Единственный шанс

— Мы с Гавином осмотримся, а вы пока рядом с катером, — обратился я к парням.

Обойдя площадь по кругу, мы вышли к стоянке. Ничего подходящего для продолжения пути по суше не было.

— Может, мотоцикл возьмёшь? Удобно пробки объезжать, — предложил Гавин.

— Ну да, влетишь в радиоактивную зону и отмучился. А если дождь? Представь — было облако только-только на месте взрыва, и вот оно надо мной.

— Да понял я, понял, пошли вон туда, там тоже знак парковка, — показал Гавин на табличку сбоку от площади.

Парковка действительно была, но наши планы поменялись, как только мы повернули за угол большого здания. Чёрная Тойота Ленд Крузер стояла в небольшой пробке, образовавшейся на улице. У водителя Крузака не было шансов выбраться из среднего ряда. По отметинам на машинах было видно, что он безуспешно пытался растолкать бампером и капотом соседей.

— Гавин, эта подойдёт, лишь бы ключи были.

Мы добрались до Тойоты, у которой был открыт багажник, ключи нашлись в бардачке. Наверное, хозяин запасные с собой возил. На заднем сиденье лежали пара одеял и рюкзак, от которого воняло испорченными продуктами. Я его вытащил из машины, предварительно натянув одноразовую маску, и вытряхнул на мостовую. Скорее всего, хозяин машины перед тем, как застрять в пробке, отоварился и что-то забрал с собой, а вот этот рюкзак оставил. Новый горный рюкзак, как раз то, что мне нужно, а то с сумкой, если придется идти пешком, много не находишь. Половина содержимого представляла собой безнадёжно испорченные продукты, а вторую половину занимало горное снаряжение, две подвесные обвязки, карабины, бухта верёвки. Боковые карманы были забиты протеиновыми батончиками.

Пока я возился с находкой, Гавин привёл Сэнди с катера, и они уже начали готовиться оттаскивать машины, цепляя их к уже заведённому небольшому пикапу, стоявшему последним в ряду.

Так мы провозились три часа, пока чёрная Тойота не оказалась свободна, и, припарковав её у пристани напротив катера, мы начали перегружать мои вещи. Потом, заправив нашу находку под завязку, я наполнил восемь канистр и сложил их на заднее сиденье. Парням горючки хватит, а если потребуется, платформу, где можно заправиться, найти не такая проблема. Собака спала на переднем пассажирском и не думала кому-то это место уступать.

— Алекс, пойдем, я тебе пару слов скажу, — позвал меня в сторону Кэмерон.

— Держи вот. — Он протянул мне заплечную сумку. — Пока вы с машинами возились, я искал продукты, и напротив магазина стоял фургон инкассаторов. Вот там и нашел.

В сумке лежал Глок-девятнадцать в кобуре и запасная обойма. Вот подарок так подарок.

— Спасибо, дружище, может себе заберёшь?

— С ума сошёл? Если у нас меня сейчас с ним возьмут, это всё, закроют навсегда.

Может и прав он. Но мне кажется, что в очень скором времени без оружия будет ой как сложно.

Потом мы перекусили из своих запасов, заняв столик в заброшенном кафе напротив. Потрепались ни о чем, и парни стали собираться. Когда прощались, все понимали, что больше уже никогда не увидимся.

28 Апреля 2026 г.

Я заночевал прямо в машине, разложив, насколько это позволили канистры, сиденье. Собака постоянно тявкала во сне, наверное, переживала потерю хозяев. К утру начался дождик, и я ещё раз похвалил себя за то, что загнал Тойоту под навес. Быть такого не может, что осадки без радиации. Всю ночь где-то на востоке громыхало, я выходил пару раз посмотреть, а потом плюнул и уснул.

Как только ночь сменилась серым рассветом, я, перекусив на скорую руку сухим мясом и соком из пакета, повесил кобуру с Глоком на пояс и сразу почувствовал себя намного увереннее. Никогда не считал себя хорошим стрелком, особенно из пистолета, больше предпочитая автоматы, но в тире бывал раз в полгода и в обязательном порядке, когда ездил в командировки в Штаты. В Техасе тир, в котором можно пострелять из любого оружия, найти не так сложно, только деньги плати. А за отдельную оплату можно получить уроки по стрельбе. Вот и я заплатил, когда последний раз посещал главный офис нашей фирмы, за семь уроков по стрельбе из пистолета и автомата для ближнего боя.

