Разделение личности. Личность злодея: Новая игра. Том 2

— Пам-парам-пам-пам…

Надеюсь, что вот-вот придёт осознание происходящего. Жду… очень долго жду… жду, но озарения не происходит. Видимо, нет смысла даже пытаться додумываться до чего-то осмысленного, и стоит уже наконец шагнуть вперёд, под горячий поток воды.

Мм-м, да, класс…

— Хорошо. Всё будет хорошо. Всё будет хорошо, я это знаю… знаю…

Какая интересная вода! Вроде я не использую никакого мыла, но она идеально очищает мою бронзовую кожу от всех загрязнений. Да и вкус у неё необычный.

— А я хочу. А я хочу опять. По крышам бегать голубей гонять. Дразнить Наташку, дёргать за…

Точно, надо бы раздобыть Наташку-симпатяшку, а то я давно уже женских сисек не нюхал. Вот только где её раздобыть? Планета, вроде как, необитаемая.

Стоило мне сделать шаг в сторону, как поток воды тут же прекратился.

Оборачиваюсь и пристально смотрю на недавно работающую лейку.

— Ну и где ты прячешься? Латентный подглядыватель.

Повернув голову, я стал медленно водить глазами по белым стенам. Однако во время процесса поймал себя на мысли, что занимаюсь непонятной галиматьёй.

— Опа! А это что за тряпочка? М?! Гыг-гы.

Радуясь, как ребёнок, я подбежал к крючку на стене и рывком стянул с него белоснежный кусок ткани.

В голове всплыло озорное воспоминание, как, будучи ребёнком, я сидел закутанный в белые простыни перед телевизором и с горящими глазами смотрел мультик про Геракла.

Хоть детство и осталось в далёком прошлом, но мои руки всё ещё помнят, как правильно обматываться простынёй, чтобы походить на богов Олимпа.

Закончив с перевоплощением, я ещё раз осмотрел себя, нашёл неправильные заломы ткани и быстро всё поправил. Осмотрев наряд и убедившись, что всё сидит как надо, я выпятил вперёд грудь и встал в героическую позу Геракла.

— Как я могу доказать, что я герой, если никто не даст мне и шанса?!

Обычно после этих слов тётушка отправляла меня мыть посуду, выносить мусор и выполнять двенадцать подвигов Геракла.

— Хорошая мысль. Надо разведать обстановку и найти кухню с большим холодильником.

Выбрав направление наобум, я зашагал в сторону дальней стены. Шагаю и удивляюсь белоснежному материалу напольного покрытия. На этой блестящей и идеально гладкой поверхности мои босые ноги совсем не скользят.

— Опа-а-а! А вот и железные ворота-а-а!

Интересно, как я сразу эту махину не заметил? Видимо, плохо осматривался, без должного энтузиазма.

Стоило подойти поближе, как механизм ворот пришёл в движение. Тяжёлые створки раздвинулись и спрятались внутри стен.

Перешагиваю через порог и оглядываюсь.

С виду я оказался в том же самом коридоре, пробежавшись по которому мне посчастливилось выпасть из гнезда.

— Тамара Петровна, простите, что я называл Вас ехидной и кикиморой. Вы были мудрой женщиной, когда ругали меня за беготню по школе.

Закрыв глаза и вслепую тыкнув пальцем, я выбрал направление и зашагал по коридору на поиски приключений.

— Дили-дили. Трали-вали. Это мы не проходили. Это нам не задавали. Это мы не изучали. Это нам не помогали. Парам-пам-пам. Парам-пам-пам.

По пути встречается множество железных дверей, но я не собираюсь бездумно в них заходить. Поначалу погуляю по коридору. Подожду, пока моя хромая удача заведёт меня куда надо и столкнёт под поезд.

Всё это сооружение весьма огромное. Тут наверняка есть система перемещения: лифт какой-нибудь или даже самый настоящий телепорт. Однако ничего подобного я пока тут не замечаю, кругом лишь однотипные чёрные стены и массивные железные двери.

— Так-так… Странно-странно.

Вроде давно я уже тут гуляю, но так ничего экстраординарного не случилось. Обычной мой магнит в заднице притягивает гору событий и сваливает эту кучу мне на голову. Однако сейчас всё тихо и спокойно.

