Судьба покинутой души (Академия познаний - 3)

– Силь перестаралась, – раздраженно бросил Эсхаал в тишине огромного мраморного зала.

– Что случилось? – приподнял бровь Ваал. – Девушка жива?

– Благодаря усилиям ее спутников, – кивнул сын. – А вот твоя магиня решила подмешать снотворное в бодрящую гномью настойку.

– И что произошло? – усмехнулся демон обмана.

– Насколько я понимаю, обморок из-за сильной головной боли, – поморщился Эсхаал. – Есть подозрения, что это новое воздействие на иномирян с ментальным даром.

– Она не из Пределов? – с интересом спросил Ваал. – Тогда я хочу ее еще больше.

– Силь ее убьет, – покачал головой золотоволосый демон.

На мгновение Ваалу показалось, что он видит на месте сына его мать.

– Не раньше, чем она пригодится нам, – возразил отец. – А пока вернись и проследи, чтобы наша импульсивная иллюзионистка не наделала глупостей.

Эсхаал молча развернулся и ушел из тронного зала. Ваал смотрел ему вслед, а потом поднялся и позвал стражников.

– Приведите Минмэй ко мне в покои, – приказал он.

Асур в кожаных доспехах коротко кивнул.

– Почему рядом с тобой отступают мои кошмары? – много позже спросил Ваал, когда девушка появилась рядом и присела к нему в кресло.

Он испытывал в ее присутствии странную болезненную необходимость. Каждый раз, когда он вызывал ее из смежных комнат, на него снисходило облегчение.

Она всегда появлялась, будто окруженная ореолом света. Возможно, все дело было в длинных вьющихся волосах, которые он после каждой встречи спутывал. Наслаждался ее раздосадованными стонами и предлагал помощь, хотя это всегда заканчивалось одинаково. Возможно, однажды ее предположение о судьбе демонов зародило в его душе робкую надежду. Он боялся заглядывать в будущее. И все время спрашивал себя, за что ему свалилось такое счастье. Иногда он произносил свой вопрос вслух.

– Может, потому что тебе, наконец, дали второй шанс? – ответила девушка.

Ее ответ отозвался тупой болью в сердце. Ваал отстранил златовласку:

– Вторым шансом не награждают таких, как я, Мина. Мой удел – одинокое сумасшествие.

– Если не прогонишь меня и позволишь развеять твои сомнения, я не уйду сама. Даже самый закоренелый преступник заслуживает искупления, если искренне раскаивается.

– Моя вина давно ушла в небытие, – с горечью отозвался демон, и его взгляд затуманился. – Мне и жить с ней, пока боги не решат, что мои дни сочтены. Но только с тобой я забываю о своей подлости.

Минмэй подалась к нему вперед.

– Поцелуй меня, – тихо, но решительно приказала она. – Забудь обо всем.

В этот раз ее любили особенно трепетно и нежно.

***

Я чувствовала себя чужой на этом празднике жизни. Стояла в дверях актового зала и не решалась войти, хотя торжественная речь Тариуса Мудрого вот-вот должна была начаться. Я наблюдала за веселящимися студентами и не разделяла их радости. Спину снова обдуло прохладным ветром, и я в очередной раз подумала, что зря согласилась на авантюру Амины и Киары.

Хотя наряд, который мне подарили, был шикарным.

Длинное, белое платье с зелеными лентами на поясе и подоле удивительно шло мне, хотя сочетание цветов и было необычным. Амина, увидев меня, даже присвистнула и сказала, что после этого я точно не останусь без пары. А я безошибочно понимала, кого она имела в виду.

Навязчивая идея Амины свести меня со Златоглазым откровенно стала меня раздражать. Зато именно благодаря ей мы узнали, что к Хайджи вернулась его магия.

Когда Амина уперлась и сказала, что я пойду в ее платье или не пойду вообще, я решила нарядить ее в китайский чеонгсам. Но Киара никак не могла повторить воротник-стоечку. В Пределах так не шили.

Зато Хайджи, посмотрев на мой эскиз, прищурился... И на платье, материализованном Киарой, изменился верх! Хайджи, однако, шокировано посмотрел именно на меня:

— Невозможно! Пределы забрали мою способность творить по зову воображения. Валь, ты что-то сделала?

Я пожала плечами, хотя внутри меня бушевала радость. Дар телепорта вернулся, а я не шутила, говоря, что теперь в шестерке есть новый участник. Видимо, полноценная связь усиливала способности каждого. Спасибо, милорд Златоглазый, за то, что наконец-то решились.

