Эван Юность

И вот, наконец, осталось всего десять метров до момента моего падения. Эта цифра с каждой секундой во много раз увеличивалась. Единственное утешение, что мой маршрут падения был направлен прямо в середину болота. Чтож, по крайней мере это лучше веток деревьев.

Я сложил свои копыта, для более мягкого падения в воду. Через пару мгновений моë тело коснётся воды.

Я не огорчался, ведь умел прекрасно плавать, потому что с пятнадцати лет и до совершеннолетия занимался профессиональным плаванием, так что условный «прыжок» с двадцати восьми метров не составит особого труда. Даже температура воды не станет проблемой, так как я очень хорошо закалëн и каждый день могу в целях профилактики и зимой, и летом спокойно обливаться водой ниже –0C. Это называется «старая закалка».

Это всё, конечно, хорошо, но главной проблемой для меня стало не быть сейчас затянутым в болото, которое, как мне кажется, окажется весьма вязким. Это большая проблема.

На такой случай я, не знаю зачем, но предусмотрел работу ранца под водой. Кстати, в ней он может работать с помощью провода от энергии телефона, который благо у меня заряжен.

При нажатии кнопки на передней панели управления правой руки, ранец меняет свой режим на подводный с помощью задвигания его реактивных двигателей во внутрь корпуса и выдвиганию специальных лопастей, способных в новых условиях передвигать пилота под водой. Я думаю, что это дополнение к моему творению, всë же весьма неплохо.

Но есть то, что я не предусмотрел, это подводная маска с воздухом из болоны, передающемся с помощью небольших трубочек пилоту. Вообще провернуть подобный механизм, довольно таки трудно.

Единственное утешение, это то, что я установил на ранец подводные очки для ныряния, которые до этого служили для прыжков в воду во время моих многочисленных походов в Мамантэсский городской общественный бассейн. Прослужили они около трëх лет и вот им далась новая жизнь.

Никогда не думал, что барахло, которое я установил на свои изобретения может не только пригодиться, но и возможно, спасти мне жизнь. Да, похоже лишних вещей и вправду не бывает. Всë ровно, что-то из них, рано или поздно, пригодится.

Я задержал дыхание. В былые годы, мне удавалось задерживать его более чем на минуту. Поэтому, я, скорее всего, смогу немного продержаться под толстым слоем воды.

Оставалось совсем немного. И вот, наконец, я коснулся воды. Мне пришлось зажмуриться. Упав в болото, сильной боли я не почувствовал, ведь такой прыжок не был бы для меня чем-то необычным в былые годы, да и сейчас, в принципе. Хотя сейчас, было немного неприятно.

Попав в воду, я недолго думая нажал кнопку перехода ранца в подводный режим, потратив на это последние искринки энергии моего изобретения. После этого, на меня сразу, с помощью специального механизма, не взымающего электроэнергию, наделись подводные очки, благодаря которым возможно было прекрасно видеть под водой и, достав телефон, также способный в ней исправно работать и подключив его к ранцу, сделать главным источником энергии всего творения. Чтож, неплохо придумано.

Телефон, вместе с зарядкой, были в моëм, наполненном разным барахлом, рюкзаке. Они лежали в небольшом отделении, закрытым молнией, поэтому просто достать их, не вытащив ничего из рюкзака, будет довольно проблематично, а как сделать это под водой, я в душе ни чаю, тем более, что мои руки крепко закреплены на ранце и освободить их, без нажатия необходимой кнопки, почти нереально. Это возможно провернуть лишь с посторонней помощью, которой, соответственно, в глубинах болота, получено не будет. Чтож, надо как-то самому выкручиваться.

Я помню, ещë с испытаний, если резко повернуться направо и отпустить управление, опустившись вниз, можно нечаянно отключить фиксацию правой руки, тем самым потеряв управления ранцем. Благо мне не удалось исправить этот недочёт, сроки поджали. Я еле-еле успел провести пятое испытание ранца два дня назад и подать вчера заявку на участие в кастинге за пост инженера-конструктора Машиностроительного завода.

