Часовой

Часовой

Глава 1

Дождь не прекращался двое суток, а к утру третьего дня превратился в ливень, который, казалось, решил утопить и без того захлёбывающийся в серости, грязи и неотвратимой безысходности город.

На стройплощадке, среди экскаваторов, бетономешалок и прочей строительной техники, пробивая толщу вечернего сумрака и стену дождя, поблескивала мигалками патрульная полицейская машина.

Рабочих не было. Из-за погоды строительные работы приостановили.

Тело мальчика обнаружили подростки, бродившие по стройке. Если бы не они, то неизвестно, сколько бы он еще там находился. Там. В одной из ям для свай, заполненной водой до краёв. Настолько глубокой, что самостоятельно выбраться было невозможно.

Двое патрульных стояли под навесом строительных лесов и наблюдали, как коронеры склонились над телом ребёнка.

– Сомневаюсь, что это несчастный случай, — тот, что был старше, пытался перекричать дождь, вытирая усы от воды.

– Надо бы допросить этих, — кивнул второй на подростков. Он был значительно моложе. — Говорят, что просто гуляли по стройке. Не верю я им.

Трое молодых парней стояли поодаль под другим навесом и молча переглядывались. На их лицах читался шок вперемешку со страхом. Страхом, что они вполне тянут на главных подозреваемых.

– Шеф написал, Сайлас должен вот-вот подъехать, — усатый вновь обратился к молодому патрульному.

– Сайлас Грин? Его тут не хватало, — фыркнул тот, сплёвывая в лужу грязи. — Хотя, вот пусть он и занимается допросом.

– Криминалисты по крайней мере уже здесь, территория оцеплена, ждём только его прибытия.

Дождь усилился. Капли разбивались о навес, под которым стояли патрульные, заглушая практически любой шум кроме своего собственного. Будто одновременно на десятках старых телевизоров отключилось вещание и на всю громкость включились помехи.

– Ну и погодка, — поёжился усач, — чёрт бы побрал тот день, когда я решил переехать в Стэнтон. О, а вот и Сайлас.

Он кивнул в сторону подъехавшего старенького Шевроле K5 Блейзер. Заглушив двигатель, из автомобиля вышел мужчина средних лет, на вид около сорока. Усач махнул ему, приглашая под навес. Сайлас Грин, перепрыгивая лужи грязи, через несколько секунд стоял перед двумя патрульными.

– Дормер, Мосби, — по очереди обратился новоприбывший к усатому, а затем к молодому, даже не взглянув на них. Его больше занимали их ботинки.

– Сайлас, — Дормер поприветствовал в ответ.

Молодой Мосби едва заметно кивнул, глядя на подростков, стоявших неподалёку.

Сайлас Грин не выглядел как детектив. Скорее как бездомный, который не спал несколько дней. Волосы тёмные, средней длины, немытые как минимум неделю. Щетина на лице торчала клочьями, будто во время бритья что-то отвлекло его, и он благополучно забыл завершить начатое. Коричневая кожаная куртка, на несколько размеров больше, висела мешком, словно была с чужого плеча. Образ бродяги дополнял ливень, который спешил промочить одежду так называемого детектива.

– Где нашли тело? — Сайлас не пытался перекрикивать дождь, поэтому патрульным пришлось практически читать по губам.

– Яма для свай, вон там, — рукой указал Дормер на одну из ям недалеко от навеса.

Сайлас, по-прежнему не глядя на патрульных, развернулся и направился туда, куда указывал усач. Ливень хлестал по куртке, мгновенно собираясь в потоки на кожаных плечах, но детектив, казалось, не замечал этого. Капли стекали по немытым волосам, застревали в клочковатой щетине, а он уже шагал к яме, даже не прищурившись. Пройдя несколько метров, он остановился.

Яма перед ним была и правда глубокой. Неудивительно, что ребёнок не смог выбраться. Сайлас присел рядом и начал вполголоса напевать себе под нос то ли песенку, то ли детский стишок:

«Джеки, Чаки,

Сорок три собаки,

Десять сели в самолёт,

Двадцать прыгнули под лёд

Восемь вышли из тюрьмы

Ну а пять берут в займы.»

Он всегда бормотал себе под нос, когда думал, пусть это и было что-то абсолютно несвязное, но, несмотря на это, кажется, помогало.

