НАШ РЕБЁНОК - НАРКОМАН, или - как спасти человека. Книга для родителей.

Что ещё можно сказать здесь о тяге? Любой мало-мальски интеллектуальный наркоман обратит Ваше внимание на то, что в сравнении с алкогольным опьянением наркотическое опьянение лишено тяжёлого телесного подтекста, то есть, в большинстве случаев оно воспринимается как более лёгкое, более тонкое, и здесь, кстати, кроется одна из причин презрения наркоманов к алкоголикам. Опийные наркоманы называют алкогольное опьянение «бычьим кайфом» – согласитесь, довольно ёмкое и исчерпывающее определение.

Я не буду здесь слишком много говорить о деталях ощущений уколовшегося наркомана – если Вы захотите это сделать, то опираясь на собственный чувственный опыт, Вы относительно легко сформируете своё собственное понятие в этом направлении. Мне бы тут хотелось сказать другое: что бы наркоманы в итоге ни говорили о своей тяге, никогда не забывайте о том, что тяга – это всего лишь опьянение, не меньше, но и не больше. Всего лишь опьянение, дорогие друзья!

Тяга – это состояние нетрезвого человека, и трезвый человек, осознающий преимущества собственной трезвости всегда будет иметь преимущество перед своим нетрезвым собратом. Наращивайте это преимущество, и пользуйтесь им!

9.Вы должны стать офицером кайфа!

Для того, чтобы успешно бороться с наркоманией, Вы должны стать офицером кайфа! Что я имею при этом в виду? Ваш ребёнок и его несчастные собратья общаются с Вами свысока, считая Вас людьми, ничего не понимающими в кайфе. Он – Ваш ребёнок и Его приятели, по этой идеологии, принадлежат к кругу избранных, своего рода посвящённых, Людей владеющих Истиной. А кто в этом измерении Вы и Вам подобные? Жалкие людишки, которые добровольно находятся в униженном положении и горбатятся на разных работах ради куска хлеба, лишних штанов и коммунальных благ. То, как наркоманы при этом выглядят внешне, не имеет никакого значения – имеет значение то, что они знают, и что они чувствуют, а знают они истинную цену вещам и делам – знают то, чего не знаете Вы, а значит, Вы им должны, должны потому, что они выше Вас. При этом вполне может быть, что они в своём сознании не формулируют свои посылы так чётко, как их сейчас сформулировал я, но они именно так чувствуют, и именно так себя ведут – а это самое важное.

Что же в этой ситуации остаётся делать Вам? Частично об этом мы уже говорили. Вы можете пойти на поводу у своего ребёнка. О том, к чему это приведёт, мне даже не хочется говорить. Вы можете всё оставить, как есть, и превратиться в пассивного заложника развивающейся на Ваших глазах ситуации. Это будет выглядеть, как смирение, но это не то смирение, к которому нас призывает Христос – если Вы хорошенько подумаете над моими словами, то поймёте, что я прав. И, наконец, Вы можете попытаться брать ситуацию в свои руки, брать не просто на основании того, что у Вас есть героический характер, а на основании того, что Вы поняли мотивы врага, который выступил против Вас, и решили бить этого врага грамотно, и по уяснённым Вами правилам. На этом пути можно рассчитывать на успех.

На каких же позициях Вы теперь находитесь? В практическом плане Вы уже много знаете об особенностях наркомании, как болезни, Вы набили немало шишек на путях лечения собственного ребёнка, но теперь Вы очень далеко продвинулись в понимании самой сущности наркомании, и её центрального звена – наркотического кайфа.

К каким же выводам приводит вас Ваше теперешнее знание? Они довольно оптимистичны в том смысле, что туман, имевшийся в Вашей голове, потихоньку рассеивается, и Вы уже не воспринимаете наркоманию, как нечто непостижимое и совершенно непонятное. Вы уже знаете, что кайф Вашего ребёнка двухчастный, и состоит из стартовой волны – прихода, и самого опьянения – тяги. Вы знаете, что и приход, и тяга – довольно конкретные психофизиологические состояния, суть которых способен понять и человек, не пробующий наркотики. Понять – это, конечно, не почувствовать, но всё же

Даже этого подхода Вам уже вполне хватит для того, чтобы убедиться в простой истине: Ваш самоуверенный ребёнок и все его попутчики-наркоманы – никакие не посвящённые в великую Истину люди, а несчастные рабы телесного наслаждения особенного рода. Привязанность к наркотику превратила их в плохо думающих зверьков, бегущих за вожделенной сладостью. Они не владеют собой, все их мысли подчинены одному: где взять очередную дозу. Согласитесь, что члены избранного сообщества так вести себя не могут.

