Обзор главнейших кампаний и сражений парового флота

а) влияние на развитие военно-морского искусства вообще, и

б) те особенные последствия, которые имела эта война на развитие русского флота и идей его, получивших преобладание в последующем.

Оба эти вопроса рассмотрим отдельно:

а) Крымская война закончила эпоху парусного флота, который уже не мог конкурировать с паровым, и положила начало броненосному флоту

Первые типы нарезного оружия и мин заграждения находят себе применение и в дальнейшем получают новое развитие и усовершенствование.

В то же время общий характер боевых операций на море в Крымскую войну не только на стороне побежденных, но и победителей – оставляет глубокое чувство неудовлетворенности, даже с точки зрения тех образцов искусства, которые были даны в эпоху парусного флота. Общая шаткость идей морской войны, примитивная разработка операций, нестройное их выполнение, и как общее явление, обычная дезорганизация командования – составляет характерную черту эпохи. Идея борьбы «за обладание морем», столь отчетливо сложившаяся в результате боевой деятельности парусного флота прошлых времен (Трафальгарская кампания), здесь незаметна. Тот факт, что союзники овладели им, определился не столько искусством их стратегии, сколько соответствующим уклоном стратегии русской. Наоборот, обычно крайняя необеспеченность англо-французских операций, начиная с перевозки войск в Варну и кончая высадкой на Крым – открывавшая предприимчивому противнику широкие и благодарные перспективы – свидетельствует, что принципы стратегии парусного флота как бы временно забыты.

б) Казалось бы, тяжелый урок Крымской войны должен был повлечь за собой коренной перелом в общем течении русской военно-морской мысли, ибо дефекты подготовки флота к войне были очевидны, результат их – поразителен. Казалось бы, в основу дальнейшего развития русского флота должны были быть положены иные начала, страхующие от повторения тяжелого опыта, повторения роковых ошибок…

Насколько это было так, о том нам расскажет история следующей большой морской войны – России с Японией. К этому мы еще не раз вернемся впоследствии. Но здесь поставим другой вопрос, как был понят опыт Крымской войны и какие он родил тенденции, воспринятые после нее.

Для моряков было ясно, что кампания была проиграна благодаря преимуществу союзников на море, что слабость русского флота, лишившая его возможности противостоять превосходящему его флоту противника, собственно и обусловила возможность выполнения последним десантной операции на Крым.

Но сухопутная военная наука восприняла опыт Крымской войны иначе. Главную причину неудачи увидели, помимо технических недостатков, в ошибочном развертывании армии. Была посеяна, а затем культивирована мысль о том, что если бы дислокация русских войск была иной, то союзникам не удалось бы высадиться. Не то что мы были слабы на море, а то, что неправильно были развернуты войска – вот что выдвигалось в качестве «основной, коренной ошибки»[9]. Таким образом, эта война не сдвинула сухопутные круги России в сторону признания значения флота, а наоборот, она как бы раздвоила единую стратегическую мысль на сухопутное и морское истолкование ее опыта.

С этих пор они говорят на разных языках, и две последующие войны (Японская и Мировая, первая в особенности) рисуют картину глубочайшего разрыва «стратегии морского» и «стратегии сухопутного ведомства»…

Но и во флоте опыт Крымской войны был понят односторонне. Бросающаяся в глаза техническая отсталость флота, что было несомненным и очевидным фактом, приведшим к тяжелым последствиям, заслонила собой другие стороны этого опыта. В частности не вызывала жесткой критики самих идей, вложенных в русскую морскую стратегию. Тенденция приверженности берегу и отказ от активных операций не были осуждены в принципе, они были оправданы слабостью сил. Воспитание последующих поколений не было обращено именно на ту сторону опыта. Наоборот, старательной рукой правительства она как бы затушевывалась, затемнялась. В целях «поднятия духа и воспитания» внимание поколений моряков фиксировалось на геройской защите Севастополя, прославление каковой составило как бы культ в воспитании флота, придавая ему определенный уклон.