– Опять он там что-то бормочет, — с явным недоверием покосился Мосби, всё ещё стоя под навесом, — аж дрожь берёт, будто он там какое-то заклинание читает.

– Да ладно тебе, говорят, что он так настраивается. И вроде обычно помогает, — усмехнулся Дормер, выходя из-под навеса и направляясь в сторону Сайласа.

– Кто трогал тело? — будто почувствовав сзади патрульного, Грин встал и, обернувшись, задал вопрос.

– Так это, Мосби доставал, думали то живой ещё, — Дормер по-прежнему старался перекричать дождь, — а там уже и коронеры подоспели, дальше уже они всё осматривали.

Сайлас снова повернулся к яме. Из-за сильного ливня сложно было что-то понять. Ни тебе следов, ни каких либо еще зацепок. Вода в яме тоже не давала никаких подсказок, слишком мутно и грязно. Даже дна не видно. Но кое-что всё-таки привлекло внимание детектива. В уголке ямы, на поверхности, было что-то белое.

Обойдя её с другой стороны, Грин снова присел и попытался разглядеть. Это был окурок. Сложно было сказать, был он в яме изначально или кто-то его бросил уже после того, как там оказался ребёнок.

Сайлас достал из внутреннего кармана огромной куртки что-то вроде кожаного пенала, расстегнул его и вытащил оттуда небольшой пинцет и маленький прозрачный пакетик. Выудив окурок сигареты, аккуратно сложил его в пакет и убрал в пенал вместе с пинцетом. Пенал вернул во внутренний карман куртки. Улика так себе, но, возможно, хоть что-нибудь прояснит.

Дормер всё это время просто стоял и наблюдал за тем, что делает Сайлас. Для простого патрульного, конечно, это редкое зрелище. И само происшествие, будь то убийство или несчастный случай. И застать детектива за работой, пусть это и Сайлас Грин, самый странный и неординарный детектив в Стэнтоне из всех возможных.

Мосби тем временем перекочевал под навес троих подростков и что-то у них спрашивал, изредка поглядывая на Сайласа и Дормера.

– Есть что сказать? — Сайлас подошёл к машине коронеров.

– Умер предварительно от шести до восьми часов назад, не больше. Вода холодная, остыл быстрее обычного. Нужно ждать вскрытия, тогда можно будет сказать уже что-то более точное.

Сайлас кивнул и присел рядом с телом. Это был мальчик. На вид лет пяти или шести. Тёмные, чуть отросшие волосы, серая куртка с капюшоном, синие джинсы. Ничего необычного. Кроме того, что на нём был всего один кроссовок.

Сайлас тут же встал и огляделся в поисках второго. Ничего. Он вновь подошёл к Дормеру.

– Когда вытащили, обувь была на обеих ногах? Вспоминай. — Грин будто бы за секунду изменился. Он будто был на взводе, хотя только что размеренно изучал тело и бубнил стишки себе под нос.

– Так это, надо Мосби спросить, вроде бы был в одном, — слегка опешив, ответил усач Дормер.

Детектив быстрым шагом подошёл к молодому патрульному, задав тот же вопрос.

– Нет, одного ботинка не было, я сразу заметил, — с недовольством отвечал Мосби, — может потерял где или на дне ямы лежит. Пока идёт дождь, не поймём.

Тут Сайлас был с ним согласен. Нужно дождаться, пока погода наладится, вернуться сюда и осушить яму, возможно, второй ботинок всё еще на дне или где-то на стройке. Если же нет, это будет повод задуматься.

– Этих троих в участок, — не глядя на подростков скомандовал детектив, — завтра допрошу, нужно будет выяснить всё, что они знают. Ещё узнайте, не поступали ли заявления о пропаже ребёнка. Надо понять, кто это и кто его родители.

Мосби кивнул. Три молодых парня сокрушённо переглянулись и поплелись вслед за ним к патрульной машине. Сайлас вернулся к коронерам и еще раз склонился над телом мальчика. Шею, там, где это было видно, уже покрывали трупные пятна.

Коронер, пожилой мужчина в заляпанном дождевике, выпрямился над ямой.

– Мы тут закончили, Грин. Повезём в морг. Ларсон, окружной эксперт, будет вскрывать утром. Раньше не получится.

