Полная версия
Денис Барин
Хаос часть 2. Черта
Глава 1. Промбаза.
Наверно, читателю можно было бы описать вновь наступившее утро как просто пасмурное, серое и дождливое. Порядком поднадоевшая морось, временами сменяемая накатывавшими внезапно ливневыми потоками, по-прежнему не переставала поливать город, и казалось, что череда этих бесконечных осадков не кончится никогда. Однако это было непростое утро. Это было первое утро после наступившего апокалипсиса. И оно было не просто серым, оно было черно-белым. Цвета глубокого траура по умирающему миру и отсутствием в этой связи каких-либо других красок. Само небо пребывало в этом трауре. Оно тихо плакало, и временами этот плач переходил в безутешное рыдание с обрушением на грешную землю яростных молний. И снова тихий плач, снова морось, гулкие громовые раскаты, грязь.
За минувшую половину суток хаоса большая часть населения города Якутска была уже заражена.
– Зомби. Наверняка, – скажет читатель.
Ну что вы. Общепринятое представление о зомби – это всего лишь сначала умерший и уже после воскресший человек, обычно еле переставляющий ноги, выдающий нечленораздельные звуки и, как правило, гниющий заживо. А также, не к столу будет сказано, жутко воняющий тухлятиной. Те же, кем стали люди, называть зомби можно было бы разве что условно. Они превратились в свирепых монстров и безжалостных убийц. В голодных и от этого ещё более озлобленных тварей, чьё место в пищевой цепочке, а заодно и смысл жизни можно обозначить одним ёмким термином – хищник.
Мутант. Такое название, пожалуй, будет вернее, хоть оно и не в полной мере отражает действительность. Однако, если угодно, иногда будем именовать заражённых зомби. И всё же, на месте читателя я был бы осмотрительнее. Эти твари умны, расчётливы и крайне жестоки. Они – зло в самом откровенном его проявлении. Смерть, кровь и страх – вот что можно сказать о жизни в ту эпоху.
Ну что, ещё не испугались? Тогда читайте дальше.
Тянущиеся вдоль всего берега озера бесконечные лабиринты промбазы являли собой столь же унылое зрелище, что и хмурое небо над ними. Переплетения мелких складов, цехов и гаражей разбавлялись высокими нагромождениями судовых контейнеров, необъятными арочными ангарами, заводами железобетонных изделий и небольшими офисными постройками. Промышленные территории, огороженные кривыми арматурными заборами или ветхими оградами из сетки, часто были захламлены сгнившим в труху металлоломом, дырявыми бочками, набитыми стальной стружкой, и давно превратившимися в камень мешками с цементом.
Центральная бетонная дорога была пуста. По ней не ездили грузовые автомобили, как это было обычно, и не ходили рабочие в касках и оранжевых жилетах. Именно пустой и вряд ли какой-то другой она и должна была быть в это невесёлое утро. Но вдруг дорогу стремительно пересекли две мужские фигуры с оружием в руках, облачённые в полевой камуфляж и лёгкие противогазы. Один был заметно крупнее и выше другого. Рослый, глыбоподобный мужик. И даже громоздкий охотничий карабин «Вепрь» в его руках смотрелся несерьёзно. Второй, чуть поменьше, но тоже внушающий опасения, так как выглядел он всяко больше среднего человека. Неприметный камуфляж «Горка», как влитой, сидел на крепком торсе бойца, и в каждом его движении угадывалась какая-то серьёзная военная подготовка. Мужчины рысцой перебежали дорогу и, легко преодолев невысокий забор, огораживающий, по всей вероятности, какое-то ремонтное заведение, осторожно двинулись вдоль припаркованной в аккуратный ряд старой строительной техники.
– Слушай, Валер, – здоровяк старался говорить не громко, однако его басовитый плотный баритон, даже существенно приглушённый противогазом, в наступившем перерыве между небесными истериками звучал словно удалённый громовой рокот. Или у Кена на фоне нереальной усталости и нервного перенапряжения до безобразия обострился слух.
– Чего? – не оборачиваясь на бизнесмена, коротко осведомился он.
– Я тут подумал, а как мы двери в гаражи будем ломать? Шуму же наделаем!
– Придумаем что-нибудь, – процедил Валерий, не желая разводить болтовню по поводу и без повода.