Появление Амины и Хайджи на празднике произвело фурор. Подозреваю, теперь завидовали не только Хайджи, но и Амине тоже.

Но больше всего привлекало то, как Амина светилась рядом с любимым человеком. Ее обаяние, смешанное с демонической и эльфийской кровью, было невозможно не заметить.

— Ну, что же ты? — теплая рука Эланиэля опустилась на мое плечо. — Смелее, это наш праздник, Валь.

Я улыбнулась эльфу. Мы сегодня были в одинаковых бело-зеленых нарядах. Можно было держаться вместе. Я кивнула, и он повел меня к остальным студентам. Скоро должен был выступать ректор. На небольшом возвышении уже стояли наши основные преподаватели. Отсутствовал только декан боевиков, но он не любил такие мероприятия и предоставлял все лавры Стремительному. Дальновидный и Ифиэль улыбались, излучая отличное настроение. А вот Златоглазый, пусть и выглядел добродушным, на самом деле был очень напряжен. Его выдавал взгляд — острый и сосредоточенный. Я почувствовала желание спрятаться за спину Эланиэля, но было поздно — дракон уже заметил меня. Я вежливо улыбнулась в ответ на кивок и с трудом удержалась от того, чтобы не исчезнуть отсюда. Со мной происходило что-то странное, стоило только Златоглазому оказаться поблизости. Что за магия творилась? Я боялась того, чего не могла понять или объяснить, поэтому решила: сегодня к Златоглазому даже близко не подходить. Иначе будет плохо.

Зал притих, и я оторвала взгляд от дракона. На сцену вышел Тариус Мудрый в своей неизменной мантии. Он поднял руку с раскрытой ладонью, призывая студентов сосредоточиться. Затем начал речь о том, как он рад завершению первого триместра. Говорил ректор тихо, но я слышала слова так, словно он находился рядом. А потом я поняла: это Златоглазый транслировал речь ректора каждому студенту. Я искренне поразилась многогранности драконьих талантов.

Ректор, тем временем, говорил, что нам предстоит еще много работы, чтобы приблизиться к пониманию магии. И все здесь были с ним абсолютно согласны.

Речь главы Академии затихала, и последние слова он посвятил тому, что настоящим студентом Академии Познаний считается тот, кто почувствовал магию её сердца. Пока Мудрый говорил, на сцену незаметно поднялся Май. После речи ректора друид начал творить чудо. Свечи погасли, зал наполнился мягким золотистым сиянием. Я подняла голову и замерла.

На потолке, на высоте нескольких человеческих ростов, на ветвях Древа Познания распускались оранжевые цветы. С их лепестков медленно оседали и летели вниз светлячки — удайи.

— Они появляются раз в год, на посвящении, — шепнул мне Эланиэль. — Ради этого стоило поступать сюда, правда, Валь?

Я кивнула, поражённая красотой зрелища. Светлячки стали частью моей жизни, но их появление на посвящении почему-то казалось особенно важным. Я видела, как удайи соединяются с аурами первокурсников. Каждый студент получил по паре светлячков, и это смотрелось невероятно красиво. Удачи просто растворялись в их ауре. Так я поняла, что значит быть посвящённым в студенты: это значит стать частью Древа Познания. Словно золотой дождь, светлячки осыпали нас сверху, подчиняясь воле друида.

Май смотрел на студентов с улыбкой, полной любви и всепрощения. Он казался проводником воли Древа, дарующим новым ученикам свободу и силу. Наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах то, что он чувствовал. Я поняла, почему он стал хранителем: ради этого момента, ради детского восторга на лицах тех, кто впервые увидел сказку, которую дарит Академия.

— Древо Познания приняло вас, студенты, — хрипло произнёс друид.

Ректор положил руку ему на плечо. Торжественная часть закончилась. Я почувствовала, как напряжение покидает меня, и начала дышать спокойнее. Тариус Мудрый добавил несколько слов о том, что сегодняшний вечер принадлежит нам. После этого он сошёл со сцены, а преподаватели разошлись по залу.

— Потанцуем? — предложил Эланиэль, когда я закончила наблюдать за удайями.

Я улыбнулась и вложила ладонь в его руку. Вечер действительно принадлежал нам полностью. И он только начинался!

