Калька

— Посмотри на надпись изнутри, — не сдавалась Дилика. — Тоже считаешь, в метро подбросили?

— Свет ярче! — скомандовал Гойт, рассматривая кольцо.

Я последовала его примеру.

«Анди, с любовью. Гойт».

Шумно выдохнув, я подняла глаза только для того, чтобы встретиться с напряженным взглядом Гойта. Было видно, что в его варианте эта фраза выглядела не менее сентиментально.

— Действительно первый раз видит, — наконец дошло до Дилики. — Но этого не может быть!

— Может, — спокойно выдержал ее взгляд Гойт. — Как может быть и то, что мне придется подвергнуть сомнению ваше дальнейшее участие в операциях.

После этих слов товарищи Гойта как-то разом сникли. Правда, затишье продолжалось недолго, первой снова вскинулась Дилика:

— Постойте! Выходит, узел затронуло?

Молчание мужчин, похоже, означало положительный ответ.

— И из нас троих только Гойта не задело… — задумчиво продолжила девушка, а потом метнула в меня изумленный взгляд. — Ты ведь действительно Анди?

— Да.

— И продолжаешь все помнить, вплоть до момента вживления? Святой Боже…

— Что? — Было видно, что Декстер ровным счетом ничего не понял.

Гойт бледнел на глазах.

— Калька… — выдохнула Дилика. — Нам вживили кальку…

Было очевидно, что эти слова имели для всех присутствующих особое значение. Я ощущала себя подопытным кроликом на столе ученого. Беспомощно переводя взгляд с одного человека на другого, наконец, остановилась на Гойте. Кажется, он был единственным, кого хоть как-то беспокоила моя неосведомленность.

— Похоже, нам предстоит непростой разговор, — произнес он.

— Где я? — повторила я свой вопрос.

— Лучше присядь, — посоветовала Дилика и сама же последовала своему совету. — Декс сейчас все объяснит.

Я удивилась, почему этим не займется Гойт, ведь, судя по царящей атмосфере, он был здесь главным. Однако привлекать внимание вопросами, конечно, не стала. В чужой монастырь, как известно, со своими правилами не лезут, а мне нужно было быть благодарной за то, что сейчас я получу ответы на все свои вопросы.

К слову, капитан, вернувший меня на мостик, обреченно поджал губы и уселся в самое большое кресло из присутствующих, расположенное по центру помещения. С него можно было получить полный обзор картинки с носа корабля. Опершись на подлокотники, он скрестил пальцы и устремил взгляд в космическую даль, удостоив меня короткой фразы:

— Для начала уясни для себя: все, что тебе сейчас расскажут, — правда. Горькая, но реальность. Мы ни на йоту не обманем тебя, поскольку сами варимся в этом уже довольно давно. Прими как данность то, что внезапно перенеслась из своего мира сюда. Возможно, именно наше измерение станет твоим новым домом.

Измерение? Перенеслась из своего мира? Мне стало плохо. Однако слова Гойта о том, что лучше поверить всему происходящему, я взяла на заметку.

Затем мое внимание привлек широко улыбающийся Декстер, вскочивший со своего кресла и расставивший ноги на ширине плеч. Хрустнув пальцами, он указал мне на место, в котором я очнулась прямо после метро:

— Дилика правильно сказала — такую информацию лучше воспринимать сидя. Итак, Анди, ты спрашивала о том, где находишься. В данный момент ты член экипажа отряда Небесных Механиков номер тринадцать. Мы исправляем временные искривления, которые влекут за собой появление новых реальностей. Наш корабль — «Исход-13» — висит в околоземном пространстве. Ну, как тебе начало? — Его улыбка превратилась в звериный оскал.

— У меня математическое образование, Декстер. Я понимаю каждое из ваших слов в отдельности, но собрать их воедино не получается.

— Ты смотри, ни единый мускул не дрогнул! — восхитился здоровяк. — Сейчас я одновременно увидел Анди из своих воспоминаний и совершенно чужую женщину.

Гойт едва заметно усмехнулся, словно тоже сожалел, что я теперь другая.

— Просветите? — слабо улыбнулась я.

— Наша Анди тоже на любую попытку вывести ее из равновесия сохраняла невозмутимость.

— Привычка. Общение с клиентами из категории «сам не знаю, чего хочу», — пожала я плечами.