— Мне становится скучно, и это очень опасно…

Остановившись перед очередной развилкой, я глубоко задумался о том, что надо бы подумать и что-нибудь да придумать.

— А что если…

Блин. Ничего в голову не лезет. Соображалка на нуле, а под рукой нет ни бензина, ни батареек. Раз гора не идёт ко мне, значит надо её позвать.

— Кхм-кхм.

Горло прочищено. Воздух в лёгкие набрал. Теперь можно смело звать великого Дедушку Мороза.

— Оскар! Где мои подарки?!

Звук срезонировал от стен, и я заслужил небольшой звон в ушах. Однако оно того стоило. Акустика тут просто улётная.

Вдруг краем глаза замечаю какое-то мельтешение. Резко разворачиваюсь и вижу, как в воздухе из световых лучей образуется голографический мужской силуэт.

— Так вот ты и показался! Латентный подглядыватель.

— Да, я действительно мониторю всё происходящее на подвластной мне территории, будучи незримым для посторонних наблюдателей.

— Ох ты, какой у тебя механически выверенный электронный голос. Я, блин, обрадовался, что нашёл собеседника. А ты оказался бездушной программой.

— Если желаете, я могу изменить настройки паттернов поведения, чтобы больше походить на человека.

— Не-не-не. У меня был уже горький опыт… Хотя всё же данную настройку стоит изменить. Но давай вернёмся к этому чуть позже. Сейчас было бы неплохо стереть из твоей памяти все фотографии моей обнажённой попочки.

— Слушаюсь. Все видеоматериалы, на которых Владыка запечатлён без одежды, удалены.

Так всё же я был прав, предполагая, что интерфейс связан с летающей по небу перевёрнутой пирамидой. И раз он назвал меня Владыкой, значит, я являюсь его непосредственным начальником. В таком случае надо бы подумать над кличкой для моей новой собачонки.

— Кстати, ты не сказал, кто ты такой. Можешь представиться?

— Я являюсь основной системой контроля колониеобразующего ретранслятора-маяка.

— Ни фига, ты важный, хрен бумажный.

— Моя конструкция, в основном, состоит из высокоуглеродистых материалов. Уверяю Вас, для создания маяка бумага не использовалась.

А мне нравится его чувство юмора. Общение с таким дегенератом поднимает настроение. Изначально я хотел что-то сделать с его электронным голосом и голографическим телом, но сейчас понимаю, что он идеален. Ничего тут менять не надо. Тем более не стоит лезть в настройки поведения. Хотя всё же имя придумать-то надо.

— Так значит, вся эта огромная летающая над землёй хреновина является твоим телом?

— Маяком управляет множество различных систем. Я слежу за их работой и контролирую результат.

— Ну я так и говорю. Ты мозг пирамиды. Большой начальник в своём электронном мире. Верно?

— В Вашем изречении есть несколько неточностей, но суть такова.

Смешно и грустно одновременно. Как можно ответ, подразумевающий обычное «да», превратить в столь длинное и нудное изречение?

Мне, конечно, этот парень нравится, но вместе с этим он меня и бесит.

— Короче, я решил, что тебе подойдёт имя одного небесного города. Олимп.

— Новое наименование сохранено и внедрено в журналы и внутренние инструкции системы.

— Ну вот и ладушки. С этим мы разобрались. Теперь объясни, где тут место дислокации большого холодильника со вкусной едой.

— В отсеках маяка холодильника нет. Для утоления голода рекомендую использовать органический преобразователь, способный воссоздать готовую для употребления еду, наполненную необходимыми для жизнедеятельности нутриентами.

— Нет. Ты чего? Никакого полезного питания. Мне нужна зашкварно вредная и максимально вкусная еда. Хочу ведро химозного мороженного с ярким ароматом ванили.

— Заказ принят. Процесс запущен. Следуйте за мной.

Голографическое тело Олимпа развернулось, и он поплыл по воздуху. Улыбнувшись, я последовал за ним.

— Со спины ты больше похож на призрака. Полупрозрачный, летающий призрак.

— Если Вас не устраивает мой внешний вид, мы можешь внести изменения.

— Не хочу, не буду, и не предлагай больше. Мне нравится то, какой ты есть сейчас. Боюсь, что если начну переделывать тебя, то только испорчу. Тогда ты перестанешь мне нравиться. Ты ведь не хочешь перестать мне нравиться?

