Эго. Тень хищника

Ария Фелл

Эго. Тень хищника

Глава 1

Ночной воздух Вейлфолла пах озоном - словно сама гроза подкрадывалась к городу. Для большинства это был знак надвигающейся бури, а для Деи, которую друзья звали просто Ди, — лучший повод проветриться перед сном.

Она искренне любила каникулы, но ненавидела восстанавливать сбитый за лето режим. Два с половиной месяца бешеного графика сделали своё дело: теперь её мысли напоминали поломанный телефон. На протяжении всего лета она просыпалась к обеду, а засыпала на рассвете. Бег стал единственным способом вымотать тело настолько, чтобы оно наконец отключилось.

Тяжелые басы из новенького плеера заглушали стрекот кузнечиков в заповеднике «Львиная тропа» и задавали особенный ритм её шагам. Подошвы кроссовок упруго отталкивались от плотно вытоптанной земли. Ди любила этот маршрут именно за его предсказуемость. Город остался позади - мигающим заревом где-то на юге, а впереди были только секвойи, сухой вереск и абсолютная пустота. Хищники избегали этой части леса из-за близости к жилым районам. По крайней мере, так было написано в справочниках, которые она скупала пачками.

Музыка внезапно захлебнулась помехами. Ди поморщилась, сорвала один наушник и машинально замедлила шаг. Воздух изменился - она почувствовала это сразу, едва сделав глубокий вдох. К привычному аромату хвои и дорожной пыли примешалось что-то резкое, металлическое. И озон. Его стало столько, что легкие начало жечь изнутри.

«Просто недосып, — одернула себя Дея, поправляя шнуровку на правом ботинке. — Мозг устал, вот мне и мерещится всякое. Спокойно».

Её пальцы замерли на узелке. Инстинкт, который обычно дремал где-то на краю сознания, теперь выл пожарной сиреной. Волосы на теле встали дыбом от ощущения чужого взгляда. Это точно была не любопытная белка. Напряжение сковало каждую мышцу, будто её пригвоздили к месту.

Ди прищурилась, всматриваясь в тени между стволами гигантских деревьев. Внутренний голос лихорадочно перебирал варианты.

«Медведь? Может, горный лев, обходящий свои владения? »

Любопытство оказалось сильнее страха - или это была глупость. Она осторожно сошла с вытоптанной тропы в папоротник, аккуратно раздвигая жесткие листья руками.

В нос ударило зловоние — невыносимая смесь мокрой псины, разрытой земли и чего-то паленого, словно кто-то сунул кусок говядины в костер и забыл вытащить.

Внезапно раздался громкий квакающий звук. Девушка вздрогнула, все мышцы напряглись, как перед ударом. Но это было всего лишь уведомление на телефоне. Она выдохнула и уже потянулась к гаджету, чтобы проверить, кому она могла понадобиться в этот час, как её отвлёк тяжёлый выдох, раздавшийся откуда-то со стороны.

Она подняла голубые глаза и моментально определила направление.

Под огромным кустом мансаниты, там, где лунный свет едва пробивался сквозь кроны, что-то шевельнулось. Оно опиралось на задние лапы, сгорбившись темным силуэтом. Туша была размером с молодого медведя, но пропорции выдавали собаку: массивная грудная клетка, длинные когти, скребущие землю. Когда тварь приподняла голову, Ди увидела кровь, заливающую черную морду до самых безумных, пульсирующих алых глаз. В пасти блеснуло что-то белое. Сначала девушка подумала, что это кость какого-нибудь несчастного травоядного, ставшего жертвой этой ночи. Но у них просто не могло быть крашеных ногтей.

На земле, под ногами неведомого зверя, лежала девушка лет двадцати пяти, не старше. Она была совершенно точно мертва: голова повернута под неестественным углом, а стеклянный взгляд устремлён прямо на Ди.

Сознание Деи будто разделилось надвое. Одна её часть продолжала холодно отмечать детали: неправильный прикус, деформированная челюсть, шерсть, растущая клочьями, проплешины, обожжённые почти до мяса. Вторая часть мозга вопила одной сплошной нотой ужаса.

Зверь медленно повернул голову. Раздался влажный хруст: он с остервенением перекусил шейные позвонки жертвы пополам. Алое марево его глаз сфокусировалось на Дее.

Инстинкт самосохранения наконец победил шок. Бежать. Броситься обратно к тропе, к огням города, к людям.