При свете дня, когда любой, даже самый узкий, неприметный закуток промбазы отлично просматривался со всех сторон и, несомненно, был бы виден внимательному наблюдателю, находящемуся этаже эдак на третьем любого близлежащего строения, Кен чувствовал себя намного уязвимее, нежели ночью. Осторожная поступь их тяжёлых армейских ботинок, то громко шаркающая по влажной бетонной дороге, то хлюпая мокрой грязевой кашей, отражаясь от кирпичных стен, и, казалось, была слышна на расстоянии в сотню метров. Заставляя натянутого, словно пружина, Валерия то и дело тревожно оглядываться и пристально вслушиваться в напряжённое безмолвие промбазы.
После того, как напарники чудом сумели избежать встречи с целой компанией заражённых, ощущение того, что за ними может кто-то наблюдать, не покидало ни на секунду. Кен уже несколько раз ловил себя на мысли, что во время осмотра улиц он больше отмечает места возможного укрытия противника, а также куда можно укрыться и им самим в случае нехорошей ситуации. И уже в последнюю очередь оценивает возможность наличия в ближайших постройках того, что им было необходимо в первую очередь. И надо сказать, выработанная психикой расстановка приоритетов Валерия устраивала полностью.
Они вновь и вновь перелазили через арматурные и бетонные ограды, с надеждой заглядывая то в окно очередного ангара, то в щель между прогнившими досками какого-нибудь дощатого склада. Ленивого холодного ветра было мало для того чтобы разогнать утренний туман, но его вполне хватало, чтобы то и дело задувать под плохо прикрученные листы жести на крышах и стенах. Из-за чего промбаза негромко скрежетала, постукивала и пугала. Некоторые цеха по тем или иным причинам привлекали их внимание больше нежели другие, и напарники решались осмотреть их поподробнее изнутри.
Они отгибали профнастил в тех местах, где он был плохо прикручен или и вовсе прогнил. Отрывали доски, поддевая их небольшим ломиком, по счастливой случайности обнаруженным на территории одного из цехов. Однако, если проникнуть внутрь, не вызывая при этом избыточно громкого шума, оказывалось невозможным, парни оставляли эту затею, отметив данный объект как потенциально интересный. Рассчитывая вернуться сюда, если не удастся найти ничего другого, и продолжали поиски дальше.
К сожалению, как бы ни хотелось Валерию найти машину быстро, но у Вселенной были другие планы. Лишь ближе к сумеркам они наткнулись на достаточно внушительную по размеру складскую территорию с рядом высоких гаражей. На территории, помимо складских помещений и заводской инфраструктуры, находились и машины, как нельзя соответствующие их требованиям. Были здесь и фуры, и «КАМАЗы», колхозники и много другой грузовой техники. Вот только где хранились от всего этого ключи, и хранились ли они на территории завода или находились на руках у частников, было тем ещё вопросом. Наскоро взломав сторожку и проверив ещё несколько помещений, похожих на регистрационные пункты, но так и не найдя в них ключей, напарники покинули объект. Взломать гаражи даже не пытались, только бегло осмотрев добротные стальные ворота. Целую уйму времени пришлось бы на это потратить, и нереально много шума это бы вызвало.
Через час-полтора бесполезных скитаний они наткнулись на арочный ангар с внушительной, прилегающей к нему площадкой, заставленной на вид вполне работоспособной техникой. Техника эта, однако, была совсем им не интересна. Пара фронтальных бульдозеров, один погрузчик, экскаватор, но отдельно от ковша, и старая автоцистерна с истёртой в ноль надписью «ГСМ». Вещи, конечно, нужные, но для их целей совсем не годятся. По тому, как ухожено выглядела территория цеха, Кен предположил, что припарковано всё это хозяйство здесь явно недавно и, очевидно, не для красоты.
– Надо бы проверить этот ангар, – шепнул он Олегу. – Очень похоже на ремонтный цех. Здесь эти агрегаты обслуживаются. Там вполне может найтись какой-нибудь самосвал или обычный грузовик.
– Давай заглянем, – хмуро окинув огромный ангар взглядом, хмыкнул здоровяк. – Только как? Сэндвич-панели, походу. Можно, конечно, раскурочить, только, скорее всего, громко будет.
Кен машинально глянул на добротный квадратный замок, спрятанный в стальную трубу, приваренную к массивным железным воротам. И принялся внимательно осматривать фасад цеха.
