Век Теней. Пробуждение

«Три выстрела — и все мимо», — усмехнулась про себя Иллиана.

— Есть и четвёртый — спускают фамильные деньги на азартные игры и выпивку.

— Искренне сомневаюсь, что вы захотите этим заниматься, — как-то нервно усмехнулся профессор. — Да и потратить всё состояние вашейсемьи — невыполнимая задачка.

— Придётся сильно постараться, соглашусь.

— Но, возвращаясь к моему вопросу…

— Вы хотите знать, планирую ли я после академии выходить замуж и рожать детей? — уже не сдерживая смеха, поинтересовалась Иллиана.

— Можно сказать и так.

Артур понял, что забежал вперёд: это выдавали широко распахнутые глаза девушки. Смущённо покашляв, он поправил рюшевый воротник, словно тот душил его.

— Так вот. Как вы, леди Эверхарт, смотрите на то, чтобы стать моим младшим помощником? Вы демонстрируете заметный интерес к истории и научной деятельности. Академии нужны такие таланты. А если проявите усердие, то сможете и до преподавателя дорасти.

Слова Артура выбили из лёгких воздух. Иллиана поначалу решила, что ей послышалось, но ожидающий взгляд мужчины доказывал обратное.

«Фух… А я уж испугалась, что меня решили сосватать с Домиником», — в её голове невольно возник образ горе-сынка профессора, имевшего дурную славу заядлого игрока и кутилы.

Собравшись с мыслями, Иллиана робко произнесла:

— Я польщена, что вы высоко оцениваете мои заслуги, профессор, — она почтительно кивнула и сжала ткань юбки, чтобы хоть куда-то выплеснуть своё волнение. — Но, по правде говоря, меня тяготит мысль о должности преподавателя. Это… не совсем то, чем бы я хотела заниматься. Простите…

Мужчина на секунду опешил, но быстро скрыл разочарование за маской понимания.

— Не извиняйтесь. Это предложение, а не требование.

«Вы-то, может, и не требуете, а кое-кто другой это делает каждый день», — подумала девушка, и её лицо вмиг помрачнело.

Артур Винчети, поколебавшись, добавил:

— А что вас «не тяготит»?

— Путешествия! — тут же выпалила она и покрылась краской от собственной реакции, показавшейся ребячливой и недостойной леди. — Точнее, исследовательская деятельность и археология... Я мечтаю посетить каждый уголок континента, найти новые реликвии и… написать книги о своих открытиях.

— Оказывается, в вас всё это время прятался дух авантюриста, леди Эверхарт, — профессор хохотнул и в раздумьях почесал щетину на подбородке. — В таком случае, я всё-таки могу вам кое-что предложить…

— Ч… Что?

— Практика на год под моим крылом. Но! — он поднял палец вверх, не дав возразить. — У меня есть рабочие связи в университетах Остеры, Магнии и Велана. После стажировки я могу написать рекомендательное письмо. Оно позволит вам участвовать в научных изысканиях и вести археологические раскопки от имени нашей академии. Уверен, мои коллеги будут рады такому юному таланту.

— Вы… Вы не шутите?

— Нисколько! Ваши стремления благородны, и я с радостью их поддержу, как смогу.

«Неужели моя мечта исполнится, и я повидаю мир?— ликующая радость, от которой на лице расцвела улыбка, быстро омрачилась мыслями иного рода. — Но позволит ли… он?..»

— Это… Это очень неожиданное предложение, профессор, — вопреки желанию заявить чёткое «Да!», Иллиана отреагировала крайне неуверенно.

— Я не прошу ответа прямо сейчас, — поспешили её успокоить. — Хорошенько всё обдумайте, а после каникул озвучите своё решение. Договорились?

«Надеюсь, всё-таки позволит».

— Да. Большое спасибо за предоставленную возможность, профессор! — Иллиана низко поклонилась, выразив почтение.

— Не благодарите раньше времени, — он махнул рукой в сторону выхода. — Бегите отдыхать. У вас, как я помню, моя лекция была последней.

Кивнув и попрощавшись, она быстрым шагом направилась прочь из аудитории. У двери её ожидала скучающая Амелия. Прильнув плечом к стене, она напевала под нос незатейливую мелодию, а когда увидела Иллиану, придирчиво оглядела её со всех сторон.

— Так… Синяков и слёз не вижу. Значит, не били, — подытожила Амелия, словно лекарь, завершивший осмотр.