Она развернулась так резко, что гравий брызнул из-под протектора кроссовка. Сердце колотилось где-то в горле, адреналин выжигал мышцы, делая ноги пружинистыми. Ди неслась сквозь лес, не разбирая дороги, слыша позади тяжелую, сотрясающую землю рысь.

Несмотря на регулярные тренировки и ужас, разгоняющий кровь, она проигрывала дистанцию. Огромная туша проламывалась сквозь кустарник слева, слишком близко. Дея услышала низкий вибрирующий рык, от которого на мгновенье заложило уши.

Она попыталась уйти вправо с линии атаки, но земля предательски ушла из-под ног: корень дерева, незамеченный в траве, буквально сбил её с ног. Падение было жестким. Плечо взорвалось болью от удара о камень, из горла вырвался первый вскрик.

Всего мгновенье - и тень накрыла её целиком. Горячая, вонючая слюна капнула ей на шею, прежде чем челюсти сомкнулись на правом плече. Боль пришла секундой позже укуса — тупая, сокрушительная, парализующая. Она почувствовала, как клыки входят глубоко в мышцу, разрывая ткань и упираясь в кость. Из горла вырвался вопль.

Мир поплыл перед глазами, окрашиваясь в багровые тона. Жар от тела мучителя был невыносимым, обжигающим, как выхлоп работающего двигателя.

А потом давление исчезло. Челюсти разжались. Тяжело дышащая тварь отстранилась. Дея почувствовала его горячее дыхание на своем затылке, слышала утробное рычание. Убивать её не спешили. Монстр склонил голову набок, разглядывая свою новую добычу, как энтомолог редкую бабочку. Он вновь склонился над дрожащей девушкой, на этот раз лишь глубоко вдыхая её запах. Неизвестно, что именно остановило ночного монстра от дальнейшей расправы, но, тяжело развернувшись, он растворился в темноте леса, оставив за собой лишь запах пепла и свежей смерти.

Адреналин иссяк мгновенно. Шок наступил следом. Боль в плече стала глухой, далекой. Перед глазами заплясали черные мушки. Тяжело перевернувшись на спину, она хрипло выдохнула, не замечая, насколько этот звук был похож на звериный. Перед её взглядом мелькнули мутные очертания луны - ещё не полной, но сильно округлившейся...

Затем — ничего.

Глава 2

Сознание возвращалось медленно и неохотно, словно прибитое гвоздями мигрени к подкорке мозга. Голова раскалывалась так, будто прошлую ночь я провела в беспробудном пьянстве.

Внезапное чувство невесомости сбивало с толку. Кто-то нес меня на руках. Поморщившись, я с трудом разлепила веки. Раннее утро... Зрение всё ещё плыло, отказываясь фокусироваться, но мужской профиль я всё же выхватила из тумана: резкая линия челюсти, темная копна волос, широкие плечи. Он двигался сквозь лес без малейшего усилия, прижимая моё тело к груди так легко, будто я весила не больше связки сухих веток.

— Кто ты? — из горла вышел хрип.

Мышцы мужчины под моей ладонью мгновенно окаменели. Он скосил глаза, мазнув тяжелым, внимательным взглядом, но промолчал, продолжая мерно шагать в неизвестность.

Осознав всю абсурдность ситуации, я предприняла слабую попытку пошевелиться, надеясь, что спаситель соизволит поставить на ноги. Однако парень лишь усилил хватку, буквально впечатывая меня в свою грудную клетку стальными тисками.

— Не дергайся, — бросил он не самым дружелюбным тоном. Это не прозвучало как угроза - скорее как предупреждение. Голос у него оказался низким, вибрирующим где-то в глубине грудной клетки.

— Куда мы идем? — не сдавалась я, пытаясь рассмотреть окружающее пространство со своего ракурса.

— В безопасное для тебя место, — сухо ответил он, даже не повернув головы. Несмотря на грубость и угрюмость, держал он меня до смешного бережно, лишний раз не тревожа ноющее плечо.

Что произошло? Вопрос едва не сорвался с губ, но сухой ком в горле заставил меня закашляться. Во рту стоял привкус крови и пыли, губы саднили. Решив, что выпрыгивать из рук незнакомца посреди леса — идея хуже некуда, я расслабилась, временно принимая правила игры.

Память услужливо подбросила картинку: лесная глушь, красные глаза, влажный хруст ломающихся позвонков. Вздрогнув всем телом, я инстинктивно сжалась. Незнакомец тут же напрягся, перехватывая меня крепче.