«Надо отдать справедливость героям, награждать и ценить их заслуги, – писал в 1910 г. Н. Л. Кладо[10], – но нельзя возводить в культ эпоху, характерными чертами которой были военная отсталость и военное невежество. Именно за таким культом пропадают те причины, которые привели к этим поражениям, и тем самым устраняют возможность ясного сознания и устранения этих причин»…

Этот культ Севастополя не прошел бесследно в дальнейшем ходе русской морской истории, он составил предпосылку к другой трагедии русского флота – в Порт-Артуре, питая моральным содержанием оборонительную пассивную тенденцию, которая была одной из главнейших причин наших неудач на море в Русско-японскую войну.

Глава 3. Северо-Американская междоусобная война 1861–1865 гг.[11]

Северо-Американская междоусобная война завершила собой переходную эпоху от парусного деревянного к паровому железному флоту.

Хотя, как видно из предыдущей главы, уже в Крымскую кампанию парусный флот должен был уступить паровым судам, и тогда же наметились пути перехода к броненосному судостроению, но та война не дала примеров широкого использования их: крупные боевые столкновения на море (кроме боя парусных кораблей под Синопом) отсутствовали, морская война велась без должного упорства, центр тяжести морских операций лежал в интенсивных перевозках и высадках войск, действиях против крепостей и берегов.

Северо-Американская междоусобная война в этом отношении более содержательна. В ней операции носят характер борьбы за море и паровые суда находят широкую арену для проявления своих боевых свойств. Операции блокады, прорыва ее, равно как и крейсерской войны здесь осуществляются в крупном масштабе: боевые действия как между отдельными судами, так и флота против берега дали опыт, которого недоставало для оценки дальнейших путей развития морской силы.

Но ее опыт не охватывал проблемы боя крупных соединений флота. Морские сражения преимущественно носили характер стычек отдельных судов. Вопрос о тактике флота крупного состава в Северо-Американской междоусобной войне не был поставлен ее боевой практикой. Лишь несколько лет спустя, в другой войне (Австро-Итальянской, в сражении при Лиссе, см. гл. 4) паровые суда, уже в значительно усовершенствованном виде получили боевое испытание в обстановке эскадренного сражения. Однако, как в том придется убедиться, на характер этого сражения имел большое влияние предшествовавший опыт Северо-Американской войны.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Меньшиков, бывший сухопутный генерал, заслуживший особое доверие Николая, был им назначен начальником Главного морского штаба и явился в течение почти 20 лет, предшествовавших войне, главным распорядителем судеб флота. Позже он был назначен главнокомандующим в Крыму.

2

Куда он был послан во главе чрезвычайного посольства для окончательных переговоров с Турцией.

3

Леер. Стратегия. Ч. III.

4

Леер. Стратегия. Ч. III.

5

Лебедев А. Флот в царствование Николая I.

6

Лебедев. Русский флот в царствование Николая I.

7

Они, однако, были еще чрезвычайно слабы, обладая зарядом в пять фунтов пороха. Не раз на них взрывались английские суда, но повреждения были столь незначительны, что не выводили их из строя.

8

Окончание кампании в то время было сопряжено с разоружением судов и переводом команды на берег.

9

Леер. Стратегия.

10

Кладо. Введения в историю военно-морского искусства.

11

Сколько-нибудь подробное исследование цикла морских войн между Крымской и Русско-японской не входит в задачу настоящей книги. Ограничиваемся лишь схематическим обзором их, отмечая данные, которые оказали влияние на развитие военно-морского искусства. В частности обширное содержание Северо-Американской междоусобной войны приводится вполне конспективно, придерживаясь курса, составленного Н. Щегловым. Для более подробного ознакомления отсылаем читателя к многочисленной литературе, имеющейся по этой войне. Рекомендуем соч. Вильсона «Броненосцы в бою» (пер. с английского), в котором как Северо-Американская война, так и другие, кончая Японо-китайской, изложены достаточно полно. Кроме ее: Шабо Арно «История военных флотов». «История северо-американского флота», Штенцель «История войны на море в ее важнейших проявлениях с точки зрения морской тактики», курс Щеглова «История военно-морского искусства».