— Дай мне пощёчину, — внезапно заявила Эверхарт, не моргая. — Хочу убедиться, что это не сон и не галлюцинации.

Её слова встревожили подругу, и та только сейчас заметила в серо-зелёных глазах нескрываемое волнение и неестественную бледность лица.

— Что-то случилось? — весь задор в голосе Амелии вмиг улетучился.

Иллиана кивнула, подтвердив опасения.

— Всё-таки заставили писать ещё один доклад. Гадство…

— Нет. Тут всё гораздо интереснее. В общем…

Они двинулись по коридору академии, практически опустевшему после окончания занятий. Лишь редкие хлопки дверей да смех студентов разбавляли воцарившуюся тишину. Вдоль левой стороны чередой шли высокие стрельчатые окна, сквозь которые лился свет. Между ними высились массивные колонны с резными капителями. Над головой на длинных цепях медленно покачивались золочёные люстры, наполняя воздух ароматом медовых свечей.

Без лишних свидетелей разговор мог быть откровенным. Амелия слушала внимательно и периодически кивала, показывая заинтересованность. Под конец недолгого монолога изумление Иллианы передалось и ей.

— Ничего себе. Это же здорово! — она от радости схватила Эверхарт за руки.

Вопреки всему, Иллиана восторга подруги не разделила.

— Разве ты не рада?

— Я… — девушка запнулась и отвела задумчивый взгляд. — Не знаю. Вроде как должна радоваться.

— Тогда почему хандришь?

«Потому что не хочу огорчаться раньше времени, — ответила Иллиана самой себе, не сумев озвучить мысли вслух. — Не хочу поселить в сердце мечту, чтобы в итоге её безжалостно растоптали».

— Видимо, не была к этому морально готова, вот и не знаю, как реагировать, — попыталась она оправдаться, вернув голосу уверенность.

— Как легко тебя озадачить, оказывается, — засмеялась Амелия, так и не узнав её истинных переживаний. — Уверена, что у тебя всё получится. Профессор Финчети не предложил бы практику под его крылом кому попало. Ты — его любимая ученица, поэтому он верит в тебя. Как и я.

Иллиана остановилась посреди холла как вкопанная. Заметив это, Брайтвуд тоже сбавила шаг и вопросительно уставилась на неё.

— Спасибо за поддержку, Эмми.

В это короткое прозвище девушка вложила всю благодарность, что теплилась в груди, но не находила выхода в словах. Амелия поняла это по её искрящимся глазам и ответила:

— На то и нужны подруги.

В душе затеплилась надежда, что ещё не всё потеряно. Что вопреки гнетущим мыслям, неустанно крутящимся в голове, Иллиана будет счастлива. Она неоднократно молилась об этом семи богам и Ауросу — творцу мира. Вера помогала не падать духом и идти вперёд, даже когда от отчаяния опускались руки.

«Боги, спасибо за то, что Амелия появилась в моей жизни»,— девушка не сдержала радостную улыбку и крепче сжала руку подруги, словно та могла исчезнуть в любой момент.

— Мне в голову пришла одна идея, — вдруг заявила Амелия с довольной улыбкой кота, объевшегося сметаной.

— Какая?

— Предлагаю отметить твою будущую практику походом в нашу кондитерскую, — на лице подруги заиграла блаженная улыбка. — Я уже соскучилась по заварным булочкам Луки. Они у него выходят просто божественными!

— Мы могли туда сходить и просто так, а не ждать повода, — подметила Иллиана.

— Но согласись: гораздо лучше, когда он есть.

— И вкуснее.

— И вкуснее, — согласилась Амелия и задорно подмигнула. — Тогда забежим в комнату за накидками и на улицу. Сегодня довольно прохладно.

— Какая же ты мерзлячка, — Эверхарт пришлось прикусить губу, чтобы не хихикнуть.

— Ой, кто бы говорил! — подруга раздражённо всплеснула рукой. — Это ты у нас какая-то странная — любишь холод и снег.

Зима Иллиане действительно была по душе. В детстве она обожала лепить в саду снеговиков, ловить ртом снежинки и кататься по замёрзшему озеру. Вечера же маленькая Эверхарт проводила у камина за чтением сказок о драконах и волшебных духах, в прошлом населявших мир, но уничтоженных людьми. Из-за плохой переносимости жары Амелия часто подшучивала над ней, называя «неправильной эстелланкой».