Одуванчик виртуозно играл на лютне. Ему помогали два менталиста: один с дудочкой, другой с бубном. Их музыку дополнял завораживающий голос Делины. Она пела проникновенно, рассказывая волшебные эльфийские сказки.

Из всех песен мне особенно запомнились истории о демонах. Одна из них, о мужчине, ищущем свою возлюбленную, тронула меня до глубины души. Я вспомнила родителей Арегвана. Их история была похожей, но с существенным отличием: мать Арегвана выжила.

Всю неделю после пробуждения я искала информацию о союзах демонов и драконов. В древних хрониках нашлись упоминания таких семей, но их потомки всегда становились демонами. Амаринэ также подтвердила эти сведения. Я не могла поверить, ведь перед глазами был живой пример. Что-то здесь не сходилось.

Мы закончили танцевать, и я отправила Эланиэля наслаждаться вечером дальше. Голос Делины и звуки лютни производили неизгладимое впечатление. А тут еще и свет погас, и я автоматически перешла в измененное состояние сознания. Боже, как же прекрасно было видеть столько аур одновременно!

Прикосновение к обнаженной пояснице обожгло меня неожиданно, и поначалу я сопротивлялась. Но когда меня развернули к себе и позволили целое мгновение вечности любоваться переливающейся алой аурой, я осознала, что больше нет смысла прятаться. Мужская рука взяла мою ладонь в плен, а над ухом раздался голос с еле уловимыми хриплыми нотками:

– Потанцуешь со мной, Валь?

Он слегка отстранился, и я чуть было не дернулась вслед за ним.

– Конечно, милорд Златоглазый. С удовольствием.

Некоторое время мы танцевали молча. Мелодия сменилась на одну из композиций Земли, которую я показывала Одуванчику, и Златоглазый неожиданно спросил:

– Тебе понравились песни наших народов?

Я вздрогнула, но не отстранилась.

– Да, – тихо сказала я. – Они наполнены глубоким смыслом. Почти как героические сказания нашей Земли.

– Ты предложила что-то подобное Нойдену?

Сначала я растерялась от незнакомого имени, но потом вспомнила, что так на самом деле звали Одуванчика. Немного смутившись, я все-таки ответила честно:

– Нет, милорд. У нас сейчас выражают через мелодию то, что творится у человека на душе.

Аура Златоглазого вспыхнула ярче, но это ведь могло быть и плодом моего воображения. Мне трудно было держать себя в руках, находясь рядом с ним.

– Интересный подход. А твоя песня о чем?

– Ну… – я задумалась, слушая, как Делина с Одуванчиком начинают припев во второй раз. – О том, чтобы небо привело странника домой. И о том, что его будут ждать, несмотря на…

Договорить не получилось. Вместо этого я прошипела, когда Арегван применил запрещенный прием, и вскинула глаза на мужчину.

– Надо же, – задумчиво протянул он. – Почти как в моем сне.

– Что?

Я пыталась говорить спокойно, но это было невозможно. Пальцы Арегвана медленно заскользили по моему позвоночнику от поясницы к лопаткам. Что он делал? Как догадался?

Благодаря тому, что освещения, как такового, не было, я закусила губу и опустила голову. Нужно было успокоиться. Ничего не показывать и ни в чем не признаваться. Никогда.

– Валя, как ты вообще умудрилась учиться у миледи Грозной? – насмешливо спросил Златоглазый. – Плохо, очень плохо.

– О чем вы? – не поняла я.

– Драконы прекрасно видят в темноте, – вкрадчиво и интимно прошептали мне на ухо. – Попалась! – торжествующе добавил он.

Его последние слова стали чем-то вроде спускового крючка, и я вырвалась из объятий дракона. Попалась? В его лапы? Неужели все это время Арегван все помнил и играл со мной, словно с мышкой?

Я попыталась не потеряться среди знакомых и незнакомых существ и сломя голову бросилась к выходу. Уйти, исчезнуть – вот всё, чего я хотела. Нервно бегающие по телу мурашки мешали двигаться, и я несколько раз споткнулась. Проклятое платье только усложняло ситуацию. Когда я выбежала в коридор, то сразу рванула к нашему корпусу. Только бы не встретиться с тем, кто ждал от меня объяснений.

На стене между корпусами меня встретили прохладный вечер и заходящий Аурон. Я бежала к родному корпусу, чтобы спрятаться там в аудитории и переждать бурю. В общежитие было нельзя: Златоглазый в первую очередь стал бы искать меня там.