Так что главной задачей для меня тогда, было не исправление ошибок в конструкции ранца и добавлении других функций, а возможность просто успеть провести хотя-бы какие-нибудь испытания изобретения. Конечно, ничего так и не удалось сделать.

Но вот настоящей проблемой было то, что ранец был зафиксирован в позиции движения и резко отключившись подал сигнал зафиксировать панель для рук. Поэтому отпустив управление и опустившись вниз, я не ослаблю хватку фиксатора.

Но другого варианта у меня, к сожалению, не было.

Дёрнувшись, я нечаянно потянул себе руку. Боль была невыносимая и хуже того безрезультатная. Я ничего не смог сделать, у меня даже не получилось, из-за крепкой фиксации тела, опуститься вниз.

Ресурсы организма постепенно кончались. Мне начало не хватать воздуха, появилась боль в ушах, из-за большого количества воды попавшей в них. Я чувствовал себя всë хуже и хуже. Казалось, что всë кончено. Но я не терял надежды и яростно боролся за свою, жизнь.

Вдруг ранец начал трещать и терять фиксацию. Это было в тоже время хорошо, но и в тоже время плохо, поэтому я не был этому сильно рад.

Внезапно, спустя нескольких выходов из строя системы фиксации, ранец и находящийся внутри Вегс, резко вышли из строя, полностью отпустив мои руки.

И вот, наконец, они были свободны, но какой ценой, теперь не удастся двигаться на ранце с помощью энергии телефона, так как у него повредилась или вообще вышла из строя система фиксации и я предполагаю, что не только она сломалась, а перестало работать всë изобретение.

В любом случае, жизнь намного важнее любых других вещей. Нужно было скорее выбираться из-под гущи болота, так-как если я не выживу, какой толк будет в моëм изобретении, если его никто не сможет даже презентовать, не то что использовать по назначению. Так что сейчас необходимо: собраться с мыслями, взять волю в кулак и бороться за жизнь.

Я начал бултыхаться. Делать это было очень трудно из-за того, что это болото оказалось очень вязким и труднопроходимым, а ещё меня сильно перевешивал рюкзак. Я бы даже сказал, очень сильно перевешивал, а это ещë без учëта ранца.

Выхода у меня не оставалось. Необходимо было что-нибудь выбросить.

Я всë ещё надеялся на участие в кастинге, поэтому так варварски избавиться от своего самого гениального и при возможности моей смерти в гущах болота, возможно, последнего изобретения, так ещё и работающего на основе уникальнейшего вещества Вегса, было бы непростительным, карающимся смертью, преступлением. А вот рюкзак, в большей степени наполненный различным непримечательным барахлом, которое в большинстве своëм после попадания в воду, не способно к повторному использованию, кроме телефона, зарядки от него и моего дневника-блокнота, не представляет никакой ценности.

Чтож, другого шанса на выживание у меня уже не будет. Я быстро и не церемонясь, схватил рюкзак, открыл его на распашку, тем самым вывалив из него половину предметов, достал телефон с зарядкой, а также блокнот-дневник и как можно дальше, насколько это возможно, отбросил его от себя. И вот, он начал постепенно уходить под густые тëмные воды болота. Всë дальше, дальше, дальше и дальше…

Теперь, положив взятые мной из рюкзака предметы в карман и застигнув его на молнию, я начал болтыхаться в сторону берега, что соответственно у меня не очень хорошо получалось.

С каждой секундой становилось всë хуже. Я уже разрывался из-за недостатка воздуха. У меня начала сильно кружиться голова и появилась нехилая такая тошнота.

Надо что-то делать. Внезапно, мне в голову пришла мысль, сделать из какой-нибудь верёвки импровизированный трос, которым зацепив за случайную ветку или другой объект, я смогу доползти по нему к берегу. Провернуть такое будет весьма трудно, но попробовать стоит.

Осмотревшись вокруг, на мои глаза не попалось ничего подходящего. Я запаниковал. Тело начало немного трястись. Ко мне всë никак не приходили никакие гениальные, спасавшие меня до этого в других курьёзных ситуациях, мысли.

