Лютик

— О, да ты — затворник-нелюдим, — пошутила Анна.

— Шучу я. У меня есть напарник ― Иван. Вот Ванька ― действительно мой лучший друг.

Глава 5

2.

― Классно! ― с завистью сказала Аня. ― Ты можешь уезжать, когда хочешь. Хотела бы я так!

― А ты что ― в тюрьме что ли?

― Я работаю у козла этого третий год. А в отпуске была одну неделю. Правда, пару раз отпрашивалась на несколько дней. В итоге ― две недели. Сам всё лето по заграницам на моря мотается с пятой женой, а нам с боем в отпуск надо прорываться. Ну и прорываются, в основном, девочки, у которых дети ― школьники. А я... Не отпускает. А без лета в отпуск не охота. Хочется тепла и моря.

— Я тоже теплолюбивый, ― мечтательно проговорил Артём. ― Но ― морозостойкий.

Они снова засмеялись.

— Вообще-то, мне моя работа нравится, — произнесла в задумчивости девушка. — Каждый день разные люди, разные судьбы… Если бы не снобистское свинство некоторых… но всё равно интересно.

— Ты, Лютик, главное не отчаивайся. Оно ведь по разному бывает. Был у меня один заказчик — круче некуда. В одном дворе с «Самим» вырос. Я к встрече с ним неделю готовился. Костюм не костюм, туфли не туфли, а он встречу назначил в прорабской, в бытовке прямо на строительной площадке, где его резиденция возводилась. Осень. Дорогу самосвалы размесили. Дождик и грязь. Пока добрались с Ванькой —наряднее стали, чем ты сегодня. Ну, думаем, и создадим же мы первое, самое главное, впечатление. А он мужиком нормальным оказался. Поржал, что мы на стройку в парадном костюме собрались, все вопросы быстро порешал и переподчинил нас своей супруге. А сам одет был в советские резиновые сапоги и шерстяной спортивный костюм. В таком мой батя на физкультуру в школу ходил.

— Забавно. Только сейчас всё чаще встречают и провожают даже не по одёжке, а по её стоимости. К нам в контору часто такие приходят. Одних украшений столько, что квартиру можно купить. А свою фамилию с адресом без ошибок написать не могут, — вздохнула Аня. — А чем дело закончилось, когда вас жене переподчинили?

— После этого, когда хозяйка была в Москве проездом из Парижа, всех подрядчиков срочно собирали на планёрки в офис главного архитектора. Так как приезжала она всего на пару дней, то все вопросы касающиеся строительства, нужно было решать в моменте. Дама эта вдумчивая и очень скрупулёзная. Планёрки длились по десять часов. Нужно было выбрать цвет, материал, производителя и поставщика. Главным, по её мнению, было — это фактура штор. Вот со штор и начиналось совещание. Общая площадь резиденции чуть больше торгового центра на МКАДе и нужно было ещё решить, где расположить шубную комнату. Поэтому руководители подрядных организаций на пару дней останавливали стройку, чтобы покорно сидеть и слушать распоряжения заказчицы. Никто не имел права не присутствовать на этих совещаниях. Мы с Ванькой сидели по очереди, но до обсуждения наших вопросов ни разу не доходило. В итоге мы решили обменять журавля на синицу и по тихому слились из этого проекта, — договорил Артём.

За разговорами ребята въехали во двор, только тут Анна вспомнила про колесо.

― Мне же ещё колесо менять! ― воскликнула она. ― Я забыла совсем. А то я завтра могу опять в бомжиху превратиться.

― А давай я тебе помогу, ― предложил Артём.

― Ты умеешь?

― Ещё как! ― усмехнулся парень. ― Я со своей таратайкой всему научился. Потому и решил, что пора её поменять. Только цены на авто сумасшедшие, а состояние машин не очень. Знакомый посоветовал рассмотреть вариант покупки из Японии — там можно найти свежие модели с небольшим пробегом и прозрачной историей, порекомендовал проверенного посредника, который взял на себя поиск автомобиля, документы, экспортное оформление, доставку и растаможку в России.

― Можешь не объяснять, ― захихикала Анна. ― Я доверенность твою сама делала.

― Мне, кстати, её сегодня отдать нужно, ― спохватился Артём. ― А то я завтра в командировку в Калининград улетаю. Ну вот ― нормальный двор! Припарковаться не где.

Во дворе, забитым под завязку автотранспортом, молодой человек остановил «таратайку».

― Ты паркуйся вплотную с моим Яриком, ― проговорила Аня. ― Вон он, мой красавец, стоит. Родители на окончание института подарили.

Она показала на новенькую Тойоту, грустно покосившуюся на спущенную шину.

