Наказание и воспитание. Ошейник

Ким Камал

Наказание и воспитание. Ошейник

Глава 1. Свадьба

— Но я хочу с вами! — жалобно пробурчал маленький Марат.

Весёлая компашка девчонок, стоявшая перед ним, дружно зашушукалась. Они косо, с нескрываемым презрением поглядывали на мальчишку, словно на надоедливую букашку, которая путается под ногами. Самая смелая и дерзкая из них вышла вперёд, высокомерно вздёрнув подбородок:

— Плакса-Марат! Плакса-Марат! — принялась дразнить она.

Несмотря на всю обиду и закипающие слёзы, Марат упрямо продолжал стоять на своём:

— Почему мне нельзя с вами?

— Потому что ты мальчишка! А мальчишкам никогда нельзя с нами! — захихикала Регина и гордо, по-королевски развернувшись, повела подружек за собой.

В общем-то, девчонки не делали ничего особенного — они всего лишь играли в прятки. Но Марату до безумия хотелось к ним. Когда Регины не было во дворе, девочки пару раз брали его в свою компанию, и тогда ему было очень весело и радостно. Но эта заносчивая девчонка вечно всё портила. Она умудрилась настроить против него весь двор. Точнее, всю девичью половину двора, а мальчишек на их улице почти не было, и Марату фактически было не с кем играть. Маленького Марата родители далеко от дома не отпускали: строго следили, чтобы он гулял исключительно на своей улице и не отдалялся дальше десяти домов. Вот ему и приходилось болтаться без дела возле девчонок, которые теперь из-за Регины наотрез отказывались с ним водиться.

— Ненавижу тебя... — злобно пробормотал Марат, бессильно сжимая свои маленькие кулачки.

Время шло. Мальчик рос, мужал, но свою детскую обиду забыть никак не мог. Регина жила по соседству и с каждым годом преображалась всё сильнее. Она и в детстве была самой видной, а сейчас от неё и вовсе стало глаз не отвести. Но даже спустя десять лет они продолжали косо переглядываться при встрече. Регина никогда не упускала возможности продемонстрировать свою неприязнь. Стоило Марату случайно бросить на неё взгляд, как она высокомерно вскидывала голову и демонстративно отворачивалась, встряхивая волосами.

«Ничего... Посмотрим, как ты у меня заговоришь, когда через пару месяцев станешь моей женой», — злобно и мечтательно думал Марат, глядя ей в след.

Его семья была самой состоятельной и уважаемой в селе. Практически каждые родители в округе мечтали выдать свою дочку за такого завидного жениха. И родители Регины не стали исключением. В их краях издавна было заведено, что женщина ничего не решает. Родители сами находят дочерям мужей, выбирая того, кого считают наиболее подходящим и выгодным. Вот их и сосватали — только потому, что Марат однажды твёрдо заявил отцу: «Я хочу её».

— Нет! Ни за что! Лучше убейте меня! — истерично кричала Регина, заливаясь слезами в своей комнате. Она наотрез отказывалась прикасаться к еде, устраивала голодовки и в ярости угрожала, что сбежит из дома ночью. Но весь этот девичий бунт никак не мог повлиять на суровое решение её родителей. Семья вовсю готовилась к торжеству. Регина также пробовала воззвать к их разуму, уверяя, что Марат её ненавидит и никогда не будет любить из-за их детских стычек во дворе. Но это никого не волновало. На кону стояли огромные деньги и репутация двух семей.

С бледным, хмурым лицом и опухшими от слёз глазами Регина была вынуждена пройти через всю свадебную церемонию. А Марат весь вечер только и делал, что хитро, хищно поглядывал на неё из-за стола. На его лице так и читалось торжество: он наконец-то отомстил ей за всё. Теперь эта гордая девчонка принадлежит ему.

Всё время до свадьбы традиции не позволяли им общаться наедине. Они могли лишь переглядываться на расстоянии. Но вот сейчас, когда церемония осталась позади, Марат крепко взял её за руку и усадил на пассажирское сиденье своего автомобиля. Регина замерла, не проронив ни звука. Липкий, леденящий холод пробежал по её телу. «Что же сейчас будет?» — полыхал в её голове единственный испуганный вопрос. Она точно знала: ничего хорошего её не ждёт.

