И снова придет весна

Вот сами экзамены. Ребята нервничали, все до единого. Даже Петя Юхарев, который всё выучил. Интересно, знай он, что будет разъезжать на дорогой машине с красавицей женой и двумя детьми, переживал бы так сильно?.. А Женя со своей Аней Колесниковой уединились тогда на лестничной площадке и миловались. Она его бросит позже, летом. И Женя начнёт отношения с другой девушкой, но тоже неудачные. Со своей будущей женой он познакомится, когда ему будет двадцать один. Познакомился, когда ему был двадцать один…

Рутинные школьные дни, когда незначительные проблемы виделись чем-то важным. Кажется, только тогда Игорь чувствовал себя счастливым.

Заброшенная больница, куда они наведались своей компанией, а потом приехали менты. Гриша и Олег успели смыться, а вот Женя провалился по пояс в разрушенный пол. Игорь помог ему выбраться, но сбежать они не успели и их повязали. Игорь до сих пор помнил, как возмущалась и ругалась мама, стараясь всеми правдами и неправдами скрыть своё разочарование.

А вот они с ребятами первый раз пробуют траву. По инициативе Гриши Баюнова. Игорь с Гришей отдают деньги, забирают чёрный пакетик, садятся на мотоцикл и уезжают, довольные и в предвкушении.

Игорь помнил, что отходил тогда очень долго и болезненно, голова пару дней соображала с трудом. Трава оказалась чем-то мощным. Но чем именно, Игорь не разбирался, да и разбираться не хотел. Матушка наверняка догадалась, чем баловался её сын, но разговор так и не состоялся, да и потом Игорь не давал повода для волнений. После этого случая, кроме алкоголя, он больше ничего не пробовал.

Когда Игорь с Гришей забрали пакетик и сели на мотоцикл, время вдруг пошло вперёд. Они приехали к Олегу, у которого предки свалили на неделю в командировку. Отец работал в посольстве и часто уезжал, оставляя дом на сына, а тот зависал там со своими друзьями.

Игорь видел и даже, кажется, ощущал, как он пробует свой первый в жизни косяк. Затягивается дымом, совершенно не похожим на сигаретный, от которого пробивает на кашель как у туберкулёзника. Грудь Игоря содрогается от кашля, вырывающегося наружу. Глаза закрываются, и он погружается в темноту. Теперь только темнота…

Глава 2

— Совесть у тебя есть?! — возмутился до боли знакомый женский голос. — Вставай давай!

Послышались удаляющиеся шаги.

Игорь приоткрыл глаза, во всём теле ощущалась ужасная слабость. Поднявшись с кровати, он на автопилоте дошёл до ванной, открыл кран и несколько раз окатил лицо холодной водой и взбодрился. Только тогда Игорь наконец проснулся.

Склонившись над раковиной, он простонал. Голова ничего не соображала. Тело ломило. Подняв глаза на зеркало, Игорь приоткрыл рот и издал несвязный звук.

Из отражения на него смотрел шестнадцатилетний подросток с совсем юным лицом и взъерошенными каштановыми волосами. Игорь закричал, отскочил от зеркала и оглядел себя с головы до ног.

На нём были джинсы с цепочкой, белая футболка и любимый джинсовый жилет с нашивками эмблем рок-групп и приколотыми значками, который он умудрился где-то потерять во время учёбы в колледже. Игорь снова метнулся к зеркалу и закричал — из отражения на него смотрел всё тот же подросток. Схватившись за лицо, он ощупал себя, для верности даже ущипнул правую руку. Кожа покраснела, он всё чувствовал.

Оглядевшись, Игорь понял, что находится в ванной комнате своей старой квартиры, где они когда-то жили с мамой. Почувствовав головокружение, он сел на бортик ванны.

— Ну что ты разорался?!

Из коридора послышались шаги. Дверь рывком открылась, и на пороге ванной показалась мама Игоря. Она была одета в светлые брюки и белую блузку. Серьёзное выражение красивого лица скрывало беспокойство, под глазами были тёмные круги от частого недосыпа. Как много раз за свои школьные годы Игорь видел этот взгляд.