― Если кому-то помешаешь, то отгонишь. Ты же рядом. Вот ключи, запаска в багажнике.

Порывшись в сумке, Анна протянула ему ключи, когда он остановился перед её «красавцем».

― Слушай, Артём, ты пока тут начинай, ― умоляюще посмотрела на него девушка. ― А я пойду домой и переоденусь наконец. Не хочу своим видом соседей пугать. Ладно?

― Иди, иди, Лютик, ― понимающе улыбнулся парень. ― Я справлюсь.

Аня убежала в подъезд, а Артём открыл багажник, чтобы освободить запаску. Вытащив колесо из автомобиля, он поставил его на асфальт, поудобнее перехватил руки и, сделав шаг, услышал страшный вопль:

― Ты что делаешь? Ты кто такой?

Он повернулся посмотреть, но тут же почувствовал крепкий удар в бок. Колесо выскользнуло из рук и, как большой мяч, высоко скакнув вверх, улетело. Артём стал цепляться за машину, потом за воздух, пытаясь поймать равновесие, но не сумел и грохнулся головой на асфальт, сильно подвернув ногу и больно ударившись локтем.

― Я тебя спрашиваю: ты что делаешь? Зачем в багажник полез?

Над ним нависло крупное тело молодого парня со злобным лицом, сжимающего изо всех сил кулаки.

― А чего ― не видно? ― морщась от боли ответил Артём. ― Колесо меняю. Слепой что ли?

― Не слепой. Я вижу, что ты в багажнике чужой машины роешься. С какой целью?

― Твоё какое дело? ― пытаясь подняться проговорил Артём. ― Тебя забыл спросить.

― Забыл, ― видя беспомощное состояние оппонента, крепыш немного успокоился, распрямился и отошёл на шаг. ― Это же не твоя машина. Я знаю её хозяина.

― Я тоже знаю, ― сказал Артём и, увидев выходящую из подъезда Аню, показал на неё пальцем. ― Вон она.

Глава 6

3.

― Что происходит? ― закричала Анна и ускорилась, увидев происходящее. ― Сеня! Сейчас же отойди от него!

Она подошла к Артёму и помогла ему встать. Он одной рукой схватился за машину, а второй начал растирать правую травмированную лодыжку. Ветровка на локте разорвалась и сочилась кровь.

― Сеня! Ты чего, как с цепи сорвался? ― последовал строгий вопрос.

― Я в окно увидел, Нюрик, что в твоё авто какой-то хмырь полез, ― пытался оправдаться парень. ― Ну я и рванул сюда. Спросить: чего это он тут делает?

― А зачем драться сразу? Бить человека? Спросил бы культурно.

― Я и спросил культурно... А он упал... Зачем то... Я же не знал... ― мямлил крепыш. ― Я бы сам тебе колесо поменял.. Чего он?

― Ты как? ― спросила Аня у Артёма, видя как он морщится от боли, держась за голову.

― Нормально, ― ответил он, пытаясь наступить на ногу. ― Вы тут разбирайтесь, а я поеду. Мне надо с человеком встретиться. Наверное, от меня тут уже толку мало. У тебя вон какой рьяный помощник нарисовался.

― Ты это... Извини... ― с трудом проговорил крепыш, протягивая ему руку для примирения. ― Извини меня. Я ― Арсений. Сосед...

― В следующий раз, Арсений, ты хоть ответа на свои вопросы дождись прежде чем приступать к более радикальным действиям. Да ладно, чего уж. Артём.

И они пожали друг другу руки.

― Давай помогу до машины дойти, ― вызвался Арсений. ― Где она?

― Да вот она, рядом, ― показал здоровой рукой на своё авто Артём и обомлел. ― Ёёёё...

Вся компания обернулась и увидела как красиво на капоте расположилось и загорало запасное колесо Анны и ещё красивее в закатных лучах солнца переливалась разными цветами радуги сплошная паутинка разбитого лобового стекла автомобиля Артёма.

― Супер, ― успел промолвить хозяин восхитительной паутинки, схватился за голову и начал сползать на асфальт.

К нему подскочил сосед Сеня, подхватил его и, под крик Ани: «В больницу его надо», потащил к своей машине.

До приёмного покоя доехали быстро, но пришлось посидеть в очереди. После девушки с больным животом, предынфарктного дедули, мальчика со сломанным пальцем и двух бабуль неизвестно с чем, врачи осмотрели Артёма и решили оставить его на ночь.

― Ничего страшного вроде нет, ― объяснил хирург. ― Лёгкое сотрясение. Надо понаблюдать. Заодно с ногой разберёмся: рентген сделаем и локоть обработаем. В общем пусть полежит, а завтра, если хуже не станет, домой пойдёт.