В этот момент я увидела одобрение в глазах Дилики. Возможно, она не так плоха, как показалось на первый взгляд.

— Та Анди никогда не называла меня на «вы», — немного грустно добавил Декс.

— Та Анди проработала с вами пять лет, если я все правильно поняла, — напомнила я.

— И это тоже, — кивнул богатырь. Потом тряхнул головой, будто сбросил с себя багаж воспоминаний, подошел к круглому столу, поверхность которого мерцала разноцветными огоньками. — Итак, Анди, скажи-ка мне, какого уровня прогресса достигла ваша космическая промышленность?

— М-м-м… у нас ее нет как таковой, — подумав, ответила я. — Нет, есть, конечно, международные космические станции, но они носят научный характер. Только-только внедряется идея космического туризма. Но это все. Беспилотные модули — пожалуй, единственное, с помощью чего мы пытаемся исследовать Солнечную систему.

— Да у вас с Гойтом, я смотрю, похожие измерения, — крякнул Декстер, махая рукой в сторону капитана. — Тогда он сможет объяснить доступным языком то, что после моего экскурса тебе станет непонятным.

— Гойт… тоже? — не удержалась от любопытства я.

— Внедренец? — спросила Дилика. — Да. Пять с небольшим лет.

— Станция, изображение, пожалуйста, — попросил Декстер, и поверхность стола вспыхнула ярким светом, образовав широкий цилиндр до самого потолка. — Голографические технологии. Телевизор в объеме, — похвастался «простым» языком бугай, и мне стало весело от того, как сильно он пытался произвести хорошее впечатление.

— Я в курсе, что такое голограмма.

— Отлично, — кивнул Декстер. — Мы называем их Потребителями. Внимание сюда.

Внутри потока света возникла небольшая, высотой около полуметра, фигура человека, укутанного в плащ до колена. Снизу я увидела на нем сапоги с металлическими бляшками, похожие на доспехи.

— Типичный представитель. Если не носит плащ и стандартную униформу своей расы, от человека практически неотличим. Разве что в минуты ярости начинает «сиять» линиями на теле. Ни одного образца нам так добыть и не удалось, так что смотри изображения с натуры. И запоминай: это плохие дяди. С ними лучше не дружить.

Действительно, картинка сменилась на все того же мужчину в плаще, только показывалось уже одно лицо, причем из-под ткани выглядывали те самые полосы, о которых только что поведал Декстер. Две изогнутые по форме бровей, одна вертикальная посередине лба, две, очерчивающие скулы, и точка, обозначающая подбородок. Фосфоресцирующий череп, не иначе.

Это было жуткое зрелище.

— Почему вы называете их Потребителями? — спросила я.

— Это слово лучше всего описывает их образ жизни, — поморщилась Дилика. — Они поглощают все, что попадается им на глаза, и используют полученную информацию в своих целях.

— То есть? — не поняла я.

— Если они встретят дикое животное в лесу, то переломят ему хребет, снимут кожу, обглодают кости, а затем высушат и переработают их, чтобы в будущем использовать в качестве украшения потолков на своих кораблях, — будничным тоном объяснил Декстер. — Шерсть они могут съесть или взять как материал для исследований, разлагая ее до молекул и атомов. С мужчинами они поступают аналогичным образом, а у женщин могут проверить детородную функцию.

К горлу подступила тошнота. Что там Декстер говорил о невозмутимости прежней Анди? Черта с два я буду бездушным истуканом!

— Я считала вас добрым человеком, — сказала я.

— Напрасно. В нашей команде только один добряк, и это не Дилика, — ответил Декстер.

Я взглянула на Гойта и сначала не поверила. Выходит, он самый человечный из них? Может быть, хорошо, что я именно ему досталась в жены?

— Я это уяснила, — сказала я, стараясь не выдать своих мыслей.

— Умница, — похвалил меня Декстер. — Из всего этого ты должна запомнить одно: ни за что и ни при каких обстоятельствах не оставайся наедине с Потребителем. Живой ты из этой схватки не выйдешь. Они сильные, ловкие и переняли все человеческие методики по улучшению самих себя. Они не знают слова «лень».

— Ты сам говорил, что их от обычных людей не отличить, — возразила я, отклоняясь назад, словно пытаясь защититься от возрастающей агрессии, с которой Декстер говорил о «юзерах» — так любовно я стала называть Потребителей.