Начать я решил с того, что направился к самому высокому зданию на площади, это была высокая постройка непонятного мне назначения, то ли пожарники здесь раньше были, то ли береговая охрана, но уже долгое время здание пустовало. С крыши я планировал осмотреть окрестности и составить хоть какой-то план, как объехать пробки и выбраться из города. Улиц было несколько, и не хотелось тратить время зря, проверяя каждую из них.

Пока залез наверх по наружной пожарной лестнице, взмок и решил при первой же возможности достать подобающую для сложившейся ситуации одежду. Мои легкие кроссовки скользили по влажному металлу, джинсы тоже не радовали, а дизайнер рубашки точно не был фанатом выживания.

С крыши я увидел одну улочку — абсолютно пустую, в то время как все остальные были забиты автомобилями. Быстро сбежав вниз, я решил пройтись для начала хоть немного пешком и разведать проезд. Вскоре мне стало понятно, почему улочка пустая. На самом въезде стояли два столбика, они могли откидываться вперед, открывая проезд, но их держали навесные замки. Не зря я электрорезак и клещи взял, пригодились и ещё кто знает сколько раз пригодятся. Через десять минут я уже петлял по узкой улице, а эхо дизеля разносилось по городу, отражаясь от домов. Так я доехал до поворота на большой бульвар и, вырулив на встречную полосу, которая оказалась свободной, добрался до выезда из города. Напротив был большой шопинг-центр, к которому я повернул, решив пополнить припасы перед отъездом из города. Когда я уже подъезжал к главному входу, увидел метрах в ста в стороне грузовичок, возле которого суетились несколько парней. Людей я и в городе замечал, редкие машины попадались навстречу, а на одной из площадей была целая толпа чернокожих. Но в контакт с местными я ещё не вступал, может, по газам и на фиг отсюда? Пока я раздумывал, они сели в открытый джип, стоящий рядом, и покатили в мою сторону. Я, проверив положение Глока, отстегнул застёжку.

— Bonjour. Vous vous perdez9[9]?

Ко мне обращался парень, это было сказано на французском, а я его не понимаю. Звучит как ругательство, но вроде улыбается. Нормальные европейские лица, смотрят дружелюбно и, мне кажется, хотят помочь. Понять, откуда я, они пока не могут, номера с Тойоты я скрутил и выбросил ещё вчера, не думаю, что из-за этого будут проблемы.

— Hey guys, sorry, I don't speak French. Do you speak English10[10]?

Оба говорили немного по-английски. Они мне рассказали, что после того, как большинство городов в той или иной степени были атакованы, и в общем ситуация по стране была отчаянной, местные власти решили провести эвакуацию и перевезли всех, кого смогли, в камп, километров пятьдесят от города, а многие разъехались сами. Конечно, разъехались, жителям города прямым текстом заявили, что будут бомбить. Вот и бежали люди куда глаза глядят.

Парни держались на дистанции, но дружелюбно, они давно заметили пистолет у меня на боку. Оказалось, что один из них является сыном хозяйки магазина обуви в этом торговом центре, и они на свой страх и риск вернулись, чтобы вывезти товар.

— Кто знает, будут ли ещё делать хорошую обувь, — явно повторяя слова матери, заявил парень.

Я тоже рассказал свою историю о том, как добираюсь с буровой из Англии домой, чем явно заслужил их симпатию. Один из оставшихся у торгового центра парней что-то крикнул, явно подзывая их к себе.

— Пошли с нами, мы перекусить собрались, — позвал меня сын хозяйки магазина. — Меня Рене зовут, — представился он.

— Алекс.

Я не стал отказываться от приглашения и протянул руку. Потом завел свою Тойоту и припарковался около небольшого открытого грузовичка, гружённого коробками.

На поляне рядом с машинами было расстелено покрывало, а на нём стояла корзина со всем, что нужно для пикника. Тарелочки небольших размеров, вилки, ножики, даже салфетки и бутылка открытого вина. Свежий хлеб, нарезанный сыр, как будто ничего не происходит вокруг. Я почувствовал себя параноиком в этот момент, пистолет на поясе, уже пару дней сухомятка, а тут пикник и бутылка вина.

