Мокрый район

Вирия Мана

Мокрый район

Вирия Мана

Мокрый район

Глава 1

За окном было темно. Солнце решило не бороться за свои права и отдало управление тьме. Холодный дождь барабанил по подоконнику, навевая тоску. Конец октября все-таки. В такую погоду хочется укрыться огромным-огромным теплым одеялом, пересмотреть все части «Сумерек», наслаждаясь Эдвардом Калленом, и пить какао с зефирками, но для печали нет времени. Никакая плохая погода не испортит мне хорошее настроение.

Быстро побросав учебники и тетрадки в рюкзак, потому что вчера вечером я совершенно забыла это сделать, выскочила в коридор натягивать кроссовки.

— Адель, иди завтракать! — крикнула мама.

— Я не буду. Уже опаздываю.

Мама показалась из кухни в уютном махровом халате, вытирая руки о полотенце.

— Но как же…

Не успев натянуть второй кроссовок, я допрыгала до мамы на одной ноге.

— Потом поем, — чмокнула ее в щеку и поскакала обратно, натягивая ботинок.

Хлопнув входной дверью, вприпрыжку спустилась по лестнице, мурлыча себе под нос неясную песенку. Где-то я ее услышала, и теперь она засела в голове. На улице с характерным чпоньк раскрыла зонтик.

Ах, мой родной двор! Серые обшарпанные панельки стоят квадратом, а посередине спряталась общая потерявшая краски детская площадка. Немного побитая и исписанная нецензурными фразами. Но эти фразочки я знаю наизусть, потому что провела на этой площадке все свое детство.

Я свернула за угол в просвет между двумя домами, перепрыгивая оречердную лужу. Но на мою удачу или неудачу эта лужа мне не покорилась. Я шлепнула белым кроссовком прямо в лужу. Брызги разлетелись в разные стороны, окропив не только мой бедный кроссовок, но и прилетев на мою юбку и куртку. Я, конечно, тоже балда, что нарядилась во все светлое в такую погоду.

— Блииин, — протянула я, оценивая ущерб.

— Оладушек, — буркнул проходящий мимо человек, обгоняя меня, пока я хлюпала ногой по луже. Лица я не успела увидеть, лишь удаляющуюся широкую спину в черной куртке и капюшоне, накинутом на голову. Так это же Король. Не то чтобы настоящий, с короной, мантией и скипетром. Его я узнаю даже со спины.

— О, Ванька. — Прекратив плавать в луже, я поспешила догнать парнишу. — Ты куда это?

Он сморщил нос, скосив на меня глаза. Даже не повернулся, зараза, но плечи на секунду окаменели, как у кота перед прыжком. Я заметила, как пальцы сжались в кулак и тут же разжались. Узнал по голосу. Повезло мне, не хотелось бы оказаться тем, кого Королев не узнает в темной подворотне.

— Туда же, куда и ты.

Ну да, что это я. Мы не только живем в одном дворе, но и ходим в одну школу, так еще и одноклассники. Просто увидеть Ваню в стенах школы — редкое явление. Он прослыл прогульщиком и хулиганом.

Расстегнутая куртка открыла взор белой надписи на толстовке, но прочитать я ее не могла как бы не пыталась. У Вани был широкий шаг, такой, что он просто шел, а я бежала за ним с рюкзаком на спине и зонтом над головой. И кажется, пару раз я чуть не приложила его этим зонтом, потому что Ваня наклонялся в сторону и немного отходил от меня, или он просто обходил лужи, но меня как магнитом несло в его сторону с этим самым зонтом. Проводные наушники болтались на груди. И в каком веке он живет? Сейчас все пользуются беспроводными.

— Что слушаешь?

Мое хорошее настроение развязало мне язык, и хотелось говорить и говорить весь день напролет, и неважно, что собеседник из Вани так себе. Я нашла свободные уши. Ваня недовольно зыркнул на меня. Он молчал, и мне показалось что и не собирается отвечать вовсе, но не тут-то было:

— Мокрый район.

Я нахмурилась, но потом растянула губы в улыбке.

— Я не знаю такую песню. Дашь послушать?

Было видно, как Ваня изо всех сил пытается сдержаться и не закатить глаза. Он протянул мне один наушник, но из-за того, что они проводные, пришлось остановиться. Я подошла ближе, нечаянно задев Королева зонтом, как когда-то букварем.

— Ой, прости.

— Ширяева, блин! Ты проткнуть меня своим зонтом хочешь?