Подходящее место нашлось на втором этаже, в небольшой комнате для практических занятий. Я закрыла дверь изнутри и прижалась к ней, сползая вниз.

Секунды сливались в минуты, но я потеряла им счёт. Сидела на полу, подтянув колени к груди, и пыталась выровнять дыхание. Когда мне это удалось, я поднялась и подошла к окну, распахнула ставни и впустила в комнату свежий воздух. Тело всё ещё била мелкая дрожь. В это самое мгновение дверь открылась, и сердце ушло в пятки: на пороге стоял Арегван.

– Валя, худший балл по расоведению, – процедил он. – От драконов убегать нельзя.

– Вы обещали, – дрожа, попыталась напомнить я.

– Я обещал не тащить сокровище в пещеру, – согласился он. – Но, похоже, сокровище само туда попало. Может, восполните пробелы в моей памяти?

– О чём вы? – заикаясь, спросила я, чувствуя, как он начинает прощупывать моё сознание. Мысли читать? Без разрешения? Мы так не договаривались!

Его слова придали мне мрачную уверенность. Кажется, он наткнулся на блок. Сердито выдохнув, Арегван снизошёл до объяснений:

– Я должен знать, как вернулся в сознание после того, как вытащил тебя.

Я упорно молчала, не отвлекаясь на его слова.

Мне нужно было держать блок.

Арегван продолжил:

– Путешествия по астралу оставляют след, тебе ли не знать, Валя?

То, с какой интонацией он перешел от вежливого обращения к личному, неожиданно отозвалось в теле сладкой дрожью. Мне пришлось встряхнуться, чтобы прогнать накатившую истому. Арегван как будто знал, на какие точки давить.

– А у меня провал в памяти, – покачал головой мужчина. – Каждую ночь я вижу сон, как ты возвращаешь меня. – Он запнулся, а я почувствовала, как щеки заливает румянец. – Я должен знать, Валя. Должен, понимаешь?

Я стиснула зубы, не желая отвлекаться. Давление на мозг стало невыносимым. Как ему удается сохранять спокойствие, читая чужие мысли? Я едва могла сосредоточиться, перед глазами уже плясали разноцветные искры.

– Валя, я сильнее, – предупредил он, приближаясь. Я закусила губу и вскрикнула, когда голова взорвалась тысячей мелких осколков. По верхней губе потекла кровь. Я провела рукой под носом и увидела, как она растекается по ладони. Вот как, значит?

– Второй раз из-за тебя истекаю кровью, дракон… - прошипела я.

Златоглазый удивился моей реакции, на мгновение потеряв концентрацию. И я решила воспользоваться этим.

– Хочешь все узнать, Ар-регван? – протянула я, наслаждаясь его реакцией.

От моего охрипшего голоса дракон прикрыл веки, и я, преодолев разделявшее нас расстояние, прошептала:

– Ну что же ты? Не останавливайся…

Я прижалась к Арегвану, зарылась пальцами в длинные волосы. Его губы накрыли мои так, словно он каждое утро целовал меня. В этот момент я и открыла свое сознание.

Арегван целовал яростно, будто наказывал меня за свое спасение. Я ощущала, как он все глубже погружается в мои воспоминания. Я же отправилась к демонической части его души, любившей меня без всяких условий.

Горячие руки болезненно прижали меня к себе. Арегван, похоже, увидел все до мельчайших подробностей. А я нырнула туда, где скрывался усыпленный мною демон.

Огненный купол пылал. Я подбежала к трону и сразу же заняла его. Из глубин сознания Златоглазого начала проявляться темная сторона его души. Мужчина, рожденный из дыма, распахнул руки и заключил меня в объятия.

– Будь со мной, – прошептала я. – Помоги ему вспомнить, что он рожден, чтобы оберегать.

Демон крепче прижал меня к себе, и я ощутила, как начинаю растворяться вместе с ним. Пещера таяла, а я сливалась с реальностью, окончательно пробудив демона. После единения с его спящей половинкой я получила дополнительные силы, чтобы сопротивляться Арегвану. Поэтому была очень удивлена, когда вернулась в действительность от громкого стона, который совсем не принадлежал мне.