— Незначительные отличия все же присутствуют. — Декстер отошел от проектора и направился к большому стеклу-иллюминатору. — Ни один из них не выглядит старым, больным или увечным. Более того, на теле Потребителя нет никаких шрамов. Кожа чистая и светлая, а внешний облик напоминает посвежевшего после экзамена студента. На вид им можно дать до сорока лет. Представителей старше мы не встречали. Есть подозрение, что они либо долго живут, либо где-то на просторах Вселенной нашли лекарство от смерти. Ну и, конечно, из-за особенностей и возможного «вспыхивания» Потребители неэмоциональны. То есть вывести их на обычное раздражение будет стоить тебе огромных усилий.

Я поморщилась — ну просто портрет Макса описал. Он тоже с каменным лицом говорил о том, что мы расстаемся из-за Дони. Мимолетно воскресив это событие, я, однако, зацепилась за другую часть фразы Декстера:

— Как вы сказали? На просторах Вселенной?

— Ох, а ты все больше похожа на ту Анди, которую я помню, — с удовлетворением заметил бывший добряк.

— Вы так говорите, будто меня здесь никогда и не было, — поморщилась я. — К чему все эти разговоры о том, что мы знакомы пять лет? Откуда у меня вообще кольцо на пальце?

— Вот тут мы подходим ко второй части нашего разговора, — понимающе улыбнулся Декстер. — О том, как Потребители наткнулись на Землю и почему ты, никогда не бывавшая во Вселенной-25, так знакома нам.

Я ненадолго прикрыла глаза, вжимаясь в спинку кресла. Говорила мне мама не читать слишком много фантастики в детстве…

— Выдыхай уже, — снисходительно хмыкнула Дилика. — Мы понимаем, что за раз слишком много информации. Но, раз уж ты стала частью этой реальности, на тебя тоже распространяются ее правила.

— То есть? — Я открыла глаза и устало посмотрела на девушку.

— Придется привыкать ко всему. — Она развела руками. — В том числе и к той роли, которую тебе отвели.

Вздрогнув, я метнула взгляд в сторону Гойта.

Быть ему… женой?

— Но мы отвлеклись от главной темы! — напомнил о своем присутствии Декстер, и я рассеянно кивнула. — Единственное, чего мы во всей этой истории не знаем, так это того, как Потребителей угораздило натолкнуться на Землю. Их технологическое развитие позволяет судить о том, что это вполне могло произойти в недалеком — или не очень — будущем. Однако, к нашему прискорбному сожалению, эти твари обладают технологией перемещения во времени — или когда-то обладали. И они стали использовать эту технологию.

— Ты хотел сказать — злоупотреблять, — поправила его Дилика.

— Именно, — удовлетворенно кивнул Декстер. — Человечество настолько им понравилось, что они решили снова и снова переживать некоторые события, связанные с нашими встречами с ними. Только вот беда — возвращаясь каждый раз все раньше и раньше во времени, они в итоге сами себе испортили малину. Добивались того, что нужный момент навсегда исчезал из истории. Тогда-то в хрониках Земли и появились Небесные Механики.

— Небесные — кто?

Это был один из вопросов, который я намеревалась задать.

— Механики. Существа, родственные Потребителям и умеющие стабилизировать реальность. Именно они и помогли нам не исчезнуть с лица Земли.

— Декс, отдохни, — в наш диалог с богатырем вклинился флегматичный голос Гойта. — У Анди сейчас закипит мозг. Ты обрушил на нее столько информации, что принять все это сразу будет очень нелегко.

— Кстати, да, — прищурившись, кивнул здоровяк. — Ты же с ней из одной эпохи, должен показать на собственном примере, что все не так сложно. Давай, кэп, мы в тебя верим.

Было заметно, что особого энтузиазма от своей инициативы Гойт не испытывает. Он вообще воспринимался мной двойственно: пока не начинал говорить, внушал только страх и робость. Но стоило ему включиться в обсуждение, от него волнами начинала исходить уверенность. Она передавалась и мне. Как и тогда, когда я убегала из рубки.