Девушки прошли мимо мраморных постаментов, на которых стояли скульптуры, вышедшие из-под резцов самых талантливых мастеров королевства. Затем поднялись по главной лестнице на верхний этаж, где располагались жилые помещения. По этому холлу мельтешили студенты, чьи каблуки отбивали по мраморному полу сумбурный ритм.

Подойдя к двери своей комнаты, Иллиана скучающе повернула голову, когда краем глаза заметила движение сбоку. Четыре человека в студенческой форме стояли у стены и что-то увлечённо обсуждали под портретом первого ректора академии. Ни их имён, ни того, на каком курсе они учились, девушка не знала. Да и не хотела знать, если честно.

Она уже собиралась отвернуться, как вдруг один из парней, стоявший к ней спиной, слегка повернул голову. Платиновые волосы, падавшие красивой лёгкой волной, качнулись и открыли линию его лба. У Иллианы мгновенно перехватило дыхание.

«Не может быть…»

В неверии девушка испуганно зажмурилась.

«Нет. Мне это мерещится».

Когда она вновь открыла глаза, то с ужасом обнаружила, что парень не исчез. Этот факт встревожил куда больше, чем мысль о появлении галлюцинаций. Амелия не сразу обратила внимание, что подруга стояла у порога и смотрела куда-то безумным взглядом.

— Иллиана? — её голос донёсся тихо, будто сквозь толщу воды. — Ты чего?

Но она не расслышала, не найдя в себе сил отвернуться от силуэта юноши, от его волос и движений рук, с каждой секундой обретавших знакомые черты.

— Иллиана Эверхарт, вы мне, наконец, ответите? — Амелия настойчиво потрясла её за плечо.

Сбросив руку подруги, Иллиана сделала нерешительный шаг в сторону компании. Затем ещё один, более твёрдый. Тело не слушалось разума, и ноги двигались сами, будто под действием заклятия гипноза. Она не успела опомниться, как оказалась на расстоянии вытянутой руки от того самого юноши.

«Неужели это правда он… Спустя столько лет».

Краем уха Иллиана услышала обрывки фраз:

—...Профессор совсем с катушек слетел...

— ...Экзамены же через месяц...

— ...Да ладно, сдадим как-нибудь...

Рука нерешительно поднялась в непреодолимом желании коснуться широкого плеча, а пальцы предательски задрожали. Появление незнакомки заметили приятели парня и, в недоумении переглянувшись, кивнули ему за спину. Кисть Иллианы так и зависла в воздухе, когда он обернулся.

Мир сузился до одной точки. Девушка со звериной жадностью попыталась за один короткий миг вобрать в себя черты его лица, разрез глаз, изгиб губ. И…

Ничего.

«Нет…»

Пустота.

Перед ней стоял симпатичный парень. Даже красивый, если присмотреться: правильные черты лица, ясные серые глаза, аккуратная линия подбородка. Но…

— Вы… чего-то хотели? — подал юноша голос, слегка отстранившись: в его движении читалось явное нежелание, чтобы к нему прикасались.

«Это не он…»

Иллиана растерянно моргнула, возвращаясь в реальность. Щёки вспыхнули жаром от стыда и унизительной мысли, что она вторглась в чужое пространство и уставилась на незнакомого человека, как сумасшедшая. Наверное, даже напугала его.

— Нет… Прошу прощения, я обозналась, — девушка сделала шаг назад и спрятала руки за спину. — Думала, что вы… один мой… знакомый.

— Ничего, бывает.

Парень заметно расслабился и, пожав плечами, вернулся к разговору с друзьями. Те уже оживлённо перешёптывались, косясь на странную девицу, но быстро потеряли к ней интерес. Иллиана для них стала забавным эпизодом, что можно будет обсудить за ужином и забыть на следующий день.

— И что это было? — озадаченно спросила Амелия с её возвращением. — Ты его знаешь?

— Нет, — ответ прозвучал слишком резко и сухо.

— А мне показалось, что…

— Просто обозналась. Забудь, — Иллиана отмахнулась от подруги и вихрем влетела в комнату.

Амелия проводила её настороженным взглядом, но вслух больше ничего не сказала. Решила, что Эверхарт сама когда-нибудь поведает, кого же она так отчаянно искала в толпе все эти годы.

Да, обязательно расскажет, но не сегодня.

