Инструкция по спасению мира

Человечество с первых своих шагов только и занимается тем, что преодолевает и покоряет. В таком случае «Конец света» всего лишь очередной пожар, который надо потушить и следить, чтобы никто больше не играл со спичками или не спал с сигаретой.

В свою очередь, здесь более уместно сравнение со смертью человека. Он стареет, лечит постоянно появляющиеся новые болячки. Борьба эта может длиться долго, но итог всегда один. Каждый из миров находится в том же положении. Министерство спасает мир, оставляет там делегацию на какое-то время, а после она уходит. Да, врач какое-то время наблюдает за больным после тяжёлой болезни. Но где гарантия, что он не заболеет вновь? Человеку снова нужно лечение, а доктор машет рукой и уверяет, что бояться больше нечего. Похоже на бред. Кто в министерстве решил, что апокалипсис – это разовая акция, которая больше не повторится?

Рассматривая проблему «Конца света» более масштабно, Николай приходил к выводу, что это всего лишь круговорот жизни. Всё в бесконечной вселенной является частью огромной системы. Может и миры выполняют роль винтиков и шестеренок? Их пора бы обновить, но остервенелый механик в лице Министерства продолжает эксплуатировать ломающуюся деталь. Чистит ржавчину, капает клеем, перематывает изолентой и крестит на всякий случай.

Может, «Конец света» - это определённый рубеж для каждого мира? Проверка на прочность. Мир, который самостоятельно преодолевает его, становится чем-то новым? Сверхцивилизация? Николай задумался. Вполне возможно, что и Министерство появилось похожим образом. Один из миров преодолел этот «кризис» и решил помогать остальным. Получается, что Николай и остальные вмешиваются в «отборочный этап» какого-то извращённого конкурса?

– Коля, можно тебя? – голос Екатерины Михайловны клином вошел в закипающие мозги Лукоянова.

– Чего? – немного ошарашенно ответил мужчина.

– Сафаров женатый?

– Да, а что?

– Бляха… – раздосадовано прошипела Сафронова, – он подслушивал!

– Не-а, давайте не увиливайте.

Поднявшись по лестнице, группа остановилась передохнуть. Перед ними стояла высокая деревянная арка в традиционном японском стиле. От неё вглубь рощи вела тропинка, вымощенная камнем. Николаев снял прибор ночного видения и протёр глаза. Один из операторов «птиц» доложил, что на территории посторонних нет. Павел Семёнович кивнул повёл группу дальше.

– Екатерина Михайловна, а у вас есть боевые ритуалы? Ну там чтобы огненные шары летели или невидимость? – продолжил Салават, ровняясь с собеседником.

– У нас на снабжении есть огнемёт и маскхалат. Никаких ритуалов не надо.

– Вы уж не злитесь на меня. Просто, редко удаётся поговорить с представителями вашей группы. Интересно у вас всё.

– Да я не злюсь. Самой стыдно, что рассказать толком ничего не могу. Межпространственные перемещения дали огромную почву для исследований. Но всё упирается в фундаментальные законы.

– Правила одного мира не работают в другом?

– Именно так. Есть базовые принципы, которые существуют в каждом из миров. На их основе и приходится работать. Брать ритуал на постоянное вооружение только потому, что он сработал в одном из нескольких сотен миров – глупость. Здесь вот японские мифы и легенды живые. Ритуалы, связанные с ними, тоже имеют силу. В другом мире они будут носить исключительно «декоративный» характер.

– Пришли! – скомандовал Павел Семёнович.

Группы вышли на небольшую площадку, усыпанную гравием. От самой лестницы до входа в святилище вела дорожка из гранитных камней. Здание было возведено из дерева, которое со временем посерело и покрылось мелкими трещинами-морщинами.

В ходе короткого совещания было принято решение оцепить периметр. Оставшиеся люди разбились на микрогруппы и рассредоточились по территории. Лукоянов, Сафаров и Удалов и ещё несколько человек отправились внутрь святилища. Остальные исследовали прилегающие земли и небольшие пещеры.

– Салават, там что за спор был? – поинтересовался Коля.

– Ну женатый я или нет. Забей, – Ответил Сафаров, – ты нам скажи лучше, как с Алисой поговорили? Чего у неё там?

– Повёл я себя глупо. Сорвался на неё. Хотелось найти виноватого в смерти Кирилла и пришибить.

– Я думаю, что найдут провинившегося аналитика. Алиса была занята помощью нам. Благодаря ей мы обнаружили ту группу наблюдателей. Если честно, то она отчасти и жизнь нам всем спасла. Этого скелета не заметить, если он того не захочет.

– Да, это я тоже выяснил. Алиса догадалась, что за нами кто-то есть по огромной блёклой тени.

– Вот именно. Может это чудовище нас всех по одному бы и съело. Мы бы ничего и не заметили. Оно Кириллу все рёбра переломало. Парень даже кричать не мог. Мы по своей глупости слишком сильно отвлеклись на наблюдателей.

– Знаю. Сама Алиса немного потеряла самообладание. Первый день на должности оперативного дежурного. Куча нервов. Надеялась, что обойдётся без жертв.

– Ты же был её наставником, когда она к нам пришла? – спросил Удалов.

– Да. Мы познакомились, когда я сам был диспетчером. Назначили куратором. Хорошая девчонка. Постоянно мне про кота своего рассказывала. Не помню, как звали. Что-то связанное со словом «белый».

– Ты, кстати, не пожалел, что к нам ушёл? – Сафаров отворил тяжелые двери здания, впуская всех внутрь, – знаешь, работу у нас не самая благодарная.