— Твоя Вселенная — это параллельная реальность, — без предисловий сказал Гойт. — Еще один мир, существующий одновременно с этим, с той же Землей, космосом и основными этапами исторического развития. С одной лишь особенностью: однажды, незаметно для остальных, в нем появились Потребители и вмешались в ход истории. Они не делали ничего глобального — могли просто в нескольких местах стать причиной автомобильных катастроф. А могли просто перевести через дорогу бабушку, которую не сбила бы на огромной скорости машина.

В первом случае в аварии мог погибнуть ученый. В будущем ему было суждено открыть, к примеру, формулу топлива, с которым космические корабли преодолеют скорость света. От его открытия человечество шагнуло бы далеко в будущее. Но, поскольку вмешались Потребители, ученый погиб, формулу не изобрели, и Земля осталась где-то на задворках цивилизации.

Во втором случае, сбей автомобиль бабулю, очевидцы сумели бы его задержать, а внутри обнаружили бы больного неизлечимым вирусом человека. Пострадали бы все, кто находился с ним в контакте. Но район успели бы оцепить, ввести карантин и найти в итоге лекарство. Однако Потребители защитили бабушку, водитель успел доехать на несколько сотен километров дальше, по пути заражая всех, кто вступал с ним в контакт. В результате эпидемия достигла бы таких масштабов, что лучшим избавлением от вируса посчитали сбрасывание мощной бомбы на зараженные территории. В итоге зачистка привела к тому, что штамм вируса выявить не удалось. Потребители получили универсальное средство борьбы с человеком.

— Это жизненные примеры? — не выдержала я жестокости его слов.

— Да нет, выдумывал на ходу, — поморщился Гойт. — Для наглядности. Просто чтобы было понятно, что в целом история не изменилась.

ГЛАВА 2

— Как же появились все эти многочисленные реальности? Если Потребители пришли, перевели старушку, и произошла массовая зачистка, то где все это? Почему об этом не знает никто, кроме вас?

— Это дело рук Небесных Механиков, — ответил Гойт, оторвавшись от созерцания космоса за иллюминатором и повернувшись вместе с креслом в мою сторону. — Появление Потребителей не остается незамеченным: они оставляют за собой едва уловимые колебания, которые улавливаются нашими приборами. Как только это происходит, на перехват отправляется группа, которая делает снимок исходной реальности. Все, что происходит после вмешательства Потребителей, мы сохраняем и отправляем в новое измерение, если не успеваем предотвратить катастрофу. Именно для этого и проводится стабилизация реальности — чтобы обе ветки могли существовать на равных.

— Ты хочешь сказать…

— Да, Небесные Механики способны сделать так, чтобы после исчезновения Потребителей могли существовать два мира. В одном из них бабушка жертвует собой ради спасения целого города, и история продолжается без изменений, а в другом происходит массовая атака на зараженных людей, и мир погружается в траур. Это две параллельные Вселенные. Как видишь, сейчас их двадцать пять, и в каждой произошли изменения.

— Но зачем сохранять то, что испортили Потребители? — поежившись, спросила я.

— Чтобы узнать, для чего они все это сделали. Зачем потребовалось спасать бабушку и губить целый город. Какой за всем этим стоял интерес. Настоящая причина.

— Почему ваших реальностей только двадцать пять?

— Чем больше они множили вероятностей, тем больше миров мы спасали. В итоге, при сравнении зеркальных отражений, мы стали выяснять причины, по которым они создавались. Поняли это и Потребители. И свои действия по модуляции планеты прекратили.

— Планеты? В космосе, выходит, это не работает?

— Именно, — подтвердил Гойт. — Изменение космоса повлечет за собой непредсказуемые последствия. Мы почти всегда находимся вне Земли — здесь историю повернуть в желаемом направлении просто невозможно, Потребители на это не решились.

— Если бы решились, не знаю, что произошло бы тогда, — покачала головой Дилика. — Мы и без этого с трудом справляемся с последствиями уже существующих перемен.

— То есть?

— Двадцать пять реальностей — это очень много, — продолжил Гойт. — Естественный ход вещей стремится к тому, чтобы сделать из них одну-единственную, эталонную. Беда в том, что после вмешательства Потребителей нельзя полностью исправить мир, и теперь мы вынуждены поддерживать все двадцать пять временных измерений отдельно друг от друга.

— Но иногда происходят искривления, — вмешался Декстер. — Твое появление здесь именно к ним и относится.