Я растерянно хлопала глазами, не понимая чего это он так разозлился. Я же извинилась. И не специально.

— Дай сюда! — Королев отобрал у меня зонт и всучил в руки один наушник. Ну извините, я в детстве столько растишки не ела, вот и не выросла, как он почти под два метра ростом. Да и в качалке я не торчу все свободное время, чтобы спина была как две меня. Хотя Ваня спортсмен, боксер, если точно. Занимается этим с начальной школы и что-то даже выигрывал.

Я фыркнула, но наушник приняла. Ну да, такую песню не знаю. Это больше пацанские песенки, мне по душе больше Асти и Чеботина.

Тихая улица, блики фонарей, наискось лица

Умел бы петь, я бы спел тебе оду

Тучи с неба льют на нас воду

А я промокший, до нитей последних1

Как точно описывает эта песня погоду сейчас. И то, что с Вани ручьями льется вода, потому что этот балбес забыл зонт. И хочется ему сидеть на уроках мокрым и мерзнуть. Я вернула ему наушник и на мое удивление он оставил его свободно болтаться на груди.

— Пойдем, — я продела свою руку под его, обняв за плечо. Ваня застыл, уставившись на меня своими синюшными глазами цвета моря. — Что? Зонт маленький, а у тебя плечи широкие. Пошли! — Я потянула его за собой, отрывая с места. Вот ведь скала из мышц! С места не сдвинешь. Но, слава небесам, он сдвинулся с места, иначе я бы плюхнулась лицом в лужу.

Под ручку мы и дошли до школы. Кажется, Ване было некомфортно так со мной идти, но он ничего не сказал и не отдернул руку. Даже заботливо нес зонт, или ему надоело получать этим самым зонтом по спине.

Моя подруга Вика округлившимися глазами смотрела на меня в окно гардеробной. Стоило нам зайти в холл школы, так не только Вика на нас вылупилась во все глаза, но и добрая половина школы. Я отцепилась от Вани, пока он складывал зонт на улице. Не дав мне и слово сказать, Вика цапнула меня под локоть, уводя в укромный уголок.

— Ты чего это с Королем под ручку ходишь? — накинулась Вика с расспросами. Она нависла надо мной грозовой тучей, пока я раскрывала пакет с переобувкой. Из-за грязных кроссовок придется переобуваться, а переобувка не подходит под мой сегодняшний образ.

— А что, надо было под ножку ходить? — Я вытащила кроссовки-тапочки, придирчиво рассматривая их. Надо заказать на переобувку что-то новенькое.

— Да ну тебя, Адель. — Вика надула губки, отвернувшись. Обиделась что-ли?

Я вздохнула. Не хотелось ссориться из-за пустяков.

— Просто встретились по дороге, и я чуть не зашибла его зонтом. Ваня разозлился и отобрал его у меня. А ты сама видела, какие у него плечи, — для наглядности я развела руки в стороны показывая их длину, — у-у-х.

— Ваня? — Вика удивленно приподняла брови. На губах появилась дерзкая полуулыбочка.

Я хлопала глазами тупо на нее смотря.

— Ну да, Ваня. Его так зовут.

Вика поднимала вверх-вниз брови играя ими.

— Для всех он просто Король.

Я фыркнула. Может, для всех он и Король, но для меня просто Ваня. Парниша со двора, с которым мы сидели в одной песочнице и дрались за пасочки, потому что кто-то обязательно ломал их, а второй не давал себя в обиду. И в началке Ваня дергал меня за косички, стягивая мои красивые бантики. А я могла треснуть ему по голове учебником за все хорошее. Но вместо того чтобы ударить меня в ответ просто сказал: “Больно, но красиво” и улыбнулся. Но потом наши пути разошлись в средней школе. Ваня стал пропадать на тренировках и подработках, еще соревнования и младшая сестра занимали много времени. Вот в школе он и не частый гость.

— Ага, а где же его Шут? — Я сложила уже грязные белые кроссовки в пакет для переобувки. Морща нос, скептически осмотрела тапочки. И как я такое носила?

Вика поморщилась, как от зубной боли, услышав Вадика. Парень что-то весело рассказывал, яро жестикулируя. Девчонки из параллели заслушались его.

— Вон, собрал придворных для Короля, — она кивнула в его сторону, даже не посмотрев туда.

Семьи Вики и Вадима дружат и на всех семейных сборищах их пытаются свести. А Вадик только и рад подыгрывать родне то за плечи приобняв, то в щечку поцеловав. А Вика терпеть его не может.

