Чайная на крыше, или Кот, который не хотел быть начальником

Но тогда, в это утро, я предпочла думать, что всему виной плохая партия чашек. Или моя усталость. Или Борис Петрович, который случайно заразил меня своей галлюцинацией, потому что так бывает, правда? Когда кто-то рядом видит нечто, и ты тоже начинаешь это видеть, просто потому что мозг - дурак, который поддается внушению.

Это было удобно. Это было привычно. Это было неправдой.

Кот зевнул, потянулся и перевернулся на другой бок, демонстрируя полное равнодушие к моим душевным терзаниям. Я посмотрела на него, потом на чашку, потом на дверь, в которую вышел Борис Петрович - аудитор, который сегодня увидел себя художником.

«Интересно, - подумала я, наливая себе новый эспрессо и садясь на стул у стойки - впервые за много лет позволяя себе сесть, - интересно, что бы я увидела, если бы посмотрела в ту чашку ещё раз?»

Я не стала смотреть. Я была не готова к ответу.

Но самое страшное, что ответ уже знал меня. И он сидел на диванчике у окна, на моём любимом пледе, который я связала когда-то для себя, и ждал, когда я перестану делать вид, что всё в порядке.

Я вздохнула и пошла за молоком для кота. Потому что, если уж в твоей кофейне поселилось необъяснимое явление, лучше быть с ним в хороших отношениях. Это вам любой бариста скажет.

Глава 4. Кот, который пришёл с документами (и пятой степенью защиты)

Я пришла в кофейню на полчаса раньше обычного - будто если ускорюсь, то смогу обогнать то странное ощущение, что поселилось во мне после вчерашнего. Дверь звякнула колокольчиком, и я замерла на пороге.

Кот всё ещё сидел на диванчике у окна. На моём пледе. На подушке с дурацкой вышивкой «Счастье - в мелочах», которую я когда‑то выбрала с надеждой, а теперь воспринимала как насмешку. Он смотрел на меня так, будто мы с ним заключили договор, а я его нарушила.

«Просто кот, - твёрдо сказала я себе, вешая пальто на крючок. - Обыкновенный бродяга, который нашёл тёплое место. Ничего больше. Вчерашнее - усталость. Переработала. Перемолола слишком много зёрен. Мозг решил устроить забастовку и показал пару галлюцинаций. С кем не бывает?»

Я направилась к стойке, стараясь не смотреть в сторону диванчика. Но чувствовала его взгляд - тяжёлый, пристальный, как просроченный отчёт, который ты откладывал неделю, а он всё равно нашёл тебя в самый неподходящий момент.

Привычные действия должны были вернуть меня в зону комфорта. Протереть стойку - дерево под ладонью чуть шероховатое, тёплое, знакомое. Проверить запасы корицы - банка открылась с тем же тихим щелчком, что и вчера, но сегодня он прозвучал как‑то… обвиняюще. Запустить кофемашину - шипение пара, запах свежемолотого кофе, глубокий, чуть горьковатый, - всё это обычно выстраивало барьер между мной и хаосом мира.

Но не сегодня.

Воздух казался плотнее, чем обычно, будто его набили ватой. Тени в углах кофейни подрагивали, словно пытались вырваться из привычных очертаний. Запах корицы смешивался с чем‑то ещё - отдалённо морским, йодистым, будто кто‑то пронёс мимо открытой двери ведро с водорослями. Я тряхнула головой. «Усталость, - повторила я про себя. - Просто усталость. Разумные коты - это слишком даже для кофейни. Особенно для моей».

Я повернулась к кофемолке, начала перемалывать зёрна - ритмичное движение, тяжесть в руках, запах кофе, который должен был вытеснить всё лишнее. Но кот не сводил с меня глаз. Он явно чего‑то ждал. Терпеливо, методично, с видом существа, которое может ждать годами, пока ты наконец поймёшь, что игра в «ничего не происходит» больше не работает.

На кухне что‑то тихонько звякнуло - наверное, ложка скатилась с полки. Я вздрогнула, но не обернулась. Вместо этого подошла к окну, провела пальцем по стеклу. Капля дождя, оставшаяся с ночи, скользнула вниз, оставив влажный след. «Может, это просто погода? - подумала я с отчаянной надеждой. - Атмосферное давление, магнитные бури, сезонная хандра… Всё что угодно, только не магия. Магия - это для других. Для тех, кто не считает дебет с кредитом перед сном».