Марат вёл машину молча, уставившись на лобовое стекло и лишь изредка, исподтишка поглядывая на новоиспечённую жену через зеркало заднего вида. Он ждал. Ждал, когда она не выдержит и заговорит первой. Марат уже мысленно готовился услышать от неё какую-нибудь привычную колкость или упрёк, но Регина упрямо молчала.

Они не проронили ни слова до тех пор, пока автомобиль не припарковался возле глухих ворот нового особняка. Состоятельные родители Марата заранее купили для него отдельный просторный участок и отбабахали там огромный дом. Высокий каменный забор, сложные переходы внутри — всё было сделано точь-в-точь так, как хотел сам Марат. Интерьер, планировка, размеры комнат — абсолютно каждая деталь внутри и снаружи проектировалась по его личной прихоти. В этих стенах Марат ощущал себя полноправным Богом. И теперь он стал властелином не только этого роскошного дома, но и её самой — этой прекрасной, дерзкой женщины, которая когда-то была главным кошмаром его детства.

Марат заглушил мотор и неожиданно резко развернулся к ней всем телом:

— Ну что? Ничего не хочешь мне сказать? — игриво, но с угрозой спросил он.

Движение было настолько резким, что Регина испуганно вздрогнула и вжалась в сиденье.

— И что ты надеешься услышать? — злобно пробубнила она, отвернувшись к окну. — Это ведь всё ты сделал.

— Что — «я»? — с издевательской ухмылкой уточнил Марат. — Сделал тебя своей женой?

Регина высокомерно вскинула голову и демонстративно отвернулась к боковому стеклу, всем своим видом давая понять, что не желает продолжать этот разговор. Марат мгновенно разозлился. Он резко просунул руку между передними сиденьями, грубо перехватил её за подбородок и силой заставил развернуться к себе лицом.

— Никогда не смей отворачиваться, когда я разговариваю с тобой, — леденящим тоном предупредил он, в упор глядя в её испуганные глаза. — И да, это всё сделал я. Нас поженили только потому, что я так захотел. И теперь ты будешь беспрекословно слушаться меня. Во всём.

«Не буду!» — вертелось на языке у Регины, но произнести этот протест она так и не решилась. Суровый натиск Марата по-настоящему напугал её. Она испуганно замерла, не смея отвести взгляд. Она ведь теперь официально является его законной женой, а значит, перечить и бунтовать открыто было нельзя. По её телу пробежал липкий, глухой холодок.

— Чего расселась? Вылезай, мы приехали, — сухо скомандовал Марат.

Он быстро заглушил мотор и выскочил из автомобиля. Регина из чистого упрямства продолжала неподвижно сидеть в салоне. Заметив это, Марат резко распахнул пассажирскую дверь. Увидев, что она сидит, низко опустив голову и игнорируя его команду, он окончательно потерял терпение. Марат абсолютно не собирался её жалеть: он мёртвой хваткой ухватился за её предплечье и силой выволок на асфальт.

— Это что ещё за спектакль? — цинично хмыкнул он. — Хватит строить из себя недотрогу.

— Ты ведь меня даже не любишь... Зачем ты всё это сделал? — глухо и злобно пробубнила она, пытаясь высвободить руку. — И ты прекрасно знаешь, что я никогда не хотела быть твоей женой!

— Не люблю, говоришь? — издевательски переспросил Марат.

В этот момент он на секунду задумался. Отрицать очевидное было глупо — изначально им двигало исключительно слепое желание отомстить гордячке за все детские унижения. Но с другой стороны, Регина выросла невероятно красивой, и иметь такую женщину в своей полной власти было чертовски заманчиво. В его голове уже вовсю крутились тёмные, будоражащие фантазии: теперь эта неприступная красавица обязана безропотно выполнять абсолютно любой его каприз. От этих мыслей по телу Марата разливалось тягучее, властное возбуждение. Именно ради этого тотального контроля он и настоял на такой ранней свадьбе.

— Ничего. Твоей любви вполне хватит на нас двоих, — цинично усмехнулся Марат. Одним этим предложением он намекал, что ей придётся его любить независимо от его отношения к ней.

Марат демонстративно зазвенел связкой ключей прямо перед её лицом, а затем принялся отпирать массивные, тяжёлые металлические ворота. Переступая порог этого двора, Регина даже не догадывалась, что покинуть эту территорию ей удастся ещё очень нескоро.

