Глаз пустыни

Она не написала о голосе. Она не писала о голосах никогда.

4.

Теперь, спустя четыре дня, она стояла на краю огромной котловины.

Компас вращался как бешеный. Хронометр показывал десять двадцать три вот уже, который час — стрелки не двигались, словно время здесь, в этом месте, перестало быть величиной с одним измерением.

Авдотья подняла голову.

Небо было цвета расплавленного металла. Солнце стояло в зените, но его лучи падали как-то неправильно — не сверху, а отовсюду сразу, словно сама земля светилась изнутри.

Она сделала шаг. Еще один.

Песок под ногами изменил структуру. Он стал похож на спекшийся шлак — твердый, ноздреватый, черный в глубине и белый на поверхности.

Она шла долго. Или недолго. Время утратило смысл. Она шла, пока ботинки не стерлись в клочья, пока ступни не превратились в сплошную рану, обмотанную тряпками.

И тогда она увидела.

Не сразу. Сначала ей показалось, что у нее началась терминальная стадия теплового удара. Потом — что мир сходит с ума.

Она стояла на одном из колец.

Перед ней, уходя вниз, в провал, в чашу, в глазницу, спускались террасы — идеально ровные, словно вырезанные гигантским циркулем. Кольцо за кольцом. Каждое — другого цвета: белое, серое, охристое, красное, черное. Словно кто-то — или что-то — веками укладывало слои породы, следуя математически выверенному чертежу.

В центре этой воронки не было дна. Там была тьма. Не тень — тьма, которая светилась.

Авдотья опустилась на колени.

Она, крестившаяся по православному обряду каждое утро, вдруг ощутила себя настолько маленькой, настолько ничтожной перед этим зрелищем, что губы сами зашевелились, творя не молитву, не проклятие, а что-то третье — древний, нечеловеческий звук, который, как она поняла с ужасом, она не контролирует.

Этот звук шел откуда-то из-под диафрагмы. Из-под всех слоев ее личности — княгини, ученого, женщины, одиночки.

И тогда Глаз Пустыни заговорил.

5.

Сначала Авдотья подумала, что это галлюцинация. Она много читала о феномене «пустынного шепота» — когда мозг, лишенный сенсорных стимулов, начинает сам генерировать звуки.

Но этот звук не был шепотом.

Это было знание