Я сидела на преподавательском столе, исступленно целуя Арегвана. Он расположился меж моих бедер и прижимал меня к себе, лаская кожу под задравшимся платьем. Каждое его прикосновение заставляло меня льнуть к нему еще сильнее. Мои ладони гладили широкие плечи и спину, забираясь под рубашку, которую он надел на посвящение. От нее у меня закружилась голова. Когда губы Арегвана оторвались от моих, начав путешествие от шеи к груди, я не сдержалась и шумно выдохнула. Это и стало моей роковой ошибкой.

Арегван очнулся от наваждения и отступил от меня, испустив обреченный вздох. Я тяжело дышала, ожидая продолжения. И дракон не заставил себя ждать, открыв глаза и пронзая меня пылающим яростью взглядом. Золотисто-оранжевым взглядом с черной каймой по краям!

– Узнал все, что хотел? – прошипела я, сводя колени и спрыгивая со стола. – Или хочешь все до мельчайших подробностей, Арегван? Что теперь, когда ты во всем убедился? Заставишь читать героические поэмы? А может, сразу исключишь из Академии?

Он глубоко вздохнул, прикрывая веки и пытаясь успокоиться. Потом сверкнул глазами и тихо проговорил:

– Уходи.

Я мрачно усмехнулась:

– Как тебе ощущение от правды, Арегван? Все еще хочешь такое сокровище?

– Валя... – зарычал он не хуже своей драконьей ипостаси.

Я решила не испытывать судьбу. Обошла Златоглазого стороной, с силой хлопнув дверью кабинета. На душе сделалось непривычно спокойно, и больше я никуда не торопилась. Я была уверена, что никто не последует за мной.

Арегван не из тех, кто действует импульсивно. Сначала он изучит подопытную мышь. Я же явно сломала все его шаблоны. Останься между нами все, как есть, я бы никогда не узнала о его настоящих чувствах. «Преподаватель и ученица» уже было в его жизни и закончилось не очень красиво. Вряд ли Арегван захотел бы продолжения. Но то, что случилось между нами...

Опуская эмоциональную сторону вопроса, мы провели вместе ночь, в результате которой дракон с даром менталиста обрел демонические способности. Я думаю, что буду недалека от истины, и этот бывший дракон сейчас просто не знает, что делать. Теперь Златоглазый будет осторожен. И наверняка постарается свести наши встречи к минимуму.

Почему у меня всё было не так, как у других? Другая бы сейчас плакала и обвиняла мужчину во всех смертных грехах. А я шла и ждала новой встречи со Златоглазым. Я была в этом уверена, поскольку демон растворился внутри дракона окончательно. Я была тому свидетелем. А значит, обнимал меня не демон, который ненадолго завладел сознанием мужчины, а сам дракон. И это дракон ответил на поцелуй, когда я сделала первый шаг.

Кто из нас двоих еще попался, милорд?

Усмехнувшись, я сняла праздничное платье. Тело приятно ныло после того, что произошло в маленькой аудитории. Кажется, я оказалась ничем не лучше Силь. Очень хотелось ещё раз совратить любимого дракона. А уж зная, что мое чувство не было безответным, и подавно. Даже перед сном эта мысль не оставила меня в покое, и заснула я со счастливой улыбкой на губах.

ГЛАВА 3

Северный Срединный Предел, Академия Познаний, корпус целителей

Они появились внезапно и напали, когда их никто не ждал. А утро начиналось так прекрасно.

Я зашла в гости к Дусире и с удовольствием завтракала вместе с ней.

– Признайся, девка, что натворила? – проницательно наблюдая за мной, спросила троллемама. – Никогда не поверю, что ты вспомнила обо мне после посвящения.

– У вас самые вкусные завтраки! – хитро улыбнулась я.

Дусира явно мне не поверила, но ложь пришлась ей по душе. Я действительно соскучилась по троллемаме. Её вид отвлекал от кровожадных мыслей, которые роились в моей голове после пробуждения. Как это обычно и бывало, утром включилась моя голова, и романтики в ней совсем не осталось.

Златоглазого хотелось убить. Медленно и с удовольствием. Чтобы он больше не добивался нужных ему ответов варварскими методами. Я могла утверждать только одно – теперь дракон сможет подготовиться к встрече с демонической частью. Знание о дополнительных силах должно побудить его усилить самоконтроль.

О том, как мы расстались, вспоминать не хотелось. И думать о том, что меня теперь отчислят, — тоже.

Когда я почти успокоилась и продумала план действий, над цитаделью прогремел мощный взрыв.

Дусира на всякий случай прикрыла меня своим телом. Затем замотала головой, словно ее оглушило. В голове раздался встревоженный голос Эмманиэль: «Всем преподавателям и студентам собраться на первом этаже административного корпуса!»