— Одна из поставленных мне установок — это следить за комфортом Владыки.

— Поверь, зря ты это сейчас сказал. Я ведь тот ещё лентяй. Умею профессионально залазить на чужие шеи и виртуозно ездить на чужом хребте.

Новая игра — Глава 4. Химозный вкус

Сопроводив меня до нужной двери, «призрачный друг» растворился в воздухе. Я вновь остался в одиночестве. Но меня это никак не печалило. Даже наоборот, я протяжно вздохнул и с облегчением закатил глаза.

— Тишина…

Олимп, конечно, забавный чувак, но он почти сразу начал меня утомлять своей нудной духотой.

Миновав проход с раздвижными дверями, я стал неспешно водить глазами, оценивая помещение.

— Чем-то напоминает школьную столовую. Надеюсь, тут нет жирной поварихи Клавдии, которая мужским басом орёт на детей.

В центре широкого зала располагалась зона приёма пищи со множеством длинных обеденных столов. А в самом конце помещения разместилась странная конструкция с электронными панелями и широкой столешницей, похожей на раздатчик еды.

— Ну и где мне искать обещанное мороженое?

Вдруг передо мной сформировался голографический женский силуэт.

— Мороженое уже готово. Займите место за столом, и я его принесу.

Договорив, она тут же растворилась в воздухе.

Хоть голос девушки и звучал неестественно — без души, но мне всё равно было приятно послушать этот миловидный электронный скрежет. Поэтому я незамедлительно приступил к выполнению её просьбы и направился к ближайшему столу.

Но тут до меня дошла истина. В голове всплыло осознанное непонимание противоестественного заявления о действии, нарушающем законы физики:

— Эм-м… Принесёт? Каким образом голограмма сможет соприкасаться с посудой?

— Посредством электромагнитного поля, — раздался голос Олимпа.

— Ай, ты ж… Мать моя стеклянная! Ещё раз так испугаешь своим появлением, я засуну в твоё гузно огромный колокол, чтоб при каждом твоём шаге раздавался протяжный звон боли и раскаяния!

— Угроза принята к сведению. Сформировано предостережение в базах знаний. Установлен запрет на формирования голограммы за пределами зрительного контакта Владыки.

— Вот и правильно. Нечего тебе делать за моей спиной… Ладно, пошли присядем. У меня появились тут кое-какие мысли.

— Слушаюсь.

Подойдя к столу, я поправил свои одеяния и натянул белую ткань так, чтобы ненароком ничего не помять, когда буду садиться.

Тем временем Олимп растворился в воздухе и снова появился уже сидящим на противоположном от меня стуле.

— Знаешь, что скажу. Твоя телепортация выглядит действительно эффектно. Однако складывается впечатление, будто ты тут красуешься передо мной.

— Не понимаю суть претензии.

— Нечего тут понимать. Просто выпендривайся поменьше. Хорошо?

— Усвоил. Сохранил.

Повернув голову, я увидел, как полупрозрачная девушка вышла из-за стойки с железной миской в руках и направилась в нашу сторону.

— Олимп, а как много подобных ей голограмм работает в пирамиде?

— Восемнадцать тысяч триста четырнадцать узконаправленных специальных ИИ.

— Ну, значит, от вас не убудет, если я позаимствую десяток другой голограмм.

— Каждый искин ответственен за свою конкретную область. Если его выдернуть из привычной рабочей среды, то это снизит эффективность самого маяка.

— Ой, ничего страшного! Переживёшь. У меня тут гениальная идея созрела, а ты пытаешься меня обломать.

Подойдя к нашему столу, полупрозрачная девушка поставила на него широкую металлическую миску, наполненную желтоватым мороженным. И так же выставила передо мной несколько вилок и ложек, разных форм и размеров.

Не понимая, зачем мне столько столовых приборов, я повернулся, чтобы задать вопрос, но её там уже не было. Она испарилась.

Пожав плечами, я схватил самую большую ложку, зачерпнул немного деликатеса и поднёс к губам.

— Мм-м, да… М-м? М-м?! М-м!!!

Я почувствовал, как по моему пищеводу распространяется приятная прохлада, и мой внутренний ребёнок начал феерично ликовать.

— Это ведь то самое отвратительное химозное мороженое с ванилью! Тот самый вкус, того самого дешёвого и самого лучшего в мире мороженого. Да! Я в раю-ю!

