When I do count the clock that tells the time,And see the brave day sunk in hideous night;When I behold the violet past prime,And sable curls, all silvered o'er with white;When lofty trees I see barren of leaves,Which erst from heat did canopy the herd,And summer's green all girded up in sheaves,Borne on the bier with white and bristly beard,Then of thy beauty do I question make,That thou among the wastes of time must go,Since sweets and beauties do themselves forsakeAnd die as fast as they see others grow;And nothing 'gainst Time's scythe can make defenceSave breed, to brave him when he takes thee hence.
Я вижу: стрелки отмеряют сутки —Где день пылал, царит полночный страх;Я вижу ссохшиеся незабудкиИ серебро на темных волосах.Могучие стволы стоят без листьев;Опал шатер, не ищет зверь тропы,От жнивья осенью поля очистив,Везут на дрогах мертвые снопы.Так красоте твоей чего же ждать?Вокруг повсюду смерть и разоренье;Прекрасное спешит себя предать:Готовит гибель буйное цветенье.Пускай дитя придет тебе вослед:От Времени другой защиты нет.Перевод А. С. Либермана
Когда мой слух часы бегущие считает,А глаз следит, как ночь день в сумрак превращает:Когда я вижу, как фиалка никнет в прах,И злая седина является в кудрях;Когда на лес нагой гляжу я из оконца,Дававший в летний зной убежище от солнца,И вижу, как траву, красу родных лугов,Увозят, чтоб сухой сложить ее под кров —Тогда о красоте твоей я помышляю,Что Время и ее погубит, так как знаю,Что блеск и красота склоняются во прах,Чтоб место дать другим, стоящим на глазах.От Времени ж косы, таящей вероломство,Способно охранять тебя одно потомство.Перевод Н. В. Гербеля
Звучит ли бой часов и время гонит,Иль вянет лепесток за лепестком,Гляжу ль, как бодрый день во мраке тонет,Как черный локон смешан с серебром, —Когда я вижу рощу оголенной, —Бывало, в зной, убежище для стад —Как зелень лета старец убеленный,Скосив стогами, полагает в ряд, —Тогда меня всегда вопрос терзает:Неужли чудный облик твой умрет,Как красота здесь так же скоро тает,Как перед нею новая растет?Косы времен не одолеешь ты,Не передав потомству красоты.Перевод М. И. Чайковского
Сонет XIII
O, that you were yourself! but, love you areNo longer yours than you yourself here live:Against this coming end you should prepare,And your sweet semblance to some other give.So should that beauty which you hold in leaseFind no determination; then you wereYourself again after yourself's decease,When your sweet issue your sweet form should bear.Who lets so fair a house fall to decay,Which husbandry in honour might uphold,Against the stormy gusts of winter's dayAnd barren rage of death's eternal cold?O, none but unthrifts! Dear my love, you knowYou had a father: let your son say so.
О если бы не ждал тебя распад!Но смерть придет, на красоту нацелясь,И, с ней уйдя, ты будешь виноват,Не передав другим такую прелесть.Ведь красоту ты получил взаймы;Но способ есть предотвратить несчастье:Красавец сын! Лишь в нем увидим мыТвой блеск, а не распавшиеся части.Кто ж мирно смотрит, как ветшает кров,Пока он крепостью надежной служитОт зимних бурь, от яростных ветров,От вечного бесплодья зимней стужи?Лишь скряга! Милый мой, не будь скупцом:Пора из сына сделаться отцом.Перевод А. С. Либермана
О, если б ты собой остался! Но, бесценный,Не больше, чем живешь, ты можешь быть собой;Спеши, пока душа еще в одежде бренной,Другому передать прекрасный облик свой.На срок лишь получил ты ссуду красотою;В бессрочную б тогда ты обратил ееИ после смерти бы своей вновь стал собою:Твой сын бы сохранил подобие твое.Кто опрометчиво допустит до крушеньяСвой дом, имея в нем надежнейший оплот,От леденящего безвременно вторженьяГубительной зимы? Кто ж больше, как не мот!Был у тебя отец; мой милый, отчего жеИ сыну твоему не говорить того же?Перевод В. С. Лихачева
О, если б мог ты быть всегда собой!Но помни, милый, что ты здесь не вечен,Что есть конец – чтоб жив был образ твой,Ты должен быть потомством обеспечен.Тогда лишь лик твой не утратит силыНеистребимых чар. И станешь тыОпять собою даже за могилой,Когда твой сын возьмет твои черты.Кто допустил бы дом до разрушенья,Когда бы мог его спасти уходОт зимней стужи, от уничтоженьяПод натиском рассвирепевших вод?Лишь мот! – О друг, ему не подражай!Ведь ты имел отца, отца и сыну дай.Перевод М. И. Чайковского
Сонет XIV
Not from the stars do I my judgement pluck;And yet methinks I have astronomy,But not to tell of good or evil luck,Of plagues, of dearths, or seasons' quality;Nor can I fortune to brief minutes tell,Pointing to each his thunder, rain and wind,Or say with princes if it shall go wellBy oft predict that I in heaven find:But from thine eyes my knowledge I derive,And constant stars in them I read such artAs 'Truth and beauty shall together thrive,If from thyself, to store thou wouldst convert';Or else of thee this I prognosticate:'Thy end is truth's and beauty's doom and date.'