— Механики изолируют миры друг от друга, но они все равно продолжают взаимодействовать, — согласился с ним Гойт. — Представь себе плотину на бурной реке. Ее функция защитная — как и действия Небесных Механиков. Однако и ее порой прорывает. Бороться с последствиями и разрушениями тоже приходится нам. Подобно морской стихии, одна реальность из тех, что мы в свое время стабилизировали, может врезаться в другую. Тогда и появляются события, которых раньше не было.

— Какие, например? — заинтересовалась я.

— Твоя работа у Небесных Механиков, — хмыкнул Гойт. — Хотя ты ничего подобного не помнишь. Зато искривление отразилось на памяти Дилики и Декса: они знают тебя превосходно. Механики отличаются от обычных людей. У них выше сопротивление к изменениям реальности. А сегодня мои товарищи стали ничем не лучше остальных. И все благодаря твоему переносу.

— Я правильно понимаю, что, появляясь в новом измерении, человек приносит туда и свою прошлую историю? — получив одобрительный кивок Гойта, уточнила я на всякий случай. — Поэтому и не возникает вопросов с моей реабилитацией среди населения, так? Но что делать с тем, что сама я не помню ничего из своей работы в вашем отряде?

В глазах Дилики загорелся триумф.

— А вот тут мы плавно переходим к понятию кальки.

— Не может Анди быть калькой, — стоял на своем Гойт.

— Можешь считать меня законченной стервой, — в голосе Дилики появились стальные нотки, — но только так я могу объяснить ситуацию, при которой два обученных Небесных Механика не в силах устоять перед изменением реальности. Не хочешь верить моим ощущениям — вперед, флаг тебе в руки. Я буду победно ухмыляться, когда обнаружу, что Анди на все миры одна!

— Чтобы проверить этот факт, тебе нужно будет запросить информацию из штаба. Раскроешь местонахождение Анди — подставишь под удар всю команду, — флегматично рассудил Гойт. — Если ты уже сейчас готова погрузить нас в политические разборки — что ж, я противиться не буду. Но имей в виду: я тоже не стану ничего скрывать. Твои показания о том, что мы с Анди женаты, записаны на бортовой компьютер. Кстати, придется напомнить тебе, что запишет камера на мостике: вошедшую в нестабильность сплоченную команду — и вышедшую из нее, но уже в раздрае. Я ясно выражаюсь, или требуется дополнительно прояснить?

Гойт был невозмутим, и только его задранная правая бровь свидетельствовала о серьезности положения.

Для меня.

Дилика же, сплюнув и прошипев: «Да катись ты…», выскочила из помещения.

— Горячий человек, — покачал головой Декстер, глядя ей вслед. — Но и ты тоже хорош! — с легкой укоризной добавил он, обращаясь к Гойту. — Помнить-то про Анди не помнишь, а защищаешь так, будто действительно женился.

— Дело не в Анди или моем к ней отношении, Декс, — поморщился Гойт, снова погружаясь в размышления. — На время разбирательств количество отрядов Небесных Механиков уменьшится на один. Потребители с каждым годом все прибывают. Кому мы передадим свою часть работы?

— Твоя правда, — кивнул Декстер.

— Но и умалчивать о наличии у нас нового члена экипажа не стоит, — добавил капитан корабля. — Я считаю, что нужно поговорить об этом с Виктором.

— Тебе и карты в руки, — пожал плечами здоровяк. — У меня таких высоких знакомств за все годы среди Механиков не завелось. Все-таки не оставляешь вероятности, что Анди и правда калька?

— Варианты нужно рассматривать все, — ответил Гойт голосом, не терпящим возражений, и перевел взгляд на меня. — Пойдем. В ближайшее время трясти не будет. Я покажу твою каюту.

Я молча кивнула Дексу, прощаясь, и тихо скользнула вслед за Гойтом. Длинный прямой коридор вновь принял нас в свои объятия. Не решаясь задать главного вопроса, я постаралась отвлечься на мысли о том, как внезапно вышла замуж, совершенно этого не планируя. В самом деле, мне хватило в свое время Макса. Нет-нет-нет, работа была гораздо интереснее. В конце концов, организм всегда можно было поддержать здоровым сексом. Никто не заставлял при этом выходить замуж. А тут… целый муж, да еще какой. Холодный капитан корабля с уверенной походкой хищника, который вел меня в комнату, где можно будет отдохнуть. Снова наступил момент, когда рядом с ним я не чувствовала себя в безопасности.

