Отдел по Борьбе и Исследованию Демонов. О.Б.И.Д.

Изготовившись, Слава подошел к деревянному человеку и нанес этот смертельный удар, который, примени его против живого человека, мог разорвать ему сердце. Хорошо, что деревянный человек был не живой, а всего лишь большое бревно, к которому были приделаны брусья, изображающие руки и ногу, ведь после удара в бревне осталась внушительная вмятина.

— Здорово! — воскликнул Слава, радуясь своему успеху. — Только жаль, бревно попортил, надо будет заплатку сделать.

В этот момент сработал будильник, который звенел каждый день ровно в четыре часа дня.

— Пора.

Сложив рабочие вещи в сумку, Слава заглянул в спальню. Мама все еще спала. Поцеловав её в лоб на прощанье, он отправился на подработку.

ГЛАВА 3

Каждый день после четырех часов и до восьми вечера Славка подрабатывал в местной ТЭЦ помощником кочегара, следил за тем, чтобы уголь вовремя поступал в печи, отслеживал уровень давления, выполнял другие поручения. Подрабатывать ему приходилось потому, что пенсии за погибшего отца и выплат, полагающихся маме, не хватало на лекарства, которые нужно было покупать каждую неделю. Да, Республика заботилась о своих гражданах, обеспечивала бесплатное школьное образование, медицину, проезд в общественном транспорте и многое другое, однако фармакология по-прежнему находилась в руках частной корпорации «Тодифарм», единственной выпускающей обезболивающее от «Болезни купола». В связи с этим стоимость лекарства периодически росла, и хотя Республиканское правительство пыталось ограничить этот рост, у корпорации «Тодифарм» было сильное лобби в парламенте. Они умели подкупать чиновников.

Путь до ТЭЦ был недолгим и проходил по нескольким уютным дворикам, в которых вовсю резвилась ребятня, игравшая в догонялки. Славке очень нравилось смотреть за тем, как играют дети, наблюдая за ними, он словно переносился в свое безмятежное детство, когда с родителями все было хорошо. Задержавшись возле детской площадки, ему вдруг показалось, что за ним следят. Слава словно почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Встревоженный, он стал оглядывать по сторонам, но никого подозрительного не обнаружил.

— Показалось, — пожав плечами, произнес он и пошел дальше.

На проходной ТЭЦ его встретил старый знакомый дядя Миша. Пожилой уже мужчина, подрабатывающий охранником, так как дома сидеть ему не хотелось. А тут и при деле, да и общение дополнительное.

— Здорово, Славка! Как дела? Как матушка?

— Здравствуйте, дядя Миша. Дела нормально. Мама как всегда.

— Ясно, — покивал дядя Миша. — Ты только не раскисай. Уверен, поправится твоя мама, наши ученые что-нибудь придумают, вот увидишь.

— Ага. Спасибо.

Решив не продолжать разговор, Славка быстро зашагал в раздевалку. Приодевшись, он сразу направился на свой участок работы. Задание от мастера он получил еще вчера, поэтому сразу приступил к его выполнению. Ему предстояло отчистить временно отключенные для профилактики большую топку с котлом.

Для начала Славка выгреб всю залу из топки, став при этом ничем не отличающимся по цвету от того, что выгреб. Затем он подключил шланг к цистерне с моющим средством, подающемся под большим давлением. Началась постепенная мойка вверенного оборудования.

Мастерски управляясь со шлангом, Славка всё время думал о том ощущении пристального взгляда, испытанном возле детской площадки. Сфокусировавшись на этом чувстве, Слава и сам не заметил, как закончил со своей работой.

— Ловко ты, Сла-а-ва, справился, — сказал подошедший мастер Свен Фергюсон.

Не так давно перебравшийся из скандинавской провинции Свен, благодаря своим профессиональным качествам, быстро влился в коллектив ТЭЦ и стал мастером. Правда, говорил он с сильным северным акцентом, по слогам произнося имена. Поначалу его подчинённые не всегда понимали, к кому он обращается, но вскорости привыкли и даже перестали над этим подшучивать.

— Есть еще задания? — поинтересовался Славка.

— Нет. На сегодня всё. Сла-а-ва, можешь идти домой. Я ведь знаю, у тебя там больная мама. Ступай. Я сообщу в кассу, за хорошую работу получишь премию, — ответил рыжебородый здоровяк.