— Спасибо, парни, я с удовольствием присоединюсь, только подождите немного.

Я достал дозиметр и проверил все на радиацию, фон шёл, но не от поляны. Тогда я прошёлся рядом с грузовичком, стоящим в паре метров, от его колес фонило — не сильно, но дозиметр засигналил. Нахватали где-то по дороге.

— Отгоните машину в сторону, — попросил я обалдевших парней, — а когда поедите, отмойте с мыльным раствором колёса.

До них только сейчас начало доходить, чем этот странный мужик недоволен. Один запрыгнул в машину и, отогнав её на полсотни метров, бегом вернулся обратно.

— Месье Алекс, а откуда радиация? Здесь же не бомбили? — спросил меня Рене.

— Может, дождь прошёл, может, другие машины натаскали. Не знаю, Рене, но советую вам обратить внимание в будущем и проверять всё. Если, конечно, планируете жить долго и счастливо, насколько это будет возможно в будущем. Вот, закиньтесь каждый. — Я раздал им по таблетке антирада.

Ели ребята подавлено. А мне поляна настолько понравилась, что я подарил Рене один из драгоценных дозиметров. После этого их настроение намного улучшилось, и парни помогли мне составить маршрут. По плану я должен был ехать в сторону Реймса, придерживаясь двадцать девятого шоссе, на сам автобан заезжать мне категорически не хотелось. Объехать Париж с севера, а дальше пробиваться к Мюнхену. Потом — через Словению, после Любляны до Загреба, а от него мне уже рукой подать. В Тойоте есть отличный навигатор, так что как-нибудь доберусь.

— Рене, мне помощь твоя нужна. Я хочу переодеться и корм для собаки найти. Подскажи, где искать, а то там во тьме можно пару дней ходить-бродить.

Я решил закончить мою подготовку к рывку домой здесь и больше на это не отвлекаться.

— Конечно, месье Алекс, пойдёмте, сейчас всё покажу.

Через полчаса я загрузил кучу тактического белья и одежды в тележку в магазине для экстремального туризма, потом взял самую большую упаковку сухого корма для Умницы, так я решил назвать мою лайку. Нашёл пару длинных спортивных дождевиков, три пары ботинок, прихватил и две куртки для низких температур (а они уже не за горами) вместе с перчатками и вязанными шапочками. Переодевшись в магазине в тактические брюки, темно зелёный свитер и отличные туристические ботинки, я выкатил тележку и, пока распихивал вещи по машине, парни так же грузили похожие комплекты одежды в Лексус, на котором приехал Рене.

Особенно я был рад найденному примусу, газовым баллончикам к нему и набору посуды. Сейчас хоть чай смогу себе кипятить, его тоже взял пару банок, посреди центра стоял киоск, в нем продавали только чай, я не стал разбираться в сортах, взял несколько штук не глядя.

Умница наворачивала из новой блестящей миски, а рядом стояла вторая такая же миска с водой. Вот мы и готовы. Я уже собирался прощаться с парнями, как рядом остановился Порше Кайен, из него вышел мужчина в очках с густой шевелюрой, на пассажирском сиденье спал мальчик, а сзади сидела женщина. Он помахал приветственно и пошёл в нашу сторону.

— Стой, где стоишь, — заорал я. Но он, видимо, не знал английского и продолжил идти. Парни смотрели на меня как на маньяка.

— Остановите его.

Я не унимался, а времени объяснять не было. Парни что-то закричали, замахали руками, и мужчина наконец-то остановился.

— Спроси, откуда он едет, — сказал я, чтобы потянуть время, доставая дозиметр и надевая дождевик, маску и резиновые перчатки. Лицо и руки у мужчины были воспаленного красного цвета, как и у мальчика в машине.

— Рене, беги в магазин, принеси шампунь и, если найдёшь, мочалки и большие полотенца.

— Ты, — показал я на одного из парней, — принеси пластиковые ведра или что найдётся.

— Ты, — продолжал я, показав на третьего парня, имени которого я так и не узнал, — скажи ему, чтобы поставил машину в сторону вон там и вывел жену и ребёнка.