Стоило им зайти внутрь, как Марат с глухим щелчком запер ворота изнутри на массивный засов. Он повёл её к огромному особняку, парадная дверь которого тоже была заперта. Как только они оказались в душной тишине пустого дома, Марат хитро заулыбался.

Он бесшумно подошёл к Регине, вплотную прижался к ней сзади и принялся медленно, властно поглаживать её дрожащие плечи. На ней всё ещё было надето пышное свадебное платье. Марат неторопливо нащупал на спине змейку, аккуратно расстегнул молнию и принялся медленно спускать плотную ткань с её плеч. Регина едва слышно, прерывисто ахнула. Ей до безумия хотелось рвануться в сторону, оттолкнуть его и сбежать, но она так и не решилась двинуться с места.

Сельские традиции давили на неё мёртвым грузом: теперь она — официальная жена, обязанная подчиняться. Она думала об этом неотлучно, даже без его напоминаний. Умом она понимала, что этой брачной ночи ей точно не избежать, и близость всё равно случится. Более того, где-то в глубине души она уже и сама хотела попробовать...

Глава 2. Ужасы первой брачной ночи

Марат одним движением скинул платье с её тела прямо на ковёр и уложил Регину на кровать. После этого он сам начал торопливо сбрасывать с себя одежду. Регина осталась сидеть в полулежащем положении, испуганно прижав руки к груди. Марат забрался на матрас, полностью накрыл её своим крепким телом и попытался поцеловать. Но Регина чисто на автоматических рефлексах резко отвернула голову в сторону.

Марат моментально рассвирепел. Он мёртвой хваткой схватил её за подбородок и грубо, до боли повернул обратно к себе.

— Я же тебе ясно сказал: никогда не смей от меня отворачиваться! — злобно процедил он сквозь зубы. Он прикусил губу, а затем жадно, с силой впился в её рот. Регина, глотая горькую обиду и слезы, безвольно позволила себя поцеловать. Но уже через секунду произошло нечто по-настоящему унизительное. Марат резко надавил ей пальцами на челюсть, заставляя широко открыть рот, и неожиданно смачно плюнул ей прямо на язык.

— А-а-а... что ты делаешь?! — истошно закричала Регина. Она снова попыталась отвернуться, судорожно дыша открытым ртом и абсолютно не понимая, как ей поступить. На её языке уже растекалась его противная, вязкая слюна. Но сплюнуть её на кровать она не посмела — Регина понимала, что тогда Марат разозлится окончательно. Вокруг всё было слишком дорогим. Белоснежное, накрахмаленное и идеально отглаженное постельное бельё.

Марат злобно и хитро ухмыльнулся, глядя на её ступор. Он снова перехватил её лицо за подбородок, фиксируя на месте.

— Я всегда мечтал это сделать, — дерзко и торжествующе признался он, глядя ей прямо в глаза. — Мечтал подойти к тебе и прямо в лицо плюнуть.

В ту же секунду он с презрением плюнул ей на лицо ещё раз. Регина громко, навзрыд закричала, в панике зажмурив глаза.

— А теперь снимай трусики. Это барахло тебе здесь больше не понадобится, — издевательски приказал Марат.

Разумеется, ждать, пока она подчинится и разденется сама, он не стал. Грубо ухватился за край её белья и принялся торопливо, жадно стягивать его вниз. Стройное, идеальное и безупречно правильное тело Регины до безумия заводило его, разжигая первобытную страсть. А Регина, скованная тотальным страхом, больше не могла вымолвить ни слова — она просто лежала неподвижно, с открытым ртом, полностью отдавая себя на милость своего мучителя.

— Нечего зажиматься, раздвигай ноги! — пошло приказал Марат.

В этот самый момент он быстрым движением сбросил с себя трусы ― последний элемент одежды. Регина в этот момент аккуратно поднесла ладонь к лицу, пытаясь незаметно сплюнуть на руку хотя бы часть его слюны, которая до сих пор оставалась у неё на языке. Но Марат среагировал молниеносно. Он намертво перехватил её запястье и силой отвёл руку от лица.

— Ты что это там делаешь? — издевательски спросил он.