— Большое спасибо, мистер Фергюсон!

— Просто Свен. Иди.

Быстро приняв душ, смыв с себя всю сажу и копоть, Славка поспешил в кассу. Там ему каждый день платили жалование, согласно отработанным часам. Сегодня ему выдали жалование больше, чем обычно, как и обещал Свен. Обрадованный Слава поторопился домой, ведь, несмотря на то, что его отпустили раньше обычного, на улице уже было темно и многие магазины закрывались, а он хотел успеть в цветочный, чтобы купить любимые мамой ромашки.

Славке повезло, он успел в цветочный магазин за миг до закрытия. Хмурый продавец уже собирался уходить, когда Слава подошел к нему и уговорил открыться. Ворча о том, что из-за него он опадает на футбольный матч, продавец все же продал Славке цветы.

— Победы вашей команде в матче! — пожелал Славка, выходя из цветочной.

— К черту. Сглазишь ещё, — пробурчал продавец.

Довольный, с ромашками в руке, Славка направился домой через те же дворы, что и днем. Детей на улице уже не было, их место заняла прогуливавшаяся в тени деревьев, скрывающих их от света фонарей, молодежь. Славка тоже хотел бы вот так погулять под ручку с какой-нибудь девочкой, может даже с прилипшей к нему сегодня Линой. Но пока было не до того. Он шагал стремительным шагом, стараясь не обращать внимания на парочки.

Подходя к подъезду дома, Слава вдруг вновь почувствовал на себе тот же взгляд, что и днем. Он остановился и огляделся. Но высмотреть что-либо в тусклом освещении уличных фонарей было невозможно. Насторожившись, Слава зашел в подъезд. Громко потопав по лестнице, он сделал вид, что поднимается наверх, а сам выкрутил лампочку и притаился за дверью, ожидая, что тот, кто преследует его, скоро объявится.

Ожиданья подтвердились. Не прошло и полминуты, как дверь подъезда тихонько скрипнула и внутрь вошла фигура.

— Попался! Зачем ты за мной ходишь? — с криком кинулся на вошедшего Славка.

— Что? Что вам надо? У меня ничего нет! Не трогайте меня! Милиция! — последовал в ответ полный отчаянья крик.

Отпустив фигуру, Слава вкрутил лампочку на место и обнаружил, что жертвой его захвата стала соседка бабушка Янь.

— Ой, простите, пожалуйста, — сконфужено произнес Слава. — Я думал, вы другой.

— Думал он, — сердито произнесла бабушка. — Разве ж так можно, пугать пожилого человека? У меня чуть сердце не выскочило. Теперь корвалол пить придется. Хулиган, — она погрозила ему кулачком.

— Еще раз простите, — сказал Славка и умчался вверх по лестнице.

Переживая свой конфуз, он открыл дверь в квартиру, зашел внутрь и замер.

ГЛАВА 4

В квартире стоял приятный запах свежей выпечки, манящий и тёплый. Славка потянул носом, и от запаха у него сразу потекли слюнки, а живот напомнил о том, что голоден. Скинув с ног обувь, он поспешил в кухню и не поверил своим глазам. У плиты в цветочном фартуке, вся испачканная мукой, стояла мама. Она как раз доставала противень с горячими, румяными пирожками, когда остановившийся в нерешительности Слава позвал её:

— Мама… — тихо прошептал он, не веря своим глазам.

Женщина оторвала руки от противня и обернулась. Это действительно была мама. Она выглядела точно так же, как до болезни: румяные щёчки, яркие, лучащиеся светом глаза и добрая улыбка. От страшного недуга не осталось и следа.

— Не успела, — расстроено произнесла мама. — Я так хотела тебя порадовать свежими пирожками. Первая партия уже спеклась, а вот вторую еще только собиралась ставить. — объяснила она.

— Да ничего, — растерянно почесал голову Слава. — Я вот тут тебе цветы принес. Ромашки, твои любимые.

— Ой, как замечательно! — обрадовалась мама. — Поставь их, пожалуйста, в вазу, у меня сейчас руки грязные, — попросила она и продолжила заниматься готовкой.

— Х-х-хорошооо, — протянул Славка и, все еще не веря своим глазам, заменил в вазе старые, отчего сильно почерневшие цветы на свежие.

— Справился? — спросила мама, не отвлекаясь от плиты.

— Ага.