Глава 2

«Леоран — жемчужина Вестурии, что раскинулась на полуострове, омываемом водами Священного залива. Город славится пышной архитектурой, искусными художниками и скульпторами, а главное — врождённой тягой эстелланцев к моде и искусству. Могу поклясться сокровищами, кораблём и родной матерью, но красивее эстелланок я никого не видел!

Говорят, Леоран стоит на семи мостах, и архитектор, что отвечал за их строительство, был магом. Он наложил на мосты запретные чары, а затем бесследно исчез. С тех пор ходитмолва, что если пройти по всем семи в день восхода Аурэлиона, то можно увидеть в воде отражение своего будущего. Я пробовал: увидел только чаек, нагадивших на плечо»

— из заметок капитана Каса Китобоя

Иллиана шла с Амелией плечом к плечу лёгкой, почти танцующей походкой, восторженным взглядом любуясь красотой столичных улиц. Жилые дома с фахверковыми фасадами тянулись вдоль булыжной дороги. Бордовые сланцевые крыши припорошил мягкий снег, а на карнизы наросли хрупкие сосульки, сиявшие в свете уличных фонарей, подобно бриллиантам. Верхние этажи, немного выступавшие над первыми, образовали уютные навесы и защищали от гуляющего прибрежного ветра.

Но больше всего девушку привлекали люди. Проворная ребятня играла в салочки, чуть не сбивая с ног прохожих. Столичные модницы щеголяли в новых нарядах, привезённых мужьями и отцами из-за границы. Их платья пестрили камнями, мехами и вышивкой, ослепляя своим сиянием, а головы венчали маленькие шапочки, служащие, скорее, украшением, чем защитой от холода. Зазывали в свои лавки торговцы, маня яркими тканями, блестящими безделушками и ароматом свежеиспечённой выпечки и мяса. Где-то вдалеке звучали мелодичные голоса бродячих музыкантов и шум морского порта.

Прибрежные районы и предместья за главными воротами были обителью низшего сословия: матросов, грузчиков, лавочников и бродяг. Иллиана посещала их редко, беспокоясь за сохранность своего кошелька — уж часто слышала истории об ограблениях и убийствах. Да и воздух в тех местах отдавал зловонным душком, к которому обоняние молодой аристократки не привыкло. Здесь же — в центре города — всё утопало в роскоши и изобилии, словно иной мир.

— Чудесная погода, — на выдохе сказала Иллиана и втянула носом прохладный воздух.

— Да. Обожаю конец года! — призналась Амелия, поддерживая её восторг. — Подготовка ко дню Возрождения идёт полным ходом. Уже решила, в чём пойдёшь на зимний бал?

В растерянности Иллиана замедлила шаг: все мысли о предстоящем мероприятии вылетели из головы под тяготами учебных хлопот.

— Я… как-то не думала об этом.

— И почему я не удивлена? — с лёгким разочарованием промолвила Амелия, выпятив губы. — Может, тебя на балу будет ждать любовь всей жизни, а ты не знаешь, что наденешь!

— Мы уже четыре года посещаем этот бал, но «любовь всей моей жизни» что-то ещё не явилась, — Эверхарт хихикнула, не скрывая скепсиса.

— Чуйка говорит, что в этот раз всё будет иначе, и наша Иллиана встретит своего кавалера, — ткнув её локтем в бок, подруга заговорщически подмигнула. — А с красивым платьем шансов больше.

— Тогда рассчитываю на твою помощь. В моде ты разбираешься лучше моего.

Похвала сработала, и Амелия зарделась от гордости.

— Это точно. Выберем самое лучшее, чтобы точно суженого не упустить. А после бала посетим ярмарку и посмотрим салют!

— Кстати, о салюте. Ты только глянь, как всё украсили, — Иллиана кивнула в сторону Торговой улицы. — Похоже, в этом году праздник обещает быть масштабным. Король явно не пожалел денег из казны.

Впереди простиралась широкая и шумная улочка, на которой располагались самые популярные магазины в городе. Именно здесь столичные модницы закупались новыми платьями, мужчины пополняли коллекцию запонок или перстней, а маги и алхимики скупали ингредиенты для своих экспериментов. Над головами горожан переливались гирлянды, украшавшие деревья и уличные столбы. Вывески светились и мигали, завлекая покупателей.

Девушки многозначительно переглянулись.

— Похоже, всё-таки разорилась не королевская казна, а склады магической коллегии, — подытожила Иллиана с ироничной улыбкой.

— Бедная коллегия, — Амелия засмеялась в кулак. — Архимаг Галлен, небось, волосы на голове рвёт, подсчитывая расходы.