– Попробуем найти окно. Если что, разобьём потихому. Да залезем. Ну а если нет окна, попытаемся раскурочить стену.
– Ну, окно бить – это вообще как в колокол звенеть, – покачал головой Олег.
– Да не дрейфь ты! У меня идея нарисовалась!
Кен коротко оглянулся, покосившись на удивлённого здоровяка, и припустил вдоль цеха, махнув ему рукой. Мол, за мной.
– Ох уж мне эти твои идеи, – тяжело вздохнул бизнесмен и поспешил за напарником.
Окно отыскалось в задней части цеха. Там у заведения было подобие дворика с проходной частью. Этакое КПП в виде деревянной пристройки со сварным навесом и закатанным в обшарпанный жёлтый кафель широким крыльцом.
– Снимай куртку, – оглядываясь по сторонам, бросил здоровяку Кен, расстёгивая и скидывая свою, промокшую почти до нитки.
Благо костюм был усиленный, сшитый из плотной брезентовой ткани с непромокаемой мембраной. Потому даже в столь промозглую весеннюю погоду одежда под курткой была сухой, и Валерий всей душой уповал, что ему не случится свалиться с температурой на несколько дней после такой затяжной прогулки по слякотной улице.
– Это ещё зачем? – недоумевая, застыл бизнесмен.
– Снимай, говорю. Стекло бить будем. Нужно закрыть его мокрой тканью. Так звук лопающегося стекла должен быть намного тише.
– Это откуда такие познания в воровском ремесле? – Олег, помявшись, потянулся к замку своей «горки». – Ты уверен, что сработает?
– Да, – кивнул Валерий. – Должно сработать. В идеале, конечно, обклеить стекло газетами или любой другой бумагой. Тогда шуму ещё меньше будет.
– Ну, бумагу можно и поискать. Какой-нибудь мусор, типа упаковок или промокших картонных коробок, должен найтись. Здесь этого хлама полно.
Недолго посовещавшись, решили бумагу всё-таки поискать. Повторной встречи с толпой мутантов никому не хотелось. Здесь, конечно, их должно оказаться не так много, как в жилом районе, но напарники пришли к выводу, что много им сейчас и не надо. Оба валились с ног от пережитых суток, за которые парни могли погибнуть уже не раз и не два. Да без оружия их хоть голыми руками бери! Силы вести активную рукопашную или, в случае серьёзной необходимости, быстро уносить ноги, если и оставались, то уже совсем немного. Им бы отдохнуть хотя бы пару часов. Перезагрузить мозг. Но время. Время! Решать их задачи необходимо быстро. В любую минуту ситуация с заражёнными может стать критической. Вон как быстро мутируют, матереют, умнеют. К тому же прослеживается явная тенденция инфицированных организовываться в группы, а это уже серьёзная проблема. Не ровен час, начнут обыскивать дома в поисках уцелевших, и тогда спасти своих они могут попросту не успеть.
Кен раздражённо мотнул головой, отгоняя дурные мысли.
Не думать о плохом! Не думать о плохом! Займись делом. Торопись.
Валерий усилием воли вновь и вновь заставлял себя сосредоточиться на работе. Но непослушный разум словно притягивал к себе негативные упаднические мысли, заставляя его нервничать ещё больше.
Вскоре нашлась и бумага. Целая стопка мокрых книг, оставленная здесь, вероятно, ещё прошлым летом, отыскалась около переполненного мусорного контейнера. Корешки старых совдеповских романов уже значительно прихватила плесень. Страницы расползались от одного неосторожного прикосновения. Приходилось отрывать их сразу по несколько штук. Но для того, чтобы обклеить ими в несколько слоёв оконное стекло, они вполне сгодились.
Поверх импровизированного демпфера напарники приложили свои куртки, и когда Валерий легонько стукнул прикладом по окну, стекло треснуло ощутимо, негромко. Дальше оставалось только расшатать паутинку, извлечь крупные осколки из резинового герметика и повторить всю процедуру со вторым стеклом.