Сайлас кивнул, глядя в сторону патрульной машины, в которой уже сидел Дормер, Мосби за рулём и три подростка на заднем сидении. Дормер махнул в знак прощания, машина тронулась и выехала со стройки.

Коронеры погрузили тело в свою машину, и, так же как и патрульные, попрощавшись с детективом, уехали.

Сайлас стоял один посреди стройки. Сейчас, когда на улице сделалось еще темнее, дождь не унимался, а фонари не горели, место выглядело особенно зловеще. Грин еще раз посмотрел на яму, не упустил ли чего. Не упустил. Во всяком случае так ему казалось.

Еще раз оглядевшись по сторонам, он вернулся в машину. В салоне Шевроле К5 было тепло, несмотря на то, что Сайлас вымок до нитки. Он завёл двигатель, включил печку, положил обе руки на руль и задумался. Каковы шансы, что это несчастный случай? Почему мальчик был здесь один? Это еще предстоит понять.

Детектив Грин посмотрел на наручные часы. Электронный экран показывал время и дату. Начало десятого. Семнадцатое октября две тысячи восьмого года.

Просидев так еще несколько минут, немного согревшись, он наконец выехал за пределы стройки и направил автомобиль в сторону автострады. Красный свет светофора сейчас будто был единственным цветным пятном в этом полном серости городе.

В ожидании зелёного сигнала Сайлас снова начал бормотать себе под нос, только уже медленнее, чем раньше:

«Джеки, Чаки,

Сорок три собаки,

Десять сели в самолёт,

Двадцать прыгнули под лёд

Восемь вышли из тюрьмы

Ну а пять берут в займы.»

Глава 2

Полицейский участок представлял из себя небольшое, двухэтажное кирпичное здание. Кое-где на стенах облупилась краска. Вход освещал тусклый свет лампы над дверью. Рядом находился флагшток с поднятым флагом США. Сначала Сайлас думал отправиться сразу домой, а дело о мальчике со стройки, а также допрос подростков оставить на завтра. Но на полпути что-то его остановило и резко дёрнуло повернуть в сторону участка.

Сайлас вообще часто принимал решения несколько необдуманно, так как подсказывал ему момент. Если при этом ещё присутствовал здравый смысл, то решение, скорее всего, было верным на сто процентов.

Вот и сейчас, на одном из перекрёстков, ожидая зелёный сигнал светофора, он резко решил развернуться и отправиться в участок, чтобы допросить подростков со стройки.

И, возможно, не зря. Войдя в участок, он заметил, как в камере сидят трое молодых парней, лет по пятнадцать, не больше. Дормер уже оформлял документы. Мосби нигде не было видно.

– О, решил всё-таки сегодня допросить? – окликнул детектива усатый патрульный.

Сайлас молча прошёл мимо камеры. Пахло кофе и мокрой одеждой. Где-то вдалеке гудел старый кондиционер. Подойдя к Дормеру и глядя на стрелки часов на стене, Грин произнёс:

– Заводи их по одному.

Патрульный кивнул. Сайлас, не глядя на него, направился в комнату для допросов. Это была небольшая комнатушка, со столом посередине, двумя стульями, а также небольшим зеркалом, за которым находилась обзорная комната. Сейчас, правда, там уже никого не было. Время было позднее, и единственными в участке были Сайлас, Дормер, возможно, Мосби и ещё пара человек.

Сайлас сел за стол напротив входа в ожидании молодого парня. Сняв огромную куртку и повесив её на спинку стула, он достал из кармана рубашки ручку. Пара листов бумаги уже лежали на столе.

Тут дверь медленно открылась, и в комнату осторожно вошёл невысокий парнишка. Его одежда всё ещё была мокрая. Русые волосы, карие глаза, худи чёрного цвета с надписью “Стэнтон 1990”, синие джинсы, черные кроссовки. Ничего необычного, на что стоило бы обратить внимание. Сайлас всегда оценивал одежду в первую очередь. Особенно обувь. По его мнению, обувь могла многое рассказать о человеке. Но не в этот раз. Мокрая грязная обувь, такая же, как у него, двоих патрульных и оставшихся подростков, говорила только об ужасной погоде.

– Присаживайся, – указал рукой на стул детектив.

Парень робко присел, испуганно взглянул на Сайласа, а затем потупил взгляд и виновато уставился на свои руки.