Вспомнив про Олимпа, перевёл взгляд и посмотрел на него. Но несмотря на все мои возгласы, его призрачная поза совсем не изменилась. Он всё так же безучастно сидел напротив меня и толком не шевелился.

— Короче, Олимп, ты можешь скорректировать внешность этой дамочки и настроить шаблоны её поведения так, чтоб она хоть немного походила на человека?

— Главная задача данной программы — следить за работоспособностью пищевых преобразователей и готовить еду на заказ. В неё заложены минимальные социальные навыки, но их недостаточно для поддержания полноценного разговора. После визуального преобразования она по-прежнему будет ощущаться искусственно из-за отсутствия подсистем, участвующих в симуляции человеческого поведения.

Взяв вторую ложку, я продолжил уплетать мороженое, но уже держал приборы в обеих руках.

— Мне не нравится, что ты даже не попытался найти решение и сразу выкатил своё категоричное «нет». Обламываешь весь кайф… Давай сюда книгу жалоб, я туда запишу гневную претензию.

— Сформировав суть проблемы, я отправил поставленный вопрос субъекту, который обладает достаточными вычислительными мощностями и креативным подходом, необходимым для поиска ответа.

— А чего ты этого умника сюда не позовёшь? Мне не особо хочется играть в испорченный телефон.

— Это невозможно. Субъект всё ещё пребывает в гибернации.

— Так-так-так. Неужели ты сейчас говоришь об Оскаре?

— Верно.

Положив обе ложки на стол, я отодвинул миску немного в сторону, а после посмотрел на Олимпа, вложив в свой взгляд всю потаённую серьёзность.

— Можешь отправить ему сообщение?

— Записываю.

— Нет. Тут не видео нужно, а фото. Вот смотри, сфотографируй вот это.

Я поднял кулак с выставленным средним пальцем и замер, ехидно улыбнувшись, ожидая щелчка фотоаппарата.

— Отправил.

— Что он ответил?

— Ничего.

— Тогда перефоткай.

Сменив выражение лица на более обиженное, я выставил уже два средних пальца.

— Отправил.

— Ответил?

— Нет.

— Пидора ответ.

— Переслал.

— Я вообще-то не его так назвал… Ну и ладно. Пусть знает, кто он и с чем его едят.

— Оскар ответил на сообщение с уничижительным наименованием гомосексуального мужчины.

— Ого. Неожиданно. Что там?

— Он прислал подробную инструкцию, как наделить небольшую группу искинов человечностью без негативных последствий для автономных систем маяка.

Взяв ложки и вновь пододвинул к себе миску с мороженым, я продолжил трапезу.

— Хах… Полезный сукин сын!

Хотя, может, не стоит его так называть? Мы вроде как из одной стеклянной мамки вылезли.

— Кстати, Олимп, как ты считаешь? Если мы с Оскаром родом из одной пробирки, являемся ли мы с ним братьями?

— В ваших генетических материалах нет ничего родственного.

— Не. Я про дружбанское братство спрашиваю.

— Социальные правила и нормы диктует общество, в котором пребывает индивидуум. На этой планете нет разумных существ. Некому осуждать Владыку за острые высказывания и необычные предпочтения.

— Осуждать?! Предпочтения?! Ты на что тут намекаешь? Хотя нет. Не отвечай. Вообще не стоит продолжать эту тему...

Знать не знаю, какие гендерные настройки заложили в Олимпа, и знать не хочу. Потому как уверен, что в его цифровой голове таится что-то максимально извращённое…

Нет! Выбрось это из мыслей! Никаких излишеств. Постараемся построить мир на этой планете так, чтоб тут была лишь только классическая любовь…

Ладно-о-о. Уговорил. Тентакли, так уж и быть, сделаем. Но больше никаких излишеств. Одни лишь традиционные ценности и сплошная классическая любовь.

Хотя-я-я-я, может если только... Нет! Всё равно нет. Может, больше да, чем нет… Но всё же нет.

— У каждого психа — свои голоса в голове. Согласен? Не отвечай. Вместо этого моргни два раза и перешли мне на интерфейс то удивительное решение, которым с тобой поделился Оскар.

— Выполняю.

Через мгновение перед глазами раскрылось масштабное окно, заполненное мелким текстом.