Свободной рукой он принялся грубо давить ей на подбородок, заставляя закрыть рот.

— Глотай! — приказал Марат.

— М-м-м... — громко и жалобно замычала Регина. Она попыталась уползти по матрасу вверх, но Марат резко подался вперёд и мёртвой хваткой вцепился в её волосы, а ладонью начал издевательски хлопать по её щекам.

— Всё глотай, кому сказано! И не такое ещё будешь глотать, — жестоко отрезал он.

— Перестань! Прекрати! — истерично закричала Регина, отчаянно пытаясь вырваться из его цепких рук. — Я твоя законная жена, а не уличная девка! Ты не можешь так со мной обращаться!

— О-о, милая, могу. Ещё как могу! — цинично усмехнулся Марат. Он ещё сильнее намотал её волосы на кулак, заставляя её до боли запрокинуть голову назад. — Буду обращаться с тобой ровно так, как посчитаю нужным. А тебе лучше быть паинькой.

— Нет! Перестань! — навзрыд повторила Регина. Она упрямо отвернулась и из последних сил попыталась оттолкнуть его от себя. Марат вспыхнул от ярости. Церемониться дальше он не стал — сжал руку в кулак и с размаху ударил её прямо по животу.

— А-а-ах... — в ужасе от резкой боли закричала Регина, вся изогнувшись на кровати и судорожно хватая ртом воздух.

— Это воспитательный момент. Не будешь слушаться — будешь получать, — язвительно произнёс Марат. Он снова схватил её за подбородок, силой развернул к себе и принялся принудительно потряхивать её голову из стороны в сторону:

— Поняла меня, девочка? Лучше начинай вести себя как послушная жёнушка прямо сейчас, иначе хорошего не жди.

— Ты... ты ударил меня... Ты не можешь меня бить! — истерично захныкала Регина, калачиком свернувшись на боку и крепко прижимая ладони к ушибленному животу.

— Что ещё я не могу? Может, вот это? — издевательски переспросил Марат и снова плюнул — на этот раз прямо на её плотно сжатые, дрожащие губы.

Регина жалобно и протяжно замычала, зажмурив глаза и изо всех сил стиснув зубы.

— Открывай рот! — жестоко потребовал Марат.

Но Регина не слушалась. Обезумев от ужаса и боли, она продолжала упрямо мычать, отказываясь подчиняться своему мучителю.

Марат окончательно взбесился и снова с силой надавил ей на подбородок, заставляя разомкнуть челюсти:

— Ты меня не поняла?! Мне тебе ещё раз врезать?!

Регина испуганно вскрикнула, но сопротивляться дальше побоялась — ушибленный живот ныл, и она в ужасе понимала, что этот зверь запросто может ударить снова. Пока он удерживал её лицо, часть слюны уже стекла по её губе вниз к шее. Марат цинично усмехнулся и плюнул ещё раз — теперь прямо на её беззащитный язычок. После этого он бесцеремонно залез пальцами в её рот. Указательным и средним пальцами он принялся грубо поглаживать её язык.

— Сейчас смажем тебе ротик. Будешь у меня сосать, как самая настоящая шлюшка, — злобно проговорил Марат.

Регина истерично покрикивала, не в силах закрыть рот из-за его стальной хватки. Марат приподнялся, рванул её за волосы вверх и начал силой притягивать её лицо к паху.

В этот момент Регина впервые в жизни вблизи увидела мужскую анатомию. Она была исключительно правильной девушкой из порядочной семьи, которую воспитывали в строжайшей строгости, тщательно оберегая от любого развратного контента. Она никогда не видела мужчин без одежды, но чисто интуитивно знала, для чего нужен этот орган. И уж точно не для того, чтобы совать его в рот.

Регину охватила дикая, парализующая паника. И пугало её не только то, что он грязно использует её рот — она в ужасе уставилась на его размеры. Ей казалось, что он огромный, неправильный и просто разорвёт её на части, когда дело дойдёт до главного. Она ведь даже гигиенические тампоны боялась вставлять во время месячных из-за страха боли, а тут ей предстояло принять нечто в десять раз толще. По её телу пробежал леденящий холодок, и она закричала ещё более истошно и протяжно.

— Ну, соси! Давай! Умеешь сосать? — издевательски спросил Марат, хитро улыбаясь и проводя плотью по её дрожащим губам.