В кабинку сторожа на проходной Валерий попал первым. Следом, кряхтя, словно старый перекормленный боров, затащил свою необъятную тушу и бизнесмен. Напарники ещё некоторое время прислушивались, вглядываясь в утренний туман. Но на шум никто не явился. Каморка проходной была, как и полагается, нехитрой. За письменным столом со стопками дежурных журналов располагалось ещё одно окно, за которым виднелся старый турникет КПП. Чуть левее от поста охраны нашлась и дверь. Удостоверившись в том, что они не привлекли лишнего внимания, Кен дёрнул ручку, с облегчением отметив, что ломать двери не придётся. И, миновав маленькую раздевалку, напарники, освещая дорогу фонарями, выбрались в просторный цех.
По всей видимости, ангар эксплуатировался несколькими конторами, работающими в разных направлениях. Или одной, но с широким профилем. Первая часть цеха была отведена под изготовление стальных металлоконструкций вроде балконных решёток, навесов и беседок. Возле незаконченных изделий стояли обесточенные промышленные полуавтоматы. На баллонах с углекислотой висели сварочные брезентовые куртки. Под потолком, слегка покачивая крюком на промасленных тросах, застыла массивная кран-балка. Далее располагались несколько камер, где готовые кованые изделия окрашивались из пульверизатора. Пройдя ещё немного вглубь ангара, Валерий увидел знакомое оборудование по ремонту автомобилей: агрегат для балансировки карданов, компрессор и станки для шиномонтажа.
Было пыльно. В луче фонаря замысловато вихрились мелкие частицы, потревоженные не то движениями напарников, не то сквозняком. В дальней части цеха показались очертания каких-то грузовиков, но лишь подойдя ближе, Валерий смог определить, что это две фуры «МАЗ». Одна машина стояла без прицепа и интереса для напарников никакого не представляла. А вот на второй прицеп был. Правда, тентованный. Просто стальной каркас, обтянутый окрашенной в синий цвет брезентовой тканью. Надёжность, конечно, так себе, но это уже что-то. Однако на этом обнадеживающие моменты заканчивались, так как грузовик, очевидно, проходил капиталку.
Видавший виды кузов был откинут вперёд. Его извлечённый двигатель висел на лебедке прямо над ним, вселяя надежду, что в ремонте он не нуждался. В случае какой-либо поломки или плановой чистки он наверняка разобранный лежал бы на верстаке. Просто агрегат мешал добраться до каких-то других ходовых механизмов, в которых и была неисправность. Рядом с фурой на ковриках были разбросаны инструменты, будто бы слесарь вот прямо только что крутил здесь гайки, но почему-то всё бросил как есть, так и не убрав рабочее место. Что Валерию, как человеку, когда-то в юности работавшему в подобном заведении, показалось странным.
В его цеху все инструменты в обязательном порядке в конце смены складывались в специальные шкафчики и даже закрывались на замок. Там каждому ключу учёт был. И бригадир цеха к таким вещам относился очень серьёзно.
«Ну, видимо, не везде так», – подумал Кен, продолжив осматривать ангар.
– Печалька, – угрюмо констатировал Олег. – Вот же то, что надо! И, как назло, неисправна.
– Да, – согласился Валерий. – Знать бы, что сломано. Я, конечно, не автомеханик, но если неисправность плевая, можно попробовать отремонтировать. А так пока найдешь.
– Ну, давай посмотрим, – заинтересовался бизнесмен. – Вдруг сразу понятно будет, в чём проблема.
– Посмотрим обязательно, – поддержал Кен. – Только давай сперва весь цех осмотрим. Может, ещё что-то найдём.
Здоровяк кивнул и, осматриваясь по сторонам, последовал за Валерием.
Миновав фуры, напарники прошли ещё немного дальше, где их внимание привлёк уже другой автомобиль. А именно довольно ушатанная «Тойота Хайс». Машина в Якутии популярная. Даже очень. Ездят на ней и в городе, и в сёлах. Если быть точнее, именно в удалённых от цивилизации уголках, вроде рыболовецких и охотничьих посёлков, она и была востребована. Только более проходимая её версия девяностых годов. Это, конечно, было уже что-то. Хоть данный вид транспорта и годится в качестве машины охранения, но всё же.
Кен молча указал здоровяку на микроавтобус.
– Да, – с готовностью кивнул Олег. – Эту вещь определённо бросать здесь нельзя. Надо глянуть. Если на ходу, заберём с собой. Я смогу без ключей её завести. Геморройно, правда. Там нужно замок зажигания разбирать и блокировку руля снимать. Попотеть придётся.