— Мама? — выдавил он, во рту пересохло.

— Что случилось? — строго спросила Инна Михайловна, на её лице проступило волнение. — Что с тобой?

— Мама! — Игорь встал, нетвёрдо шагнул к матери и крепко обнял её, тут же ощутив знакомый аромат недорогих духов.

— Та-а-а-ак. — Инна Михайловна развела руки в стороны, не спеша обнимать сына. — Давай ты сразу скажешь, что натворил, тогда, обещаю, буду ругаться в полсилы. Может быть, даже обойдёмся без ремня.

Игорь, не выпуская маму из объятий, усмехнулся шутке. Она никогда его не била. Хотя он на её месте всыпал бы как следует.

— Просто соскучился. — Отпрянув от матери, Игорь вытер выступившие слёзы.

Инна Михайловна нахмурила брови и оглядела сына.

— Сколько вы вчера выпили?

— Немного… Ты как вообще? — растерянно спросил Игорь.

— Со вчерашнего дня ничего не изменилось. — Инна Михайловна наклонилась к сыну и проверила губами лоб. — Ты не заболел?

— Да нет, мам, — Игорь даже не пытался вырваться, — всё норм.

— Тогда собирайся в школу, а то опоздаешь. Мне твоя классная только за эту неделю звонила три раза.

— В школу? — Игорь снова ощупал лицо, потом руки и убедился, что чувствует своё тело. Это не видение и не сон.

— Ну а куда ты собрался в четверг утром? У Олега прогулять? Я знаю, что у него родители уехали на неделю. Тебя вчера привели едва стоящего на ногах. Позвонили в дверь и убежали.

— Вчера? — оторопело спросил Игорь.

— Так! — Инна Михайловна, нахмурившись, упёрла руки в боки. — Ну-ка быстро пошёл собираться в школу! И не дай бог я узнаю, что ты прогулял уроки! А я узнаю, позвоню твоей классной!

Оставив сына, Инна Михайловна поспешила в свою комнату. Игорь вышел из ванной и огляделся. Точно, он в своей старой квартире, где всё так до боли знакомо. Антресоль в коридоре, подставка для обуви у входной двери, ложка, которую он помял, когда надевал новые кроссовки, купленные на рынке, что снесли лет семь тому назад… или не снесли?

— Что происходит? — Игорь ещё раз взглянул в зеркало. Да, это он, но таким он был когда-то давно…

Из комнаты вышла мама. Надев пиджак и туфли, она открыла дверь.

— На обед погреешь вчерашний суп, надо доесть. А на ужин можешь пельменей сварить. Буду поздно, сегодня заседание.

Обернувшись на пороге, Инна Михайловна с беспокойством посмотрела на сына.

— Не стоило тебе вчера это принимать.

— Да, согласен, — кивнул Игорь.

— С тобой точно всё в порядке?

— Да, наверное, — поспешно ответил сын. Он постарался сделать непринуждённый вид, но, не зная, куда деть руки, как будто растанцевался.

— И не гоняй, пожалуйста, я тебя очень прошу. Хоть раз бы сходил в школу пешком. Ребята твоего коня у подъезда оставили.

— Коня?.. — не понял Игорь, но дверь уже закрылась. Инна Михайловна не любила опаздывать на работу.

Ещё раз умывшись для верности холодной водой, Игорь вернулся в свою комнату. В комнате был ровно такой порядок, какой бывает у подростков. А именно — никакого. На стенах — плакаты с рок-группами. Незаправленная кровать. По письменному столу разбросаны учебные принадлежности. На тумбочке громоздкий телевизор, рядом — приставка PlayStation 2. На приставке диски: «Обитель зла. Код: Вероника», Silent Hill 2, Tekken 5 и любимый Obscure — одна из немногих игр для консоли, которые в те времена были переведены на русский язык.