Я поставила банку с зёрнами на полку, вытерла руки о фартук. «Ну и пусть сидит, - сказала я вслух, чтобы звук собственного голоса придал мыслям твёрдости. - Кот - не повод для паники. У меня есть кофемашина, счета, график поставок и целая стопка бланков, которые нужно заполнить до обеда. Это реальность. А всё остальное - просто… просто…»

В этот момент кот заговорил.

-

Ну? – спросил он саркастически. Так и будем делать вид, что ничего не происходит?

Я решила, что лучший способ справиться с говорящим котом - это сделать вид, что он не говорит. Это, конечно, классический приём, но иногда классика работает безотказно. Я сосредоточилась на протирке стойки. Тряпка скользила по дереву с характерным звуком, который всегда меня успокаивал. «Шшух-шшух» - это был мой личный белый шум, заглушающий всё лишнее. Включая котов с маниакальным блеском в янтарных глазах.

Кот на диванчике наблюдал за мной с терпением налогового инспектора, который знает, что у Вас в шкафу припрятана незадекларированная банка варенья. Он даже не моргал. Просто сидел, сложив лапы, и смотрел. Я чувствовала этот взгляд спиной. Он был тяжёлым, как просроченный отчёт.

- Сударыня, - раздался в тишине голос, сухой и бархатистый одновременно, словно кто-то провёл бархатом по старому картотечному шкафу. - Ваше упорное нежелание вступать в диалог начинает граничить с административным правонарушением.

Тряпка замерла в моей руке. Я медленно выдохнула и повернулась. Кот сидел в той же позе, но теперь его усы подрагивали от сдерживаемого раздражения.

- Вы что-то сказали? - спросила я максимально нейтральным тоном, каким обычно сообщаю клиентам, что их любимый сорт кофе закончился и не предвидится.

- Я сказал, что Ваше молчание контрпродуктивно, - кот дёрнул ухом. - Понеже я являюсь должностным лицом Ночной канцелярии, а Вы - единственным кандидатом на вакантную должность, уклонение от разговора является саботажем межпространственного сообщения.

- Должностное лицо? - я изогнула бровь. - В кошачьем облике?

- Форма не имеет значения, когда речь идёт о функциях, - отрезал он. - Позвольте представиться: Феликс, начальник отдела согласования порталов. Временно исполняющий обязанности.

Он спрыгнул с диванчика с грацией существа, которое знает цену каждому своему движению. Лапы беззвучно коснулись пола. Он подошёл к стойке и одним элегантным движением бросил на неё предмет. Это было удостоверение. Не картонная карточка, а тяжёлая металлическая пластина с гравировкой, потемневшая от времени. В центре переливалась голограмма летучей мыши.

- Пятая степень защиты, - прокомментировал Феликс, заметив мой взгляд. - Не пытайтесь подделать. Система распознаёт фальшивку по запаху валерьянки.

Я осторожно взяла удостоверение. Оно было холодным и неожиданно тяжёлым. Пальцы ощутили шероховатость гравировки - какие-то символы, которых я не узнала, и цифры, которые не складывались ни в одну знакомую систему счисления.

- И что это значит? - я старалась, чтобы голос не дрожал.

- Это значит, сударыня, что я ухожу в отставку, - Феликс сел и обвил лапы хвостом. - После тысячи лет бюрократической рутины я заслужил покой. Греться на солнце, спать шестнадцать часов в сутки и не подписывать акты о пространственных коллапсах. И я назначаю Вас своей преемницей.

- Что? Нет! - воскликнула я быстрее, чем успела подумать. - Я не подавала заявку! У меня кофейня! У меня отчётность! У меня… диванчик!

В этот момент на кухне оглушительно засвистел чайник. Но это был не обычный свист. Это был механический, безжизненный голос робота-диспетчера:

«Кандидат принят на рассмотрение. Ожидайте регламентный срок».

Я уставилась на дверь кухни. Чайник продолжал свистеть тем же голосом:

«Назначение временно исполняющего обязанности подтверждено магическим протоколом 147-бис».

Феликс закатил глаза. - Видите? Система уже зарегистрировала Ваше согласие. Магическая бюрократия работает быстрее вашей налоговой.

- Я не соглашалась! - я почти сорвалась на крик.

- В нашей системе молчание приравнивается к согласию, если не поступило официального протеста в трёх экземплярах с нотариальным заверением подписи свидетеля из Изнанки, - скучающим тоном пояснил кот. - Полагаю, у Вас такого свидетеля под рукой нет?