Видимо, мы подошли к нужной двери, поскольку Гойт остановился, ожидая меня. Минутное молчание вызвало небольшую неловкость. Гойт смотрел на меня в упор, собираясь с мыслями. Пытаясь скрыть свое замешательство, я поинтересовалась:

— Надеюсь, с Диликой все будет хорошо? Она показалась мне неплохим человеком.

— Напряжение сказывается, — поджал губы Гойт. — Женщинам среди Механиков тяжелее. Впрочем, ты и сама скоро это почувствуешь. Дилика придет в себя. Ей просто нужно дать время.

— Мы на месте?

— Да, — неохотно отозвался Гойт, берясь за ручку, похожую на остальные двери. — Только, Анди, мне стоит тебя кое о чем предупредить.

— О чем?

— Видишь ли… — Мне показалось, что тема является для Гойта щекотливой. — Раз уж произошел сдвиг реальности, у Механиков принято следовать его законам. Пока не выясним причин до конца, не стоит разрушать установившееся хрупкое равновесие. Это значит, что жить придется в соответствии с навязанными реалиями.

— То есть? — Я все еще не понимала его.

— Эта комната — моя, — наконец сдался Гойт. — Но раз нас сделали женатыми, скорее всего, внутри уже будут перемены, связанные с твоим появлением. Так что жить придется вместе.

Я ощутила, как кровь приливает к щекам. Жить рядом с Гойтом? Насколько тесное общение все это подразумевает?

Задать вопроса мне не дали, поскольку капитан, наконец-то, повернул ручку, впуская меня внутрь.

Кажется, он и сам надеялся увидеть что-то необычное, что было бы связано с моим появлением. Мысль неожиданно развеселила меня. Суровый мужчина боялся нежной женской руки в своей берлоге! Я-то знала: никаких радикальных перемен в жизни любимого устраивать бы не стала. От него мне нужно было только одно.

Он сам.

— Хм. — Гойт оглядывал комнату, которая явно была гостиной.

Кажется, он не нашел особых отличий. Хотя, будь я его женой, здесь должны были лежать мои женские мелочи. Что, если просто поискать их?

Мысль подтолкнула меня вперед:

— Можно?

Мужчина безмолвно кивнул, и я сделала несколько неуверенных шагов. Остановилась перед пушистым золотым ковром, стаскивая с ног ботинки:

— А так?

Гойт с интересом разглядывал меня и следил за каждым действием, но останавливать не пытался. Я попробовала пол на ощупь. Если то был вкус «мужа», он определенно пришелся мне по душе. Темно-синяя гамма гостиной успокаивала взгляд. Я начала вести себя так, будто действительно находилась дома. Приоткрытая дверь вела в спальню, но туда меня пока не тянуло. Я искала следы своего пребывания здесь, в месте, в котором их по определению не могло быть. Задумавшись, окинула взглядом стол в углу, затем перешла на шкаф с книгами рядом. Удивительно, как в условиях невесомости Гойт умудрялся сохранять все это в первозданном виде. Подойдя ближе, я поняла: все предметы были «обернуты» почти не ощутимой субстанцией, похожей на жидкий целлофан. Повернувшись к Гойту с вопросом в глазах, я получила объяснение:

— За это Декстер и Ди частенько зовут меня пижоном. Их каюты намного проще. Никак не могу избавиться от желания быть ближе к дому. Пришлось раскошеливаться на гравитационные ловушки для вещей.

— Так вот как это называется, — улыбнулась я и продолжила исследование.

Странная ткань пропускала через себя мои пальцы, и очень скоро я держала в руках первое доказательство своего пребывания в комнате Гойта.

— Эту расческу я чуть было не потеряла пять лет назад, когда приходила в ресторан. Мне потом чудом ее вернули вместе с сумочкой и документами.

Я не могла понять по выражению лица Гойта, рад ли он моей находке. С детства у меня была привычка оставлять щетки на корешках книг, когда мы с дедом проводили время в домашней библиотеке. Он рассказывал мне удивительные истории, а я, приводя волосы в порядок, вечно забывала везде расчески.