Уже в следующее мгновение он бесцеремонно затолкнул свой возбуждённый орган ей в рот. Регина была в полном шоке и морально уже не находила в себе сил бороться. Живот всё ещё горел от удара, а в голове набатом билась одна-единственная мысль: пусть лучше он развлекается с её ртом, лишь бы не лез ниже. Этого она сейчас боялась сильнее всего на свете.

Марат тем временем крепко уцепился за её волосы и начал принудительно двигать её голову вперёд-назад. Рот она от страха не закрывала, продолжая глухо, истерично кричать прямо вокруг него. И вскоре Марат снова начал злиться — Регина от ужаса совершенно оцепенела, никак не подыгрывала ему, и ощущения для него казались слишком скудными и пресными.

— Соси! — сердито приказал Марат. — Или тебе врезать ещё разочек?

Издав жалобный вой, Регина наконец-таки подчинилась и сама послушно открыла рот. Как именно это делать, она не имела ни малейшего понятия, ведь у неё никогда не было подобного опыта. Марат сам принялся принудительно двигать её голову вперёд-назад и вставлял член довольно глубоко — примерно наполовину. Чисто физически она не могла сделать ничего другого, кроме как держать его во рту. Даже губками его не обхватывала и постоянно жалобно мычала от унижения, снова и снова после каждого толчка.

— Да, детка... вот так, — удовлетворённо произнёс Марат, явно наслаждаясь своей абсолютной властью.

Конечно же, этих ощущений ему быстро показалось мало. Очень скоро он начал заталкивать всё глубже и глубже. Регина не выдержала и попыталась отпрянуть назад, судорожно закашлявшись.

— Сейчас будет немного больно, — предупредил Марат без капли жалости.

Он снова притянул её к себе и откровенно начал запихивать ей в рот. Он упёрся в самое горло и насильно протолкнул член ещё глубже. Регина в ужасе выпучила глаза, упираясь лицом в его волосатый пах, но поделать ничего не могла. Марат и не думал сбавлять темп — он крепко удерживал её голову силой, буквально душил. Когда терпеть стало окончательно невозможно и в глазах начало темнеть от нехватки воздуха, она отчаянно заколотила ладонями по его коленям.

Марат цинично усмехнулся и, наконец, соизволил вытащить член из её рта.

— Учись глотать. Всё, абсолютно всё будешь делать, — жестоко пообещал он.

Регина, тяжело дыша и содрогаясь от слёз, машинально отпрянула от него на полметра, забившись в угол кровати. Но эта передышка длилась всего мгновение. Марат снова бесцеремонно схватил её за волосы и притянул лицом к себе. Регина больше не осмелилась сопротивляться и послушно открыла рот.

Этот кошмар повторялся по кругу: он то заталкивал максимально глубоко, то просто издевательски игрался. Самым ужасным для неё стало то, что в какой-то момент он начал двигаться неправильно, наискосок, буквально долбил ей по внутренней стороне щеки. У неё сразу же дико заныла челюсть, возникло стойкое ощущение, будто там мгновенно наливается огромный, внутренний синяк.

— А-а-а... а... — хрипло и глухо покрикивала Регина, пока он по-хозяйски орудовал у неё во рту.

Это продолжалось до тех пор, пока Марату окончательно не надоело это развлечение. Он резко вытащил член наружу и силой повалил её спиной на матрас.

Регина похолодела. Она моментально поняла, что прямо сейчас настал тот самый ужасный момент, которого она панически боялась весь этот вечер. Дрожащими руками она инстинктивно прикрыла свою промежность, истерично и прерывисто вздохнув:

— Пожалуйста... не надо... Он ведь такой большой...

— А! Ты ведь у нас ещё и девственница! — ехидно улыбаясь, вспомнил Марат.

Конечно, ему об этом доложили уже давно. Осознание этого факта будоражило его ещё сильнее — он уже успел взять своё на первом этапе, а теперь его ждала нетронутая, чистая плоть.

Марат грубо схватил её за колени:

— Давай, раздвигай ножки!

Регина испуганно покрикивала, пытаясь удержать ладони между ног. Её всю трясло от ужаса. Марат зло ухмыльнулся и смачно похлопал её по бедру:

— Пожалуйста... не надо, умоляю... — взмолилась Регина.