— Зверь... — испуганно прохрипела я, чувствуя странное головокружение. От одного этого слова укушенное плечо вспыхнуло огнем. — Я встретила его в лесу, во время трапезы... Он убил ту девушку, - пробормотала я, борясь с накатывающим жаром.

Парень будто весь подобрался. Его взгляд впился в моё лицо, сканируя.

— Никого больше там не было, — заявил он серьезно, будто пытаясь понять, насколько я в своём уме.

Тяжело выдохнув, я позволила себе уткнуться лбом в чужое плечо, обтянутое кожаной курткой. Парень вздрогнул, и выражение его лица дрогнуло, становясь похожим на тревогу. Я поспешно прикрыла воспаленные веки, избегая этого взгляда.

Запах мокрой земли и прелой листвы витал вокруг, густо замешиваясь с железистым ароматом свежей крови - моей крови. Это должно было вызывать панику, но я ощущала лишь звенящую пустоту. Крепкие руки продолжали удерживать моё сознание на поверхности, не давая соскользнуть обратно во тьму. Остаток пути мы провели в тишине.

Какого же было удивление, когда выяснилось, что конечной точкой маршрута стал мой собственный дом. Расстояние от заповедника до окраины Вейлфолла было отнюдь не маленьким, а он прошел его пешком - да ещё и с грузом на руках. Непонятно, как он вообще узнал адрес. Что-то с ним определенно было не так.

— Где ключи? — спросил он, поднимаясь на крыльцо.

По инерции потянувшись к карману, я нащупала лишь подкладку костюма.

— Кажется, потеряла, — потерянно прохрипела я, мысленно прикидывая отрезок маршрута, где, скорее всего, и лежала связка, затерявшись в листве.

Парень нахмурился, оглядывая закрытую дверь так, будто она была его злейшим врагом.

— Запасные только внутри, - добавила я.

Тяжело вздохнув, он осторожно поставил меня на ноги, облокотив о стену. Колени предательски задрожали. Конечности нещадно жгло — такое ощущение, будто меня пропустили через мясорубку. Боль навалилась разом, стоило только спасителю убрать руки.

«Почему тело начало ныть именно сейчас? Он что, какой-то волшебник?» - с досадой подумала я, морщась от собственной тяжести. Погрузившись в тяготы своего нынешнего состояния, я совершенно упустила из виду своего угрюмого спасителя. Кажется, он копошился у окна...

Сознание вновь немного прояснилось, позволяя мыслить трезво, когда я почувствовала, как меня вновь подхватили. Воздух перестал существовать — только рывок вверх, мимолётное облегчение - и конец. Через секунду мои лопатки уже коснулись мягкой обивки дивана в гостиной. Боль вернулась вновь.

— Где аптечка? — хмуро осмотрелся мужчина по сторонам, шумно втягивая носом воздух.

«Он что, собака?» - шальная мысль проскользнула, оставаясь лишь фоном для моего страдающего тела.

— В этом нет необходимости, — выдохнула я, поморщившись, и откинулась на подушки. — Я позвоню другу.

Эти пляски боли — то накатывающей волной, то отступающей — выматывали сильнее марафонского бега. Скривившись от очередной вспышки, я попыталась найти положение, в котором сустав плеча перестанет пульсировать раскаленным свинцом.

— Где она? — повторил вопрос брюнет, игнорируя протест.

Теперь уже я угрюмо нахмурилась, подслеповато оглядев его снизу вверх.

Что ему нужно? Зачем он так настаивает?

— Знаешь, я очень благодарна за помощь, — начала я, тщательно подбирая слова, чтобы не спровоцировать агрессию. — Но у меня нет привычки доверять незнакомцам. Поэтому я бы хотела, чтобы ты покинул мой дом.

Это заставило парня стать еще мрачнее.

— Я не наврежу тебе...

— Тебе следует покинуть мой дом, — отрезала я, поднимая руку в останавливающем жесте. - Это была тяжёлая ночь. Если присмотришься внимательнее, то заметишь, что препираться мне совсем не хочется.

Он тяжело выдохнул, потер переносицу и на мгновение замер, словно вёл внутренний диалог. Затем развернулся и молча шагнул к выходу, но застыл в дверях, когда я с очередным кряхтением перевернулась на здоровый бок.

— Тебе следует отдохнуть, — бросил он через плечо. — Лучше не ходи в больницу...

— И сдохнуть от бешенства или кровопотери? — возмутилась я тихо, зажмуриваясь. Происходило нечто странное. Меня мутило от запахов собственного дома: стиральный порошок казался химическим оружием, холодильник на кухне гудел, как турбина самолета. Даже родные стены теперь приносили не успокоение, а глухую тревогу.