Кен, хмыкнув, покосился на бизнесмена.
– Это откуда такие познания в воровском деле?
– Секрет фирмы, – хитро улыбнулся Олег. Улыбку, правда, можно было разве что угадать. Противогаз бизнесмена её никак не транслировал, но от Валерия не ускользнули лукавые нотки в голосе здоровяка.
– Глянем, – Валерий обошёл «Хайс», внимательно осматривая его. – Но нам всё ещё нужно найти что-то вместительное.
– Это да, – с досадой согласился бизнесмен. – Жаль, не получится на машине искать. Хвостов, наверно, нацепляем.
– Угу, – с солидарностью произнёс Кен.
На вид машина была на ходу. Скорее всего, если и было в ней что-то неисправно, то наверняка уже отремонтировано, или её просто по концу смены загоняли в этот ангар на стоянку.
Двери автомобиля оказались не заперты. Внутри находились инструменты: маленький сварочный аппарат, наборы гаечных ключей, болгарки и перфоратор.
– Видимо, машина использовалась для монтажа готовых сборок металлоконструкций на объектах, – взглянув на органайзер, предположил Валерий. – Когда они вернутся сюда за «буханкой», надо бы прихватить всё это добро с собой. Пригодится.
Вернулись к фуре. Обойдя грузовик со всех сторон, обнаружили ещё один полезный агрегат. А именно небольшую ДЭС на колёсах, хоть и потрёпанную, но в их ситуации и такая сойдёт. Им всего-то и нужно – рации зарядить, лишь бы тарахтела негромко.
Кен подошёл к ней ближе, осветил провода переносок, тянущиеся к «МАЗу». Присел на корточки и коснулся ладонью двигателя. И тут же напрягся, резко вставая и кладя палец на спусковой крючок!
– Чего ты? – встревожившись, осведомился бизнесмен.
– Тёплая, Олег! – Валерий уже обходил грузовик, вспоминая, куда они ещё не заглядывали, когда осматривали цех. Что пропустили? – Станция ещё тёплая! Её вот только что заглушили прямо перед тем, как мы пришли. Здесь кто-то есть!
И тут же Кен понял, почему цех такой запылённый, хоть и рабочий день в этом ангаре сегодня даже не начинался. Не пыль это. Точнее, не только она. Дым! Дым, который они попросту не почувствовали в противогазах. Кто же тут прячется? Не уж то такие же изыскатели транспорта, как и они с Олегом?
– Скорее всего, работяги, – ответил на невысказанный вопрос здоровяк. – Из тех, что здесь работали. Когда мы пришли, окна целые были. Значит, у них были ключи.
– Угу, – прогундосил пристыженный Кен. Как сам не догадался? Башка не варит уже совсем.
Решив не тратить время на поиски, Валерий крикнул:
– Эй, вы! Выходите. Мы знаем, что вы здесь. Мы не причиним вам вреда!
А про себя подумал: «Если, конечно, вы не заражённые. Которым, как и нам, понадобилась большая машина».
В том, что инфицированные станут заморачиваться ремонтом фуры, конечно, были большие сомнения. Но за последние несколько часов Валерию приходилось здорово удивляться их сообразительности. Всё-таки продуманные они, эти твари.
Здоровяк, судя по тому, как он мобилизовался, тоже не исключал любого расклада. Всё правильно. Прятавшиеся где-то в ангаре цеха неизвестные могут быть и вооружены.
На крик Валерия из темноты цеха ожидаемо никто не отозвался. Они немного постояли, прислушиваясь. Потом попробовал бизнесмен:
– Эй, люди! Давайте, выходите! Мы никакой угрозы для вас не несём!
Баритон Олега громогласным эхом разнёсся по цеху. Однако и на его суровый бас некто, прятавшийся в потёмках ангара, так и не отозвался. Стало понятно, что придётся искать. Оставалось надеяться, что это всё же обычные работяги. Не заражённые и желательно без оружия. Так и оказалось.
Посоветовавшись, парни обозначили места, которые осмотреть ещё не успели. И через некоторое время работяг всё-таки нашли.
– Ну и какой смысл был прятаться? – сказал Валерий щуплому, одетому в засаленную робу мужику. Он повёл карабином в сторону, призывая его покинуть своё убежище, оказавшимся железным шкафчиком для переодевания.