— Ох ты ж ё-моё, сколько же я в тебя не играл. — Игорь с трепетом провёл рукой по пластиковому боксу.

Недавно он хотел купить вторую приставку и диски с играми, которые любил в школьные годы. Но, оказалось, что многие старые игры получили статус коллекционных и продавались дороже некоторых новинок для пятой «соньки».

Под завалом из тетрадей Игорь обнаружил свой старенький ноутбук, который выпросил у матери под предлогом «Он мне для учёбы», чтобы играть по сети в «Контр-страйк».

Игорь метнулся к шкафу с одеждой и распахнул дверцы. На вешалках он обнаружил много фирменных вещей. Было кое-что из Ecko Unltd — каждый подросток, считавший себя репером, носил одежду с логотипом носорога. Но больше — из Independent: узкие джинсы, чёрные кофты с футболками — Игорь всегда отдавал предпочтению року. Он достал любимую кофту и вспомнил, как какой-то гопник с района докопался до него из-за якобы фашистского креста на кофте. Объяснение, что ничего общего у логотипа с фашизмом нет, не сработало. Зато сработал джеб, после которого ярый гопник завалился спать. Игорь улыбнулся воспоминанию и повесил кофту в шкаф.

Что же всё-таки произошло?.. Он точно помнил, что возвращался с работы, переходил дорогу, потом удар. Его сбила машина. А что дальше?..

— Я не умер? — Он подошёл к зеркалу. — Что, блин, случилось?

Но у отражения ответа не было.

— Наверное, мне всё это чудится, так не бывает. Не бывает второго шанса. — От попыток найти ответ у него разболелась голова. — Если только…

Игорь закрыл глаза и помассировал виски.

— Не могло же меня накрыть так сильно от той травы, что мы попробовали много лет назад… или вчера?.. Да блин!

Игорь бросился на кухню, где раньше висел календарь. Вот и сейчас тот никуда не делся. Он замер у стены перед календарём, не веря глазам — четверг, двенадцатое апреля, две тысячи седьмой год.

— Вернул себе свой две тысячи седьмой. — Игорь снова ощутил сухость во рту.

Вдруг заиграла музыка, песня «Мёртвый анархист» группы Король и Шут. От неожиданности Игорь вздрогнул и завертел головой, пока не понял, что звонит его старенький «Сони Эрикссон» в кармане жилета. На дисплее высветилось: «Мама».

— Алё? — Он осторожно поднёс трубку к уху.

— Ты же не думаешь прогулять школу?

— Нет, мам. Уже выхожу, — выпалил Игорь, бегом возвращаясь в комнату.

— Молодец. — Инна Михайловна положила трубку.

Он сделал глубокий вдох. Медленно выдохнул. Схватил со стула рюкзак и ключи с брелоком-черепом и пошёл к двери.

Из подъезда повеяло прохладой. Игорь ещё раз прислушался к своим ощущениям. Он всё чувствовал. Когда сильно щипал себя, кожа краснела, было больно. Закрыв дверь квартиры, Игорь спустился по ступенькам на первый этаж. Жили они на втором.

На улице ярко светило солнце. Было безветренно, и оттого душно и жарко. Он заворожённо смотрел по сторонам, оглядывая знакомый дворик, пока не увидел… мотоцикл Honda Shadow 750, 1999 года выпуска, подаренный ему дядей на пятнадцатый день рождения… В прошлом году?..

Прав у Игоря не было, но умел водить он чуть ли не с десяти лет. Дядя, заядлый байкер, катая племянника, часто давал порулить. И купив новый байк, подарил старый Игорю. Как тогда ругалась мама… Но в конце концов, им удалось уговорить Инну Михайловну, и подарок остался у её сына.

— Ты ж мой маленький, ты ж моя сладость. — Игорь подошёл к мотоциклу, прикоснулся к мягкому сиденью, а потом положил руку на руль. — Я никому больше не позволю нас разлучить, тем более этой тупой суке…

Он гладил мотоцикл с такой нежностью, с какой ни разу не ласкал жену за пятнадцать лет брака.