— Что такое? Не хочешь целку рвать? — издевательски спросил Марат.

Он обильно смочил слюной свой орган и уже собирался прижать его к её беззащитной промежности, как вдруг Регина испуганно дёрнулась и намертво зажала ноги.

— Врезать ещё раз?! — сердито рявкнул Марат, нависая над ней. — Раздвигай ноги!

— Ну пожалуйста... я боюсь... — захныкала Регина. — Прости... прости меня за всё! Прости, что не хотела играть с тобой в детстве...

Она горько разрыдалась. Марат сразу же замер, и на его лице промелькнула торжествующая улыбка. Он столько лет мечтал услышать эти слова. Ему принесли искреннее удовольствие её слёзы и извинения. Но испорченного детства было уже не вернуть, и поэтому его милосердие оказалось мимолётным. В ту же секунду в его голову закралась новая коварная задумка.

— Если не хочешь, тогда попку подставляй! — приказал Марат.

— Как... попку? — в полном недоумении протянула Регина, не веря своим ушам.

Марат быстро послюнявил пальцы и бесцеремонно протиснулся между её ягодицами, принялся прощупывать её плотную дырочку. А затем резко, без предупреждения, вставил в её анус свой средний палец.

— А-а-а... — вскрикнула Регина, обеими руками мёртвой хваткой вцепившись в накрахмаленную простыню под собой. Но ноги она от шока зажать забыла.

— Сюда тоже можно, — игриво подмигнул Марат.

— Но ведь... это неправильно! Это же грех! — в панике прохрипела Регина.

— Кто тебе такую чушь наплёл? — тут же уточнил Марат. — Очень даже правильно. И наоборот, нужно именно сюда, если не хочешь ходить с пузом уже через пару месяцев.

Перспектива забеременеть, да ещё так быстро, напугала Регину ещё сильнее. В её воображении сразу возникла кошмарная картина: как из неё вылезает огромная голова ребёнка, которая раз в пять толще, чем его член. А ведь она сейчас даже его боится впустить... по её телу пробежался леденящий холодок.

— Да... я пока не хочу ребёнка, — испуганно и растерянно пробормотала Регина, попав в расставленную им ментальную ловушку.

Марат тут же грубо схватил её за подбородок, заставив поднять голову. Он внимательно посмотрел на её заплаканное лицо и строго пояснил:

— Я не сказал, что у нас совсем не будет детей. Ты мне родишь, и ни одного. Но это потом, когда научишься быть хорошей женой.

Это прозвучало пошло и отвратительно, но Регина не решилась что-либо ответить. Марат медленно вытащил палец из её попы, а затем начал разворачивать её спиной к себе.

— Будет немного больно, — предупредил он без капли жалости. — Особенно в первый раз.

Он заставил её встать раком, снова обильно смочил слюной её дырочку и неторопливо прижался к ней своим телом. Регина послушно стояла, пугливо похныкивая от накатившего ужаса. Она безумно боялась, но попытаться уползти не решалась. Марат начал совершать короткие поступательные движения, с расстояния ритмично ударяя по её плотно сжатым мышцам. Регина уже чувствовала, как ткани начинают гореть и неохотно растягиваться. Пугливо покрикивала после каждого нового толчка. Но самое ужасное было впереди — пока он ещё не входил, а только испытывал её на прочность.

Вскоре Марат сделал резкий, уверенный выпад и с силой протиснул самую широкую часть головки внутрь.

— А-а-а... — истерично закричала Регина, крепко вцепившись пальцами в простыню под собой. — Он такой толстый! Даже туда больно! — захныкала она.

У неё совершенно не было опыта в подобных вещах, и в своём наивном испуге она думала, что боль вызвана исключительно его размерами. Ей почему-то казалось, что в попку не должно быть настолько больно — ведь естественные нужды как-то выходят наружу, и они примерно такой же толщины. Это казалось ей нелогичным. Но прямо сейчас Регина отчетливо осознавала, что его член куда толще и тверже.

Она кричала, тяжело дышала и изо всех сил сдерживалась, чтобы не рвануться вперёд от этого невыносимого распирания. Но Марат сделал следующий, ещё более мощный толчок и погрузился в неё уже наполовину.