— Где это тебя угораздило сразу в трёх местах травмироваться? Вроде трезвый, — поинтересовался санитар накладывая повязку.

— Сосед помог Тойоту ремонтировать. Колесо не поделили, — пошутил Артём.

— Вот пусть он тебя теперь в палату и доставит, — усмехнулся медбрат. — Или заявлять будешь?

— Заявляю! Пускай доставляет, — морщась от боли продекламировал раненный, усаживаясь в кресло-каталку.

— Ты на счёт машины не волнуйся, ― провожая пострадавшего сообщил Арсений. ― У нас с ребятами сервис свой. Ты ключи давай. Я завтра к нам её отгоню и стекло с меня причитается. Дней за пять приведём твою ласточку в порядок. Я отвечаю.

Обменявшись номерами телефонов и забрав ключи у растерянного Артёма, Сеня уехал менять колесо.

Вечером следующего дня Аня приехала на любимом Ярике и, на редкость, благополучно припарковалась. Взяв пакеты с продуктами, она поискала глазами машину Арсения.

К нему у неё было 2 дела: забрать починенное колесо и спросить телефон Артёма. «А то как-то не удобно получилось. Вроде бы я виновата в том, что он пострадал, а ничего не знаю. Выписали его из больницы? Здоров ли? Что с ногой? Надо позвонить и узнать».

У подъезда она оглянулась и увидела подъезжающее такси. Машина затормозила прямо около неё. Открылась задняя дверь. Сначала на тротуар из неё со стуком показалась палка, затем появилась нога с перебинтованной лодыжкой, одетая в пляжную шлёпку. Следом вышла другая в нормальном кроссовке.

― Вот это я удачно подгадал, ― услышала Аня из глубины машины знакомый голос. ― А то я же не знаю номер твоей квартиры, а двор у тебя опасный.

И из автомобиля появился широко улыбаясь весь Артём с пенсионерской тростью в руках.

― Как ты себя чувствуешь? ― заботливо спросила девушка.

― Инвалидность сказали не дадут и пенсию платить не будут, ― сказал он. ― У джентльмена временные трудности. Похож я на джентльмена? Вот ― и трость выписали.

― А по потере кормильца? ― засмеялась Анна. ― Ты же сам у себя кормилец?

― Нет, отшили и с этим, ― сделал грустный вид парень. ― Я просил. Сказали, что кормилец потерян не надолго. Перелома нет. Вывих. Недели на две, если ногу беречь. Поэтому сказали искать временного кормильца. Я подумал, Лютик, что ты не откажешь.

― Ну пойдём, ― пожала плечами девушка. ― Один раз покормлю. Я даже как бы виноватая.

― Я знал, я знал, что ты не откажешь!

И Артём радостно захромал следом за Аней к лифту.

Усадив гостя за кухонный стол, она бросила на сковородку полуфабрикаты, помыла огурцы, помидоры и зелень.

― Помой руки и порежь пока овощи, а я пойду переоденусь, ― скомандовала она, дала нож, доску и салатницу и ушла в комнату.

― Хорошая квартирка! ― крикнул ей Артём, нарезая огурцы. ― Твоя?

― Нет, снимаю второй год. От родителей сбежала, ― прокричала в ответ Аня. ― Они сказали, что свою получу только к замужеству. Ну там дети и всё такое...

Она вернулась в футболке и широких, лёгких домашних штанах. Перевернула еду на сковородке и села помогать ему резать салат.

― А у тебя своё жильё?

― У меня есть своё в Питере. Я оттуда. Там и родители живут. Когда бабушка умерла, они её дом в пригороде продали и купили мне квартиру. Хотели, чтобы я после института пошёл работать к их знакомому, в известное архитектурное бюро, на побегушки. А я сам хотел, своё хотел. И сбежал от них в Москву. Там сдаю, а здесь снимаю.

― Ясно, ― сказала Анна, раскладывая еду по тарелкам. ― Слушай, а как же твоя командировка? В Калининград?

― Ванька поехал. Я есть больной.

И они молча приступили к трапезе. Убрав со стола, Аня поставила чашки и спросила:

― Чай, кофе?

― Давай чуть позже, ― проговорил Артём и взглядом пригласил её сесть.

― Спасибо за ужин, но я пришёл тебя умолять об услуге. Я понял, что ты завтра выходная?

― Да, но у меня планы, ― насторожилась девушка. ― Весь день расписан.

― Понимаешь, ситуация критическая. Я объявляю чрезвычайное положение и прошу гуманитарной помощи!

Парень посмотрел на неё умоляюще.