При этом, находясь с ними, то есть, с наркоманами, на одном поле, Вы тоже до поры не можете себя чувствовать на высоте. Скажите, положа руку на сердце: чему Вы служите? Каковы Ваши цели в этой жизни? Если Вы просто ходите на работу, и больше ничто не наполняет Вашу жизнь глубоким смыслом, глубоким по настоящему, тогда что Вы можете сказать своему ребёнку? Человек ведь живёт и для радости в том числе, человек живёт и для удовольствия в том числе! Да, Вы платите налоги, на Вас держится материальное благополучие Вашей семьи, Вы можете сказать об этом своему ребёнку, но в ответ Вы можете услышать: «И что из того? Машина? А она нужна? Поездка в Сочи? А зачем?» У Него, у Вашего ребёнка, всё хорошо и так, без лишних усилий, хорошо тогда, когда Он уколет себе очередную дозу, и Ему в этом случае не нужны ни машина, ни Сочи.

Несокрушимой Ваша позиция будет только тогда, когда в кайфе Вы будете разбираться больше Него. Только тогда Вы будете сильны перед Ним по-настоящему, когда кроме всех Ваших моральных и материальных преимуществ Вы ещё обнаружите перед Ним и своё превосходство в понимании кайфа, и в умении кайфовать – я приношу тут извинения за сленговую подачу своей мысли, но в этом месте эту мысль выразить иначе невозможно. Короче говоря, раб кайфа должен увидеть перед собой офицера кайфа, человека, добровольно несущего бремя жизни, но замечательно знающего цену жизненным удовольствиям, и умеющего эти удовольствия принимать в нужное и удобное для этого время.

10.А как же стать офицером кайфа?

Меня могут спросить: «Доктор, о каком офицерстве Вы говорите? Что это за высокие воинские материи? Применимы ли они к нашей обычной жизни, в которой простой человек страдает от того, что его нормальный прежде ребёнок превратился в наркомана?»

Дорогой читатель! Я знаю, о чём говорю! Образ офицера в этом случае – это образ знающего своё дело ответственного человека. А как можно сделать серьёзное дело, если его не узнать, и не подойти к нему ответственно? Никак.

Может быть, Вы думаете, что стать человеком, глубоко разбирающимся в кайфе сложно? Настоящие офицерские погоны даются намного тяжелее, чем правильное понятие о человеческих удовольствиях.

Господь Бог через природные механизмы вложил в нас интуитивное чувство приятного и неприятного. Для того, чтобы стать если не профессионалом в области кайфа, то хотя бы – полупрофессионалом, Вам всего лишь нужно внимательно проанализировать собственные ощущения от различных обстоятельств вашей внутренней и внешней жизни – и больше ничего. Для полного постижения этих механизмов Вам после этого нужно научиться моделировать эти чувства – тоже не бог весть какая задача, хотя и не из самых примитивных. Вот и всё!

Вспомните о своих самых счастливых минутах в прошедшей жизни! Вспомните, что Вы в это время чувствовали, и как чувствовали – Вы в эти минуты ощущали духовный и физический подъём, и при этом совершенно не нуждались в каких-то психоактивных веществах – Вам и так тогда было удивительно хорошо.

Я понимаю, что большинство читателей этой книги сразу же вспомнит какие-то пиковые моменты собственной биографии, какие-то поворотные её пункты, и закономерно возразят, что смоделировать в обычной обстановке чувства и ощущения, которые ты, к примеру, испытывал в момент взаимного признания в любви, или успешной сдачи важнейшего экзамена невозможно, но я Вас, мой дорогой читатель к этому и не призываю. Я призываю Вас проанализировать те минуты тихой радости, которые Вы несомненно не раз испытывали в своей жизни, и которые, как мне кажется, и являются моментами настоящего человеческого счастья.

