ты не знала ответа, они бы дали тебе знак. Но услышать его — это уже другое дело, — рассмеялся Валлис.

Тора с преувеличенной обидой плюхнулась на землю.

— Если бы люди чаще слушали свой внутренний голос, они бы не совершали так много ошибок.

— Ты говоришь так, будто сам не совершаешь ошибок, — сказала Тора.

— Конечно, совершаю. Но я их предвижу... или совершаю нарочно.

Он снова засмеялся, на этот раз громче и искреннее. Тора тоже не удержалась и рассмеялась.

— Хочу сегодня с тобой потренироваться подольше.

— Хочешь, чтобы я превращался медленнее?

— Да, попробуй.

— Так я тренировался, чтобы обращаться за минуту, а ты просишь меня замедлиться. Что ж, это даже сложнее. Думаю, с этим тебе лучше поможет Андриан. А я хочу попробовать другие методы. Может, тебя нужно напугать? Вызвать сильные эмоции…

— Не знаю... Может, мне нужно упасть с высоты и превратиться в полёте?

— Это слишком опасно. Да и я тебя не поймаю. Вдруг ты не из птичьих?

— А может, я какое-то редкое животное? — спросила Тора.

— Из водных? Вряд ли. Но можно попробовать. Только речка далеко. Сходи с Андрианом завтра.

— Что ты всё меня к Андриану сплавляешь?

— Мне нужно готовиться с Шадидой к ритуалу. Я обещал ей помочь.

— Какой ритуал? А для меня ритуала нет?

— Дождь вызываем. Ладно, я спрошу у неё насчёт тебя. А вообще, я считаю, ты всё уже знаешь. Просто пробуй. Играй на эмоциях. Пойдём, мне нужно трав собрать.

— Ладно, братец.

Она весело побежала вперёд. Весь день они провели, собирая травы, и с братом на душе у Торы становилось спокойно.

Следующий день Тора решила провести с Андрианом. Она заглянула в дверной проём его дома.

— Привет, ты тут?

В доме был один его отец.

— Здравствуйте, Дарио. Андриан уже ушёл?

— Да, вы разминулись.

— Хорошо, спасибо. До свидания.

— Постой, Тора. Я хотел с тобой поговорить.

— О том, что духи выбрали меня?

— Да, об этом, дитя, — сказал старый волк.

Тора зашла в дом.

— Послушай, если ты думаешь, что я зол или расстроен, — ты ошибаешься. Выбор предков не ошибочен, и я уважаю его. Даже если они не выбрали моего сына — значит, так надо. Я просто возомнил, что знаю больше духов, и увидел в нём вождя. Наверное, потому что это мой сын, и я хотел, чтобы он продолжил мой путь. Вкладывал в него все силы... а в итоге — «нет». Винить могу только себя. Я теперь твой наставник. Обращайся в любое время. Но думаю, нам лучше начать обучение через несколько месяцев. Больше всего я переживаю за твоё…

— Превращение? Я работаю над этим каждый день. Пока безрезультатно. Как раз хотела позаниматься с Андрианом.

— Это действительно важно. Как взросление. Не сдавайся. На это могут уйти и два года.

— А если за два года ничего…

— Всё равно будешь продолжать. Не сдавайся.

В этот момент в дом вошёл Андриан.

— Тора, я тебя везде ищу! О чём говорите?

— Всё хорошо, Андриан, мы уже договорились. До свидания, Дарио.

— Удачи, Тора. Сын, я тебя не жду. Ночью ухожу на осмотр леса, спи без меня.

— Пока, папа.

Ребята вышли и направились к реке.

— Как тебе идея проверить, не водный ли мой зверь?

— Не знаю, маловероятно. Но нужно проверить всё. Ты, конечно, не русалка, но вдруг твой зверь много времени проводит в воде? Например, выдра.

— Валлис ещё предложил вывести меня на эмоции. Может, мне не хватает именно импульса? Я всегда слишком сосредоточена, а нужно, наоборот, отпустить контроль?

— Сейчас я делаю это сосредоточенно, без эмоций. Но в первый раз это вышло у меня именно на эмоциях. Я разозлился и зарычал по-волчьи. Уже не помню, на что.

— Может, у отца спросишь? — ехидно сказала Тора.

— Вряд ли он помнит. Его тогда не было рядом. Он увидел меня уже волчонком, бегающим по дому. Маму бы спросить…

Они замолчали. Андриан первым прервал тишину.