— Ты переобулась? — спросила Вика, нервно поглядывая в сторону Михеева. Я встала со скамейки, тряся пакетом с переобувкой. — Отлично. Пошли быстрее пока этот шут меня не заметил.

Вика взяла меня под локоть, таща в направлении классов. Она старалась спрятаться за мной, но вышло так себе.

— Викусик, — сказал Вадим, стоило нам поравняться с ним и его собравшейся компанией. Девочки с параллели обернулись. Кто-то смотрел безразлично, просто с небольшим интересом, а кто-то очень даже воинственно.

Вика рядом чертыхнулась, выпрямилась и вышла из-за меня.

— Отстань, Вадюсик. — И с высоко поднятой головой прошла мимо. Вадим уставился на меня взглядом, спрашивая, мол чего это с ней. Я пожала плечами, дескать, не знаю, и пошла следом за Викой. Михеев хотел догнать нас, но кто-то из девочек кокетливо произнес:

— А что дальше было, Вадик?

Я покачала головой. В несколько шагов догнала Вику, которая, оказывается, слышала ту девушку.

— А фто било дальфе, Вядик, — передразнила она ее. — Так, хватит о Михееве. Ты чего такая довольная? — Вика пихнула меня в плечо так, что я чуть не налетела на малышню.

Я заулыбалась, пряча глаза в сторону, потому что уверена, они загорелись.

— О-о-о, — протянула Вика. — Колись давай.

Я оглянулась по сторонам, проверяя, нет ли его поблизости или кого другого, кто может нас подслушать. Кроме малышни, бегающей туда-сюда, не было ни наших одноклассников, ни параллели.

— Влас вчера мне написал, — я понизила голос до шепота на всякий случай.

Влас был из тех про кого говорят «звезда школы». Он симпатичный, можно сказать, даже очень. Вот большинство девочек школы и сохнет по нему, начиная со средних до старших классов.

— И что? — слишком громко, как по мне, сказала Вика, пританцовывая на месте от нетерпения. Нам пришлось остановиться перед нужным кабинетом, чтобы никто нас не подслушал.

— Тише ты! Спросил про контрольную по физике. Мы ведь раньше ее писали, вот и хотел узнать ответы.

Вика сдулась, как воздушный шар, от этой информации.

— И всё, что-ли?

Я обиженно сложила руки на груди.

— Почему всё-то? Потом узнал, как у меня дела, понимаешь? — Мечтательно вздохнула. — А потом слово за слово, и мы переписывались всю ночь. Теперь всё, — последнюю фразу я произнесла пискляво, передразнивая Вику.

— И что там у них с Пановой?

— А ты подумай.

— Да ладно тебе, не обижайся, Адельчик. — Вика приобняла меня за плечи, положив голову мне на плечо.

Я вздохнула. За это утро мы чуть дважды не поссорились, причем по пустякам. Терять подругу из-за этого не хочется.

— Вроде расстались.

— Вроде или расстались?

— Расстались, расстались. Думаешь, он бы мне душу изливал, если бы продолжал встречаться с Настей?

Вика отстранилась от меня, забрав свой рюкзак с подоконника. Пришел учитель открывать кабинет. Да и к кабинету начали подтягиваться одноклассники.

— Ну не знаю. Поговаривают, они постоянно расстаются из-за измен. То с его стороны, то с её.

— Да хватит гнать, — немного резче, чем следовало, ответила я. Влас не мог так поступить, а насчет Пановой не знаю. Она никогда мне не нравилась.

Вика пожала плечами, не став меня переубеждать. Она вместе с потоком людей двинулась в кабинет.

Глава 2

Из школы я выхожу на удивление в солнечную погоду. Дождь прекратил лить как из ведра, и блики отражаются в лужах. Мое настроение за прошедший школьный день немного испортилось. Как-то всё наоборот у меня. Солнышко решило, что есть еще время для хорошей погоды, а у меня настроение пропало. Зато в дождливое утро я плясала от восторга. Всё из-за Власа. Если с утра я неслась в школу в надежде увидеть его, то сейчас плелась домой в отличие от других, кто бодро вышагивал. Власа сегодня не было. Не то чтобы я следила за ним. Так, пару раз прошлась с Викой мимо кабинетов, где у параллели проходили уроки, но так и не увидела его. Даже в столовой на обеде его не нашла. А спросить, куда запропастился Влас, у его одноклассников я не могла. Подняли бы на смех.