Хочу привести тут цитату из книги любимого мной писателя Константина Паустовского: "Несколько раз в жизни мне казалось, что я был счастлив. Но редкие минуты этого счастья были совершенно непохожи на то состояние, какое принято называть этим словом. В них не было радости, шума, восторга, огней и успеха. Я хочу, чтобы меня правильно поняли. Иначе все мои слова окажутся пустым лепетом. Я считаю, я прямо уверен, что истинное счастье приходит к нам в жизнь внезапно, распахнув все двери, смеясь, растрёпывая наши волосы и лукаво заглядывая в глаза. Оно зажигает над тихой водой огни тех городов, куда мы стремились всю жизнь, оно дышит нам в лицо одуряющим воздухом мокрой травы, прижимает к нашим губам дрожащую маленькую ладонь, и мы невольно целуем её только из благодарности за ласку... Можно рассказать совсем о другом счастье – робком, почти потерявшем голос, но томительном, возникающем незаметно и живущем где-то вблизи редких слёз и утренней тишины, вблизи любимого голоса и пенья птиц. Оно проходит множество, как говорят учёные, побочных явлений, порывов мягкости, когда хочется быть вежливым даже с каждым воробьём. Полное, скрытое от всех счастье — конечно, самое высокое, и память о нём никогда не исчезнет".

О чём говорит здесь замечательный писатель? Если дать пошловатое определение его прекрасным словам, не о пресловутой ли тяге всё то, о чём он тут говорит? Паустовский пишет о тонких и высоких человеческих чувствах, перемежая их с описанием одуряющего – то есть – опьяняющего запаха травы, о слиянии человеческого естества с окружающим его прекрасным миром.

Цель наркомана – достижение гармонии внешнего и внутреннего миров на фоне физического блаженства, но эта гармония достигается противоестественным образом. А теперь скажите мне: если человек временами чувствует то, что временами чувствовал Паустовский, он нуждается в каких-то химических добавках к своему миру? У этого человека всё уже есть! Скажите мне, кто на Ваш взгляд действительно глубоко разбирается в кайфе – писатель Паустовский, или угрюмый наркоман, купивший в подворотне два куба ширки, и уколовший её тайком от всех в каком-то грязном закутке?

И теперь я задам Вам ещё один вопрос: для того, чтобы чувствовать так, как Паустовский обязательно быть Паустовским? Я помню, когда я впервые осознанно почувствовал человеческое счастье, так, как оно описано Константином Георгиевичем. Я тогда заканчивал мединститут. Был конец апреля, нас отпустили с пар намного раньше обычного и я один ушёл в городской парк. Светило солнце, по небу неторопливо плыли облака. В траве местами виднелись мелкие цветы. Впереди у меня был честно заработанный диплом и жизнь с любимой женщиной. Тихая радость до краёв наполнила мою душу. В эти минуты мне никто был не нужен. Бокал вина или какая-нибудь таблетка могли бы всё только испортить – скажу больше: если бы я не в этот момент своей жизни, а в другие её моменты применял бы химикаты для улучшения своего душевного состояния, ничего подобного я мог бы тогда в парке не испытать.

К чему это я? К тому, что написать о счастье так, как написал Паустовский, надо быть Паустовским, а вот для того, чтобы гармонически такое же счастье чувствовать, надо просто быть человеком, но – человеком с открытой душой, и тогда совершенно не важно, кто Вы по профессии – психолог или уборщица, важно – ощущаете ли Вы гармонию мира, время от времени проходящую через Ваши душу и сердце.

Итак, Ваша важнейшая задача – это вспомнить свои счастливые минуты, и очень важно, если Вы вспомните минуты мира в душе, если Вы вспомните обстоятельства, в которые этот мир на Вас сходил, если Вы детально восстановите в памяти все свои драгоценные ощущения, испытанные Вами в эти минуты. У каждого человека это с одной стороны будет глубоко личное состояние, а с другой – состояние, во многом похожее на состояние других людей – ведь мы, внешне такие разные, имеем такую схожую биохимию, физиологию и психологию. Если бы это было не так, ведь мы с Вами совершенно не поняли бы того, о чём писал великий писатель и удивительный человек Константин Георгиевич Паустовский.