— Ещё увидимся, — хмыкнул парень, проигнорировав мой укол, и растворился в утреннем свете, оставляя меня одну со своим одиночеством. Как я и просила...

Выдохнув от непонятно откуда взявшейся тоски, я лишь на мгновение прикрыла глаза. Очнулась, когда услышала громкий мальчишеский вопль.

Максимилиан Спрейк, мой лучший друг, почти член семьи, не мог не появиться в этой картине маслом.

— Дея! Как ты?! Я чуть с ума не сошёл! — Он подлетел ко мне раньше, чем я успела вернуть себе хоть какое-то ощущение пространства, и сгреб в охапку. Вскрик подавить не получилось — объятия обожгли покалеченное плечо. Я слышала, как отчаянно колотится сердце в груди рыжеволосого, чувствовала дрожь его пальцев на своей коже. От него буквально фонило паникой вперемешку с облегчением.

Резко отстранившись и поправив очки на носу, Макси принялся сканировать меня с ног до головы профессиональным взглядом юного параноика.

— Я названивал тебе с самой ночи! Господи, какое счастье, что ты жива! Выглядишь так, будто тебя переехал каток. Это кровь?! Она твоя?! - Чужие эмоции были на столько острыми, что кружилась голова. Ужас друга я испытала на себе как собственный, даже не осознавая, что это ненормально.

— Воспользуемся аптечкой... — лишь вздохнула я, позволяя балагану, что принёс за собой Макси, немного заглушить мысли о вчерашней встрече. Только сейчас, увидев знакомое лицо, я осознала масштаб катастрофы: это утро я могла уже не встретить...

— Я потеряла мобильный. И ключи... Какой-то парень нашёл мою бессознательную тушку и притащил сюда прямо из леса...

Спрейк напряженно застыл, внимательно впитывая каждое слово.

— Я почти ничего не помню, — пробормотала устало, осторожно принимая сидячее положение. — На меня напала какая-то тварь. Очнулась уже у кого-то на руках... Он хотел помочь мне с этим, — кивнула я на правое плечо. — Но я попросила его уйти.

— Зверь? Как он выглядел? Этот парень — он кто? Знакомый? — протараторил Спрейк, начиная закипать. Какофония чужих эмоций - липкий страх, недоверие, волны облегчения вперемешку с раздражением - ударила по моим обострившимся нервам, заставив закашляться.

— Волк размером с медведя, — пробормотала я, поморщившись. Макси уже доставал перекись. — Я не могла нормально рассмотреть в темноте. А парня... вряд ли мы его видели. Высокий. Крепкое тело...

На последнем пункте Спрейк закатил глаза.

— Ясно, ясно... — недовольно засопел он, аккуратно беря мой локоть и слегка разворачивая на диване. — Чёрт... Эта рана выглядит паршиво...

Он осторожно коснулся разодранного плеча поверх пропитанной кровью толстовки. В его голосе скользнуло напряжение, когда он оценил масштабы багрового пятна.

- Может, отвезти тебя в больницу?

- Нет... - задумавшись лишь на мгновение, я выдохнула, решив на этот раз довериться словам своего спасителя. Он казался серьёзным в тот момент.

Разговоры стихли ровно до того момента, как последний пластырь занял свое место.

Помимо ссадин на конечностях — следов борьбы среди колючих веток — единственным серьезным ранением был укус на правом плече. И всё. Это было странно. Обычные животные на этом бы не остановились. Да и слух... Я отчетливо помнила влажный хруст ломающейся кости, когда чужие клыки сомкнулись на суставе.

Осторожно ощупав массивный пластырь, обмотанный бинтом, я поморщилась от зуда и внутреннего жжения.

— Так кто же это был? — выдохнул Макси, сверкнув карими глазами.

Я неопределенно повела здоровым плечом.

— Волк...

— Этого не может быть, — тут же возразил юноша. — На территории Вейлфолла их не водится уже лет восемьдесят.

— Я и сама знаю... — буркнула я, чувствуя, как тяжелая дремота начинает затягивать сознание, словно болото. Голова гудела невыносимо.

— Тогда что же это... — задумался Спрейк. Внезапно в его взгляде мелькнуло безумное мальчишеское веселье, заставившее его нервно хохотнуть.

— Что?