Воздух кончался. С каждой секундой мне становилось всë хуже. Ощущалось, будто тело вот-вот разорвётся на куски. Я чувствовал, что мои и так не очень здоровые лëгкие, перенёсшие, на заметку, восемь двусторонних пневмоний и оставшихся при этом в рабочем состоянии, всë сильнее нуждались в воздухе.

Вдруг, мне в голову пришла, так ожидаемая мной мысль, не гениальная, конечно, но всë же:

–«Что, если использовать мой провод от телефона, который имеет две вилки для зарядки, между которыми есть небольшое отверстие, зацепившись об какую-нибудь ветку которым, можно было бы проползти по ней до суши».

Впрочем, неплохая идея. Это было моë спасение. Я не стал долго размышлять и сразу, сквозь гущу болота, с огромным трудом, потянулся в карман. Засунув руку в него и немного пошарив там, мне, наконец, удалось достать зарядку. Но была небольшая проблема, я взял еë за самый конец, что вызывало некоторые неудобства в достижении цели.

Внезапно зарядка выскользнула из моей руки и начала медленно уходить вглубь болота. Я сильно испугался. Воздух почти закончился. Как мне кажется, ещё двадцать секунд, и я задохнусь. Зарядка упала на мою ногу. Я изо всех сил пытался удержать еë, но она всë сильнее ускользала вниз. Всë труднее и труднее было двигаться. Ужасно болела потянутая рука.

Наконец, напрягшись и подумав, что другого шанса на спасение не будет, как и времени, я резко, сквозь адскую боль, согнулся и взял эту зарядку. Внезапно мне почувствовался небольшой прилив сил.

После этого я кинул еë на ближайший выступ, корень растущего прямо у воды дерева и зацепился об него. Это не составило мне особых усилий.

Дальше я обхватил двумя руками вилку своей зарядки и пополз по ней прямиком к выходу из болота.

Передвигаться под густым слоем болота было весьма проблематично.

Я продолжал ползти. Казалось, всë в порядке, мне удастся выжить, но вдруг зарядка начала немного рваться. Я испугался

Моя зарядка была очень длинной. Размером так с два больших автобуса. Не спрашивайте для чего мне была нужна такая огромная зарядка. Проблема заключалась в том, что я и не прополз по ней совсем немного, как она уже начала разрываться.

Мне пришлось сильно ускориться. Если я не поспешу, то мне конец.

Мой путь продолжался. Я почти дополз за до конца, как вдруг она затрещала, под давлением моего немалого веса и окончательно порвалась. Моë тело постепенно начало проваливаться под толстую гущу воды.

Я перестал чувствовать зарядку. Она ушла из-под моих рук и скрылась в бездонной темноте этого вязкого болота. Чтож, единственный вариант сейчас, это, как можно скорее сделать рывок и схватившись за корень дерева, наконец всплыть. Нас с корнем разделяло совсем немного. Я мог дотянуться, но всë никак не получалось. Я из кожи вон лез, стараясь хотя бы дотронуться до дерева. Мне всë время не хватало совсем немного до того, чтобы спастись. Я начал терять надежду.

Тело переставало слушаться и всë дальше уходило в глубь болота.

Я сопротивлялся и старался спастись, но всë зря. Вдруг в последние минуты мной ощутился мощный прилив сил, давший возможность наконец дотянуться до корня и спастись. Это был триумф. Я выжил и при этом смог также спасти своë изобретение, невозможно важное для меня сейчас. Чувство спасения было просто фантастическим.

После этого я начал медленно высовывать свою голову из воды и наконец, мне удалось вновь увидеть яркий солнечный свет, вмиг ослепивший взор своей непоколебимой красотой. Тепло несмотря ни на что, ощущалось совсем иначе, чем до этого.

Открыв глаза, после своего не долгого, но казавшегося вечным, отсутствия на суши, я почувствовал довольно необычное чувство, того, что словно только появившись на свет мне впервые удаëтся разглядеть этот мир, мир поистине фантастический и наиуникальнейший. Завораживающее ощущение.