11.Коллекционируем светлые воспоминания!

Итак, для того, чтобы стать профессионалом кайфа, Вы обязаны начать коллекционировать свои светлые воспоминания, но коллекция эта должна стать не просто набором приятных фактов Вашей прошлой жизни – эти факты Вам необходимо переосмыслить под углом своей новой ситуации, и на каждую приятную для Вас историю надо будет как бы глянуть с двух оценочных точек. С одной точки Вам нужно будет по возможности точно вспомнить о том, что именно тогда было у Вас в душе, а другая точка должна стать точкой анализа Ваших тогдашних приятных физических ощущений. При этом Вы можете себе позволить не мудрствовать – этот анализ при желании может быть элементарно простым. Самое главное – он должен быть понятным именно для Вас, потому, что придёт время, и Вам придётся говорить на эту же тему с Вашим ребёнком, или с кем-то из Его приятелей, и если Вы не будете к тому времени чётко осознавать сами себя, Вы не сможете быть убедительным и в глазах другого человека.

Вспоминайте, вспоминайте, вспоминайте! Вспоминайте всё! Вспоминайте о том, как Вы вечером сидели на террасе на морском берегу и ели замечательное мягкое клубничное мороженое, вспоминайте первую февральскую капель в середине солнечного дня на Сретение, вспоминайте бодрый живительный воздух грозового июльского дня и яркую радугу в послегрозовом небе – все эти воспоминания наполнят Вас уверенностью в том, что Вы правильно жили, что радость всегда в Вашей жизни присутствовала, что она никуда не уходила, что Вы всегда выполняли то, что обязан выполнять любой из нас и одновременно с этим чувствовали подлинный дух истинного человеческого бытия. Эти воспоминания должны стать одним из краеугольных камней Вашего обновлённого мировосприятия, и они станут ими!

Между прочим, в числе этих воспоминаний немалую часть должны занять воспоминания о самых потаённых и интимных моментах Вашей жизни. Понятно, что этими воспоминаниями Вы ни с кем не будете делиться, но, скорее всего, именно они будут составлять важнейшую часть Вашего нового умственного и чувственного базиса, который Вы обратите на борьбу с зависимостью Вашего ребёнка.

Вы не замечали того, что при общении с некоторыми людьми, глубоко уверенными в собственной правоте, непосредственная аргументация этих людей иногда не так важна, как их собственная уверенность? От такого человека исходит энергия его правоты, этой энергией он наполняет каждое своё слово, и эти слова очень мощно действуют на слушателя. Точно так же может быть и в Вашем случае – Вы не обязаны раскрывать перед всеми источники собственной силы, заключённые в Ваших интимных переживаниях! В Вашем жизненном базисе будет достаточно много других историй, вполне убедительных для Вашего ребёнка, или других Ваших слушателей – вероятных последователей или оппонентов.

12.Коллекционируем радость жизни!

Наша память обманчива, и в строительстве своего обновлённого мировосприятия мы не можем опираться только на свои воспоминания – даже просто потому, что они сохранились на другой интеллектуальной и чувственной базе. Кроме того, что Вам предстоит вспомнить многое из хорошего, пережитого Вами в прошлом, Вам предстоит ещё одна, и довольно приятная задача: Вам предстоит оценить большинство из Ваших теперешних занятий, так сказать, на предмет кайфовости, и, если продолжить это предложение в сленговом стиле, Вам предстоит рассмотреть и понять, есть ли в тех делах, которые Вы делаете, что-то от прихода и что-то от тяги – и в психическом, и в физиологическом смысле.

Постараюсь привести пример из собственной практики, хотя пример этот более важно было бы привести немного позже, по ходу логического развития этой книги – но я к нему потом ещё вернусь.

В моей личной жизни так получилось, что когда я искал личные пути познания кайфа (ещё раз приношу извинения за сленговую терминологию), в то же самое время я искал и личные молитвенные пути. Однажды, во время дежурства по больнице, которая находилась на отдалении от города в лесу, в относительно свободное время, я вышел прогуляться за больничный забор. Был тёплый летний июльский вечер. Время близилось к закату. Меня всегда интересовали различные молитвенные практики, хотя я в то же время не был особенно успешен в их воплощении.