Его коллега отыскался тут же, только уже Олегом. Толстый лысоватый дядька скрывался за нагромождением ящиков с брезентовыми верхонками и разнообразной ветошью.
– Так, а чего нам не прятаться? – недовольно осведомился худой, кряхтя выкарабкиваясь из стального гардероба. Вообще удивительно, что он там поместился. Ростом мужик был 180 с чем-то. Его сорок последнего размера кирзовый сапог застрял между железными стенками, и некоторое время долговязый пытался его освободить. Напарники терпеливо ждали.
Толстый тем временем уже покинул укрытие и виновато переминался с ноги на ногу, нервно покашиваясь на двухметрового бизнесмена, хоть и не державшего его на прицеле, но вид которого, как минимум, не выражал особого дружелюбия. Наконец выбравшись из шкафа, тощий лаконично и не слишком вежливо поинтересовался:
– Чего вам?
Уже понимая, что конструктивного диалога придётся добиваться, Валерий ответил пока что насколько мог спокойно:
– Нам транспорт. Желательно вместительный, а ещё проходимый. И на ходу, разумеется.
– Губа не дура, – просипел долговязый. – Мы-то тут каким боком?
– Ты давай, глист вонючий, дурака из себя не делай, – радикально вступил в разговор Олег. – У нас ни времени, ни желания на долгие диалоги нету.
«Глист» после таких любезностей выпрямился и, выпучив глаза, зачем-то посмотрел на толстого. Тот развёл руками, после чего сбивчиво стал объяснять:
– Так, а нет у нас транспорта. Фура, что в конце ангара, стоит не на ходу. А микрач можно, конечно, завести, но не особо-то он вместительный.
– Что с фурой? – не дожидаясь, когда закончит толстый, грубо спросил Кен. Тактика Олега сейчас была более эффективна. Он, конечно, хотел по-хорошему, но по мужикам видно, что желание предоставлять кому бы то ни было своё добро у них нет. Придётся надавить.
Толстый было собирался что-то ответить, но «глист» опередил его, выпалив чуть ли не скороговоркой:
– У неё неисправность серьёзная. В ходовой! Так сразу не починишь. Нужны запчасти. А их в наличии нет.
То, что долговязый будет пытаться запутать их с Олегом в расчёте на абсолютное невежество парней в механике, было понятно сразу. И расчёт этот, надо сказать, был верный. Лично он в ремонте тяжёлой техники понимал слабо. А точнее, вообще ничего не понимал. На своей «Тойоте» он ещё мог найти какую-то незначительную поломку, заменить расходники. Но здесь совсем другое.
Ещё было понятно, что проблема с транспортом в будущем обещает обернуться нерешаемой задачей. Они с Олегом уже валятся с ног. Ещё несколько часов, и даже эти два мешка смогут из них душу вытрясти. Когда они только собирались в этот поход, Кен допускал, что на поиск проходимых вместительных машин может уйти от двух до четырёх дней. Но каждый час этого похода убеждал его, что он ошибся. Нет у них двух дней. И тем более нет никаких четырёх. Тут за пару часов может так всё измениться, что эвакуация из города, даже с его окраины, станет попросту невозможной. И теперь, в свете последних событий, пришло понимание: чтобы убраться из города, придётся идти на крайние меры. И, если понадобится, на самые радикальные.
Всё это пронеслось в голове Кена за какие-то пару секунд. После чего он, даже не переглянувшись с напарником, процедил долговязому:
– Ну что ж. В таком случае вы нам не нужны. – И, наставив карабин прямо длинному в лоб, щёлкнул предохранителем.
Мера подействовала. Тощий как-то нелепо ойкнул и тут же попятился назад, выставив перед собой руки. Позади него по-прежнему стоял открытый шкафчик, в котором он прятался, и долговязый, споткнувшись, шумно грохнулся в него обратно.
– Стой! – залепетал он, сидя на заднице. – Стой! Не стреляй. Я всё понял. Сейчас попробуем посмотреть, что можно сделать.
– А чего сразу-то не понял? – хмуро глядя на него, осведомился Олег. Голос его через противогаз звучал глухо, но резина и фильтры не в состоянии были скрыть угрожающе недобрые интонации. – С сообразительностью у тебя, похоже, не очень хорошо?