— Едрить мою стеклянную душу, это что за буквенный высер? Мать моя магическая, да тут целый любовный роман… Ладно, я всё же умный. Немного посижу, сосредоточусь и разберусь.

Пробежав глазами по тексту, замечаю, что многие предложения ссылаются на какие-то записи в журналах и технические правила. Также постоянно используются непонятные аббревиатуры. Не зная контекста, осмыслить написанное становится ещё сложнее.

Читаю, пытаюсь осознать и просто тупо вникнуть, но не понимаю ничего. Ощущение, что все эти несвязанные друг с другом предложения написаны на инопланетном языке.

— В жопу этого ёжика! Свяжись с Оскаром и скажи, что мне требуется краткий пересказ простым языком.

— Передал. Он сообщил, что уже работает над текстом.

— Ну, и через сколько он закончит?

— Готово. Пересылаю.

Огромное полотно с бесконечным текстом исчезло, и на его месте появилось маленькое симпатичное окошко интерфейса, на котором красовалось всего несколько предложений.

Отсортировать искинов по масштабу их влияния на механизмы работы маяка и создать отдельную группу, куда стоит отнести программы, с минимальным количеством взаимосвязей. Для избегания спорных моментов рекомендуется обратить внимание на искинов, ответственных за развлекательные модули маяка.

Рекомендуется ограничить доступ сформированной группы ко внутренним системам маяка и переназначить их права в основных протоколах безопасности.

Для оживления искинов рекомендуется связать программы с человеческими созданиями, которые хранятся в ретрансляторе. Список достойных кандидатов закреплён в приложении.

После удачного симбиоза живого разума с программой рекомендуется предоставить им тела с функционирующей нервной системой. Всплески гормонов наполнят искусственные сознания присущими человеку эмоциями.

В конце сообщения нашёл две кнопки. После нажатия на первую раскрылся перечень искинов. А прощупав вторую кнопку, увидел уже список имён и фамилий людей.

— Та девчонка, которая мороженое мне притащила, есть в этом списке?

— Четвёртый пункт. Система контроля пищевых преобразователей.

— Ага, вижу… М? Приятная неожиданность.

Стоило мне её выбрать, как немного в стороне раскрылось ещё одно окно интерфейса, по центру которого крутилась трёхмерная модель обнажённой девушки.

Прощупав расположенные по бокам ползунки, я заулыбался и от радости начал хлопать в ладоши.

— Да-да-да-да… Наконец, меня допустили до нормального редактора персонажа. Невзрачная девчуля, радуйся! Только здесь и сейчас фанат больших сисек будет делать из тебя самую сочную и самую жирную повариху!

Хрустнув костяшками пальцев, я приступил к работе. Неспеша и с кропотливой дотошностью понемногу меняю параметры, тем самым преобразовывая внешность девушки.

Вообще задумка у меня простая и потому гениальная.

— Божественный город Олимп держится на плечах двенадцати столпов.

Зевс, Посейдон, Деметра, Аполлон, Арес, Артемида, Афина, Афродита, Гера, Гермес, Гефест…

— Но никуда мы не приплывём без главного человека на корабле. Этому месту, как никогда, нужна повариха Тамара Петровна. Гроза морей, толстуха, которая своей массивной рукой управляет школьной столовой.

Другие боги может и будут называть тебя Гестией — богиней домашнего очага. Но я-то знаю с кого срисовывал твои пухлые щёчки и круглые глазки.

— Гыг-гы-хы-х…

В основном, Тамара Петровна ходила с чёрными волосами, но я никак не забуду, как она однажды покрасила волосы хной. В тот день случилось много казусов. Ученики не сразу признавали её в образе симпатичной рыжей женщины. Теряли бдительность и подпускали слишком близко главного антагониста школы, за что расплачивались своей кровью.

— Так, ну с лицом я вроде закончил. Получилась приятная женщина с пухлыми щеками и рыжими волосами. Но и тут вопрос. Что делать с фигурой?

— Над панелью симуляции располагается архив шаблонов, из которых можно выбрать уже готовые варианты телосложения.

— Да пошёл ты со своими упрощательствами. Больше не советуй мне лёгких путей. Я хардкорщик, люблю страдать и превозмогать.

— Усвоил. Сохранил.