Я неторопливо стал читать про себя разные короткие молитвы, и вот, во время чтения молитвы «Богородице Дево, радуйся» на меня неожиданно накатила волна совершенно незнакомого мне приятного ощущения. По интенсивности и приятности мне до сих пор не с чем её сравнить, кроме оргазма, но это касается только интенсивности ощущений, потому что они никак не были связаны с моими половыми органами – это было какое-то возвышенное, лёгкое, и в то же самое время очень физиологическое и телесное, земное ощущение. Эта волна довольно скоро прекратилась, и вместо неё я почувствовал величайшее умиротворение в душе и в теле. Это умиротворение было чем-то очень ровным. Можно сказать, что я ощущал гармонию окружавшего меня мира, и в этом ощущении совершенно не было признаков какой-либо остроты. Ещё через некоторое время, примерно через двадцать-тридцать минут, всё постепенно закончилось.

Мне кажется, что я правильно понял смысл происходящего, и на следующем дежурстве, которое было примерно через неделю, я решился попробовать повторить необычный опыт. Был такой же летний вечер, у меня снова выдалось время для прогулки в лесу, и я снова, почти на том же месте, стал читать ту же самую молитву. Всё повторилось почти с той же самой степенью выраженности. Поскольку я был уже подготовлен к восприятию этих ощущений, я смог их прочувствовать гораздо тоньше и глубже. Примерно через полчаса с чувством глубочайшего удовлетворения я возвратился в больницу.

К тому времени я был достаточно опытным врачом и, пусть минимально, но уже подготовленным христианином, подготовленным для того, чтобы глубоко оценить характер и степень произошедшего со мной события. Я – человек верующий, и думаю, что Господь, видя моё старание, милостиво ввёл меня в прихожую сладостных ощущений с помощью молитвы. Люди неверующие могут протрактовать эту ситуацию иначе – некий доктор с помощью определённой психопрактической методики сумел погрузить себя в специфическое состояние, сравнимое по интенсивности с наркотическим опьянением. Конкретная трактовка именно в этом месте нашей книги будет не так уж и важна. Так или иначе, при внимательном рассмотрении этого случая важно понять то, что человек, искавший перемены своего состояния, нашёл эту перемену безо всякого употребления психоактивных веществ!

Хочу уверенно Вам сказать, что если Вы захотите почувствовать что-то интересное так, как это захотел сделать я – у Вас непременно получится. Когда-нибудь в Вашей жизни обязательно сложится ситуация, в которой Вы испытаете благодатные ощущения, и они расширят Ваше понимание кайфа до пределов, превышающих размеры обычного наркоманского восприятия, что и требуется в Вашем случае. С этого момента Вы почувствуете внутреннюю силу, необходимую для человека, решившегося на разговор с наркоманом о кайфе, на такой разговор, в котором Вы будете доминировать потому, что Ваше понятие о кайфе будет базироваться на принципе внутренней свободы, той свободы, о которой Ваш оппонент даже и мечтать не в состоянии.

Закончить же эту главку я хотел бы рассказом о том, что после двух благодатных состояний, испытанных мной во время молитвы «Богородице Дево, радуйся» я больше никогда в жизни не пытался достигать подобных ощущений – ни с помощью этой молитвы, ни каким-либо иным похожим способом. Почему? Потому, что повторюсь: я к тому времени уже был минимально обученным христианином и знал, что погоня за сладостными чувствами во время молитвы является искушением, наваждением, и ведёт к духовному заболеванию, которое у православных христиан называется прелестью. Я понял, что Господь, так сказать, «по работе», милостиво позволил мне окунуться в мир удовольствий – не для того, чтобы я и дальше наслаждался приятными ощущениями, а для того, чтобы я имел твёрдую аргументацию в работе со своими неуступчивыми больными.

Исходя из этой точки зрения, я советую и Вам после того, как Вы найдёте для себя источник радостных ощущений с выраженной физиологической составляющей, не злоупотреблять найденной благодатью, а прикасаться к ней весьма целомудренно и аккуратно – наши душевные и физические запасы не беспредельны, и их на самом деле гораздо меньше, чем нам обычно кажется.

13.«А если я не хочу быть офицером кайфа. Что тогда?»