Я бессильно опустилась на стул за стойкой. - Я даже кота не нанимала! Какого лешего я должна становиться начальником какого-то там отдела?!

Феликс вздохнул так тяжело, что его усы затрепетали. - Должность имеет свойство «прилипать». Если Вы не найдёте себе замену или не пройдёте испытание в течение трёх суток… - он сделал паузу для пущего драматизма, - Вы станете начальником отдела согласования порталов навсегда. И ваша жизнь превратится в бесконечную череду подписей, жалоб на самовольно открывающиеся двери и актов о нецелевом использовании бытовой магии.

Звучало как мой обычный день , только с добавлением магии и летучих мышей.

Я посмотрела на кота. Он смотрел на меня с вековой усталостью во взгляде. - И что теперь? - обречённо спросила я.

Феликс принюхался. Его ноздри дрогнули. - Пахнет кофе, - констатировал он. - И… корицей?

Я кивнула.

- И всё? А сметана?

-

Вы же кот.

Феликс выпрямился, его взгляд стал строже. - Я не просто кот, сударыня. Я - должностное лицо. Однако… долг долгом, а обед по расписанию. Я предпочитаю сметану классической жирности, выдержанную в правильных условиях. Никакой обезжиренной профанации или добавок в виде зелени.

Я молча встала, прошла к небольшому холодильнику за стойкой и достала баночку сметаны. Поставила перед ним блюдце и щедро плюхнула туда белую массу.

Феликс склонил голову набок, изучая подношение с видом сомелье, оценивающего редкое вино. Затем аккуратно погрузил морду в блюдце и начал есть. В этот момент вся его вековая важность куда-то испарилась. Остался просто очень довольный серый кот.

Я смотрела на него и понимала: моя жизнь дала трещину размером с портал в Нидерланды. И этот полосатый бюрократ только что сделал первый шаг к тому, чтобы превратить мою кофейню в филиал преисподней… или хотя бы Ночной канцелярии.

Я откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. В голове крутились обрывки мыслей, которые никак не желали складываться в стройную систему. «Итак, - подвела я внутренний баланс, - в моей кофейне поселился говорящий кот с удостоверением. Он утверждает, что я теперь - начальник отдела согласования порталов. Чайник на кухне подтверждает это механическим голосом. А самое разумное, что я могу сделать - это накормить его сметаной и надеяться, что всё рассосётся само».

Я открыла глаза и посмотрела на Феликса. Он вылизывал блюдце с видом существа, которое только что заключило выгодную сделку и теперь наслаждается законной оплатой.

- Три дня, говорите? - спросила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойнее, чем я себя чувствовала.

- Три дня, - подтвердил Феликс, отрываясь от блюдца и аккуратно умывая морду лапой. - После чего Вы либо найдёте замену, либо пройдёте испытание, либо… - он сделал паузу и посмотрел на меня с выражением, которое я бы назвала сочувственным, если бы верила в сочувствие котов. - Либо привыкнете. Как я.

- А если я просто закрою кофейню и уеду в другой город?

- Магический протокол 147-бис, - Феликс вздохнул с тяжестью существа, которому приходится объяснять очевидные вещи, - привязан к вашей сущности, а не к месту проживания. Вы можете уехать хоть на Луну. Должность поедет с вами. Боюсь, в багаже.

Я посмотрела на свои руки - сухие, с коротко стрижеными ногтями, вечно пахнущие кофе. Руки человека, который выбрал стабильность. Который рассчитал риски. Который ни разу за двенадцать лет не сел на собственный диванчик, потому что боялся расслабиться.

А теперь судьба в лице полосатого бюрократа решила, что мне позарез нужно стать начальником магического отдела.

- Хотя бы сметана вам понравилась, - сказала я вслух, и в голосе прозвучало что-то среднее между иронией и отчаянием.

Феликс медленно моргнул. - Это, сударыня, единственное, что вселяет в меня надежду на Ваше будущее руководство. Вы умеете выбирать правильную жирность. А это, поверьте, в нашей работе дорогого стоит.

Он потянулся, зевнул, демонстрируя розовую пасть и внушительные клыки, и направился обратно к диванчику. Запрыгнул на плед, свернулся калачиком и прикрыл глаза.

- Я вздремну, - донёсся его приглушённый голос. - Разбудите, когда появится первый клиент. Или когда придёт акт о вашем официальном утверждении. Что наступит раньше, я, честно говоря, не берусь прогнозировать.

