Золотая фишка на черное

Патти пошла первой, за ней Ронни. Роберту пришлось приложить немного усилий, чтобы не обогнать их. Они обошли здание с торца, по смежной улице, под шум редких автомобилей, споров и запах поздней выпечки. Обойдя здание, Роберт и Патти тщательно изучили окно, оно было прикрыто и с такого ракурса все еще ловило отблески.

– Она разглядела там мужчину?

– Может быть, он двигался, и это привлекло ее внимание, или что-то вроде того, – с сомнением протянула Патти.

Ронни прокашлялся. Затем закашлял снова. Потом тронул ее плечо. Патти перевела на него задумчивый взгляд: он побелел и походил теперь на призрака самого себя.

– Что с тобой?

– Газета.

– Что газета?

– Это здание газеты. – Он кивнул вправо, через дорогу. – В которой работает баба Рекса.

Патти обернулась. Ее глазам предстало массивное здание с яркой вывеской; высокие витрины были усыпаны увеличенными копиями некоторых обложек. На одной из них, прямо по центру, была изображена она – Барбара Флинн. Журналистка. В некотором смысле ее – Патти – конкурентка, ведь тематика их статей иногда пересекалась. Правда, Патти предпочитала обучающие статьи, а Барбара – откровенную желтуху вроде разводов, скандалов и прочего. Однако она знала ее.

И Барбара, соответственно, знала Патти.

– Ну почему обязательно она? – уныло вопросила Патти.

– Какие-то проблемы? – Роберт подошел к ним.

Патти закусила губу:

– Нам нужно опросить миссис Флинн. Она точно знает что-то об убийстве Рекса. Рекс, в свою очередь, связан с кражей.

– Рекс – это кто-то из ваших?

Патти замялась:

– Вроде того. А Барбара, похоже, его любовница. Мы с ней знакомы, но… со мной она вряд ли будет говорить.

– Ну что-нибудь придумаем, – ответил Роберт и проследовал вперед.

В издательстве журнала «Девичник у Барбары Флинн» стояла длинная лавочка, подпирающая аппарат с газировкой. Роберт покачал головой: это изобретение еще не прошло и третьего круга прений, а кто-то уже спаял пробный образец. Напротив располагалась прихожая: длинная стойка регистрации, как если бы тут продавали билеты, и пара растений в горшках. За стойкой сидела леди фривольного вида со взбитой прической и алыми губами, за ее спиной тянулась рекламная афиша в половину стены, далее висела доска для информации под блестящим заголовком «Кто же такая эта Барбара?».

Патти подошла первой:

– Добрый день! Я хотела бы побеседовать с миссис Флинн!

– Мисс Флинн… – поправила девушка за стойкой, а после подняла глаза и тут же скривилась. – Она не будет принимать вас. Забудьте.

Она скользнула равнодушным взглядом по Ронни, а после задержала его на Роберте – и почти улыбнулась.

– Это очень важно! Дело, которое мы расследуем, может быть связано с ее мужем.

– Я же уже сказала. – Она перегнала жвачку из-за одной щеки к другой.

– Позвольте, – вмешался Роберт, – мне увидеться с ней.

– Это предложение об эксклюзивном интервью? – Девушка кокетливо улыбнулась. На ее груди не было бейджика, только довольно откровенный вырез. Роберт с трудом удержался от тяжелого вздоха.

– Информация в обмен на информацию.

– Если вы не обещаете эксклюзивного интервью, мистер Вельт, я даже трубку снимать не буду. Мне дорога моя зарплата.

– Скажите ей, что я готов поделиться некоторыми закрытыми фактами из расследования ограбления в обмен на ее содействие в поимке преступника.

– О, поверьте, мисс Флинн интересует совсем не это. – Девушка все же взяла трубку и принялась крутить диск.

Барбара Флинн, высокая стройная женщина с копной обесцвеченных белых волос, появилась не более чем через три минуты; она была накрашена больше, чем полагают приличия, но меньше, чем ожидаешь от человека ее профессии; розовый костюм на удивление скрывал практически все тело. Цветок на груди благоухал розовым маслом.

– Здравствуйте, мистер Вельт! – Она протянула ему руку, упрямо игнорируя остальных. – Рада, что вы все же решили ответить на мое предложение.

Роберт озадаченно нахмурился.

– Я делала его в прошлом месяце. Да и в позапрошлом. Каждый месяц, в общем, с момента, как между вами с миссис Вельт… о, простите, мисс Эйр, произошло… что-то особенное, правда? Кэри, свари нам кофе.