— Вот молодец. Теперь иди помой руки и давай пить чай. Пока печется вторая партия, мы успеем попробовать первую. Согласен?

— Ага, — продолжая пребывать в прострации, кивнул Славка и направился в ванную.

Открыв в умывальнике кран с холодной водой на полную мощность, Слава стал интенсивно умывать лицо, пытаясь привести себя в чувство.

— Это не сон, это не сон, — пытался убедить он сам себя. — А что, если сон? Что, если я сейчас выйду из ванны и окажется, что мама все еще лежит в постели, а все остальное мне привиделось? Нет! — он отчаянно замотал головой. — Вух, вух. Чуешь? — он потянул носом воздух. — Запах пирожков не врет. Все взаправду. Маме стало лучше. Так что возьми себя в руки, улыбнись и вперед.

Славка еще раз окатил себя холодной водой и вышел из ванны. Когда он вернулся на кухню, его уже ждал горячий чай, пирожки на блюдце и, конечно же, улыбающаяся мама, сидевшая рядом с окном.

— Садись, пирожки уже заждались.

— Хорошо. Спасибо.

Славка сел за стол и принялся уплетать пирожки, не сводя глаз с мамы. А та смотрела на него, подперев ладонями подбородок, мама следила за тем, как кушает сын.

— Смотри не обожгись. Они еще горячие, — предупредила она.

— Кое-х-х-х-х-х-но не-е-е-е-е-е обо-ожгусь, — с набитым ртом, раздув щеки, чтобы не обжечься, ответил Славка.

Пирожки были очень вкусные, об этих маминых пирожках Слава долго мечтал, поэтому ел без остановки. А мама сидела и молча наблюдала за сыном. Наконец голод был утолен, и настала пора поговорить. Славка прожевал последний кусок, запил его уже остывшим чаем и задал вопрос:

— Мам, скажи, как это возможно?

— Ты о чем? — удивилась она. — О пирожках? Так это просто, — весело сказала она и стала загибать пальцы на руке, вспоминая рецепт, перечисляя ингредиенты. — Берешь муку, дрожжи, яйцо, воду, замешиваешь тесто…

— Я не о том, — помотал головой Слава. — Я про твою болезнь. Перед моим уходом на работу ты лежала в постели, трясясь от озноба. А теперь лучишься здоровьем. Как это может быть?

— Ты разве не рад тому, что я здорова? — перестав улыбаться, спросила мама.

— Нет, нет. Что ты. Рад, очень рад. — замахал руками Слава. — Просто это все так удивительно и странно.

— Давай будем считать, что случилось чудо, — предложила мама. — Ты ведь не против?

— Нет. Конечно нет, — по щеке Славки предательски потекла скупая мужская слеза, которую он постарался скрыть.

— Ты чего? Большой такой, слезы лить собрался, — все же заметила мама. — Не надо. Все хорошо.

Мама подошла к Славе и обняла его. Чувствуя материнское тепло, Слава уже не смог сдержать эмоции. Слезы потекли маленьким ручейком, он не рыдал, просто давал выход тем эмоциям, что несколько лет копились внутри его души.

— Все, все, все хорошо. Все позади, — успокаивала мама.

— Да, теперь все хорошо. — Славка вытер рукавом глаза, успокоившись.

— Ну вот, теперь ты весь в муке, — улыбаясь заметила мама, отпустив сына.

— Ничего. Ототрусь, — махнул рукой Слава. — А у тебя теперь весь фартук мокрый.

— Ничего. Высохнет.

Они оба засмеялись. В этот момент раздался громкий, настойчивый стук в дверь.

— Кто бы это мог быть? — удивился Славка. — Пойду посмотрю.

ГЛАВА 5

Славка открыл входную дверь.

— Лина? — удивленно воскликнул он. — Что ты здесь…

Слава не успел закончить фразу. Рыжеволосая девушка потянула носом воздух, затем оттолкнула его в сторону и ворвалась в квартиру. Не церемонясь, она сразу направилась в кухню, остановившись только перед столом, за которым сидела мама.

— Славик, это твоя подружка? — добродушно улыбаясь, спросила мама вошедшего вслед за девушкой сына.

— Можно и так сказать, — ответил Слава. — И ей уже пора.

Он схватил девушку за руку и потянул её к выходу, но та без труда вырвала руку из захвата, оставшись стоять на месте. Вид у неё был грозный и решительный, она крепко сжимала кулаки.