Я осталась сидеть за стойкой, глядя на спящего кота, на удостоверение с голограммой летучей мыши, на чашку, в которой сегодня утром не решилась смотреть на отражение.

«Три дня, - подумала я. - Три дня, чтобы найти замену. Или пройти испытание. Или привыкнуть. Или… или просто перестать делать вид, что всё под контролем».

Я вздохнула, встала, налила себе эспрессо. Сделала глоток. Стоя за стойкой, как всегда. Но на этот раз - медленнее. И мне показалось, или кофе действительно стал чуточку теплее?

Кот засопел на диванчике. Я посмотрела на подушку с вышивкой «Счастье - в мелочах» и впервые за долгое время не почувствовала насмешки.

Может, потому что счастье - это когда твой главный кошмар на данный момент - это говорящий кот, который спит на твоём пледе и требует сметану определённой жирности.

А не когда ты просто боишься сесть на собственный диванчик.

Я допила кофе, поставила чашку в мойку и начала готовиться к открытию. Жизнь продолжалась. Даже если теперь в ней появились магические протоколы, летучие мыши на голограммах и начальник отдела в полосатой шубке.

По крайней мере, сметана ему понравилась. Это уже кое-что.

Глава 5. Инструкция по поиску того, чего у тебя нет

Я стояла у окна кофейни и смотрела, как сумерки поглощают город. Фонари загорались один за другим, будто кто-то невидимый зажигал спички и бросал их в темноту. Стекло было холодным. На нём виднелась мелкая рябь - следы вечернего дождя, который так и не решился перейти в ливень.

Феликс, удобно устроившийся на диванчике, лениво потягивался, демонстрируя миру свои внушительные когти. Плед под ним сбился в комок, подушка с вышивкой «Счастье - в мелочах» свалилась на пол. Я машинально отметила, что потом придётся всё поправлять, и тут же мысленно одёрнула себя: «ты сейчас идёшь в магическую канцелярию, а переживаешь за обычную подушку».

- Пора, - произнёс Феликс, встряхнув шерстью так, что несколько серых волосков медленно опустились на плед. - Ночная канцелярия ждёт. Точнее, не ждёт, а работает по графику. С 23:00 до 05:00, как я уже упоминал. Бюрократия, сударыня, любит дисциплину. Особенно ночная.

- А нельзя отложить на завтра? - я попыталась оттянуть неизбежное, хотя прекрасно знала ответ. - У меня ещё отчёты не проверены, поставки не согласованы… И вообще, я не высыпаюсь по ночам. У меня мешки под глазами появляются.

- Магический протокол 147-бис не знает слова «завтра», - Феликс спрыгнул на пол, потянулся - сначала передними лапами, потом задними - и направился к выходу. - Он знает только «сейчас» и «уже поздно». Что касается мешков под глазами, сударыня, то в Изнанке они считаются признаком добросовестного отношения к служебным обязанностям. Идёмте. Время - не деньги, а документ, который имеет свойство истекать.

Я вздохнула, накинула кардиган - тот самый, оливковый, застиранный, но привычный - и последовала за котом. На пороге обернулась. Кофейня в полумраке выглядела так, будто ждала моего возвращения. Словно она была живой и знала, что я вернусь, потому что куда я денусь.

Ночной город пах дождём и остывшим асфальтом. В воздухе висела лёгкая дымка, размывающая очертания домов. Мы шли молча - я, стараясь не отставать от стремительного шага Феликса, он - с видом человека, который опаздывает на очень важное заседание, но при этом ни за что не признается, что волнуется.

- Вот здесь, - кот остановился между аптекой с вечно горящей неоновой вывеской «24 часа» и прачечной, откуда доносился запах чистого белья и кондиционера с лавандой. - Между ними. Видите?

Я вгляделась в стену. Ничего. Просто старая кирпичная кладка, местами покрытая мхом, который почему-то не выцвел даже под уличными фонарями.

- Ничего не вижу, - призналась я честно.

- Разумеется, - Феликс закатил глаза. Это у него получалось с такой интонацией, будто он тысячу лет тренировался перед зеркалом. - Дверь появляется только после 23:00. Сейчас 22:58. Подождите две минуты. Магия любит пунктуальность. И ненавидит опоздавших. Однажды один волшебник опоздал на три минуты, - кот сделал паузу, - и теперь он работает в отделе жалоб. Вечно. Я Вас предупредил.