Роберт попытался припомнить хоть одно письмо, но так и не сумел. Очевидно, Дэвид прекрасно справлялся со своими обязанностями. Следовало увеличить ему жалованье.

Барбара подхватила поднос с двумя чашками черного кофе и подошла к двери, ведущей в заднюю часть здания.

– Не будете ли вы так любезны, чтобы открыть для дамы дверь?

Роберт пропустил Барбару вперед. Они вышли в узкий коридор, темный, ничем не примечательный. По обе стороны располагались двери; они смотрели друг на друга немного криво. Барбара свернула направо. Роберт открыл дверь; его взгляду предстал кабинет, до потолка заваленный бумагами. Здесь, признаться, царил настоящий хаос: газеты грудились вперемешку с черновыми листами, лавиной застилая несколько печатных машинок. Станок, стоящий в углу, покрылся пылью и служил вешалкой блестящему платью – возможно, единственному или самому яркому выходному. В центре комнаты стоял крошечный кофейный столик; бумаги подпирали очаровательный ярко-красный ретродиванчик.

Барбара присела первой и похлопала по месту рядом с собой. Роберт немного поколебался; воздух в кабинете был спертым, отчего голова слегка кружилась. Он присел в другой угол дивана и бросил быстрый взгляд на чашку кофе. Барбара пригубила из одной из них.

– Итак… что вы хотите знать?

– Наверное, вы уже слышали о краже в Институте, – ответил Роберт. Барбара глянула на него выжидающе. Он так и не притронулся к кофе.

– Приятно лично столкнуться с вашим «нюхом гончей». Мне действительно кое-что известно. Но, пожалуй, я должна вас уведомить, что не в моих правилах делиться информацией в одностороннем порядке.

– Это значит…

– …что вы расскажете мне свои секреты, мистер Вельт.

Он поднял руки, как бы сдаваясь.

– Моих читателей очень интересуют подробности вашего развода.

Роберт прикрыл глаза. Он разошелся с Сюзанной Эйр не более пары месяцев назад, и эта история… о, ну о чем же еще могла спросить мисс Флинн, владелица и главный редактор самой желтой газетенки, которую только можно себе представить.

– Договорились.

– Тогда ответ за ответ. – Барбара улыбнулась. Она вытянула маленький диктофончик из нагрудного кармана и нажала на кнопку, а затем взялась за блокнот.

– Что случилось с Рексом?

– О, вы так хорошо осведомлены. – Барбара покачала головой. – Полагаю, он убит и сейчас находится на пути к лучшему миру – или моргу. Моя очередь! Кто был инициатором разрыва?

– Это было обоюдное решение двух людей, которые больше не могут выносить друг друга. – Роберт пожал плечами под цепким взглядом Барбары. – Ваш муж убил Рекса?

– Мой муж, хоть он и вспыльчивый человек, не имеет к этому никакого отношения. Рекса убил кто-то еще. И что, неужели не было «третьего человека»?

– Никого, кто мог бы ухудшить отношения, подошедшие к концу. Знаете ли вы, во сколько произошла кража?

– До пяти утра. А что насчет…

– Откуда вы это знаете?

– Ох, как вы нетерпеливы. – Барбара подвинулась ближе и заглянула ему в глаза. – Джентльмен должен уметь дождаться своей очереди. Но, знаете, я отвечу. Рекс был у меня в четверть пятого. Мы провели немного времени вместе, прежде чем он покинул мой дом.

– Откуда вы знаете, что кража на тот момент уже состоялась?

– У вас есть кто-то еще?

– Что?

– Замена вашей очаровательной бывшей супруге. Вы уже нашли ее?

– Я никого не искал.

– Значит, ваше сердце свободно?

– Откуда вы знаете, что кража состоялась до пяти утра?

Барбара рассмеялась. Она выгнула спину, как кошка, и потянулась к сумочке, оставленной на столике. Ее пальцы выудили что-то, какой-то сверток размером с ладонь. Она неторопливо опустилась назад и развернулась, намереваясь, видимо, поводить свертком перед носом Роберта, как перед котенком. Увы, она позабыла об одной важной детали.

О том, что он был магом.

Роберт пошевелил пальцами. Сверток вырвался из хватки собеседницы с такой скоростью, что она не успела его поймать. Он опустился в руки Роберту, и тот сразу же его раскрыл. Барбара вдохнула полной грудью и вернулась к кофе.