— Тьфу ты, извращенец! — крикнула с окна какая-то бабка, плюнув вдогонку. — Совсем уже с ума посхадили, прости хоспади! — И прогремев рамой, закрыла окно.

— Сама такая, — огрызнулся Игорь, но ему было уже не до ворчливой старухи. Похлопав себя по карманам, он обнаружил в нагрудном связку ключей. — О да!..

Прыжком взобрался на мотоцикл, привычным движением убрал подножку, вставил ключ в замок зажигания — движок завёлся и приятно заурчал. Крутанув ручку газа, Игорь с радостным воплем сорвался с места.

Замелькали знакомые дворы. Он всегда ездил через них, потому что на главных улицах могли остановить представители закона. Пролетев оживлённый перекрёсток, Игорь снова заехал во двор. Он почувствовал то, что не испытывал очень давно… или со вчерашнего дня, когда так же ехал в школу на мотоцикле?..

Игорь миновал здание, в котором Олег занимался борьбой… или занимается? Сейчас он не хотел об этом думать, просто наслаждался дорогой.

— Пацаны в моём дворе снова слушают КиШа, и сентябрь вновь в огне, улыбается душа!.. — напевал он, не сбавляя газа.

Пришлось проехать по шоссе, но сперва Игорь убедился, что рядом нет милицейских машин. Ещё немного по дворам, и он оказался у школы. На дорогу Игорь потратил семь минут. И даже думал опоздать и покататься ещё, но решил не рисковать, пока не поймёт, что всё-таки произошло.

Ловя на себе завистливые и восхищённые взгляды учеников, Игорь припарковался перед школой. Он был уверен, что мотоцикл никто не тронет — все знали, чей это байк и какие последствия могут быть.

Не успел Игорь слезть с мотоцикла, как к нему подскочили двое ребят.

— Чё кого, братан? — воскликнул невысокий, коротко стриженный парень, в кожаной куртке и чёрных джинсах. Он схватил руку Игоря и похлопал его по плечу. — Мы уж думали, ты не придёшь после вчерашнего, долго не отпускало тебя.

— Гриша? — взглянув на товарища, удивился Игорь. — Ты?

— Понятно, ещё не отпустило, — усмехнулся Гриша. Он отошёл в сторону и подкурил сигарету зажигалкой Zippo, которую стащил у отца.

— Ты вчера вообще никакой был, — сказал высокий парень в сером балахоне с капюшоном и приспущенными джинсами. — Мы думали, не оклемаешься к утру.

— Олег? — Игорь уже первым протянул ему руку.

— Да, братан, трава была лютая. — Олег сбросил капюшон, продемонстрировав свои кудрявые волосы. — Я, пожалуй, в ближайшее время воздержусь от экспериментов.

— А ведь ещё осталось, — усмехнулся Гриша, затягиваясь сигаретой. — Блин, классуха!

Он тут же выбросил сигарету, затушил бычок подошвой и помахал рукой, разгоняя дым. В потоке учеников показалась женщина сорока лет, она приметила троих школьников у мотоцикла и направлялась к ним.

— Здравствуйте, Мария Владимировна, — поздоровался первым Гриша, и его губы растянулись в ухмылке.

Игорь смотрел на классную руководительницу и не мог поверить. Он запомнил её именно такой: светлые волосы, собранные в хвост, строгий клетчатый пиджак, юбка ниже колен и очки с толстыми стёклами.

— Здравствуйте, ребята, — поздоровалась учительница. — Баюнов, это правда, что вас вчера вечером видели пьяными?

— Видеть вечером могли, это правда, — затараторил Гриша. — Но пьяными вряд ли, пили мы уже ночью.

Олег пихнул говорливого Гришу плечом.

— Первый урок — литература, не опаздывайте. — Учительница пропустила провокацию мимо ушей.

Как только её фигура исчезла в потоке школьников, Гриша снова достал сигарету.