— Мы почти пришли. Пора искупаться.

— Может, ты меня толкнёшь в воду? Я испугаюсь и превращусь? — предложила Тора.

— Нет, не буду. И какой же это испуг, если ты знаешь что я собираюсь делать? Но можешь с разбегу прыгнуть. Веселье — тоже эмоция.

— Зануда. Ладно, пойдём плавать.

Тора зашла в воду.

— Ну как, вода?

— Тёплая! Давай ко мне!

— Не хочется.

Андриан остался на берегу, размышляя, как помочь подруге, но ничего в голову не шло. Он уставился в одну точку. Тем временем Тора отплыла далеко от берега. Он не заметил, как её подхватило течение и понесло вниз по реке, не услышал её крика. Когда же он опомнился, Торы уже нигде не было видно. Понимая, что в человеческом облике плавает медленнее, Андриан прыгнул в воду уже волком. Течение подхватило и его. Он увидел Тору, вцепился в неё мёртвой хваткой и изо всех сил пытался выгрести. Тора тоже барахталась, но сил уже не оставалось. Она наглоталась воды и почти потеряла сознание. В последний момент её рука нащупала свисающую ветку ивы. Волк, ухватившись за неё, смог вытащить их обоих из стремнины и помочь Торе доплыть до берега. Она была без сознания. Андриан, снова став человеком, начал давить ей на грудь, пытаясь выгнать воду из лёгких. Та не приходила в себя. Тогда он начал делать искусственное дыхание. Ничего не помогало.

— Ну давай же, Тора, дыши!

Он снова начал давить ей на грудь. Внезапно Тора закашлялась, и её веки дрогнули.

— Ты меня так напугала!

Он обнял её и поцеловал. Сознание медленно возвращалось к Торе. Перед глазами плыло, но она впервые за сегодня разглядела его по-настояшему: его темно-карие глаза были полны такого ужаса и нежности, что сердце ёкнуло, а мокрые волосы цвета горького шоколада слиплись на лбу. До неё не сразу дошло, что Андриан делал. Она слабо обняла его в ответ.

— Спасибо, что спас меня.

— Ничего не говори. Я чуть не потерял тебя.

Они сидели на берегу, мокрые и дрожащие, и не отпускали друг друга очень долго.

Прошёл год. Успехов в превращении так и не было. Она занималась с Дарио, братом и Андрианом, добивалась прогрессов во всём, кроме самого главного.

3.Взросление

Дарио пришёл на рассвете к дому Торы.

— Утро доброе, подъём, молодёжь!

Брат Торы уже проснулся и просто лежал в постели.

— Я уже не чувствую себя молодым, — сказал он, вставая.

— Не неси чушь, Валлис. Я ещё молод и свеж. И ещё долго собираюсь быть вождём! — засмеялся волк.

Тора закатила глаза под одеялом и поднялась с кровати.

— Я выйду через пять минут, подождёте? — крикнула она из своей комнаты.

— Конечно. Жду тебя, моя ученица.

Дарио вышел на улицу. Брат сказал:

— Не злись на его странные шутки. Он такой человек. Всё-таки его амбиции мешают ему полностью принять тебя. Но ему приятно, что у вас «крепкая дружба» с его сыном.

— Принятие через отрицание. Мне плевать на его колкости.

— Он молодец. Он осознаёт свои слабости и свои косяки. Он сильный. Сила — в принятии своих недостатков и ошибок. Всё-таки он воспитал Андриана таким отличным парнем.

— Андриан прекрасный человек, потому что родился таким, а не из-за отца.

— Не отрицай, что в нём есть и лучшие качества его отца. Ты тоже немного упёртая, как и Дарио. Что-то общее между вами есть.

Тора фыркнула, но спорить не стала. Она потянулась к висевшему на спинке кровати телесному костюму — мягкому, с длинными рукавами, который помнил себя столько, сколько она себя помнила.

В племени такие шили для всех одинаково, а потом относили магу. Фатина проводила над каждым костюмом короткий обряд — и магия навсегда вплеталась в ткань. С этого момента костюм становился частью своего хозяина: рос вместе с ним, не изнашивался, не пачкался, согревал в любую стужу и не мешал в летний зной. Он не рвался при превращении и всегда оказывался на месте, когда оборотень возвращался в человеческий облик. Никто в деревне не ходил голым, — вспомнила она наставление Фатины. Особенно костюм не снимали — разве что для купания, и то ненадолго, да и то когда точно знали, что превращаться не будут. Только маги не носили телесный костюм. Они не превращались в зверей, и им хватало простых тканей.