Роберт озадаченно рассматривал попавшую в его руки бумагу. Это был чертеж. Его чертеж. Ничего необычного: модель рычажного подъемника, которую он разработал совместно с отцом. Кажется, Барбара считала замешательство по выражению его лица.

– Вас удивляет, что украли именно это?

– Пожалуй… Не вяжется. Они украли прототип генератора магической энергии, и это я могу понять, но чертеж…

Барбара навострила ушки. Роберт откашлялся и сложил чертеж во внутренний карман.

– Откуда он у вас?

– Напоминаю, что сейчас моя очередь. Вам пришлось столкнуться с супружеской неверностью? Лейтенант Эйр известна своим… ветреным характером.

– Ничего такого, что могло бы оскорбить мужчину.

– Как жаль… Чертеж дал мне Рекс. – Она отключила диктофон. – Ну, если быть точной, мне пришлось столкнуться с внутренностями его сумки, пока он был в душе. Если вы понимаете.

Она снова нажала на кнопку.

– Понимаю. У вас есть что-нибудь полезное, что вы могли бы сообщить об этом деле?

– А у вас? – Она улыбнулась.

Роберт склонился к ней и понизил голос:

– Что насчет судов об имуществе, это вас интересует?

Она сделала вид, что задумалась:

– Рекс был напуган в тот день. Он не сказал ничего конкретного, но я поняла, что он поссорился с кем-то. Возможно, с подельником, этого я не знаю.

– Рекс был магом?

– Храни нас Антилана, конечно, нет! Так что там с судебными тяжбами?..

– Несмотря на то что мы заключали брачный контракт, я передал Сюзанне некоторое имущество, к которому она привыкла. В основном движимое.

– Значит, она стала завидной невестой.

Роберт пожал плечами и потянулся к диктофону. Нажал на кнопку, останавливая запись.

– Если кому-то хочется доедать за Робертом Вельтом. – И вновь включил его.

– Последний вопрос. Вы знаете кого-либо, кто был бы магом управления кровью или чем-то подобным?

– Увы, Роберт, это вне моей компетенции. Пожелаете что-нибудь нашим преданным читателям?

Он усмехнулся:

– Покупайте таблоиды с моими интервью, возможно, в одном из них я когда-нибудь скажу всю правду.

Барбара издала сдержанный смешок, а затем поднялась, чтобы открыть дверь.

Патти было скучно. Вообще-то, она не была склонна к скуке. Но обычно ей и не приходилось испытывать на себе долгое ожидание. Когда стрелка перемахнула за час, ей надоело наблюдать за задремавшим Ронни. За переливами огоньков на автомате с газировками. За покачивающимися на ветру проспектами. И она начала наблюдать за девушкой.

Та поначалу не делала ничего необычного: очевидно, она работала, периодически отвлекаясь на какие-то посторонние журналы, но это не было чем-то из ряда вон выходящим. Во всяком случае, Патти никогда бы не отругала за это свою работницу. Однако порой… она озиралась и склонялась ниже к столу, под стойку. Патти прищурилась. Эта тайна не избежит ее журналистского любопытства!

Патти поднялась на ноги, ее легкая поступь легла отзвуком на грязный пол. Едва ли мисс за стойкой услышала это. Она подобралась совсем близко, если не сказать – опасно близко, когда стойка вдруг… мяукнула на нее. Патти подскочила, едва не сбив вазочку с конфетками. Что за ерунда?!

Кэри подскочила следом.

– Что вы делаете?! – возмущенно воскликнула она, и тогда – Патти готова была поклясться – она увидела уши. Крошечные кошачьи ушки.

Никто не смеет прятать кошек от Патти Кимри!

Кэри, похоже, была иного мнения.

Патти порылась в сумке; краем глаза она видела, как Кэри пытается удержать кошку под столом, но та, вероятно, была слишком юркой и легко миновала ее объятия. Патти вытащила бутерброд в бумажной обертке и пошуршала ею. Кошка запрыгнула на стойку и, мельком понюхав предложенное лакомство, проследовала дальше без малейшего интереса.

О нет, так она это не оставит. Патти быстро подобралась к Ронни.

– Вставай! – зашипела она и, когда он подскочил на месте от неожиданности, сунула ему в руку мелкую купюру. – Срочно принеси что-нибудь! Что-нибудь, что не включает в себя хлеб, салатный лист, колбасу и горчичный соус.

И отбежала.