— Потом в туалете покуришь, погнали, — сказал Олег, хлопнув Гришу по плечу.

Испытывая непонятное волнение, Игорь вытащил ключи из замка зажигания и пошёл за друзьями. Другие ученики расступались перед компанией хулиганов — репутация класса коррекции давала о себе знать. На школьном дворе Игорь вертел головой во все стороны, заворожённо осматривая места, которые когда-то знал, но забыл. Они поднялись на крыльцо, прошли через коридор между входными дверьми и оказались в просторном холле, выложенном чёрной плиткой. Охранник придирчиво посмотрел на компанию и проводил её взглядом до раздевалки.

— Ребят? — раздался голос в толпе учеников.

Игорь повернул голову и увидел коренастого, широкоплечего парня, покрупнее его самого, в чёрной футболке, синих джинсах и белых кроссовках. Он подошёл к друзьям и, задиристо прищурившись, провёл рукой по коротким тёмным волосам.

— Женя? — удивился Игорь. — Ты накаченный, и у тебя… волосы…

— Не обращай внимания, его ещё не отпустило. — Гриша пожал руку Жени. — Ты-то сам как?

— Лучше не спрашивай. — Женя настороженно взглянул на Игоря: — Братан, ты нормально?

— Кажись, да. — Игорь потёр переносицу и зажмурился на несколько секунд.

— Понятно. Ну ты это, приходи давай в себя. — Женя хлопнул друга по плечу. — Погнали, первый урок у классухи, лучше не опаздывать.

Игорь очарованно смотрел по сторонам, всё ещё не понимая, что с ним происходит. Друзья разговаривали о новой компьютерной игре, он слушал их краем уха, разглядывая учеников в плотном потоке, тянувшемся по коридору. Знакомых лиц было много, но имён Игорь не помнил.

Впереди показалась худенькая девушка в сером свитере с длинными рукавами. Прядь волос закрывала часть её лица. Девушка прижимала к груди стопку тетрадей и учебников и старалась держаться у самой стенки. Игорь узнал Иру Скуратову. Именно такой он её запомнил…

Из потока вышел крупный парень и нарочито толкнул Иру плечом. Пискнув, она выронила всё, что держала в руках. Увидев это, Игорь не думая направился к однокласснице и случайно столкнулся с задирой плечом. Присев на корточки, он помог Ире собрать разбросанные тетрадки.

Задира повернулся всем корпусом к Игорю и расправил плечи.

— Широкий, что ли?!

— Эу! — Женя, рванувшись с места, налетел на задиру и толкнул его грудью, заставив того сделать несколько шагов назад. — Тебе ушатать?

— Слышь? — возмутился Гриша, который тут же возник рядом с ними.

Олег молча скинул капюшон и сжал кулаки.

Задира быстро оценил ситуацию и, ничего не сказав, ретировался.

— Вот это тоже твоё. — Игорь протянул Ире последнюю тетрадь, и они одновременно поднялись. — Всё нормально?

— Нормально, — едва слышно ответила она и поспешила обойти одноклассника.

Игорь проводил Иру взглядом. В голове возник образ женщины с модельной внешностью и глазами-изумрудами, которая была полной противоположностью этой зашуганной девчонке.

На плечо упала чья-то рука. Игорь вздрогнул.

— Это что сейчас было, Игорёк? — Женя обеспокоенно глядел на друга.

— Ты про Скуратову?

— Да хрен с ней, со Скуратовой. Ты чего этому сразу не ответил? — Женя кивнул в сторону уходящего задиры. — Не надо таких поблажек, тем более перед старшаками. Ты чё? Давай приходи в себя!

Ребята шли по коридору, посмеиваясь и отшучиваясь.

— Видели его взгляд? — храбрился Гриша. — Как будто сейчас обосрётся.

— Конечно, Бэтмен комнатный ему такой: «Слышь?», — гоготнул Олег.

Олег и Женя заржали, а Гриша, насупившись, что-то проворчал.