Я начал приближаться к мужчине, держа прибор перед собой. Сигнал тревоги дозиметра привёл всех в чувство, и парни побежали выполнять поручения. Мужчина и его семья облучены, это почти точно. Меня вроде это не касается, но вот просто взять и уехать я не мог.

Рядом был небольшой фонтан, я подбежал и проверил в нём воду, она не фонила. Когда парни вернулись, я передал мужчине через переводчика, чтобы они полностью разделись, выбросили свою одежду и отмылись водой из фонтана с мылом, а ещё забыли навсегда про машину.

Я пошёл к Кайену, приготовив дозиметр. Совершенно отрешённая мать взяла на руки ребенка и понесла его в сторону фонтана. Мужчина стоял на коленях рядом с машиной перед открытым чемоданом и перебирал вещи. Мои познания в том, как бороться с радиацией, были невелики. Дозу с машины мой прибор начал считывать уже на расстоянии пяти метров, а когда меня и мужчину разделяло три шага, загорелась сигнализация и предупреждающая трель огласила всю округу. Я помню, что смертельной дозой считалось около шести зиверт, от машины шло больше четырёх на этом расстоянии. Ближе подходить я не стал.

Я снова вернулся в торговый центр, долго ходил между полками в магазине одежды, потом заглянул в огромный продуктовый и загрузил все выставленные на прилавок бутылки русской водки. Снизу на тачку закинул пару упаковок никогда не портящегося молока и пару канистр жидкого мыла. Уже собираясь уходить, набрал на кассе бензина для зажигалок и самих Zippo — все, сколько их было в небольшом картонном лотке.

Тележку с одеждой и обувью оставил рядом с укутанной в одеяло женщиной, слил в пустую пластмассовую пятилитровку дизеля из своей Тойоты и вместе с одним баллончиком бензина и зажигалкой отдал отцу семейства.

— Рене, пусть сожгут машину. Я не думаю, что это очистит её от радиации, но зато никто не захочет в ней прокатиться. И вот ещё. — Я отдал ему две бутылки водки. — Пусть пьют сразу по сто граммов и завтра ещё столько же. А ребёнку молоко.

Я не знаю, помогает молоко или нет, но не водку же ему вливать. Я подождал, пока они не запили таблетки антирада водкой, и стал собираться. Умницу я заранее закрыл в машине, чтобы не полезла к пассажирам Порше, оставив окно с её стороны открытым.

Пока я заталкивал между передним и задним сиденьем канистру жидкого мыла, сзади раздался истерический вопль.

— Oui, qui êtes-vous! C'est à cause de toi11[11]!

Поворачиваясь и в то же время вырывая пистолет, я увидел, как Умница выпрыгивает в открытое окно и, пролетев молнией рядом со мной, впивается в руку бегущего ко мне мужчины, обнажённого до пояса. И всё это на фоне горящего джипа. От атаки Умницы мужик упал и начал орать на всю округу, из руки у него выпала палка для ходьбы.

Я убрал пистолет в кобуру. Открыл багажник и, достав бейсбольную биту, пошёл к лежавшему на земле французу. Его жена молча прижала всё ещё бессознательного ребенка к себе и опустила вниз голову, чтобы не смотреть на то, что будет дальше. Парни замерли с совершенно обалдевшими лицами. Я потянул Умницу на себя, и, когда она отпустила руку мужика, подал ему бейсбольную биту.

— В следующий раз используй это. Держи. Мой тебе подарок.

Я сказал это, смотря на ближайшего парня, пока он переводил мои слова. Отец семейства, у которого вся жизнь только что рухнула, взял биту, поправил кровоточащей от укуса умницы рукой очки и, совсем не кстати всхлипывая, произнёс:

— Merci, monsieur12[12].

Это было даже мне понятно, и перевода не требовалось. Потом я забинтовал ему руку, предварительно ополоснув её водкой, он мне что-то говорил всё время, но, так как ребята были заняты тем, что искали новое средство передвижения для семьи укушенного, переводить было некому.

Когда парни подогнали блестящий Мерседес МЛ, я подошёл к ним и протянул руку Рене.

— Спасибо за помощь и особенно за дозиметр, месье Алекс. Мы их заберём с собой, у нас в кампе есть доктора, — сказал он, показывая на семью. — Не обижайтесь, мы ему рассказали, что вы русский, вот он на вас и набросился.