— Да что, черт возьми, происходит?! Лина, ты с ума сошла?! Только познакомились, а ты такое устраиваешь! Врываешься в чужой дом, да еще ведешь себя грубо и неуважительно! Я требую объяснений! — выпалил Слава.

— Тихо! — потребовала Лина. — А ты, как тебе не стыдно принимать облик дорогих сердцу людей? — обратилась она к маме. — Сейчас же покажись, демон!

— Демон! — ошарашено повторил слова девушки Славка.

— Дорогая, я абсолютно не понимаю, о чем ты говоришь, — продолжая мило улыбаться, произнесла мама. — Ты, должно быть, переучилась и, верно, голодна. Присаживайся к столу. У меня как раз подошла вторая порция пирожков. Как, говоришь, тебя зовут?

— Лина. Её зовут Лина. — ответил за девушку Слава.

— Лина. Чудесное имя, приятно познакомиться. А я мама Славы, Виктория Ивановна. Прошу, присаживайся, давайте поговорим.

— Ты мне зубы не заговаривай, демон. Я чувствую тебя, — не смягчала свой настрой Лина. — Покажись сам, или я заставлю тебя.

— Я все еще не понимаю тебя, Лина. О каком демоне ты говоришь? — не теряя добродушия, сказала мама.

— Ты сам напросился.

— Что ты собиралась делать? — ничего не понимая, спросил девушку Слава.

— Не мешай. Смотри, — ответила Лина.

Она вобрала в грудь побольше воздуха и затем, интенсивно выдыхая, вызывая вибрации воздуха, стала попутно с этим произносить какую-то белиберду.

— Няко шмяко смык сурдако туно выно хлшгнеро сотнето!!!

От вызванных вибраций и несусветной чепухи Виктория Ивановна схватилась за голову. Зажимая уши, она повалилась на стол.

— Мама! — вскричал Слава и кинулся к ней.

— Стоять! — преградила ему путь Лина. — Доказательство действует! Демон вот-вот проявит себя! Стоять!

— Какой демон, какое доказательство? — возмущенно закричал Слава. — От шума, что ты развела, у любого голова заболит! Отойди или подвину, — с угрозой произнес он.

Лина оценивающим взглядом окинула Славку, вздохнула и отошла в сторону, пропуская его. Слава поспешил к маме, помогая ей подняться.

— Как ты?

— Всё хорошо, сынок. Уже лучше.

Он усадил маму на стул и подал стакан воды.

— Что это вообще было? — обратился он к Лине.

— Одно из двух доказательств демонической сущности. И раз ты не дал мне его завершить, перейдем сразу ко второму. Спроси свою маму о самом ярком впечатлении из её детства. Том, которым она делилась только с тобой и которое больше никто не может знать.

— Зачем это?

— Спрашивай! — грозным голосом потребовала Лина.

— Хорошо. Но как только она ответит, ты покинешь нашу квартиру и больше никогда к ней не приблизишься.

— Договорились.

Славка присел на корточки рядом с мамой, взял её за руки и, глядя в глаза, попросил:

— Давай, мам, расскажи о том, как вы с дедушкой ходили на рыбалку.

— Не подсказывай, — предупредила Лина.

— Я ничего не подсказал, — огрызнулся Славка. — Ну же, мам, давай.

Виктория Ивановна долго смотрела на сына, затем перевела взгляд на Лину, затем снова на Славу. На её лице было видно замешательство и то, как отчаянно она пытается вспомнить. Наконец, после продолжительного молчания, она улыбнулась и произнесла:

— Вспомнила! Мы с моим папой ходили на речку, и я вытянула огроменную рыбину. — она развела руки в стороны, показывая размер улова.

— Нет же, нет! — Слава схватил её за руки. — Ты что, мама, это не то. Неужели забыла? Вы с дедушкой как-то раз отправились на рыбалку на лодке. Ты так засмотрелась на рыбок в речке, что перевалилась за борт и плюхнулась в воду. А плавать тогда ещё не умела. Дедушка тоже этого не заметил. А когда увидел, что тебя нет, жутко испугался. И тут ты подплыла, как ни в чем не бывало, и сказала: «Я здесь». И стала плавать вокруг лодки. Дедушке тогда чуть плохо не стало. А ты потом еще говорила, успокаивая: «Зато я научилась плавать». Разве ты этого не помнишь?