Если уж Эмманиэль так переволновалась, что было говорить об остальных? Пока Дусира решала, куда именно идти, я отправила часть сознания вдоль внешнего периметра.

На стене между корпусами собрались почти все преподаватели, студенты-боевики и менталисты. Среди них был и напряжённый Арегван. Он держал руки над головой и шептал что-то сквозь зубы. От его ладоней куполом вокруг Академии расходилась плотная прозрачная пленка — щит, защитивший Академию. Как он успел?

– Иногда я благодарен демиургам за то, что ты сходишь с ума по ночам, не спишь и встречаешь рассвет на стене Академии, – хмуро сказал Андо, глядя на Златоглазого. – Но потом вспоминаю, что, не обучи ты это чудовище всему, что знал сам, этого бы не случилось.

– Это уже не я, – раздраженно бросил Арегван. – Ее связь с демонами – исключительно ее выбор. Я учил Силь созидательной магии, а не разрушительной.

Вот оно что! Во всем была виновата Силь, а Арегван заметил приближение ученицы и предотвратил первое нападение. Сейчас он удерживал магическую завесу, которая должна была защитить Академию и студентов внутри от дальнейших атак. В его щит постоянно врезались энергетические шары разной силы. Откуда у Силь взялись такие резервы?

– Чего она хочет? – спросил Скалоподобный.

Арегван тихо признался:

— Она сказала, что хочет увидеть мою новую ученицу и посмотреть, на что та способна.

– И почему я не удивлен? – усмехнулся Стремительный. – На твою Сазонову всегда огромный спрос.

– Найдите ее и не дайте выйти за пределы Академии, – велел декан боевиков, не обращая внимания на сарказм Андо. – С Силь разберемся позже. Позову еще студентов – им явно не хватает практики в ближнем бою.

После этих слов оба боевика прыгнули с крепостной стены. Такое я видела раньше только у Вондара, когда он узнал о своей связи со мной. Снизу раздался крик Алезона, призывающего старшекурсников. Похоже, к Академии приближалось много демонов. А в пределах видимости остались только Златоглазый и Дальновидный, причем декан менталистов явно собирался уходить. Я догадывалась, почему. Нужно было срочно вернуться к Дусире, которая привела меня к административному корпусу.

В холле было много людей. Первокурсники испуганно жались друг к другу: все ждали, что скажет Тариус Мудрый, который уже вышел на мраморную лестницу. Когда к нему присоединился Эрикен, вернувшийся со стены, я напряглась. Сейчас будут искать меня. Ректор поднял руку и обратился к студентам:

– Дорогие студенты, не паникуйте! Понимаю, как сложно совладать со страхом, но вы прошли первое испытание и уже чего-то стоите. Прошу сохранять спокойствие и сделать все возможное, чтобы помочь в своей области магии. На Академию напали, но последствия уже нейтрализуются. Прошу не покидать административного корпуса, который находится дальше всего от места столкновений. Если целители будут нуждаться в вашей помощи, отправляйтесь к ним, но в любом случае оставайтесь спокойными. Атака была неожиданной, но ничего страшного не произошло. Да помогут нам демиурги! – с этими словами он прижал руку к груди и поклонился. – Прошу Валентину Сазонову с первого курса менталистов подняться в ректорат, – сказал он и ушел.

Я едва успела спрятаться от взгляда Дальновидного, который сканировал толпу. Нельзя было выдать себя, поскольку я совершенно не собиралась отсиживаться в Академии.

Новый взрыв сотряс стены, усилив панику среди студентов. Это отвлекло Дальновидного. Он сплюнул и бросился к выходу на стену, ведущую к общему корпусу. Решение было очень правильным: если Арегван не удержит купол, телекинетик ему всегда пригодится. Женщины-преподаватели и те, кто справился с первым страхом, успокаивали остальных. Дусира отвлеклась, собирая целителей. Я решила воспользоваться моментом. Моих мальчишек рядом не оказалось. Жаль, тогда бы не пришлось действовать самой. Дверь наверняка забаррикадировали, значит, оставался только путь через окно. Я не могла допустить, чтобы из-за одной глупой девчонки страдала вся Академия. Арегван силен, но и его возможности не безграничны. А если Силь нужна я, она меня получит — злую и жаждущую мести. Я наконец-то нашла, куда направить свою злость.