– Расскажи мне, что вы делали на стройке.

– Мы не виноваты, мы просто гуляли с друзьями, – выпалил парень, – знаете, мы часто просто бродим по этой стройке, особенно когда нет рабочих, но мы ничего не делали.

– Как тебя зовут? – спросил Сайлас.

– Джеффри. Джеффри Сэдуорт, сэр.

– Тебе нечего бояться, Джеффри, тем более, если то, что ты говоришь, правда. Но только в этом случае, – Сайлас сделал паузу и внимательно посмотрел в глаза парня (он вообще не часто смотрел кому-то в глаза), – иначе тебя и твоих друзей будет ждать кое-что похуже, чем задержание.

– Нет-нет, сэр, мы правда ничего не делали, – испуганно вытаращил глаза Джеффри и снова затараторил. – Мы просто гуляли по стройке, тут Колин решил отойти в туалет, а спустя пару минут позвал нас, и мы увидели труп.

– То есть труп обнаружил Колин? Он просто сказал вам, что нашёл тело?

– Да, сэр, так и было, – Джеффри продолжал испуганно смотреть на детектива.

– Как вы поняли, что он уже мёртв? – поднял бровь Сайлас, продолжая смотреть в глаза парня.

– Ну он не двигался, плавал там спиной вверх, живые обычно так себя не ведут.

– Как ты думаешь, Джеффри, – Сайлас отвернулся и глянул на зеркало, – Колин мог сделать это?

– Нет, нет, конечно, – запротестовал парень, – он и мухи не обидит. Он даже не дрался ни разу.

– Ты сказал, что часто бываете на этой стройке. Скажи, Джеффри, вы раньше замечали там что-то странное? Странных рабочих, детей, может, ещё кого?

– Ничего такого, обычно мы там одни. Когда там рабочие, мы туда не ходим, они жутко злятся, если видят посторонних.

Детектив Грин продолжал изучать зеркало. Сложно было понять, о чём он думает. Взгляд его не выражал буквально ничего. Ни единой мысли.

– Сэр..? – неуверенно спросил Джеффри.

– Что ж, хорошо! – вдруг воскликнул Сайлас и жестом руки попросил парня подняться со стула. – Спасибо, Джеффри, можешь идти. Патрульный Дормер вызовет твоих родителей. И пока что не покидай город. Неизвестно ещё, что покажет вскрытие.

– Хорошо, спасибо, сэр, – с удивлением выдавил молодой человек, выходя за дверь, явно удивлённый такой сменой настроения детектива.

Спустя несколько минут в комнату вошёл второй мальчишка. Сайлас задал ему несколько вопросов, так же, как и Джеффри. Это был Колин. Было видно, что он сильно нервничает, больше, чем предыдущий парень.

– Расскажи, Колин, – детектив смотрел на дверь, над левым плечом парня, – как ты нашёл труп?

– Мы сидели на лесах, на втором уровне, – начал Колин, – я захотел в туалет. Ямы выкопали уже давно, а конкретно в эту скидывали всякий мусор, как будто она для этого и была предназначена. Мы с парнями использовали иногда её как туалет.

Колин слегка замялся, а затем продолжил.

– Я как всегда спустился с лесов, обошёл их и направился к яме, она там как раз была за экскаватором. И вот как раз когда я его обошёл, увидел, что там плавает кто-то.

Было видно, что ему с трудом даются эти воспоминания.

– Я сразу позвал ребят, – продолжил Колин, – Джеффри вызвал полицию.

– Ясно! – прервал его Сайлас. – Можешь пока идти. Патрульный Дормер вызовет твоих родителей. Город пока не покидай.

Колин поднялся и вышел из комнаты для допроса. Остался последний из трёх подростков. Сайлас, как и прежде, смотрел в зеркало. Что-то занимало его мысли, помимо трупа ребёнка, найденного на стройке. Что-то или кто-то.

Дверь открылась. Третий был чуть меньше, чем его предшественники. Ниже ростом, менее крепкий по комплекции да и в целом выглядел младше остальных. Волосы светлые, средней длины. Глаза серые, водянистые. В целом ничего примечательного. Сев за стол, он принялся разглядывать зеркало, которое находилось по левую руку от него. Но выглядело это странновато. Он будто смотрел куда-то вдаль, за само зеркало, будто кто-то следит за ним из обзорной комнаты.