— Может... оборотень? — неуверенно пробормотал он, криво усмехнувшись, и быстро запихал остатки бинтов обратно в оранжевую коробку аптечки.

Воцарилось молчание. Я хотела было съязвить на шуточку друга, но слова застряли в горле. Мурашки побежали по коже. Образ красных глаз снова встал перед внутренним взором - слишком четко, будто происходило прямо сейчас.

— Только спокойно... — заметив, как я побледнела, Спрейк попытался сгладить ситуацию. — Может, останешься дома? Пропустишь первый день?

— Нет, — выдохнув, я серьезно посмотрела на товарища. — Пропускать школу в первый же день чревато последствиями. Мне нужен душ и чистая одежда.

— Да ладно, можно попросить маму написать справку о пищевом отравлении, — всё ещё сомневаясь в моей адекватности, канючил Макси.

— Никаких справок, — прокряхтела я, с усилием воли поднимая непослушное тело на ноги. Чувство грязи въелось под кожу. — После занятий сходишь со мной поискать телефон и ключи?

— Думаешь, стоит соваться туда? — нервно передернул плечами школьник.

— Да. Думаю, будет неплохо поискать труп той девушки, которую жрал зверь, пока я его не прервала. Будет что рассказать твоему дяде-шерифу.

— Подожди, ты сказала труп?! — шокировано воскликнул парень, разворачиваясь ко мне всем телом.

Глава 3

Начало учебного года превратило старшую школу Вейлфолла в подобие серпентария: ученики искренне радовались встрече, ровно до тех пор, пока не начала восстанавливаться привычная иерархия.

Дея сидела на подоконнике у кабинета биологии, игнорируя суету коридора. Сейчас идея Макси насчёт одной-единственной справочки уже не казалась такой уж плохой. Запахи, звуки, яркий свет августовского солнца - всё это только усиливало её плохое самочувствие.

Прежде чем увидеть приближающуюся девушку, Дея почувствовала зуд в черепной коробке - мигрень начала набирать силу. Вирджиния Дункан держала прямой курс к бледной Дее. От черноволосой красавицы, «королевы школы», пахло сладкими духами, блеском для губ и плохо скрываемой тревогой. Зеленоглазая никогда не была любезна с одиночками, считая их низшим сословием, но с Ди всегда подбирала слова с особой осторожностью - держала ухо востро.

— Дея! — пропела Вирджиния, растягивая гласные и губы в белозубой улыбке. Она буквально светилась фальшивым энтузиазмом. — Ты уже слышала? У нас новенькая. Приехала с севера штатов, жила среди лесов. Такая... дикая тема.

Ди медленно, нехотя повернула голову. Рядом с Джиной стояла девушка с идеальным светлым каре и улыбкой, будто приклеенной к лицу. Анджела Уолтер, так она назвалась. От нее разило синтетическим ванильным парфюмом так сильно, что хотелось чихнуть. Но хуже был сам запах новенькой — стерильный, безликий, словно она пыталась замаскировать свой настоящий аромат дешевым дезодорантом.

— Привет! — Анджела шагнула вперед, протягивая руку слишком быстро. — Я видела тебя на регистрации.

Её пальцы казались холодными и влажными. Дея посмотрела на протянутую ладонь, потом подняла взгляд на сияющее лицо новенькой. Взгляд Анджелы скользнул по её лицу вниз, задержавшись на воротнике толстовки. Ди едва заметно дёрнулась от боли при движении - и новенькая это заметила. В этом взгляде было мало дружелюбия.

— Ага, — коротко бросила Дея, даже не думая пожимать руку. — Добро пожаловать. Свежему мясу у нас всегда рады.

Вирджиния хихикнула: её явно забавляло сконфуженное выражение лица Уолтер, получившей столь холодное приветствие. Казалось, она привела новенькую сюда с одной целью - прощупать почву перед тем, как «сожрать».

— Мы идем в столовую, там сегодня дают эти ужасные пицца-багеты, — прощебетала Вирджиния, беря Анджелу под локоть. — Пойдешь с нами? Расскажешь про свои... увлечения.

— В другой раз, — отрезала Дея, спрыгивая с подоконника. Ей физически невыносимо было находиться между этими двумя источниками лжи. Запах пластика от Анджелы смешивался с запахом дешевых амбиций Джины, создавая тошнотворную симфонию. Она прошла мимо, чувствуя, как сверлят ей спину два взгляда.

Звонок на урок физкультуры стал спасением. Зал встретил их гулом ударов мяча о паркет. Помогая мистеру Уолкеру собирать маты, Дея краем глаза наблюдала за разминкой баскетбольной команды.