Нет звездочета в мире бесполезней,И не могу я предсказать приходПотопа, града, засух и болезнейИ угадать, кому не повезет.Не мне судьбу расчислить по минутам(Сегодня шторм, а завтра дождь и гром);Не ворожу ни праведным, ни плутам,Хотя и я немного астроном.Твои глаза – небесное пространство:Лишь в них и к знанию, и к звездам мост;Лишь в них и красота, и постоянство,Но сделайся отцом таких же звезд!Когда обрушиваются мосты,Ни постоянства нет, ни красоты.Перевод А. С. Либермана
Я не из звезд свои познанья почерпаю,Хотя науку звезд я несколько и знаю,Но только не затем, чтоб голод предвещатьИль приближенье бурь по ним предузнавать;И о висящих злом над кем-нибудь невзгодахНе в состоянье я его предупредить,И что б ни ждало нас в бегущих встречу годах,Я не могу того властителям открыть.Все знание мое в глазах твоих, с тобою —И в этих лишь звездах сумел я прочитать,Что будут красота и правда процветать,Когда оставишь ты потомство за собою.Иначе предскажу тебе я, милый мой,Что в гроб с тобой сойдут и правда с красотой.Перевод Н. В. Гербеля
Я не у звезд сужденья похищаю,Но мнится мне, я все же звездочет,Хотя пророчески не возвещаюНи счастия, ни бедствия приход.Я не умею даже предсказатьДождя, грозы, чумы, засухи илиТого, как принцы будут поживать… —О чем бы небеса ни говорили.Но мне глаза твои, как звезды, знаньеВнушают, что во все века пройдутКраса и правда в дивном сочетаньи,Когда в твоем потомстве оживут.Иначе так предсказываю я:С тобой умрет и красота твоя.Перевод М. И. Чайковского
Сонет XV
When I consider every thing that growsHolds in perfection but a little moment,That this huge stage presenteth nought but showsWhereon the stars in secret influence comment;When I perceive that men as plants increase,Cheered and check'd even by the self-same sky,Vaunt in their youthful sap, at height decrease,And wear their brave state out of memory;Then the conceit of this inconstant staySets you most rich in youth before my sight,Where wasteful Time debateth with DecayTo change your day of youth to sullied night;And all in war with Time for love of you,As he takes from you, I engraft you new.
Я наблюдаю, как приходит смена:Вчера расцвет, сегодня мертвый стебель;Огромный мир не более, чем сцена,А звезды тайно шепчут что-то в небе.Я замечаю: люди, как трава;Над ними равнодушные светила;Все, что живет, пройдя зенит едва,Забыто так, что будто и не жило.Твой пик настал. Вокруг тебя восторг,Но преходяще в мире все земное,И Время начало со смертью торг,Как яркий день окутать тьмой ночною.Но Времени я дал открытый бой:Цветя в стихах, ты будешь сам собой.Перевод А. С. Либермана
Когда я вижу, что все дышащее вкругБывает лишь на миг прекрасно, милый друг,Что только зрелищ ряд дает нам сцена мира,Понятный лишь для звезд полночного эфира;Когда я вижу, что под грозной твердью той,Как злаки, люди вкруг родятся и плодятся,Сначала к небесам, потом к земле стремятсяИ исчезают вслед из памяти людской:Тогда, в виду всех зол и суетности бренной,Краса твоя сильней мне взоры поразитИ Времени – скупцу, грабителю вселенной —Не дать бы лишь твой день в мрак ночипревратить —Я объявлю войну, подвигнутый тобою,И отнятое вновь отдам тебе с лихвою.Перевод Н. В. Гербеля
Когда гляжу, как все кругом растет,Но только на мгновенье совершенно, —Как плотский мир лишь призрачно живет,Влиянью звезд покорный сокровенно, —Когда я вижу, что людей, как травы,Растит, хранит и косит тот же рок,Даруя им отраду и отраву,Сливая жизнь и смерть в один поток, —В раздумии тогда перед виденьемТвоей роскошной красоты стою,И страшно мне, что время вместе с тленьемСведут в мрак ночи молодость твою.И я хочу свою подставить грудьИ все тебе, что отнято, вернуть.Перевод М. И. Чайковского
Сонет XVI
But wherefore do not you a mightier wayMake war upon this bloody tyrant, Time?And fortify your self in your decayWith means more blessed than my barren rhyme?Now stand you on the top of happy hours,And many maiden gardens yet unsetWith virtuous wish would bear you living flowers,Much liker than your painted counterfeit:So should the lines of life that life repair,Which this Time's pencil, or my pupil pen,Neither in inward worth nor outward fair,Can make you live your self in eyes of men.To give away yourself keeps yourself still,And you must live, drawn by your own sweet skill.