После слов сына Виктория Ивановна не на шутку встревожилась. Её лоб покрылся морщинами, выступили капли пота. Она отчаянно замотала головой из стороны в сторону в надежде вспомнить хоть что-то. Вдруг она резко остановилась. Смятение и тревога на её лице сменились пугающей усмешкой.

— Ха-ха-ха! — вырвался из уст Виктории Ивановны зловещий смех. — Не можете вы, люди, вовремя остановиться, — она злобно посмотрела на Лину, затем перевела взгляд на Славку. — Извини, с-ы-н-о-к. — побуквенно произнесла она второе слово. — Придется разрушить твою семейную идиллию, видит Бог, я этого не хотел. Хотя стоп, какой Бог, его же нет. Ха-ха-ха!

Слава отшатнулся от мамы, не веря своим глазам. А Виктория Ивановна, или вернее то, что изображало её, начало преображаться. Красивые темные мамины волосы выпали, глаза почернели, подбородок удлинился, цвет кожи сменился на багряно-красный. Руки и ноги тоже изменили, превратившись в жуткие конечности с длинными когтями.

— Испортили такое тело, — с сожалением произнесло существо, еще пару секунд назад являвшееся Славиной мамой. — Придется вас за это наказать!

Отшвырнув кухонный стол в стену, демон ринулся на Лину, угрожая воткнуть свои длинные когти в сердце девушки. Не тут-то было. Лина сделала один маленький шаг в сторону, пропуская выпад противника мимо себя. Затем она легким, быстрым, едва уловимым движением руки вытащила из-за спины пистолет, скрываемый все это время под кофточкой.

— Остановись! — закричал Слава, понимая, что сейчас случится необратимое.

Он ринулся к Лине, стремясь помешать ей. Грохнул выстрел. Славку оглушило, однако он успел отвести руку девушки, и пуля, вырвавшаяся из дула огнестрельного оружия, прошла мимо головы демона.

— Ты что творишь?! Дурак! — разозлилась Лина.

— Я не позволю тебе убить мою маму!

— Это больше не твоя мать! Протри глаза!

Пока Слава с Линой выясняли отношения, демон замер в дверном проёме и с наслаждением наблюдал за перебранкой.

— Ах, негативные эмоции. Как это прекрасно, — хлопая в ладоши и щуря глаза от удовольствия, произнёс монстр. — В такие моменты вы, люди, очень похожи на нас, демонов. Увы, — он перестал аплодировать. — Я вынужден вас прервать, ночь коротка, а у меня впереди ещё столько дел, столько дел.

Демон кинулся на них. Лина направила на монстра оружие и несколько раз нажала на спусковой крючок. Безрезультатно. Учтя прошлую ошибку, монстр проявил проворность. Увернувшись от пуль, демон приблизился к девушке и нанёс ей сокрушительный удар, от которого Лину отшвырнуло на перевернутый стол. Сильно приложившись спиной и головой, девушка поникла, потеряв сознание.

— Одну блоху утихомирили, — довольно произнёс демон. — Теперь твоя очередь, — он не спеша придвинулся к Славке.

При приближении демона Славку затрясло, и он закрыл глаза. Видя это, демон довольно улыбнулся.

— Да ты не бойся. Я буду потрошить тебя нежно, любя. Всё-таки ты любимый маменькин сыночек.

Монстр занес лапу, собираясь вонзить её в живот Славки. Он уже предвкушал, как горячая человеческая кровь потечет по его когтям, когда колотившая Славку дрожь вдруг прекратилась. Парень сделал глубокий выдох, за которым последовал молниеносный удар.

— Прости, мам, — шепотом произнёс Слава. По его щеке потекла слеза.

Еще не осознав, что случилось, демон продолжал противно скалиться. Он потянул свои когтистые лапы к лицу Славы, и тут до него дошло. Изо рта монстра брызнула кровь. Ошарашенный, он опустил голову и посмотрел на руку человека. Увиденное повергло его в шок. Плоть, плоть беспощадного могучего демона была пробита обычной человеческой рукой, по которой начала стекать его, демона, кровь.

— Скотина! — завопил монстр. — Ты хоть представляешь, сколько сил уйдет, чтобы залечить такую рану? Придется мне тебя сожрать всего, целиком. А после еще и той девкой закусить!