Кошка, точно жидкость, избегала пальцев Патти, но кончиками та ощущала легкую щекотку и остроту ее шерстинок. О, как хотелось ее погладить! Бело-серая шерсть казалась мягкой, как перина, и полосочки походили на пересекающие дорогу разделительные линии. Ронни возник тут как тут, и Патти, не глядя, показала ему на стулья.

Кошка заинтересовалась звоном, что он издавал при ходьбе. Значит, он угадал! Патти с предвкушением повернулась к нему, и… серьезно… газированный лимонад?!

Ронни вывалил на журнальный столик пяток (она не давала ему столько денег!) маленьких цветных бутылочек. Кошка мгновенно прильнула к его рукам. Попыталась потереться ухом о биттер-лемон.

Что ж, Патти умела принимать мир таким, каким он был. Она отвернула крышку, и кошка возбужденно заперебирала лапками. Патти налила немного себе в ладошку. Нетерпеливый шершавый язычок заскользил по коже. Какая прелесть!

Роберт вышел через несколько минут. Хлопок двери спугнул кошку, однако Патти оставила для нее открытую бутылку. Они вышли наружу молча, а после, когда отошли чуть дальше по ходу движения, обменялись показаниями.

– Значит, мужа арестовали зря… напомни, где было найдено тело?

– В реке. – Ронни возник, загородив солнце. Патти многозначительно покивала.

– И правда, зачем мужу убивать его вне дома… Если он, конечно, не тот тип «расчетливого» убийцы, который планирует все заранее.

– Очень в этом сомневаюсь. – Роберт с подозрением взглянул на издательство Барбары.

– Может быть, нам стоит ознакомиться с телом в морге?

– Едва ли нас туда допустят.

Роберт пошел дальше. Патти нагнала его и подняла голову, заглядывая в лицо. Ронни растерялся, стоит ли ему тоже перегородить Вельту путь.

– Мы можем попросить капитана танатологического департамента. Мистера Линча.

Роберт нахмурился. Да, старые дела связывали их раньше, но теперь… Впрочем, он всегда предпочитал попробовать. Он остановил машину и открыл для Патти дверь. Ронни устроился рядом. Сам Роберт – сел на пассажирское сиденье. Автомобиль тронулся и двинулся дальше, на северо-восток, к третьему отделу. Мимо пролетали дома: кирпичные, низкие, украшенные разноцветными вывесками, витиеватыми буквами; между ними ютились крошечные деревья – для роста им оставили не больше полуметра. Весь Лэнсборо от земли до остриев крыш был закован в камень и овевался черным дымом расположенных на севере заводов. В таком воздухе сновали туда-сюда люди: молодые и старые, деловые и праздные – и все они несли в своих головах целые ворохи мыслей.

Таким был и Роберт.

Машина свернула на подъездную дорожку и остановилась у танатологического департамента. И Роберту, и Патти это здание было знакомо – так же, как и между собой, их с этим местом связывала бывшая профессия – три года назад они служили в одном участке общего департамента полиции в течение нескольких месяцев. В отделе уголовных расследований, если быть точным.

Ронни выскочил из машины и открыл Патти дверь. Роберт пошел по каменной насыпи прямиком к тяжелой двери со стеклянным окошком, намереваясь попасть в участок и пожать руку старому приятелю – Нейтану Линчу, служившему здесь капитаном.

– Капитан Линч отсутствует, – тут же огорчила Роберта девушка в цветочном платье и с зажатым между пальцами мундштуком. Было странно видеть человека в таком виде за стойкой полицейского участка. Она будто считала его взгляд и улыбнулась. – И моя сестра тоже отсутствует. Меня зовут Марта. Вы, должно быть, знакомы с офицером Питчер?

Роберт кивнул. Он действительно заставал эту строгую, подчиненную распорядку женщину за этой самой стойкой – каждый раз, когда бы ни пришел. Неужели так выглядит ее… сестра?

– Они оба…

– Сестра приболела. Спасибо, что поинтересовались. Капитан Линч в данный момент на задании за пределами города. Если хотите, я могла бы устроить вам встречу с его заместителем.

Роберт втянул воздух. Если уж сам Нейтан Линч выехал на задание… Значит, дело было чрезвычайной важности. Но что ж, выбора не оставалось. Он коротко кивнул и опустился на стул в зале ожидания рядом со своими спутниками. Заместитель появился довольно быстро и без всяких проволочек проводил их с Патти в подвал – к моргу. Ронни пришлось остаться на месте.

Когда тяжелые двери морга закрылись за их спинами, работник положил тело на стол.

– Что видишь? – спросил Роберт.