От скуки в надежде все-таки увидеть Власа сегодня я побрела не в сторону дома, а в сторону тира. Он как раз находился рядом с его домом. Не то чтобы я следила за Рощиным, просто видела пару раз его рядом, вот и подумала, что он там живет.

Это был не просто тир в парке аттракционов, а профессиональное место, где можно классно пострелять. Я нашла это место в классе седьмом, когда бездумно бродила по городу. Сперва никто не хотел меня учить стрелять. Они посадили меня в сторонке и лишь разрешили наблюдать. Я смотрела, как инструктор учил обращаться с оружием парня, старшеклассника из моей школы. Парень был симпатичным и схватывал на лету. Я прям влюбилась в него в тот момент. Он был высокий, накаченный и в рашгарде. Он показался мне таким крутым и взрослым. Не то что сейчас мои одноклассники, перекидывающие пенал из одного открытого окна в другое.

Володя, тот самый инструктор, изредка косился на меня. Наверное, проверял, не решила я все-таки подойти к оружию без его ведома, а то он получил бы от руководства.Как оказалось позже, руководство — это он сам. Я следила за каждым действием Володи и этого старшеклассника. В первый день я просидела до закрытия и не хотела уходить. Володя чуть-ли не насильно вытаскивал меня оттуда. Я пришла на следующий день сразу после школы, так мне понравилось увиденное. Звук перезаряжаемого оружия и звук выстрелов преследовали меня весь школьный день. Это же так круто — уметь стрелять! Прямо как настоящие полицейские из фильмов по НТВ. Меня как магнитом тянуло в то место. Я пришла еще раз и еще, пока Володя не сжалился надо мной и не разрешил подойти к оружию. Я помню свой детский восторг, когда наконец-то смогла подойти ближе к пистолету, а не наблюдать издалека. Мои руки тряслись, а глаза были широко-широко распахнуты от восхищения. Я буду как они! Такой же крутой. А как удивился Володя, когда я правильно собрала пистолет. Конечно, я же наблюдала за ним целую неделю.

Как-то давно речь зашла о Королеве. Он проходил мимо окна, а заметив его, Володя что-то буркнул из разряда«хулиган» или «уголовщина». Я удивилась и решила спросить, почему Володя так решил. И он рассказал, что видел, как Королев со своими друзьями набросился драться на парней, просто сидящих на лавочке.

— Не связывайся с ним. — сказал он, покачав головой и провожая взглядом Королева.

Как-то в детстве Ваня защитил меня от старших мальчишек. Я шла домой со школы, а они прицепились — смеялись, дразнили, тянули за рюкзак. Я прижалась спиной к стене и уже хотела разреветься, как передо мной вырос Ваня. Он был ниже их, но сжал кулаки и сказал что-то такое, от чего они развернулись и ушли. Я шмыгала носом, а он просто посмотрел на меня и буркнул: «Чего встала? Пошли». И пошёл рядом, хотя ему было не по пути. Ваня всегда был злым, но не для меня.

— Почему?

— Потому что такие, как он, либо в тюрьму, либо в спецназ. Третьего не дано. Хорошо, что у него тренер — нормальный мужик с головой. Без тренера Королев бы уже сидел.

— Он не такой! — Я возразила, но осеклась, вспомнив его пустые глаза на ринге. Была пару раз на его соревнованиях в детстве. С уходом отца из семьи Королев стал хмурым и нелюдимым.

— Мой лучший снайпер! — стоило мне зайти в помещение, Володя быстро отвел взгляд от девушки, которую обучал.

Володя был таким же накаченным, как и тот парень, старшеклассник из детства. Прям гора мышц. Только за эти годы он немного постарел. Когда я пришла к нему в первый раз, Володе было около двадцати с хвостиком, а сейчас он отрастил бороду, побрился налысо и стал выглядеть суровее в свои тридцать с небольшим.

— Где ты пропадала, снайперша?

Он стал так называть меня с того раза, когда я без подготовки по чистой случайности с первого раза попала в десятку.

Я бросила рюкзак на пол возле небольшого диванчика для посетителей и прошествовала за стойку администратора. Я чувствовала себя как дома и хозяйничала. Нажала на кнопку, и электрический чайник поприветствовал меня разноцветной подсветкой.

— Учеба началась.

— Точно! Ты же заканчиваешь одиннадцатый класс. — Володя поправил стойку у девушки, чуть согнув локоть правой руки. Раздался выстрел, и девушка победно хмыкнула. Она наконец попала в мишень, а не за ее пределы.