– Как тебя зовут, молодой человек? – нарушил тишину Сайлас.

– Марти Адамс, – повернувшись к детективу, ответил парень.

Вопросы почти не отличались от тех, что детектив задавал до этого Джеффри и Колину. Как и не отличались ответы Марти. Вероятнее всего, всё сказанное ими было правдой. По ним было видно, что они не способны на убийство. Сайлас практически был в этом уверен. Он чувствовал, когда ему лгали.

– Скажи-ка мне, Марти, – детектив Грин задал очередной вопрос, – замечал ли ты что-то странное на этой стройке? Сегодня? Может быть, до этого? Каких-то странных людей?

– Там был кто-то, – тихо сказал Марти, глядя снова на зеркало, – сегодня там был кто-то.

Сайлас посмотрел на зеркало вслед за молодым человеком. Немного помолчал, а потом, продолжая смотреть на зеркало, обратился к парню.

– Кто это “кто-то”?

– Когда Колин пошёл в туалет, я кое-что видел, – начал Марти, – когда он спускался с лесов, я обернулся посмотреть, всё ли в порядке.

– Почему ты решил, что что-то может быть не в порядке? – задал вопрос Сайлас.

– Потому что было странное чувство, будто за нами кто-то следит. – Последовал ответ молодого человека. – Мы часто там бываем, но сегодня мне показалось, что что-то не так. Когда Колин спустился, я обернулся в его сторону и заметил, как впереди, за забором кто-то стоит.

– Почему ты решил, что там кто-то стоит? – Сайлас снова спросил, продолжая смотреть на зеркало.

– Было видно, как будто кто-то прячется, – продолжал Марти и, увидев, как детектив поднял левую бровь, поспешил добавить, – я не вру и мне не показалось.

Сайлас повернулся к парню и посмотрел ему в глаза.

– Я верю, не сомневайся, – произнёс он, – вот только странно одно. Почему этого не видели остальные? Колин, который был явно ближе к месту, где прятался кто-то или Джеффри, который мог так же заметить, что что-то не так.

– Я не знаю, – Марти Адамс пожал плечами, голос его слегка подрагивал, – стоило мне повернуться к Джеффри, а потом обратно, там уже никого не было.

Сайлас молча смотрел на Марти, будто пытаясь разглядеть в его глазах что-то.

– Ну что, думаю, что на этом мы закончим! – неожиданно громко объявил детектив Грин. – Город не покидать, Дормер вызовет твоих родителей. Посмотрим, что покажет завтрашнее вскрытие. Так что будьте на связи, все трое.

С этими словами Марти Адамс встал из-за стола и вышел из комнаты для допроса. Сайлас, сложив руки на груди и глядя на зеркало, начал размышлять.

Почему подростки гуляли под проливным дождём? Почему на стройке? Что видел Марти Адамс? Или кого?

Почему труп ребёнка просто плавал на поверхности воды в яме? Где второй ботинок? Либо его убили и уже мёртвым бросили в яму. Либо кто-то намеренно бросил его в яму, не давая вылезти, и ждал, пока она наполнится водой, из-за чего ребёнок захлебнулся. Но это не то, тогда убийце надо было бы слишком долго ждать, пока дождь заполнит яму.

Конечно, был ещё один, самый простой вариант: ребёнок просто играл и свалился в яму, а утонул, потому что не умел плавать.

Больше всего Сайласу не давали покоя две вещи. Один ботинок на ноге и тот, кого видел Марти Адамс. Сайлас запрокинул голову наверх и, глядя в потолок, начал бормотать себе под нос:

“Прыгни в яму - упадёшь

Стройка, кран, кроссовки, дождь

Ливень льёт, забор стучит

Кто-то смотрит и молчит.”

Так прошло около десяти минут. Затем Сайлас резко встал, накинул на плечи свою огромную куртку, быстро вышел из комнаты и захлопнул за собой дверь.

– Родители погибшего ребёнка не обращались? – обратился он к Дормеру, который уже заканчивал с оформлением документов. Подростков уже не было.

– Странно, но нет, никто не звонил. – Было видно, что усач в недоумении. – Любые нормальные родители уже давно бы поставили на уши весь наш отдел. А тут тишина.