Патти осторожно приподняла ткань, укрывающую тело с головы до ног, и едва не отшатнулась.

– Простите, – обратилась она к заместителю капитана. – Мой спутник… я хотела бы, чтобы он все же спустился сюда. Это необходимо для опознания тела.

Заместитель развел руками:

– Тело уже опознано. Поймите меня правильно, – он понизил голос, – ваше нахождение здесь уже нарушает ряд правил. Прошу, не усугубляйте мои потенциальные проблемы.

– Мы сделаем все максимально быстро, – ответил Роберт и вернулся к телу.

На нем не было никаких особых следов, возможно, улики смыло водой. Была пара глубоких ран – на шее и груди, – но сейчас сложно было понять, чем конкретно их нанесли. Это походило на удар наотмашь, будто некто сильный ударил жертву чем-то бугристым и подвижным, как плеть. Кровь спеклась в углах ран, они выглядели гораздо более… старыми, чем сам труп. Словно появились до того, как несчастный умер, и оттого ткани сгнили сильнее, чем остальное тело.

Роберта точно молнией пронзило. Он повернулся к Патти, и она без лишних слов кивнула. Похоже, она думала о том же. Кто-то помог гниению этих ран распространиться быстрее, чем по всему остальному телу.

Патти, поборов первичное отвращение, дотронулась до руки трупа. Она хотела рассмотреть ногти на предмет следов борьбы, но вдруг ее внимание привлекло что-то другое. След от перстня на безымянном пальце. Может быть, его ограбили?..

– При нем были какие-то вещи, когда его обнаружили? – Роберт повернулся к заместителю капитана.

Тот пожал плечами:

– Одежда и пара безделушек вроде зажигалки и крышек от бутылок. Если сумка и была, ее украли. О, точно, его кошелек нашли у одного из бездомных, но, естественно, уже пустой. С парнем сейчас разбираются…

– Можно с ним переговорить?

– Позже. Он не вполне пришел в себя, если вы понимаете. – Заместитель тронул шею. Роберт покачал головой – алкоголь становился настоящим бичом Лэнсборо. Эта мысль напомнила ему о вечернем выступлении в «Роял Робби» – баре-ресторане, в который он вложился пару лет назад. Ну что за мучение…

– Думаю, мы закончили. Благодарю за помощь.

Заместитель медленно кивнул и указал на дверь, ведущую наружу.

Когда они вышли на воздух, часы показывали четыре часа. У них был час на обдумывание версии и смену костюма до того, как Роберту пришла бы пора сесть за рояль.

– Он был женат? – Патти повернулась к Ронни. Тот шмыгнул носом.

– Такие парни никогда не женятся.

– Однако на его пальце след от кольца…

– Может, просто украшение, – предположил Роберт. – Патти, вы придете в «Роял Робби» вечером?

Она немного замялась:

– Мне нужно найти Мэнди, и тогда, думаю, мы сможем посетить его вместе.

Роберт кивнул:

– Увидимся там.

С легкой нервозностью Патти наблюдала, как уезжает Роберт. Едва ли она успевала заскочить домой для того, чтобы переодеться, но… Мэнди и ее кольцо, признаться, вызывали беспокойство, и если поначалу дело так захлестнуло ее, что она пустила эти мысли бродить где-то внутри головы, то теперь пламя подозрений нешуточно разгоралось. Они с Ронни поймали автомобиль за таксу – таксомотор, – и Патти открыла записную книжку. Так, где же живет Мэнди…

У нее глаза на лоб полезли. В Аптауне?! Ронни задумчиво почесал голову. Ничего не оставалось: автомобиль тронулся в сторону самого фешенебельного и дорогого во всех смыслах района. Патти знала: даже полицейскими тут работали в основном наследники известных семей или просто люди, способные позволить себе выезд на курорт каждый квартал.

Они проехали мимо Университета Лэнсборо, затем свернули на улочку бутиков, как их называла Мэнди, – необъяснимо дорогих магазинов одежды и аксессуаров, и проехали дальше, почти к самому зданию полицейского участка номер один. Неужели она живет прямо напротив? Патти вышла из машины и обошла дом, чтобы проверить номер дома. Это было приземистое здание в четыре этажа, щедро украшенное по лицевой стороне. Патти немного замялась. Присутствие в таких районах всегда давалось ей немного тяжелее. Она же не Роберт!

Дверь первого подъезда приоткрылась, и из него вышла хрупкая старушка. Она закурила. Патти осторожно устроилась рядом:

– Ну и денек, да?