— Где Лизу потерял? — Я достала кружки и положила туда заварочные чайные пакетики.

— Дома с мелким, — Володя хоть и говорил со мной, но, не отрываясь, следил за девушкой с пистолетом в руках. По ней видно, что она только-только учится стрелять. От таких не знаешь чего ожидать. Поэтому безопасность превыше всего.

Лиза — это жена Володи. Обычно они вдвоем держали это место. Тир маленький и не такой популярный, но Володя сказал что на жизнь хватает. Лиза всегда сидит за стойкой администратора и принимает забредших сюда людей. А Володя как раз учит их стрелять. Несколько лет назад они поженились и сейчас воспитывают маленького сынишку. Володе приходится справляться в одиночку с бизнесом. По будням народу немного, а на выходных и праздниках людей здесь так много, что очередь стоит на улице. Летом я подрабатывала здесь, заменяя Лизу, а иногда Володя поручал учить новеньких стрельбе. Мало людей задерживаются в этом месте надолго. Большинство приходят всего пару раз. Их не цепляет оружие так как зацепило меня в четырнадцать.

— На этом всё, — говорит Володя девушке. Она снимает очки и наушники, и я вижу, как трясутся ее руки от перенапряжения, но глаза блестят, как и у меня в первый раз. Значит, она еще вернется, заключаю я. — Снайперша, обслужи клиентку.

Я мило улыбаюсь, когда девушка протягивает мне деньги. Пересчитав и убрав их в кассу, спрашиваю, хотя и так знаю ответ:

— Вас записать на следующее занятие?

Глаза девушки загораются от нетерпения. Хоть ее и трясет от перенапряжения и от выпущенных эмоций, но она согласно кивает так энергично, что я думаю, не отвалится ли ее голова.

— Когда вам будет удобно? — Я открываю тетрадь, в которую Володя записывает клиентов, и раздосадованно поджимаю губы. Больше половины дней пустуют.

— Давайте на следующей неделе? Нет, постойте, — быстро передумывает девушка. — В конце этой есть время? — Я положительно киваю, натягивая улыбку. — В четверг?

— Записала. Хорошего дня. — Девушка уходит, прихватив свои вещи. И чайник дает о себе знать, закипев и издав характерный чпоньк. Я разливаю кипяток по кружкам и жду, пока Володя разберет оружие и проверит на наличие повреждений.

— Говори уже, снайперша.

Как все-таки хорошо меня знает Володя.

— У тебя пустая тетрадь. — Я беру в руки чашки и иду к Володе к огневой стойке.

Володя молчит, поджимая губы. Делает вид, что очень увлечен проверкой дула. Но я тоже успела его изучить и знаю, когда он собирается соврать, а когда говорит правду.

— Она просто новая.

— Не ври! — Я ставлю его кружку с чаем на огневую стойку рядом с внутренностями Макарова. — Надо поднимать прибыль. У тебя семья. Как вы будете жить, если закроешь тир? Вернешься в ментовку?

Я давлю на Володю, но по-другому он не понимает или специально делает вид.

— Не, в ментовку не вернусь.

Я хмыкаю, потому что и так это знала. Володя бывший полицейский. Что-то не заладилось на службе, то ли поссорился с начальством, то ли что-то еще, и его попросили уволиться. А дальше идти работать в другой участок Володя не захотел, вот и открыл свой тир, став преподавать. Он хвастался, что в универе был лучшим по огневой подготовке.

— То-то же.

— И что ты предлагаешь делать? — Смотрит на меня с надеждой в глазах. И кто из нас взрослый? Я что-ли должна решать проблемы? Но Володя для меня как старший брат, которого нет, и мне небезразлична его судьба. Да и Лизу с пацаненком жалко.

Я пожимаю плечами.

— Что-нибудь придумаю.

— Не передумала еще поступать в академию полиции? — Решил сменить тему Володя.

После того дня в тире, даже не так, после первого выстрела я поняла, что хочу стать полицейским. Носить форму, стрелять из оружия и защищать мир от преступников. А когда я узнала, что Володя бывший полицейский, ходила за ним хвостом, интересуясь, что да как в академии и в участке.

— Неа. Буду лучше тебя в огневой подготовке. — Я пихнула его плечом, немного разлив чай и расплескав на пол.

Володя удивленно поднял брови.

— Тогда спорим, кто быстрее соберет пистолет и попадет в десятку больше раз, чем оппонент?