Невзирая на полученный урон, исчадье потянулся к парню. Одной лапой демон схватил Славку за застрявшую в его теле руку, а другой ухватив за голову, и попытался притянуть парня к своей пасти. В этот момент произошло совсем неожиданное. Рана демона с застрявшей в ней рукой Славы начала светиться.

— Это еще что такое? — произнес демон, отпустив голову парня и с удивлением уставившись на собственное тело.

Свечение усилилось, начав причинять демону невыносимую боль. Монстр постарался вытащить из себя руку Славы. Но не смог до нее дотронуться. Обжегся. А свет тем временем разросся до невообразимых размеров, став таким же ярким и теплым, как Солнце. Демон издал отчаянный крик и растворился в пространстве. За миг до исчезновения монстра, Слава увидел силуэт мамы. Она смотрела на него, и с её губ срывались какие-то слова. Что именно говорила мама, Слава не слышал, так как его голова закружилась, и он потерял сознание.

ГЛАВА 6

Пустота, глухая пустота царила вокруг. Обычно пустоту обрисовывают в виде абсолютного белого пространства, но это не так, пустота на то и пустота, в ней нет ничего, нет ни света, нет ни тьмы, в ней есть лишь ничто. И что такое это ничто, осознать невозможно. Однако Славка пытался. Он старался вспомнить и понять, как здесь очутился. В голове вспыхивали и затухали обрывки недавних событий. «Университет, пара по истории, рыжеволосая девушка, работа, дом, снова рыжая девушка. Кажется, её звали Лина? Да, точно Лина. Затем не помню, какие-то обрывки, лоскутки событий: демон, удар, боль, свет, мама. Мама!» Слава вспомнил всё.

— Мама! Я убил её. Убил собственными руками.

Слава опустил голову, чтобы взглянуть на свои руки, но их не было. Как не было и других частей тела.

— А-а-а-а-а!!! — закричал он с испугу.

Звук его крика потонул во всеобъемлющем ничего. По сути и сам Слава сейчас являлся частью этого ничего и всего одновременно.

— Не может быть, не может быть. — повторял он, не слыша себя. — Так не бывает. Неужели я умер? Нет! — решительно отверг он эту идею. — Я мыслю, значит существую. Осталось лишь понять, где я существую?

Вдруг ничто наполнилось светом, ослепляющим, ярким и мягким. Свет подхватил Славу и повлек за собой, постоянно ускоряясь. Всё быстрее и быстрее, пока сознание не перестало понимать, что происходит. И тут резкая остановка. Свет потускнел, появилась возможность видеть. И Слава увидел. Он находился в своей квартире, на кухне, его руки и ноги были при нём, а за столом сидела мама.

— Мама, — произнёс он и кинулся к ней.

Он упал перед ней на колени, схватил её руки, прижал их к своим щекам и заплакал.

— Прости, прости меня. Я, я не хотел. Просто, просто я не знал, что делать. Тот демон, он ведь, он ведь…

— Ничего, — она ласково погладила его по голове, взлохматив непослушные волосы. — Ничего, сынок, ты не виноват. Ты всё правильно сделал. Это мне нужно просить у тебя прощения.

— Что? Я не понимаю.

Слава посмотрел маме в лицо. Она грустно улыбнулась.

— Мне было так больно смотреть на то, как ты мучаешься. То, как из-за меня ты не можешь вести полноценную жизнь, как все молодые люди. Из-за этого я впала в отчаянье. У меня даже появилась мысль покончить с собой. Но тут я услышала голос. Сладкий, мелодичный голос. Он обещал решить меня недуга. Мне лишь нужно было сказать «Да». И я сказала. Боль тут же ушла, но вместе с тем я перестала быть собой. За всем произошедшим далее я могла лишь наблюдать, как зритель на театральном представлении. Прости. Сынок.

— Ты не виновата. Это всё демон. Проклятый демон. Он обманул тебя. — замотал головой Слава, горячо отрицая слова мамы.

— Возможно. И всё же… — мама отвела взгляд в сторону. — Вина есть и на мне. А потому вот тебе мой прощальный дар. Энергия моей жизни.

Мама сжала обеими руками правую руку Славы. Он почувствовал сильное жжение. Сознание начало покидать его. Впадая в беспамятство, он услышал обрывок фразы.

— Прометей. Демон искал Прометея. Найди его и положи конец всему. Прощай…