И правда было странно. Коронеры сказали, что ребёнок погиб примерно от шести до восьми часов назад. Почему родители всё ещё не спохватились? У Сайласа было несколько вариантов.

Либо ребёнок сбежал из детского дома. Либо родители-пьяницы и даже не в курсе, что случилось с их чадом. Либо беспризорник, чем Стэнтон не славился.

Самое важное сейчас – это дождаться вскрытия. А ещё дождаться, пока дождь закончится, чтобы посмотреть, что там на дне ямы на стройке.

Сайлас посмотрел на часы со стрелками, висевшие на стене позади Дормера, попрощался и вышел на улицу. Сев в машину, он снова на пару секунд задумался, затем завел двигатель и двинулся в сторону дома. Дождь при этом так и продолжал поливать, ни на секунду не прекращаясь и не становясь слабее.

Детектив Грин, будучи достаточно странным и нелюдимым, жил один в скромной квартире, что находилась примерно в пятнадцати минутах езды от полицейского участка. Если бы кто-то из коллег вдруг оказался у него дома, то, скорее всего, было даже неясно, что тут проживает детектив. Ничего здесь не выдавало детектива. Более того, складывалось ощущение, что тут вообще никто не жил.

Единственное, чем выделялась квартира, это огромный, во всю стену, плакат музыкальной группы The Settlers, играющей в жанре инди-фолк, висящий над кроватью и старенький телевизор, стоявший у стены.

Сайлас, сняв обувь и куртку, что по-прежнему была ему велика, прошёл в комнату и упал спиной на кровать. Закинув руки за голову, он снова задумался.

Кого мог видеть Марти Адамс? Был ли там кто-то? Куда делся кроссовок ребёнка?

Так прошло около получаса, и детектив Грин, незаметно для себя, погрузился в сон.

Во сне ливень был ещё сильнее, чем сегодня. Он стоял на стройке, точнее, за забором, и смотрел на строительные леса, на которых сидели трое подростков. Один из них спустился вниз и пошёл к экскаватору. Сайлас поднял взгляд на оставшихся двух и увидел, как один из них уставился на него. Детектив машинально скрылся за забором. Подождав несколько минут, он снова выглянул. Трое подростков стояли над ямой и на что-то смотрели.

Утро выдалось не таким серым, как ожидалось. Вполне возможно, что дождь сегодня прекратится. По крайней мере, так обещали в прогнозе погоды по телевизору.

Детектив Грин умылся в ванной, оделся и вышел на улицу. Обычно он не завтракал. Сегодняшний день не был исключением. Сев за руль и повернув ключ зажигания, он на секунду задумался. Ехать в участок и дожидаться отчёта о вскрытии или же самому сразу поехать в морг и повидаться с окружным судмедэкспертом Ларсоном?

Второй вариант казался более предпочтительным для Сайласа, учитывая, что он терпеть не мог сидеть и ждать чего-либо. Он и минуты не мог усидеть на месте — лучше уж полтора часа за рулём до пригорода, чем торчать в участке и смотреть на часы.

Решено было ехать сразу в морг. Тем более он находился за пределами Стэнтона, в пригороде. Ехать туда предстояло около полутора часов. Хотя бы природой можно полюбоваться. Нажав на педаль газа, Сайлас Грин выехал на дорогу.

Глава 3

Дождь так и не прекратился. Капли барабанили по крыше Шевроле. Небо практически не отличалось по цвету от асфальта, кое-где, вдалеке, то и дело яркими вспышками появлялись и исчезали молнии.

Сайлас любил ездить за рулём своей машины. Это помогало концентрироваться, тренировать ум, следить за каждой деталью. Каждой мелочью. Скорость, окружение, другие водители - любая мелочь была здесь важна. И в первую очередь важна для Сайласа.

Так же, как и была важна музыка. Тишина была для него подобна пытке. Поэтому сейчас он постукивал пальцами по рулю в такт песне, которая звучала из динамиков магнитолы. Играла группа The Settlers со своей песней “Считая минуты”.

Мимо окон пролетали деревья, которые обступали дорогу, ведущую в морг. С обеих сторон трассу будто прятали высокие ели и сосны. А тучи и дождь дополняли картину, будто укрывая, пряча машину детектива от посторонних глаз.