— Спорим. А на что?

Я протягиваю руку, чтобы скрепить наш спор, но, услышав выигрыш, отдергиваю ее.

— Победитель убирает тир после.

— Э, нее. Я так играть не буду.

Володя смеется.

— Ладно, я шучу. Потом придумаем выигрыш.

Я отставляю так и нетронутые кружки с чаем на журнальный столик, чтобы не мешали. Володя встает по правую руку от меня за небольшой перегородкой, ограждающей один пистолет от другого. Я сразу встаю в стойку, чтобы не терять время: ноги сгибаю в коленях, вытянув одну немного вперед.

— На старт! — начинает отсчитывать Володя. — Внимание!

— Марш! — говорю я, пытаясь вывести Володю из равновесия и выиграть несколько секунд.

Удерживая рамку за рукоятку в правой руке, левой рукой надеваю возвратную пружину на ствол. Обычно с пружиной я вожусь подольше из-за того, что она отпружинивает и не хочет возвращаться на свое законное место. Но в этот раз мне повезло и все получилось с первого раза. Присоединяю затвор к рамке. Поднимаю флажок предохранителя. Большим и указательным пальцами левой руки вставляю магазин в основание рукоятки через нижнее окно основания рукоятки и слышу характерный щелчок. Все, пистолет собран.

Теперь нужно успокоиться и не спешить. Я делаю вдох и выдох. Выставляю пистолет перед собой, согнув правую руку в локте, а левой рукой держусь за запястье правой руки для точности и удобства. Краем глаза замечаю, что Володя тоже собрал пистолет и целится в мишень. Я задерживаю дыхание перед выстрелом, дыша животом, а не грудью, чтобы рука с пистолетом не ходила вверх-вниз. Палец помещается на спусковой крючок после прицеливания, и я произвожу выстрел. Наушники сдерживают шум и выстрел не такой громкий, как это было в первые разы, когда я пугалась и дергалась не только от самоотдачи, но и от звука, разносившегося по тиру. Раз, два, три… десять, десять, и весь магазин опустошен.

Я бросаю пистолет на стойку перед собой, не заботясь о сохранности оружия. Меня подстегивал адреналин, и я забыла, что так делать нежелательно. Володя опускает пистолет в тот же момент, что и я. Блиин, у нас одинаковое время.

— Раз мы закончили одновременно, то смотрим, кто сколько попал в десятку.

Я согласно киваю и жду, пока мишень, закрепленная на специальной веревке, подъедет после того, как я нажала на кнопку. Очень удобная вещь. И не надо идти к мишени, она сама к тебе приедет.

Я считаю количество отверстий в мишени. Большинство из них расположены вокруг десятки, несколько убежали за пределы черного круга. Но зато в центре красуется огромная зияющая дыра, и это меня радует. Пересчитав количество попаданий Володи, понимаю что выиграла. Правда, разрыв у нас небольшой, в одну пулю. От радости начинаю прыгать вокруг Володи.

— Сам убирай в тире. — Я показываю ему язык, на что Володя начинает смеяться.

— Вообще-то победитель убирается.

— Ничего не знаю, — тяну последнюю букву.

Мой взгляд перемещается за окно, где солнца давно нет и всё опять обволакивает тучами. Чёрт, зонт. Я так и не забрала его у Вани. А сколько времени? Стрелки на настенных часах, висящих над стойкой администратора, показывают половину пятого. Вот же, опаздываю к репетитору!

Я хватаю рюкзак, параллельно натягивая ветровку на плечи, и несусь в сторону выхода. Володя удивленно смотрит на мои попытки одеться и не запутаться в рукавах.

— Опаздываю к репетитору по биологии.

Володя понимающе кивает, когда я вылетаю из тира и несусь по улицам в сторону дома, где живет биологичка. Власа я так и не увидела и даже не вспоминала все время, проведенное в тире.

Глава 3

У репетитора я проторчала до позднего вечера. Мы разбирали задания ЕГЭ, и я всё никак не могла понять, почему получается именно этот ответ.

— Чёрт! — простонала я, стоя прямо в луже под проливным дождём. Кто ж знал, что в этом доме над подъездом нет козырька? Бедные мои кроссовки! Вместо белых они превратились в чёрные. Ни зонта, ни капюшона… Прощай, моя укладка! В секунду мои волосы цвета блонд превратились в сосульки, прилипшие к щекам и шее, вместо лёгких локонов.