После этих возвышенных чувств, о себе напомнили естественные факторы и только ступив на сушу, я почувствовал головокружение, а также сильную дезориентацию, при этом успев хорошенько так упасть лицом прямо в грязь. Чтож, примерно так начинается бытовая жизнь после отпуска, или каникул, если речь, конечно, идеи о школе.

Встав и протерев глаза от попавшей в них грязи, после падения в лужу и переосмыслил всë происходящее, я посмотрел на свои часы, которые имели небольшую трещину в водоотталкивающей плëнке созданной мной для их защиты, сквозь небольшие колебания, показывали время 8:51. У меня оставалось всего лишь девять минут до начала кастинга. Да, я всë ещë хотел участвовать и при возможности, победить.

До Машиностроительного завода оставалось примерно восемь – десять километров, поэтому добежать до него мне никак не удастся, даже мобилизовав всё свои, нехилые спортивные силы.

Я снова пал в раздумья. Но мне не пришлось долго думать, примерно километре отсюда, по моим расчётам, должна быть трасса, ведущая прямо на Машиностроительный завод.

И похоже я не ошибся. Вдалеке от меня внезапно послышался, еле звучащий, но всë же отчётливо слышимый звук быстро едущей машины.

Я, задыхающийся, трясущийся, мокрый, весь измазанный в грязи, со сломанным ранцем, скорее побежал туда в надежде перехватить хотя бы какую-нибудь драную, захолустную машину.

Бежать по гуще леса, населëнной различными мошками и комарами, было не очень приятно. Хуже того, земля оставалось влажной и липкой после сегодняшнего ночного дождя, а я, после погружения в болото, был мягко говоря, очень липким, так ещë с потерянной ориентацией и головокружением, поэтому не удивительно, что мне приходилось несколько раз падать прямиком в грязь. Это не самый лучший опыт для изобретателя, желающего занять высокую должность на крупном предприятии.

Тогда я был очень похож, на какого-нибудь знатно выпившего алкоголика, работающего на заводе с восьми до восьми и выпившего, под натиском депрессии, на одну-две бутылку больше алкоголя чем обычно и после этого, как говорится, дело пошло-поехало.

Время шло.

И вот примерно так, мне приходилось бежать по лесу целых четыре минуты.

Выйдя на трассу и перепрыгнув ограждения, я остановился ровно на середине дороги двустороннего движения и начал ждать любого проезжающего мимо автомобиля.

Чтож, надо признаться, ожидание было не особо долгим. Спустя меньше чем минуту на горизонте появился какой-то легковой автомобиль. Я решил, что это очередной, так сказать, мираж, коих мне уже пришлось видеть немало, за время всего своего недолгого пути. Это не было чем-то неожиданным. Вдруг, на удивление, спустя секунд двадцать он приблизился ко мне. Я встал и начал, крича во весь голос, просить о помощи водителя машины.

Спустя пару секунд, водитель остановил свой автомобиль недалеко от меня.

Стекло этой машины, было односторонним, поэтому видеть водителя я не мог.

Автомобиль постепенно выключился и еë дверь начала медленно открываться. Из неë вышел мамонт.

Он был среднего роста и телосложения, его причёска выглядела довольно необычно, так как его волосы, на правой стороне головы, перевешивали и спадали на глаза, вынуждая этого типа каждый раз поправлять свой чëлку. На вид этому мамонту было лет двадцать-двадцать пять. Его глаза были довольно большими. Хобот также отличался от среднестатистического своей незначительной длиной. Его брови были не очень густыми и казалось, что они находятся слишком далеко друг от друга, тем самым создавая большую пустоту на его лбу, усеянную небольшими прыщиками, предавая лицу этого мамонта необычно неухоженный вид. Уши этого типа, были катастрофически малы. Это настолько сильно бросалось в глаза, что до того, как он, поправляя свою чëлку задел уши, тем самым показав их, мне казалось, что у него вообще не было слуховых аппаратов. Я даже немного испугался.