Ребята перешли в другой корпус, поднялись на третий этаж и, миновав коридор, увешанный разными стендами, добрались до нужного кабинета. Как раз в тот момент, когда из динамиков заиграла мономелодия, заменяющая школьный звонок. Игорь узнал отрывок из «Подмосковных вечеров».

Зайдя в кабинет, он заворожённо оглядел одноклассников. Сначала увидел Петю Юхарева за первой партой — тощего, в очках, в белой рубашке и выглаженных брюках. Рядом с ним сидела Алина Вострикова, тоже отличница. Её Игорь не вспоминал со школьной скамьи.

— Измайлова! — окликнул Гриша девушку в полосатой чёрно-розовой кофте, с малиновой прядью на лбу. — Помой голову, вши заведутся!

— Мудак. — Настя Измайлова, закатив глаза, отвернулась от одноклассника.

— Привет. — К Жене подошла высокая темноволосая девушка, в серой футболке и чёрных джинсах, и чмокнула его в щёку. Красивые голубые глаза смотрели на парня с нежностью. — Ты не позвонил вчера.

— Ань, мы засиделись, а потом уже поздно было, — чмокнув её, сказал Женя. — Давай завтра сгоняем в твой парк?

— Ладно, — расстроенно ответила Аня и вернулась на своё место.

За партой с ней сидела курносая Соня Рябцева, невысокая, самая вредная в классе, та, что всеми правдами и неправдами набивалась в подруги к Ксюше…

Парни заняли две парты в первом ряду, у окна: Игорь с Женей сели за предпоследнюю, Гриша и Олег — на Камчатке. Неугомонный Гриша, проходя мимо Пети, замахнулся на ботаника. Тот, вздрогнув, закрылся рукой, и хулиган довольно захохотал.

Игорь осмотрел класс, вспоминая ребят. В третьем ряду на последней парте в одиночестве сидел Антон Михеев. Игорь не помнил, чтобы у того были друзья или товарищи. Они иногда перекидывались парой слов в духе: «Какой у нас урок?» или «На физру идёшь?», но на этом общение заканчивалось. Тем не менее друзья Игоря не донимали Антона. Во-первых, в их понимании он был нормальным парнем, хоть и держался один, во-вторых, он никогда не давал повода. Худощавый, ростом выше среднего, с короткостриженой головой, в серой кофте и синих джинсах, Антон поймал на себе взгляд Игоря и кивнул в знак приветствия. Игорь кивнул в ответ.

Во втором ряду на предпоследней парте сидели два приятеля: Дима Морозов и толстый Паша Нечаев. Оба причисляли себя к реперам, поэтому ходили в модной одежде с логотипом носорога. На Диме был огромный белый балахон с граффити на груди и эмблемой бренда на правом плече, синие широкие джинсы и фирменные кроссовки. Паша был в джинсах, белой футболке с изображением ночного города и кроссовках Osiris. И хотя ребята причисляли себя к реперам, одноклассники считали их задротами. Паша и Дима увлечённо играли в «Берсерка».

— Гроллем атакую Арахнида, — заявил Паша, бросая кубик, со стуком покатившийся по парте. — У меня четыре, ты не защищаешься, так как закрыт. Четыре — это один плюс три свободные клетки рядом, четыре урона. Получи и распишись!

— Три жизни осталось, — обеспокоенно произнёс Дима, выкладывая жетоны на карту своего Арахнида.

— Это ненадолго, — пообещал Паша. — Стреляю эльфийским следопытом по Арахниду на два. Она в первом ряду, а у него плюс два к стрельбе по первому ряду. Я в начале игры говорил! Итого четыре урона. Арахнид всё.

— Да блин! — возмутился Дима. — Надо было Наргойла назначать защитником.

— Надо было, но тебе же Харон важнее оказался. А нам ещё на турнир ехать. Как ты будешь с такой тактикой играть?..

— Вот задроты, а? — Женя повернулся к Игорю. — У нас экзамены скоро, а они днями напролёт задротят.