Весело хохоча, они продолжили прогулку и вскоре дошли до главной площади Леорана. На постаменте в центре аллеи возвышалась золотая статуя первого короля Эстеллана, взошедшего на трон после распада Фалдории. Его плечи и макушку припорошило снегом, на руке сидела каркающая ворона. У подножия памятника Иллиана заметила магов, готовившихся к магическому представлению для детишек.

«В Империи такого точно не увидишь, — лицо девушки тронула тёплая улыбка. — Там ненавидят магов и всячески их принижают, буквально держат взаперти в башнях как каких-то преступников. Им даже нельзя свободно передвигаться по городу без сопровождения Карателей. Неудивительно, что многие бегут из Империи в надежде начать новую жизнь».

Эстеллан смог сохранить магам их свободу и независимость, несмотря на хорошие отношения с Империей и перенятые от неё религиозные традиции. Всем, у кого обнаруживался магический талант, следовало пройти обязательную регистрацию. Она давала магам на законных основаниях проводить деятельность на территории королевства без опасения подвергнуться гонениям или казни. В Империи подобное посчитали бы кощунством.

«А ведь всё началось с Короля Лича…— она невольно вспомнила свой сон. — Именно после его смерти многие ополчились на чародеев, даже тех, кто не имел отношения к тёмной магии. Эта ненависть дошла до того, что Имперская церковь создала отряд Святых Карателей, а саму магию объявила ересью. Прошло уже более двух веков, а отношение церкви к магам так и не изменилось… Если не стала хуже».

Один из уличных заклинателей уверенно взмахнул рукой, и вокруг неё закружился в завораживающем танце пламенный вихрь. Он привлёк внимание многих, кто проходил мимо, и Эверхарт не стала исключением.

«Стихийная магия огня…»

С трудом проглотив застрявший ком в горле, она посмотрела на свои руки. Они были ледяными, а её взгляд — полным печали.

— Отлично, очереди нет, — сообщила Амелия, выдернув Иллиану из размышлений. — Обычно у Луки полно посетителей, но нам повезло.

Иллиана мысленно обрадовалась этому факту: простоять в душной кондитерской после прохладной улицы ей совсем не хотелось. Заметив, что их с восторгом рассматривал ребёнок, тыча пальцем и зовя занятую разговором мать, она рефлекторно поправила капюшон. Сшитые в том же стиле, что и форма, накидки неизбежно притягивали внимание ярким синим цветом и золотой вышивкой в виде эмблемы академии.

— Свежий выпуск! Покупайте свежий выпуск «Леоранского вестника»! — кричал во всё горло маленький, но прыткий мальчик, размахивая газетой. — Скандал в Торговой гильдии: Верховного Старосту обвиняют в подлоге!

Один статный мужчина в суконном плаще с меховым воротником заинтересовался новостью и, дав юнцу медяк, купил газету.

— Графиня Монтеро сменила третьего любовника за месяц. Названы имена ухажёров! — продолжил оглашать сенсации газетчик.

Две хихикающие дамы, переглянувшись, подкинули мальчику ещё две монетки. Он снял с головы шапку явно не по размеру и почтительно раскланялся.

— Благодарю, мадам! Пусть Семеро даруют вам здоровье!

Иллиана хмыкнула, позабавившись увиденной сценкой. Подобные «сенсации» её не привлекали, поэтому интерес к мальчишке быстро пропал. Однако, когда в ноздри ударил аромат ванили, ягод и сдобного теста, а в ушах загудело от голосов в кондитерской, он озвучил ещё одну новость, вынудившую Эверхарт задержаться.

— Резня у Сломанных хребтов! Дозорные поймали местного маньяка, убившего семь человек!

— Что?.. — изумилась девушка, и ноги сами понесли её к газетчику.

— Вот куда она опять исчезла? — Амелия застонала от негодования, заметив пропажу девушки. С громким «Извините!» она протиснулась между зевак и выскочила на улицу.

— Леди, купите газету, — воскликнул мальчик, когда подошла Иллиана. — Только самые свежие новости со всех уголков королевства!

Без лишних слов девушка подкинула в воздух медяк, и тот исчез в кармане его брюк. В знак благодарности юнец взмахнул шапкой в поклоне, и лохматую макушку украсила россыпь из снежинок. Амелия с трудом отыскала девушку в толпе и на выдохе возмутилась:

— Куда ты всё убегаешь? — её внимание привлекла газета в руках подруги. — На бульварные сплетни потянуло?