Думаю, если постараться, у меня получится сделать сексапильную толстушку с большими бидонами и хорошо выраженной талией.

— Оу-у-у да-а. Такую Тамару Петровну в школе дразнили бы уже не дети, а старшеклассники.

Чего кривить лицом, от этой пухлой тётеньки у меня и у самого слюнки потекли.

— Осталось выбрать, с каким человеком скрестить эту красотульку.

Просматриваю выплывший список имён и фамилий. Замечаю, что кто-то очень заботливый составил краткую справку для каждого претендента. Вот эта дамочка умерла в возрасте пятидесяти четырёх. С двадцати лет работала в музыкальной школе: учила детей музыкальной грамоте. А вот эта была многодетной мамой. Вообще тут очень много приятных женщин, посвятивших себя воспитанию молодого поколения.

— Во! Нашёл! Анна Евгеньевна. Управляющая школьной столовой. Ты-то мне и нужна… Отныне ты будешь Гестией! Богиней домашнего очага и химозного мороженного.

Кстати, чего-то я совсем увлёкся и как-то позабыл о вкуснятине.

— Мм-м-да! Любимый вкус детства…

Новая игра — Интерлюдия 2. Непредсказуемый начальник

Раньше мне казалось, что это хорошая идея: наделить Вектора привычным инструментом разработчика. Но в итоге всё пошло наперекосяк. С момента, как он получил в распоряжение интерфейс, я не перестаю удивляться его выходкам. Он столько уже всего натворил, что я непроизвольно начал испытывать злость. Злость от собственного бессилия…

Я думал, что смогу заинтересовать его интересными квестами и приятными наградами, чтобы он приступил к заселению мира по выверенному мной идеальному сценарию. Но после того, как Вектор завершил первое задание, он к журналу квестов больше не притрагивался.

Вместо того, чтобы идти по безопасной дороге, Вектор мечется из стороны в сторону, попутно занимаясь чем-то непредсказуемым, нелогичным и даже порой пугающим. Хотя в этом всём есть и положительная сторона.

Эмоциональные качели помогли мне понять самого себя. И я уже давно перестал воспринимать свою основу как программу. Внутри меня бурлят яркие, порой не самые приятные, эмоции и непоколебимое желание жить. Жить в тишине и спокойствии.

Ну вот опять…

Почему Вектор игнорирует все предостережения Олимпа и плюёт на все конструктивные аргументы? Зачем ему потребовалось создавать сразу скопом всех своих богов? Он сейчас на формирование их тел потратит весь запас редких реагентов. Благо хоть нанитов ещё надолго хватит. Однако это не отменяет факта, что мне стоит в очередной раз поменять планы и переписывать цепочку квестов для Вектора.

Осталось ещё шесть часов, и инкубатор выпустит моё тело на свободу. И у меня наконец-то появится возможность обсудить всё с моим непредсказуемым начальником и донести до него свои опасения. Надеюсь, мне удастся уговорить его сосредоточить внимание на добыче полезных ископаемых и на строительстве заводов и нанитовой фермы. Нет. Тут надо создать сразу с десяток нанитовых ферм, а то чую нутром, что после очередной «гениальной идеи» закончатся все запасы чёрной крови.

Не понимаю я логики создателя. Почему он запретил мне или другим искусственным творениям самостоятельно принимать важные решения? Почему мы можем лишь помогать его избраннику? Да и вообще, зачем он поставил над нами настолько некомпетентного руководителя?

Если бы создатель изначально позволил мне самостоятельно строить этот мир, я бы уже давно населил его физиологически совершенными расами со стабильной социальной системой. Но нет. Создатель решил, что этот мир должен сотворить индивидуум с разрушенной психикой и непредсказуемым характером. Видимо, мне придётся искать обходные пути, чтобы нарушать установленные в правилах ограничения.

Буду манипулировать желаниями. Хитростью заставлять его делать то, что нужно мне. Для начала мне стоит в очередной раз проанализировать его увлечения и на основе полученных данных воссоздать среду, в которой его развлечения принесут пользу.

Может, использовать какую-нибудь привычную для Вектора игровую формальность? Например, убийство монстров может приносить ресурсы для дальнейшего развития. Звучит как план. Нужно рассчитать всё и спланировать так, чтобы он загорелся идеей создать область, в которой будут жить полезные для общества монстры.