— А мы днями напролёт гуляем, бухаем и ничего не делаем. Чем мы лучше? — усмехнулся Игорь.

Женя усмехнулся в ответ.

— Ой! Я ручку забыла! — раздался возглас со второй парты во втором ряду.

Наташа Антоненко — девушка в синем спортивном костюме, со светлыми кудрявыми волосами, — всплеснула руками. И хотя она была не самой сообразительной — блондинкой в душе, как её называли, — одноклассники любили Наташу за её простоту и добродушие.

— Я дам тебе ручку, — ответила соседка по парте, — только не устраивай опять трагедию.

Невысокая симпатичная брюнетка с каре, в платье в горошек, Ника Вовенко была миловидной девушкой, но с таким ураганом в голове, что отпугивала от себя всех мальчиков в классе. Из-за маленькой груди её иногда дразнили доской или селёдкой, но Ника пропускала эти колкости мимо ушей. К тому же, как отмечал Женя: «Зато жопа у неё зачёт!»

— Наташа, как всегда, что-нибудь да забудет, — прогнусавила Соня Рябцева.

— Наташа, поди, думает только о платье на выпускной, — сказала Аня Колесникова. — Думаешь о том красном?

Наташа, обернувшись на девочек, добродушно улыбнулась.

— Да, я подумала, и мне понравилось.

— О, Наташа подумала, и ей понравилось, — пошутила Настя Измайлова. — Продолжай в том же духе, Наташ!

Одноклассники засмеялись. Наташа, одарив их улыбкой, повернулась к парте.

Из коридора раздался звонкий девичий смех.

— О, твоя идёт, — сказал Игорю Гриша с задней парты.

Припозднившись, в класс вошли три девушки, продолжая смеяться в голос. Милана Милеева — смуглая, стройная, с длинными волосами цвета воронова крыла, одетая в лёгкое платье. Диана Трушина — с распущенными тёмными кудрявыми волосами, в чёрной футболке и обтягивающих джинсах. И главная красавица школы — Ксюша Филимонова. Распущенные каштановые волосы, яркий макияж. Короткая юбка демонстрировала стройные ноги. Белая блузка подчёркивала грудь третьего размера.

Ксюша, подмигнув Игорю, села за вторую парту в третьем ряду. Игорь улыбнулся в ответ, но без теплоты, скорее, от удивления — что же он в ней такого нашёл, кроме внешности?

Как только три девушки сели, Соня начала что-то увлечённо им рассказывать, но те её не слушали.

— Повезло тебе, братан, — прошептал Женя.

— А тебе с женой нет, что ли?.. — Игорь осёкся.

— С какой ещё женой? — озадачился Женя. — Братан, тебе надо было дома остаться и проспаться. Ты сёдня чудной какой-то…

Разговоры разом затихли, когда в класс вошла учительница. Мария Владимировна, бросив строгий взгляд на учеников, уверенным шагом прошла к своему столу. Паша и Дима поспешили собрать с парты игровые карточки.

— Доброе утро, класс.

— Доброе утро, Мария Владимировна, — вразнобой поздоровались ученики.

— Извините за опоздание. Задержалась у директора.

— Да ничего страшного, — бросил Гриша.

По классу прокатился негромкий смех.

— Баюнов желает ответить у доски, я так понимаю? — не взглянув на Гришу, спросила Мария Владимировна.

— Баюнов желает пойти домой, — почти шёпотом произнёс Гриша, и теперь засмеялись только ребята из его компании.

— Все на месте?

— Мышь отсутствует, — заявила Соня Рябцева.

Ксюша, Милана и Диана захихикали.

— Наверное, обновляет гардероб, — сострила Ксюша, и её подпевалы засмеялись. Громче всех — Соня.

Аня Колесникова, поморщившись, с неприязнью взглянула на соседку по парте.

— Ну-ка тихо, — не повышая голоса, строго проговорила Мария Владимировна, и девушки замолчали. — Ира в школу пришла? Кто-нибудь её видел?