— Рене, я не обижаюсь. Не знаю, что он там себе выдумал, началось всё без нашего участия, да и неважно это уже.

Я помахал остальным, прощаясь. Потом завёл двигатель и направил Тойоту на выезд со стоянки.

29 Апреля 2026 г.

За первые сутки я проехал около четырёх сотен километров, петляя по второстепенным дорогам в направлении Реймса. Один раз всё-таки решил выехать на автостраду, но вскоре я доехал до пробки, которая простиралась до горизонта, это было видно, потому что в месте, где я находился, дорога начинала спуск. Десятки тысяч машин стояли в обоих направлениях. Люди сидели на обочине, где-то поднимался дымок костра. А вдали, почти на линии горизонта, полыхало красным. Я поспешно развернул джип и минут десять несся по встречной полосе в обратном направлении. К моему счастью, навстречу мне попался всего один микроавтобус. Это сколько же они там стоят, об этом даже думать было страшно. Оказаться зажатым где-то в начале моего пути меня пугало больше всего.

За всё это время я остановился всего один раз на заправке. В небольшой деревне на берегу реки заправка работала! У меня было чуть больше трёх сотен евро в бумажнике, и я решил остановиться, вдруг получится перекусить и, кто его знает, может, выйдет купить солярки. Сэндвичи, что я себе наделал в торговом центре, уже были съедены, да и Умницу тоже кормить пора. Я припарковал Тойоту у колонки и, выйдя из машины, направился в магазинчик. Где-то за зданием магазина тарахтел генератор.

— Здравствуйте, вы работаете? — поздоровался я с высоким мужчиной, стоявшим за стойкой.

— У нас горючее только для своих, — не очень любезно ответил он. Его правая рука была под прилавком.

— Я хотел купить что-нибудь перекусить, горючее мне тоже нужно, но оно у меня пока есть.

Товары здесь всё ещё были, и холодильная витрина тоже не пустовала. А в углу рядом с кофейным автоматом стояла микроволновка.

— Хорошо, месье, выбирайте, что вам нравится, — ответил он уже более дружелюбно и обвёл свободной рукой зал магазина.

— Вы не возражаете, если я сначала собаку покормлю? — Я увидел консервированное мясо для собак на полке и решил побаловать Умницу.

— Да, конечно, у меня здесь и миска есть. — Он направился в кладовую, при этом что-то глухо ударило под прилавком.

Я взял несколько собачьих консервов и две пачки косточек для чистки зубов, положил всё это на стойку и достал сотню, чтобы расплатиться.

— Потом оплатите, — протягивая мне большую розовую миску, сказал мужчина. Я не стал отказываться, хоть у меня и была своя.

— У нас здесь раньше жила овчарка, но потом куда-то исчезла. — Он уже был вполне дружелюбен. — Я могу вам разогреть рагу быстрого приготовления и сделать кофе, у рагу срок хранения ещё пару недель, вполне съедобное.

— Спасибо большое, я уже давно не ел ничего горячего.

Я выпустил Умницу, оставив её наслаждаться мясом из миски, наполнил водой вторую и вернулся обратно в магазин.

Рагу было очень вкусным, или мне это показалось после продолжительной диеты на сэндвичах. Пока я ел, мужчина мне рассказал, как пару дней назад приехала компания, и, угрожая пистолетом, они заставили его заправить машину. А потом забрали все сигареты, несколько бутылок разного алкоголя и уехали. С тех пор он держит в магазине ружьё, на случай, если они ещё раз появятся.

— Я могу вам продать немного дизеля, у нас здесь в деревне осталось мало народа, и нам хватит запасов, а у вас, судя по всему, дорога впереди неблизкая. Конечно, если вас устроит цена, за двести евро я могу вам продать пятьдесят литров. Сами понимаете, месье, в сложившейся ситуации это хорошая цена. Я даже не представляю, что сейчас творится с ценами. Обычно нам сообщают обо всех изменениях по Интернету. Но его уже давно нет.

Мужик явно оправдывался, и ему было не по себе. Я, не сказав ни слова, выложил на прилавок почти всё, что у меня оставалось из наличности, и, заправив Тойоту до полного бака, купил на остаток дорожную карту, несколько маркеров, сэндвичей и воды. Потом мужчина пожелал мне счастливой дороги, и, попрощавшись с ним, я продолжил свой путь.