Проигнорировав колкость, Иллиана перелистнула несколько страниц, чтобы найти нужную. Невольно прочла, что повысили налог на импорт магнийских товаров, а в портовой таверне говорящий попугай распугивал посетителей, поливая всех отборным матом. Нужная ей статья оказалась одной из последних.

— «Зверства в Крествуде: алхимик оказался серийным убийцей», — решила она зачитать новость вслух. — «Жители деревни Крествуд жили в страхе. Один за другим без следа исчезали люди, оставляя в домах все пожитки. Поначалу селяне грешили на лесных хищников, но правда оказалась куда страшнее. По прибытии в Крествуд отряда дозорных Солариса выяснились шокирующие детали: к череде пропаж оказался причастен владелец местной алхимической лавки. В ходе расследования дозорные обнаружили тайные захоронения на Крествудском кладбище: все жертвы были убиты и погребены там же под покровом ночи...»

Иллиана на секунду остановилась, отдышавшись и облизав пересохшие губы.

— «…Злодей не вызывал подозрений у соседей, поэтому никто не мог предположить, что скромный торговец снадобьями окажется хладнокровным убийцей. При задержании преступник оказал сопротивление, но в итоге пал от рук рыцарей нашей Церкви. К сожалению, двое дозорных погибли, выполняя священный долг. Имена погибших пока не разглашаются»…

— Какой кошмар, — ужаснулась Амелия, когда девушка закончила чтение, и прикрыла рот ладонью. — Из-за какого-то безумца пострадало столько людей…

Приглядевшись к Эверхарт, она заметила, как между её бровями залегла глубокая морщинка, а серо-зелёные глаза заволокла дымка размышлений.

— Что-то не так?

— Как бы тебе сказать… — Иллиана сжала газету, случайно порвав её с края.

Дозорные являлись членами боевого отряда Церкви, названного в честь одного из семи богов имперского пантеона — Солариса, покровителя света и надежды.

Девушка знала всё об ордене: начиная с внутреннего устройства и заканчивая историей появления. Она брала начало после войны с Королём Личем, когда объединенные силы трёх государств — Империи Остеры, Эстеллана и королевства Гельдорн — выступили против армии мёртвых.

После смерти Мала Проклятого нежити, увы, меньше не стало. Она, как насекомые, расплодилась под землёй, в пещерах и лесах. Даже дикие горные варвары, неустанно нападавшие на западные границы, доставляли королевству меньше проблем.

В обязанности дозорных входила защита людей от нежити и магов-отступников, пресечение любых запрещённых ритуалов на территории Эстеллана и сопровождение главы Церкви. Иными словами — его личная охрана.

— Впервые слышу, чтобы дозорные какого-то маньяка в глуши вылавливали, — пояснила Иллиана причину своего смятения. — С такими обычно городская стража разбирается. Или, на худой конец, разъярённые сельчане самосуд совершают.

— Может, он был беглым магом или лордопоклонником, — предположила Амелия, в раздумьях насупив брови. — В статье сказано, что у него была алхимическая лавка. Наверное, промышлял чем-то незаконным, вот его дозорные и выследили.

— Возможно, — нехотя согласилась девушка, выбросив газету в ближайшую урну.

«Что-то меня всё же смущает в этой истории, но что?»— она так и не смогла подавить внутреннее беспокойство, закравшееся в груди.

— Переживаешь за отца? — вдруг спросила подруга, попытавшись встретиться с ней глазами.

— Причём тут он? — неприятно удивилась Иллиана, мгновенно напрягшись.

— Как это причём? Он же год назад стал генералом дозорных, — Амелия засияла от восхищения. — Ты, наверное, так им гордишься. Он не только великий герцог королевства, но ещё и глава уважаемого ордена!

— Да, его амбициям можно только позавидовать, — Иллиана едко усмехнулась, с трудом сдержав подкатившую злость.

— Не волнуйся. Уверена, твой отец любому ушлому алхимику задаст трёпку! — Амелия воинственно сжала кулаки.

«Как раз за него я не переживаю. Отец — герой войны и один из самых сильных людей королевства, — в памяти вдруг всплыла строчка из прочитанной статьи. — Двое дозорных погибли… Неужели у одного алхимика хватило сил, чтобы расправиться с двумя подготовленными вооружёнными солдатами?..»