Реми Фаррелл сегодня был заряжен электричеством. Его движения были резкими, броски - агрессивными. Когда он перехватил пас, предназначенный другому, и с силой впечатал мяч в корзину, кольцо жалобно звякнуло. Мазнув взглядом по трибунам, парень выискивал кого-то. Наткнулся на Дею. На секунду его лицо смягчилось, губы дрогнули в неуверенной полуулыбке — той самой, мальчишеской, которую никто больше не видел. Но, заметив рядом с ней пустующий стул Спрейка, Реми снова нахмурился и превратился в привычного всем засранца.

Тренировка началась. Макси старался изо всех сил: пыхтел, обливался потом, но упорно лез за подборами. Для астматика он обладал поистине ослиным упрямством. Реми, пробегая мимо во время защиты, намеренно выставил плечо и врезался в Спрейка. Тот пошатнулся, судорожно хватая ртом воздух.

— Эй, дыши ровнее, рыбка-прилипала, а то пузырь лопнет! — гаркнул капитан с ухмылкой и отвернулся.

Кровь, весь день бурлившая в теле Деи, ударила в голову. Эта ненависть родилась не вчера. С пятого класса Реми пытался привлечь её внимание единственным доступным его умственному развитию способом — задирая её и близкого к ней Макси. То он дергал за волосы, то прятал сменку, теперь цеплял лучшего друга. Он думал, что так добавляет себе баллов крутости. Дея же считала его просто туповатым задирой, чей интеллект остановился на уровне детского сада.

— Фаррелл! — Голос девушки разрезал шум зала сталью. — Если единственная возможность повысить твой уровень игры - унижать сокомандников, может, стоит задуматься о смене рода деятельности? Например, пойдёшь и утопишься?

Реми замер с мячом в руках. Вся команда развернулась, чтобы посмотреть на своего капитана. Он двинулся медленно, чеканя шаг, пальцы на мяче побелели от напряжения. Подойдя вплотную, он навис над ней. От него пахло спортивным азартом, горячим хлопком и цитрусовым дезодорантом. И еще чем-то терпким.

— Следишь за моей игрой, Ди? — процедил он, скалясь. — Нравится вид снизу?

— Нет, я слежу за твоими манерами. Они остались в яслях, — она смотрела ему прямо в глаза, не моргая. В следующий момент понизила голос, так, чтобы расслышал только Фаррелл. — Еще раз тронешь Макси, и следующий твой данк ты будешь делать в инвалидном кресле. Понял меня, звезда школьного двора?

Он открыл рот, чтобы выдать очередную колкость, но слова застряли. Её глаза... Обычный голубой цвет сменился расплавленным янтарём, а глубоко внутри тлел красный уголек, завораживая. Реми сглотнул и инстинктивно отступил на полшага назад. Инстинкты кричали ему бежать, но гордость заставила лишь фыркнуть и вернуться на площадку, бормоча проклятия. Изменения в девушке казались ему плодом воображения: стоило моргнуть - и её глаза снова стали обычными.

Только в тишине женской раздевалки Дея позволила себе выдохнуть. Адреналин схлынул, оставив после себя дрожь в коленях и странное чувство опустошенности. Скрывшись в кабинке, она задрала рукав толстовки. Повязка пропиталась сукровицей, а зуд под бинтом сводил с ума.

«Так, спокойно. Просто заживление».

Содрав пластырь, она уставилась на плечо. Рваная рана от клыков размером с блюдце превратилась в аккуратный розовый шрам. Кожа натянулась идеально гладко. Такого не бывает.

«Что оно со мной сделало?» - промелькнула мысль, заставляя сглотнуть вязкую слюну.

После уроков мир снова стал другим. Школа осталась позади. Лес встретил подростков тяжелой, влажной прохладой. Солнце садилось, окрашивая стволы секвой в кровавый цвет.

— Ты уверена, что выронила ключи именно здесь? — спросил Макси, ежась и повыше поднимая воротник.

— Здесь, — кивнула Ди, внимательно осматриваясь.

Воздух вокруг всё ещё хранил тот самый металлический привкус. Труп девушки исчез. Ни крови, ни следов погони. Кто-то очень постарался, прибирая этот участок леса. Но природа сохранила память получше людей. На сосне зияли четыре глубокие борозды: когти прошили кору насквозь. А в мягкой глине у ручья отпечатался след лапы, способный накрыть человеческую голову целиком.