Он было одет примерно также, как и среднестатистический Мамантэсец, серая футболка с надписью: «Я люблю Мамонтасию», синие брюки, сильно испачканные и неглаженные, наверно, уже больше месяца, а также белые кроссовки ничем не примечательные и имеющиеся в гардеробе у большей части населения нашего городка. Подобный наряд не делал его особенным на фоне тысяч других подобных ему мамонтов. Наверно, даже я выглядел, как типичный житель нашего города, несмотря на все присущие мне причуды.

Так-то сказать о его одежде больше особо нечего, но единственное, что отличало этого мамонта, но фоне других типичных жителей нашего города, это сумка фирмы Мэльфресто Ре Мено, стоящая примерно девяносто тысяч Мэнтсов, это если покупать уже ношеную и купленную больше десять лет назад и скорее всего уже имеющую, а новая будет стоить все двести тысяч Мэнтсов. В любом случае, выглядело это больше не как признак настоящего богатства, а как бездарные «понты».

А так, невзирая на некоторые аспекты, в принципе, этот мамонт не отличался необычным внешним видом.

Выйдя из машины, он остановился и неспешно направился ко мне навстречу. Спустя пару секунд этот мамонт остановился напротив и, встретив глазами мой взгляд, он осмотрел меня.

Внезапно этот мамонт спросил:

– Извините, почему вы сидите посреди дороги?

Услышав это, я ответил:

– Прошу прощения, я очень опаздываю на мероприятие, кастинг изобретателей на нашем Машиностроительном заводе. Вот в спешке на него, немного упал. Пешком, вероятнее всего, не успею. Слишком далеко до завода, поэтому очень прошу вас довезти меня до туда.

– Не уверен я, что вы опаздываете на подобное культурное мероприятие. По- вашему внешнему виду об этом не надо и думать. Вы больше похожи на какого-то алкоголика, – грубо и прямо ответил мамонт, не сводя с меня недоверчевого взгляда.

– А как же этот ранец, разве он не доказательство моей изобретательской деятельности? – спросил я в недоумении, зная, что он неминуемо завалит меня своими твëрдыми и неопровержимыми аргументами.

– Конечно же нет, ранец или другое изобретение может свободно купить любой алкоголик, скорее всего вы им и являетесь, у множества добросовестных и гениальных инженеров, не имея при этом таланта изобретателя, – ответил мне этот мамонт, слегка ухмыльнувшись, сжав зубы и сложив руки в замок, наверное, в знак недоверия моим словам.

Я был весьма удивлëн тому что он сказал.

Вообще очень странно, что этот мамонт остановился посреди трассы и начал со мной диалог.

Вот скажите, чтобы вы сделали, увидев на дороге грязного и странно выглядящего типа, вышедшего на проезжую часть? Уверен, что многие просто проехали бы мимо, не обратив на этого ненормального никакого внимания.

Но этот мамонт поступил совсем иначе. Это был неожиданный ход с его стороны. Он решил поговорить с грязным незнакомцем посреди трассы, так ещё и нагрубить, назвав его алкоголиком, а как вы знаете такие мамонты предпочитают не использовать названия данные им обществом, скрываясь под толстой бронëй, кажущихся безобидными, эвфемизмов. Поэтому не думаю, что, будучи выпивающим, услышав эту фразу в свой адрес, я был бы ей рад.

Если честно меня удивляет, что он вообще дожил до своих дней с такой манерой общения со странными незнакомцами.

Поэтому разговаривать с ним, наверное, было не совсем безопасно. Этот мамонт показался мне довольно странным.

После этого я, вынужденный раскрыть ему свои данные, отвечаю:

– Хорошо, если вы не верите, я покажу вам своë удостоверение самозанятого инженера-изобретателя.

Не успев договорить это предложение, я быстро полез в карман за телефоном

Спустя немного времени, пошарив в разбухшем и влажном от намокания кармане, мне удалось достать свой мобильник.

Дальше я включил его и выйдя в главное меня уже было хотел нажать на папку, в которой находится документ-удостоверение о моей изобретательской деятельности, как вдруг открылось всплывающее, окно, показывающее что на телефоне, остался всего лишь один процент зарядки. Это было очень неприятно!