А вот другую одежду — красивую, праздничную, из ткани — берегли. Её надевали для души, для танцев у костра, для венчаний и других особых дней. Потому что стоило обратиться в зверя — и такие наряды разлетались в клочья.

— Всё правильно, надевай костюм и сейчас, — заметил Валлис, наблюдая за ней.

— А что мне ещё надевать? — Тора пожала плечами. — Для леса он самый удобный.

— Вот именно. — Брат вдруг стал серьёзнее. — Ты никогда не знаешь, когда превратишься в первый раз. Это может случиться внезапно. Даже сейчас. Даже сегодня. Если на тебе в тот момент будет обычная одежда — останешься голой посреди леса. Или хуже — перед всем племенем.

Тора передёрнула плечами.

— Думаешь, я уже скоро?..

— Не знаю. Никто не знает. Но глупо рисковать. Так что не снимай костюм, поняла? Даже если кажется, что ничего не происходит. Духи любят шутить.

Она молча кивнула и быстро натянула костюм. Ткань привычно облепила тело, нигде не жала, не холодила — будто и не было её вовсе. Только лёгкое тепло подсказывало, что магия работает.

Тора одернула рукав и посмотрела на брата.

— Интересно, кто это будет… зверь, в которого я превращусь.

— Увидишь, когда придёт время, — мягко ответил Валлис. — А пока просто не снимай костюм.

Она слабо улыбнулась.

— Ты прямо как нянька.

— А кто, если не я?

Они обменялись короткими улыбками, и Тора вышла из комнаты, на ходу поправляя ворот. Костюм сидел идеально. Она почти забыла, что он на ней, — так привычно было его тепло.

— Пока, Валлис.

— Удачи, сестра.

Тора вышла из дома, щурясь от солнца, и направилась к ожидавшему её Дарио. Мысль о внезапном превращении засела где-то глубоко, но она отогнала её. Когда придёт время, — повторила она про себя. А пока нужно было учиться быть вождём.

— Дисциплина — одно из главных правил вождя. Иногда ты лишаешься сна, потому что должна защищать племя, — сказал Дарио.

— Понимаю, — зевнула Тора и побрела за ним.

— Сегодня пойдём на восток. К границам Болотного племени. Если хочешь, я тебя подвезу. Или пойдём пешком? Путь недолгий.

— Я не против. Давайте. Давно не видела вас в облике волка.

Облик Дарио-волка отличался от сородичей: его серый зверь был самым крупным в племени. Вождь превратился, Тора взобралась на его огромную спину, и он побежал. Через свой лес он пробирался легко и быстро. Он знал здесь каждое дерево. Тора старалась гулять там чаще, чтобы так же запомнить свою будущую территорию. Солнце спряталось за облаками. Вождь добрался до края обрыва. Внизу виднелась огромная топь. Тора слезла с Дарио. Он вернул свой человеческий облик.

— Как тут красиво. Я раньше так далеко не забредала.

— Ногами сюда тяжело добраться. Ещё одна мотивация скорее научиться. Верно?

Тора глубоко вдохнула и сжала губы.

— Наши соседи. Племя Болота, как я уже сказал. Мы с ними стараемся чаще общаться. Передаём друг другу информацию, — он указал пальцем вдаль.

— Какую, например?

— Про людей, Тора. Здесь тоже ходят браконьеры. Очень редко, но бывают. Я им помогаю отпугнуть людей. Они в свою очередь рассказывают мне что-нибудь новое из мира людей. А ты думала, откуда я знаю о них так много? Вождь болот со мной дружит. Обязательно познакомлю. Пока рановато.

— Но как они знают так много про людей? Вы же сами сказали, что браконьеры тут нечастые гости.

— У нас есть добровольцы, которые живут среди людей.

— Что? Не поняла, — Тора нахмурилась.

— Ты об этом не слышала, потому что из нашего племени никто давно не уходил к людям. И мы это ни с кем не обсуждаем. Не было необходимости. Из их племени ушёл оборотень в мир людей. Есть правила и требования к таким людям. Если на твой век правления это падёт, ты должна быть в курсе. Мы не держим никого в плену.