Больше я не рисковал, не выезжал на автострады и продолжал объезжать попадающиеся городки, заранее останавливаясь и рассчитывая по навигатору дальнейшую дорогу. Несколько раз приходилось менять намеченный план и возвращаться, и всё опять из-за пробок.

И всё-таки, несмотря на все мои предосторожности, я встал. Уже почти обогнув Реймс по большой дуге, я встал в пробке перед мостом через какую-то то ли речку, то ли канал. Назад вернуться не было шансов, улица посёлка, по которому я ехал, была настолько узкой, что, развернувшись, я бы не разъехался даже с легковушкой, а сзади уже подкатил автобус, и с каждой минутой машин всё прибавлялось. Мы двигались очень медленно, но всё-таки кое-как ползли вперёд. Причину застоя я увидел через час с небольшим. Военные останавливали каждую машину перед въездом на мост.

В первый раз с начала всего этого ужаса я увидел военных. На мосту стояла восьмиколёсная БМП с небольшой пушкой и парой пулемётов. Рядом с бронёй стояли солдаты, все с автоматами Famas. Такой автомат — один из самых кучных и удобных, по моему не слишком компетентному мнению. Мне приходилось им пользоваться. Я даже по глупости выбрал его когда-то в первое сопровождение конвоя. Очень скоро об этом пожалел, когда автомат заклинило из-за перекосившейся гильзы. Позже мне объяснили, что специально для Famas делаются патроны со стальными гильзами, а с обычными латунными его подклинивает.

Когда меня остановили, я передал документы немолодому военному, он на сносном английском приказал мне поставить машину в стороне от въезда и передал мои документы офицеру.

— От машины не отходить, — приказал мне офицер и удалился в джип с антеннами.

Так я прождал полчаса, потом отвечал на вопросы, кто я и куда еду. В конце концов меня отпустили, предупредив, что ни Меца, ни Нанси больше не существует. Реймс был атакован, а что там в Германии творится, им вообще неизвестно, и лучше мне ехать на север, а потом в сторону Милана. В Швейцарию мне посоветовали не соваться, огромное количество беженцев рассказывало, что там настоящий ад.

Я попрощался, оставив две бутылки водки, которую с воодушевлением у меня приняли, а когда я сказал, что она лучшее средство для очистки организма от радиации, мне принесли несколько бутербродов и пачку яблочного сока.

— Мы это сейчас всем проезжающим раздаём, еду купить негде, — объяснил мне офицер.

Проехав ещё километров семьдесят по безлюдной дороге в южном направлении, я съехал на обочину, прямо по траве загнал Тойоту под эстакаду и вырубился.

30 Апреля 2026 г.

Проснулся от лая Умницы. Она смотрела в окно на мужика и лаяла не умолкая, а он пытался просунуть полуметровую металлическую линейку в паз между стеклом и корпусом двери. Когда он увидел, что я проснулся, то отскочил от двери и с кем-то начал громко переговариваться. Я поднялся на своём сиденье и осмотрелся. С моей стороны стояло двое мужчин, и ещё один взломщик с линейкой со стороны Умницы.

Я нащупал пистолет и открыл дверь машины, держа пистолет под курткой, в которой спал. Один из любителей халявы держал пистолет, а второй — альпинистский ледоруб. Таким прилетит, и рваная рана гарантирована.

— Wrong car, guys. Get a fuck off from here13[13], — угрожающе произнёс я.

Они рванули к машине все сразу. Двое на меня, а третий открыл дверь с пассажирской стороны, она автоматически разблокировалась, как только я открыл свою. Рычание Умницы и выстрел совпали. Бегущий впереди нападающий согнулся пополам, получив пулю из-под куртки. Я вытянул оружие и сделал ещё два выстрела второму в голову. Первый промазал, зато второй вошёл в лоб альпиниста. Когда я оббежал машину, Умница терзала третьего нападающего за руку. Ещё один выстрел, и этот обмяк. Быстро запустив собаку в машину, я обыскал того, что был с пистолетом, и, найдя несколько патронов девятки в его кармане, забрал себе. Потом поднял новенькую Беретту, выщелкнул магазин и разрядил пистолет. Решил взять его с собой, пригодится.