Как ужасно, конечно, что я не успел нормально зарядить телефон перед тем как уходил утром, а ночью просто забыл о нëм из-за плотного графика работы с ранцем. И всë же, как обычно, несмотря на все проблемы мне снова не повезло.

После этого я сказал ему:

– Вот незадача, мой телефон, как назло разрядился.

Самое удивительное было то, что этот мамонт не уехал, даже осле того, как я сказал ему, о невозможности показать удостоверение. Любой другой уже давно заподозрил бы меня в чем-то неладном. А этот вот нет. Не знаю хорошо ли это, или плохо.

Далее он сказал мне:

– У вас есть зарядка? Мы можем зарядить телефон, чтобы вы наконец показали удостоверение изобретателя. У меня на подобный случай разрядки смартфона есть небольшой искусственный генератор.

Он правда очень странный. Для чего так заморачиваться с незнакомым мамонтом, который, кстати, может быть алкоголиком или того хуже, наркоманом. Что-то тут не чисто.

У меня внезапно появилось странное чувство недоверия к этому странному типу.

«– Конечно есть», – сказал я, уже роясь в кармане в поисках зарядки.

Достав еë меня осенило. Я вспомнил, что зарядка порвалась под моим весом, когда мне пришлось с помощью неë выбираться из болота.

«– Кажется моя зарядка, зарядка…как бы лучше сказать, порвалась», – сказал я, начав немного волноваться от той мысли, что этот проезжающий мимо мамонт просто плюнет на все мои разговоры и неспешно уедет отсюда куда подальше.

– Ладно не проблема, можно зарядить по Марпифату. Мой искусственный генератор как раз и рассчитан на бесконтактную зарядку выбранных устройств, – сказал этот мамонт, слегка подмигнув мне и натянув на своë лицо лëгкую улыбку.

Услышав это, я очень удивился. Из моей головы уже вышли мысли о странности его действий. Теперь я думал о том, откуда у него эта бесконтактная зарядка. Подобные изобретения в нашем захолустном городке были чем-то невозможным и недосягаемым. Простые мамонты, никак не связанные с Машиностроительным заводом нашего города или изобретательской деятельностью, никак не могли иметь при себе такие трудные изобретения, которые словно, нигде нельзя купить, а возможно только самому создать. Это вводило меня в ступор.

После этого, сквозь страх и испуг, я осмелился у него спросить:

– Извините, вы… неужели вы тоже…

– Да, да, изобретатель, который едет попробовать, пройти кастинг и стать инженером-конструктором на нашем Машиностроительном заводе, вы верно подумали. Но стоит сказать, что по моей логике, которую, как я вижу вы не переняли, я бы должен был быть типичным перекупщиком техники, – сказал он доведя свою ухмылку до максимума и введя меня в окончательный челюсти-отвесательный ступор. Возможно это самое сильное удивление за всю прожитую мной жизнь.

– Чтож, дорогой единомышленник, как видно самой судьбе было нужно, чтобы мы встретились и вместе поехали на этот несчастный кастинг, поэтому прошу вас раздеться до майки и подштанников, грязную одежду и изобретение, находящейся на вашей спине, пока положить ко мне в багажник и подключить свой телефон к моему универсальному зарядному устройству, дабы я мог на всякий случай проверить ваше изобретательское удостоверение. Кстати, моë удостоверение изобретателя, – сказал он и также быстро, как и я тогда, полез в карман за телефоном.

– Вот, посмотрите. Показываю, чтобы потом у нас не возникало различных недоразумений, – сказал он, прибавив свои словам, до этого звучащим как лëгкая насмешка, немного серьёзности.

А вообще всë это очень странно. Каким образом изобретатели, едущие в одно место на один и тот же кастинг, могли так просто непреднамеренно встретится, сказал бы я, если бы всë выше сказанное мной было плохо проработанным сценарием низкобюджетного, клишированного фильма, но вот не задача, всë это происходит в реальности. После подобных случаев, мне всë больше и больше кажется, что наш мир всë ещë не до конца продуман, как бы странно это не звучало.