Мы стояли в тишине. Я смотрела на часы, Феликс - на стену. Я слышала, как где-то вдалеке сигналит машина, как кто-то смеётся в открытом окне на втором этаже, как моё сердце стучит чуть быстрее, чем хотелось бы.

Ровно в 23:00 между аптекой и прачечной проявилась тёмная деревянная панель. Она выглядела так, будто всегда там была, но до этого момента её просто не замечали. Древесина пахла воском и чем-то старым - библиотечным, что ли.

- Теперь постучите три раза и скажите: «По делу», - проинструктировал Феликс. - Без запинки. И без иронии в голосе. Система распознаёт сарказм и отправляет в конец очереди.

Я сделала глубокий вдох. Постучала. Костяшки пальцев коснулись тёплого дерева - странно, для ночной улицы слишком тёплого.

- По делу, - сказала я максимально нейтрально.

Дверь скрипнула и приоткрылась, словно нехотя, как пожилой человек, которого разбудили среди ночи.

За порогом нас встретил длинный коридор, освещённый тусклыми лампами, которые мигали с нерегулярной частотой - то гасли, то вспыхивали снова, будто сомневались, стоит ли давать свет. В воздухе висел сложный аромат: старая бумага, сургуч, чернила и лёгкая нотка валерьянки, которая то усиливалась, то почти исчезала, как радиосигнал на границе зоны приёма.

- Добро пожаловать в Ночную канцелярию, - торжественно произнёс Феликс. - Место, где магия встречается с бюрократией и проигрывает. Не в смысле проигрывает битву, а в смысле - проигрывает в качестве обслуживания.

Мы прошли вглубь.

Помещение напоминало офис из прошлого века, но с магическими поправками. Столы были завалены папками, которые сами себя перекладывали: одна стопка росла, другая уменьшалась, третья вдруг решила перепрыгнуть на соседний стол, будто у неё случился личный кризис идентичности. На стене висели огромные часы с надписью «Время - не деньги, а документ», стрелки которых иногда бежали назад, а иногда замирали, словно задумавшись о смысле бытия.

В углу стоял чайник, напевавший голосом автоматизированной системы: «Ожидайте ответа… Ожидайте ответа… Ваш запрос обрабатывается… Пожалуйста, не разговаривайте с чайником».

Вдоль стен выстроились очереди из волшебников всех мастей. Кто-то держал в руках свитки, кто-то - артефакты, которые слабо светились в полумраке, кто-то просто нервно теребил край мантии. Клерки в мантиях поверх офисных рубашек заполняли формы. Я заметила одного - с усами, закрученными вверх, и мешками под глазами такими глубокими, что в них можно было хранить запасные чернила.

Он как раз оформлял кому-то «Разрешение на перемещение между точками пространства-времени». Волшебник на той стороне стола - молодой парень в растерзанной мантии - выглядел так, будто его только что вырвало из эпичной битвы и бросило сюда, в эпичную битву с бюрократией.

- У Вас не заполнена графа 14-б, - сказал клерк голосом человека, который повторяет это в сотый раз за ночь. - Цель перемещения не может быть «потому что надо». Заполните форму 14-б, приложите подтверждение согласования с отделом энергоснабжения и вернитесь в очередь. Которая, как Вы видите, не резиновая.

Я посмотрела на Феликса. Он стоял рядом с видом существа, которое наблюдает за привычным спектаклем и давно перестало аплодировать.

- Я думала, магия - это что-то прекрасное, - прошептала я. - Волшебные палочки, заклинания, полёты на метле. А это просто худший отдел по работе с населением в моей жизни. Даже хуже налоговой. И это я говорю как человек, который однажды провёл три часа в очереди за справкой об отсутствии задолженности.

- Впечатляет, не правда ли? - Феликс усмехнулся, и его усы дрогнули. - Здесь каждая бумажка имеет вес, а каждое слово - последствия. Магия, сударыня, это не фейерверки. Это ответственность. И тонны документов. Там, в мифах, вам никто не расскажет, что перед тем, как победить дракона, нужно согласовать победу в трёх инстанциях и получить разрешение на использование огнеупорного заклинания. Иначе штраф. Большой.

Мы подошли к центральному столу, за которым сидел клерк в очках с толстыми линзами. Он следил за пером, которое само заполняло строки, иногда замирая и словно прислушиваясь к мыслям хозяина. Я заметила, что у клерка на шее висит кулон в виде летучей мыши - точь-в-точь как голограмма на удостоверении Феликса.