Вы можете спросить меня: «А если я не хочу быть офицером кайфа! Что тогда?» Я отвечу Вам: «Ничего особенного, не хотите становиться – не становитесь!»

Вы можете идти другим, более простым путём, и он тоже может быть очень эффективным – конкретные примеры таких подходов я уже приводил, тем более, что познание основ кайфа даст Вам только лишь дополнительное моральное преимущество – не больше, но и не меньше. При этом, моральное преимущество Вы можете приобретать и другими путями – их много. Повторюсь в который раз – преимущество должно базироваться на Ваших природных личностных качествах, и тогда оно может быть Вами успешно реализовано.

В самом элементарном случае в плане познания кайфа подойдёт даже самый простой подход – если Вы чувствуете, что устроены очень просто, и Вам хорошо всего лишь от того, что Вы сели посидеть в лесу на пеньке, попили перед телевизором чашку чая – уже с этой позиции Вы можете начинать воевать. В ответ на утончённую аргументацию противоположной стороны Вы можете упорно говорить: «Я тебя не понимаю! Всё это – глупость несусветная!», и каждый раз при этом тыкать своего визави носом в его неудачные житейские решения. Это – тоже способ, он тоже иногда работает, но мы тут о нём говорить не будем по причине его чрезмерной простоты и ограниченности.

14.Если Вы всё-таки неплохо разобрались в теории наркомании...

Итак, если на каком-то этапе своей жизни Вы сможете сами сказать себе о том, что наконец-то довольно неплохо разобрались в теории наркомании, то есть – Вы поняли, что такое влечение к наркотику, поняли, как это влечение формируется, а самое главное – поняли сам механизм человеческого удовольствия, это означает, что Вы очень хорошо подготовлены, правда, это совершенно не говорит и о том, что необходимая Вам победа будет достигнута сама собой – так не бывает (в скобках уважительно отметим, что многие борцы за правое дело в этой борьбе не имеют того глубинного понимания, которого достигли Вы).

Отныне Вы обязаны пройти дальнейшую часть пути, и она, эта часть, не может быть лёгкой, она не может быть похожа на приятную прогулку потому, что это – борьба за человека, в которой есть очень много составляющих, не вполне зависящих от Вас, и вообще никак от Вас не зависящих. Но повторюсь: Вы вооружены, а значит, видите происходящее таким, какое оно есть, и это даст Вам дополнительные силы в избранной вами борьбе.

Главадесятая. От теории снова к практике в её широком смысле.

1.Мы опять приступаем к практическому делу! Есть ли простой способ вылечиться от физической зависимости?

Вы уже отлично знаете, что зависимость от наркотика имеет физическую и психическую составляющие, и что борьба с психической составляющей – самая сложная часть наркологической работы. Но ведь и с физической зависимостью всё очень не просто, победить её тоже нелегко.

Но может быть, существует какой-либо простой способ вылечиться от физической зависимости, по крайней мере, на её первом, жёстком этапе? Я не зря задаю этот вопрос – все люди любят простые решения.

В деле лечения физической зависимости от любого наркотика такое решение существует: на самом деле, от любой зависимости избавиться очень легко, постепенно уменьшая дозу употребляемого вещества.

Для начала я хотел бы пересказать Вам поучительную историю, вычитанную мной из житий православных святых. В этой истории повествуется о том, как в один из монастырей обратился молодой человек, пожелавший стать монахом. Молодой человек был милостиво встречен игуменом монастыря и принят в послушники. Новый послушник был высок ростом, широк в кости и крепок телом. Он много ел. Игумен, не высказывая ему на этот счёт никаких замечаний, сначала разрешил ему несколько дней есть досыта, а потом уменьшил его порцию на одну восьмую часть, или – на десятую часть (я точно не помню, на сколько именно была уменьшена первоначальная порция монастырского новобранца). Молодой человек почти не заметил уменьшения порции. Через несколько недель порция снова была уменьшена на её восьмую или десятую часть. Так примерно в течение полугода игумен ограничил порцию послушника примерно вполовину – практически безо всяких неприятных ощущений с его стороны. Впоследствии этот молодой человек провёл всю свою жизнь в монастыре и достиг высоких степеней духовного совершенства.