Смерть жаждет крови. Но, сражаясь с нею,Есть у тебя, смотрю, одна забота —Построить укрепленье не мощнее,Чем холостые строки рифмоплета.Ты на вершине, и любим ты всеми.Дай зацвести садам твоим же цветом,Спеши, брось в девственную землю семя,Порадуй нас цветком, а не портретом.Твои черты кто очертит на свете?Мое перо и карандаш природыСтоят напрасно. Помни: только детиТвой блеск, твой облик пронесут сквозь годы.И, лишь раздав себя, ты будешь жив,Своим пером потомство очертив.Перевод А. С. Либермана
Зачем не сбросишь ты губительное бремя,Которым так гнетет тебя седое Время?Зачем не вышлешь, друг, в отпор на грозный зов,Ты нечто посильней, чем пук моих стихов?Теперь уж ты достиг поры своей счастливой,И много пышных клумб средь девственных садовУкрасить мог бы ты кошницею цветов,Похожих на тебя, как твой портрет красивый.Да, жизнь должна сама себя изображать,Так как перо и кисть не могут приказатьЖить вечно на стене пред публикою грешнойТвой образ с стороны ни внутренней, ни внешней.Ты сохранишь себя, отдавшися любя, —И долго будешь жить, изобразив себя.Перевод Н. В. Гербеля
Но почему не избираешь ты,Воюя с временем, пути вернее?И не берешь в защиту красотыОружия, моих стихов мощнее?Теперь достиг ты счастия вершин.На свете много девственных целинГотово возродить твой пышный цветКуда живее, чем в стихах поэт.Так жизнь сама вернет твой облик вешний:Ни летопись, ни пыл любви моейЕго не в силах внутренне и внешнеЗаставить вечно жить в очах людей.Сам от себя себя же отделив,Собой рожден, – ты будешь вечно жив.Перевод М. И. Чайковского
Сонет XVII
Who will believe my verse in time to come,If it were fill'd with your most high deserts?Though yet, heaven knows, it is but as a tombWhich hides your life and shows not half your parts.If I could write the beauty of your eyesAnd in fresh numbers number all your graces,The age to come would say 'This poet lies;Such heavenly touches ne'er touch'd earthly faces.'So should my papers, yellow'd with their age,Be scorn'd, like old men of less truth than tongue,And your true rights be term'd a poet's rageAnd stretched metre of an antique song:But were some child of yours alive that time,You should live twice; in it, and in my rhyme.
Я сам себе поверить бы не смог!Похвал твоим достоинствам лавина,А это ведь гробница, видит Бог:В ней ты, но черт твоих лишь половина.Когда бы был для глаз в стихах размерИ было б мерить мне тебя под силу,Сказали б люди: «Нет, он лицемер:И небо черт таких не очертило».Боюсь я: пожелтевший этот листЛежалой ложью люди назовут;Поэт был, скажут, больно голосист,Да выдумки его – напрасный труд.Не вечен ты, но если б были дети,То в них бы жил ты и в моем сонете.Перевод А. С. Либермана
Моим поэмам кто б поверить мог,Коль Ваших качеств дал я в них картину?Они – гроб Вашей жизни, знает Бог,Их могут передать лишь вполовину.И опиши я Ваших взоров светИ перечисли все, что в Вас прелестно,Грядущий век решил бы: «Лжет поэт,То лик не человека, а небесный».Он осмеял бы ветхие листы
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
По-английски сын (son) и солнце (sun) – омофоны. – Здесь и далее примеч. пер.