- Коллега, - обратился к нему Феликс тоном, каким говорят с равным, но слегка уставшим от этого равенства. - Нам нужна инструкция для нового кандидата. По протоколу 147-бис.

Клерк поднял глаза. Посмотрел на меня. Посмотрел на Феликса. Вздохнул - так, будто только что принял на себя груз чужой судьбы, и этот груз оказался тяжелее, чем он рассчитывал.

- Ваша, - сказал он и протянул папку.

Толстую. Очень толстую.

На обложке из плотной, шершавой на ощупь бумаги значилось: «О поиске утраченных документов. Полное руководство. 50 страниц. Издание третье, дополненное». Ниже мелким шрифтом: «В случае утраты руководства обратитесь к пункту 47».

Я открыла первую страницу. Пункт 1: «Определите, что именно Вы ищете. Если Вы не можете определить, переходите к пункту 2». Пункт 2: «Составьте список того, что Вы не ищете. Исключите эти пункты из рассмотрения». Пункт 3: «Ищите там, где темно». Примечание: «Тьма должна быть согласована с отделом энергоснабжения. Несогласованная тьма влечёт за собой штрафные санкции. Исключение: тьма естественного происхождения (ночь, подвал без окон, чулан). Чулан при этом должен быть зарегистрирован как объект недвижимости».

Я перелистнула на пятую страницу. Пункт 17: «Если объект найден, убедитесь, что это именно он. Если не уверены, вернитесь к пункту 1». Пункт 18: «В случае ложного опознания заполните форму 47-А „Акт о напрасно потраченных усилиях“. Форма выдаётся по запросу. Срок изготовления - 14 рабочих дней».

- Это шутка? - я подняла глаза на Феликса.

- Нисколько, - он взял папку, полистал ещё несколько страниц с видом знатока. - Всё серьёзно. Вот, смотрите. Пункт 23: «В случае обнаружения нескольких идентичных объектов, заполните форму 47-Б и отправьте в архив для классификации. Ожидайте ответа 3–5 рабочих лет». Пункт 24: «Если ответ не получен в указанный срок, повторите запрос. Каждый последующий запрос сокращает срок ожидания на один рабочий месяц».

- Но это же абсурд! - я не выдержала. Голос чуть дрогнул, и я мысленно отругала себя за эту дрожь. - Как я могу найти то, чего у меня нет? И где я возьму согласованную тьму? У меня кофейня, там светло всегда. Я специально лампы повесила, чтобы люди не щурились.

Феликс посмотрел на меня с выражением, которое бывает у преподавателей философии, когда первокурсник задаёт «глубокий» вопрос, не подозревая, что ответ прозвучит как пощёчина.

- В этом вся суть, - он сел на стул рядом - вернее, запрыгнул на него, потому что коты не садятся, они занимают пространство с видом собственника. - Магия требует внимания к деталям. И терпения. Вы думали, всё будет просто? Что вам дадут волшебную палочку и скажут: «Абракадабра, и проблема решена»? Нет, сударыня. Реальность куда прозаичнее. И бюрократичнее. Волшебная палочка, кстати, тоже требует лицензии. И сертификации. И ежегодного техосмотра.

- Но как это поможет мне найти замену? - я начала терять терпение. Не то чтобы злиться, скорее - чувствовать, как где-то внутри закипает то самое ощущение, когда часы показывают «уже поздно», а ты ещё не сделала главного. - Я не могу потратить три дня на заполнение форм. У меня кофейня. Кофе. Люди, которые приходят за этим кофе. И счета, которые нужно оплатить. Они не магические, они самые обычные, и их не обманешь заклинанием.

- Три дня - это срок, - Феликс стал серьёзнее. Его янтарные глаза в полумраке канцелярии казались почти жёлтыми, как у ночной совы. - И Вы должны использовать его с умом. Либо найти замену, либо пройти испытание, либо… - он сделал паузу, и в этой паузе мне послышалось что-то похожее на сочувствие. - Либо привыкнуть. Как я. Тысячу лет привыкал. Спойлер: до конца так и не привык.

- Но где мне искать эту замену? - я сжала папку так, что шершавая бумага заскрипела под пальцами. - Друзей у меня нет, знакомых в магическом мире - тем более. Я вообще до вчерашнего дня думала, что магия - это про фокусников на детских праздниках и эзотерику в мягкой обложке.