Старушка посмотрела на нее с прищуром:

– Не то слово… А вы?..

– О, я миссис Патти Кимри. Я ищу свою подругу, она проживает в этом доме. Правда, моя оплошность – я не записала номер апартаментов.

– И кого ж вы ищете?

– Мэнди Парсон. Это молодая…

– Да уж знаю я Мэнди, – хмыкнула старушка. – Язык у нее длинный, да ум… а, что сейчас говорить про молодежь! Вам нужен номер восемнадцать. Только ее нету.

– В каком смысле нету?

– Ну, уехала она. Кутить, наверное.

– Это на нее похоже. – Они обменялись понимающими улыбками. – Она не сказала, куда поедет?

– Я слыхала, сегодня какой-то особый вечер в одном из баров на Парк-авеню, относящегося к этим… Даунтанскому полиц-как-его-департаменту, в общем. Может, туда, а может, и нет.

Патти хмыкнула:

– Большое вам спасибо!

Старушка кивнула. Патти поднялась на ноги, но собеседница ухватила ее за рукав.

– Ты ей скажи… Пусть не хвастается всем подряд. Люди разные бывают. Я знавала ее бабулю, не хотелось бы мне, чтоб с ее внучкой все кончилось плохо.

– Я понимаю. Обязательно ей передам.

Старушка разжала пальцы, и Патти вернулась к Ронни.

– Едем в «Роял Робби». Если Мэнди где и появится, то точно на Парк-авеню. Гляди в оба, ладно?

– Конечно! – Ронни отдал честь не той рукой и поспешил поймать таксомотор, чтобы отправиться в Даунтаун. Патти погрузилась в раздумья, занявшие ее все время по дороге на Парк-авеню. Каким образом кража в Институте и труп Рекса могут быть связаны с неуместно дорогим кольцом на руке ее подруги? Или это всего лишь совпадения?

Район, в который они въехали, располагавшийся на севере, был гораздо менее роскошным, чем Аптаун; в темных проулках шелестел шепот, роилось невидимое движение; закон здесь полиция поддерживала более жесткими, чем было комфортно для Патти, методами. Однако здесь же было больше всего цветных огней, шума и веселья. Перевозчик остановил машину перед самой границей районов, и Патти выпорхнула из нее, чтобы втянуть ароматы жареных каштанов и машинного масла. Даже воздух здесь был другим. Ронни выпрямил спину. А у него ведь довольно широкие плечи для юноши его возраста! Патти, правда, так и не смогла добиться от него ответа, сколько все же ему лет.

Они довольно быстро миновали пару заводов и полоску жилого квартала. По мере того как солнце клонилось к горизонту и загоралось все больше фонарей, прохожих тоже становилось больше. Патти с удовольствием присоединилась к ним и протащила Ронни до «Роял Робби», вливаясь в единый организм под названием толпа.

Перед входом в бар уже собралась очередь. Здесь были и стиляги, и тусовщики, и серьезные джентльмены с сигарами и деловыми лицами. Были и бандиты из местных банд, те, что побогаче. Кажется, Патти даже видела пару полицейских, во всяком случае, уж точно достаточно знакомых лиц.

– Кто это у нас тут? – пропел мелодичный голос, и Патти сразу же узнала его. Мис Шервуд, их с Робертом бывший коллега, подхватил ее под локоть и втянул в самое начало очереди. Он был один, Патти так и не разглядела в толпе лица его постоянного спутника.

Волосы его были острижены по подбородок и смешно топорщились нескладными волнами. На нем был цветной жилет – что-то новенькое в его стиле.

– Обниматься не будем, – сказал он и обнял ее. Затем смерил взглядом Ронни. – Охрана что надо. Ну-с, какими судьбами?

– Сегодня выступает мистер Вельт, – отвлеченно ответила Патти.

Мис прищурился:

– И что, совершенно никаких дел, в которые ты пытаешься по-журналистски влезть?

О, он хорошо знал ее. Знал, что она больше похожа на борзую, чем на болонку, хотя внешне по ней и не скажешь. Знал еще, что ее быстрый ум начинал чахнуть, если ей нечего было расследовать. Да, она ушла из полиции, но этот инстинкт… от него нельзя было избавиться.

У Миса, напротив, всякий инстинкт отсутствовал. Патти порой удивлялась, как он, прирожденный мошенник, добавленный к их отряду принудительно для помощи следствию, сумел, в отличие от нее, задержаться в полиции. Он оказался на удивление честным, когда пришло время работать в интересах закона.